ШИГУРО

Мы были настолько уставшими, что мне уже было всё равно, где спать и как. Проснувшись, я высвободился из объятий Ланли, его тело просто горело. У него явно была температура, открытые раны едва затянулись, а синяки и ссадины покрывали практически все тело. Нечаянно я коснулся раны на плече и разбудил его. Он открыл глаза и собираясь встать застонал. -Так, дядя, стопэ. Сегодня мы останемся здесь. Не хватало ещё, чтобы ты кони двинул в девятнадцатом веке. Все будущие мне испортишь. Лежи давай. Я принудил Джима лечь обратно и он, облегченно выдохнув, откинулся на мягкий травяной ковер. -Нам надо что-то есть и сделать шалаш. -Нафига нам шалаш? Может ты привык жить в хижинах конечно, а я нет. Так сойдёт. Мы долго препирались по поводу необходимости крыши над головой. И когда я, уже сжимая кулаки, готов был поколотить этого упрямца, выскочившая из кустов Молли привлекла наше внимание. В зубах собака держала какое-то небольшое животное. Оно ещё трепыхалось. -Опа, молодец девочка. Морщась Джим поднялся и взяв катану приблизился к собаке. Быстрое движение руки и голова добычи, отделившись от тела, покатилась мне под ноги. Меня моментально вывернуло на изнанку. Издавая характерные звуки я удобрял куст. А Джим ржал. -Ха-ха-ха. Какие вы нежные мистер. Большинство деликатесов готовят из необычных продуктов, тебе ли не знать? -Заткнись дядя. Вытирая рот я поднялся и, стараясь не смотреть на трупик, буркнул. -Ладно, я за ветками для грёбаного шалаша. Пока я шастал в поисках подходящих веток шеф-повар Ланли разделал тушу. Я так и не понял, кто это был. Наверное это к лучшему. Джим собрал кучу из мха и усиленно тёр палочки, явно добывая огонь. Я естественно не мог не подколоть. -А ты дядя прям мастерски руками работаешь. Регулярно практикуешься по ходу. Джим молча кинул в меня куском мха и продолжил свое занятие. Вскоре каким-то магическим способом мох начал тлеть. Оперевшись о ствол дерева я не мог оторвать взгляд от мужчины. Его плечи и руки двигались с такой скоростью, что на шее проступили капельки пота, который тонкой струйкой стекал по обнаженной спине. Я встряхнул головой. -Чертов нэцкэ. Деревяха извращенская. Чтобы Джим не заметил моё состояние я поспешил покинуть поляну. И бродил по окрестностям пока мои фантазии не утихли. Запах жаренного мяса приятно волновал мой нос и заставил вернуться. Ланли жарил добычу Молли, насадив тушку на лезвие катаны, словно на шампур. -Малой, давай поедим и всё же займемся постройкой шалаша. Я подозрительно смотрел на жареное мясо. -Хотелось бы знать что я ем. Молли, детка, кого ты поймала? Не решаясь откусить я наблюдал, как Джим с аппетитом трескает свою порцию. Молли моментально проглотила свой обед и спокойно грелась на солнце. -Малой, меньше знаешь, лучше аппетит. Не боись не крыса. -Ланли, иди в жопу. Я швырнул в ржущего мужчину мясом. Вот уже несколько дней и ночей мы бродили по лесу в попытках найти хоть какую-то дорогу. И поняли, что заблудились окончательно. Это пугало меня, но виду я не подавал, чтобы у этого маньяка не было поводов ржать надо мной. -Вот че ты за человек, Минни. Почему не хочешь слушать старших и опытных? Бухтел в очередной раз Джим, пытаясь в холодной воде лесного ручья промыть раны. -Ну да, ну да. Кто бы говорил, опытный. Все тело разукрашено пятьюдесятью оттенками фиолетового. Я то знаю, что тебе это привычно, мазохист древний. Я прервал свою речь, невольно залюбовавшись Ланли. Его тело, такое сильное и накачанное. В лучах рассветного солнца каплями воды блестел каждый рельеф. Сильные руки проходились по коже, покрытой мурашками от холодной воды. Моё воображение рисовало невероятные картины. И сердце бешено стучало в груди. -База, приём!!! Завис? Резкий голос над ухом и щелчки пальцев вернули в реальность и я, оттолкнув Джима, скатился к ручью. Стараясь выгнать из головы похотливые картинки я быстро умылся и мы вновь двинулись в путь. Джиму с каждым днем становилось лучше, он искал в лесу какие-то травы и растирая в кашицу прикладывал к ранам. -Джим, я хочу есть. Я понимаю, что знахарь и повар из тебя так себе. Хочу стейк из форели на гриле и овощи в сливочно-чесночной заливке. Ныл я, оглядываясь по сторонам в поисках хоть чего-то съестного. -Ну так вперёд мелочь. В лесу дохрена жратвы. Эээ, дурик, я ж не сказал, что прям всё. Выплюнь! Подскочив ко мне Джим треснул меня по руке, не давая сунуть в рот какие-то ягоды. -Ты хочешь остаться в этом лесу в качестве удобрения? Это ядовитые ягоды. Ржал этот болван. -Ты сам сказал, что еды тут дофига. Ягодки то красивые. Толкнув Джима в грудь я обижено надулся и побрел дальше, под бурчание собственного желудка. -Красивая оболочка, не значит ещё ничего, как и с тобой Монкурт. Хохотнул Ланли. Мы наматывали километры по лесу и мне даже казалось ходили по кругу. Полуденное солнце, пробиваясь сквозь кроны вековых деревьев играло на лесной траве причудливыми тенями. То ли усталость, то ли голод, постоянно раздражали меня и мне не терпелось выпустить свой гнев. Пиная ногами ветки я пробирался вслед за Молли. Собака беззаботно бежала впереди. Вдруг она остановилась и принялась обнюхивать землю. -Тсс. Цыкнул на меня Джим, поднимая катану. Молли резко сорвалась и стремительной тенью рванула в чащу. -Эт чего она? Растерянно глядя на мужчину спросил я. -Ну тут одно из двух- либо мы поедим сегодня, либо… -Так, дядя, давай без альтернатив. Поедим звучит очень оптимистично.