ШИГУРО

Глядя на растерянного парня мне и в голову не могло прийти, что мы ещё раз встретимся. После погрома я старался отремонтировать помещение и мебель. Отмыть стены и привести в порядок кухню. Мой маленький ресторанчик достался мне по наследству от моего отца, а ему от деда. Мы всегда были поварами и старались кормить людей хорошей, вкусной едой. Поэтому для меня это было единственное место, где я был счастлив и занимался любимым делом. Прибивая новые доски к барной стойке я вспоминал как мы это делали с отцом. На углу были метки моего роста и отмечая, папа всегда говорил. -Вот, скоро ты станешь выше этой стойки и тогда я начну учить тебя готовить. Это место было пропитано любовью и уважением наших гостей и случайных путников, но никогда я не встречал таких варваров. Парень сначала молча смотрел, стоя посередине зала, где были поломаны столы и стулья. И казалось не верил своим глазам, что его привезли и оставили здесь. -Э, что за... хрень…я не буду здесь! У папаши кукуха съехала. Короче, как там тебя? Джин? Я пошёл, бывай. Батя отвалил тебе на ремонт? Значит мы в расчёте. -Меня зовут Джим. Коротко отрезал я и не стал задерживать парня. Помощник из него никакой, да он инструменты то никогда в руках не держал. Мажорик с высоким самомнением. -Мне насрать кто ты такой, слышь, телефон дай, такси вызвать! Требовательно возразил мой гость. -У меня нет телефона. Такси сюда не поедет, иди пешком. Невозмутимо ответил я, прибивая очередную рейку. -Хах, ща только свистну приедут все мои и… -И? Давай свисти, на улице местные оценят твой интеллект, до ближайшего поселка меньше километра, как раз насвистишься вдоволь. Без тени иронии ответил я. Конечно парень очень нервничал и его поведение выдавало его. Он пинал ножки от стула и шаркая ногами развернулся и вышел во двор. «Ну и слава богу, ещё я папенькиных сыночков тут не воспитывал. Пусть катиться. Пешая прогулка как раз на пользу.» Парень громко стукнул калиткой, что свидетельствовало о его уходе. Несколько часов я убирал обломки, чинил что можно ещё было спасти и вспоминал своё детство. Первые кулинарные победы, учеба, болезнь отца. Всё было как вчера. После колледжа я вернулся в родной дом, который и был по сей день моей крепостью и продолжил семейное дело. Ближе к вечеру стали приходить постоянные гости. Кто-то питался у меня постоянно, особенно одинокие люди, кто-то просил готовить на вынос, для своей семьи. И в этот вечер я не мог угодить своим гостям. -Боже, Джим, что стряслось? Почти каждый задавал один и тот же вопрос. -Всё в порядке, завтра начну готовить, а сегодня могу предложить немного риса, ароматный тофу и джоугань. Мои друзья с радостью раскупали провизию и предлагали свою помощь. Уже ближе к ночи я убрал последствия погрома и не вспомнил о капризном парне и происшествии с ним. Отец всегда учил отпускать обиду, она грызет внутреннее спокойствие, а значит ты не сможешь готовить для людей полезную еду. Ведь пища не просто средство к жизнедеятельности человека, но и его настроение, его здоровье. Я вымыл зал и кухню, собрал мусор и вынес его за ворота. К моему удивлению там столкнулся с утренним гостем. -Что-то долго ты свистишь? Никто не слышит? Спокойно спросил я. -Слушай остряк, ты бы захлопнулся, вали в свою хибару, сам разберусь. Рявкнул парень. -Ну разбирайся конечно. Но ночью здесь не очень уютно, могу предложить ночлег. Я остановился у калитки предлагая войти. -Еще чего, я в этом вонючем месте ещё не спал, вали отсюда дядя. Псих пнул жасминовый куст у ворот. И я, пожав плечами, поспешил в дом. На первом этаже располагался ресторан с верандой и уютным двориком, на втором небольшая квартира с двумя спальнями и ванной. С тех пор как отец ушел из жизни я почти не заходил в его комнату и только изредка гонял там пыль и проветривал. Старые снимки на стенах с его изображением откликались во мне всегда особенной тоской и многочисленные награды кулинарных конкурсов особой гордостью. Я хранил эту комнату как портал в своё счастливое детство. И именно сегодня мне очень хотелось побыть с ним. Сидя на полу я ужинал тем же рисом и тофу и рассказывал, что сделал сегодня, давал обещания всё исправить и продолжать готовить и не злиться на этого несчастного парнишку. Мой монолог прервал нерешительный оклик внизу. -Эй, где ты там? Голос снизу казался растерянным. Я медленно спустился и вопросительно взглянул на усталого парня. -Здесь я, ты решил воспользоваться приглашением войти? -Хм, больно надо мне твоё приглашение, холодно просто, подай мне чаю! Требовательный голос звонко раздался и резанул густую тишину ресторана. -Моё предназначение накормить любого путника, но единственное правило этого места, как я уже говорил- я сам выбираю, что приготовить. Здесь нет меню. Но парень недовольно цокнул языком и плюхнулся на стул, который развалился под ним и он удачно и очень смешно оказался на полу. Еле сдерживая смех я проследовал на кухню, готовить для гостя поздний ужин. -Чёрт, рухлядь, везде рухлядь. Как ты тут живёшь? Вроде не старый ещё, а как старик. Потирая ушибленный бок возмущался мой гость. -Меня устраивало всё, пока не появился ты и твои друзья и не сломали здесь всё. Вот. Я поставил на стол рис, тофу, соленые овощи. -В углу есть матрас, можешь лечь. Я встаю с рассветом, надеюсь тебя здесь не увидеть Минни Монкурт. В спину мне прилетели возмущенные вопли. -Что? Я не ем такую гадость, это раз. Не сплю на вонючих матрасах, это два! -И в этом месте не орут как потерпевшие, это три. Перебил я Минни и скрылся за дверью. Парень так и не дал мне спокойно провести время в комнате у отца и мне казалось как то осуждающе теперь он смотрел на меня из пожелтевших снимков. Вопли и чертыхания вскоре закончились и я спокойно улёгся в своей комнате, в надежде не увидеть сопляка утром.