Сквозь все времена

Я всегда слышу эту песню раньше, чем вижу его. Неважно, где я просыпаюсь — в шумном поезде 1912 года, на крыше стеклянного мегаполиса 2147-го или в глухом лесу, где пахнет дымом костров и мокрой травой. Сначала приходит мелодия. “Heart beats fast, colors and promises…” И мир начинает трещать по швам. Я знаю, что это значит. Время снова меня забрало. Меня зовут Розанна. И я люблю Зака столько, сколько существует само время. А может и дольше. Мы разлучаемся не потому, что хотим. Мы разлучаемся, потому что так решила за нас проклятая судьба. Каждый раз — по-разному. Но это всегда одинаково больно. Мучительно больно. В этот раз всё началось с дождя. Я стояла на перроне старого вокзала, одетая в длинное тёмное пальто, которого никогда раньше не видела в своём шкафу. Люди вокруг говорили на языке, который я понимала… но не помнила, как его выучила. И тогда я услышала: — Розанна. Моё имя, произнесённое его голосом всегда звучит, как якорь. Я оборачиваюсь — и время на секунду замирает. Это он. Мой любимый. Мой Зак. Все те же глаза, в которых отражаются звёзды всех эпох. Все те же сильные руки, которые уже держали меня в объятиях — в сотнях жизней до этого момента. Он всегда узнаёт меня первым. Всегда находит. Он уверенно и быстро идёт ко мне сквозь толпу, будто знает, что если остановится — я снова исчезну. — Ты помнишь меня, милая? — спрашивает он, останавливаясь так близко, что я чувствую тепло его дыхания. Я хочу сказать «да». Хочу сказать, что я помню каждый его смех, каждый шёпот в темноте, каждую ночь, проведенную вместе, когда мы обещали не отпускать друг друга больше никогда. Но моя проклятая память — как песок. Она просто... просыпается сквозь мои дрожащие пальцы. — Я… — мой голос точно так же дрожит. — Я знаю только, что люблю тебя. И для меня... Этого достаточно. Он улыбается так мягко и ласково, будто я подарила ему целую вселенную. — Тогда... всё в порядке, малышка, — тихо отвечает он. А затем обнимает меня. И все в мире снова становится правильным. Каждый раз после очередной нашей разлуки с ним я ломаюсь. Каждый раз я боюсь, что это будет тот самый мир, где мы с ним... больше никогда не встретимся. Где он опоздает. Где судьба окажется... сильнее нас. Иногда я просыпаюсь в холодной постели и не понимаю, кого мне не хватает. Иногда... живу целую жизнь с ощущением пустоты — пока случайная мелодия не расколет мое сердце пополам. “I have died every day waiting for you…” Я умираю каждый раз, когда время вырывает нас друг из друга. Но Зак… он всегда приходит за мной. — Ты плачешь? — едва слышно шепчет он, невыносимо нежно касаясь моей щеки тёплыми кончиками пальцев. А я... Этого даже не заметила. — Я просто... Очень боюсь, родной... — шумно выдохнув, признаюсь я. — Сколько нам осталось в этот раз? Он не отвечает сразу. Потому что мы никогда не знаем. Иногда — годы. Иногда — дни. Иногда — всего несколько часов перед тем, как часы снова начинают идти неправильно. — Это... Неважно, любимая, — наконец говорит он. — Давай не будем считать время. Давай просто... проживем его, сколько бы нам не отмерили в этот раз. И мы больше не считаем. Мы проживаем с ним каждый вдох, каждый взгляд, каждую драгоценную секунду, что так быстро утекает сквозь наши сцепленные пальцы. Он притягивает меня к себе, и я слышу его драгоценное сердце. Оно бьётся так быстро. Как в самый первый раз. — Ты... всегда находишь меня, — шепчу я едва слышно, утыкаясь ему в грудь и закрывая глаза. — Конечно нахожу, глупышка, - ласково шепчет он, поглаживая меня по волосам, - Потому что ты — мой дом. И это никогда не изменится. *** Впервые я вспомнила всё в семнадцать. Тогда мир разорвался прямо посреди школьного двора, и я увидела себя — в платье XIX века, в космическом корабле, в старом замке, в крошечной квартире с облупившимися стенами. И в каждом мире рядом со мной был он. Мы погибали вместе. Мы теряли друг друга. Мы искали. Иногда судьба была у нас крайне жестока: войны, катастрофы, болезни. Иногда — просто случайность. Но между нами есть нечто, чего не понимает даже само время. Когда часы ломаются, когда пространство дрожит, когда реальность начинает рассыпаться — он обнимает меня. И я чувствую покой. Полный и абсолютный покой. И все остальное просто перестает иметь хоть какое-то значение. Дождь усиливается. Гром гремит так, будто небо предупреждает нас о чем-то, и я... Я знаю этот знак. Скоро... Нас снова ждёт разлука. — Зак… — я хватаю его за ворот пальто. — Пожалуйста, любимый, прошу... не исчезай так быстро в этот раз. Он прижимает мой лоб к своему, обнимая за затылок двумя руками, шумно выдыхая. — Слушай меня, Розанна. Его голос твёрдый, но в любимых темных глазах плещется только нежность, когда он говорит, глядя мне прямо в душу: — Даже если ты не вспомнишь... Даже если пройдут годы... Даже если... судьба заберёт нас в разные столетия — я приду за тобой, слышишь? — Как ты... Всегда находишь меня? - дрожаще шепчу я, беспомощно утопая в его ласковых глазах. Он мягко улыбается. — Я просто чувствую, когда твоё сердце начинает меня искать. Мир трескается. По воздуху проходят светящиеся разломы. Люди вокруг ничего не замечают — для них это всего лишь обычный дождь, но для нас... Для нас — это конец очередной не прожитой жизни. Я отчаянно цепляюсь за него, не желая отпускать так скоро. Мы ведь... Мы ведь только нашли друг друга! — Я не хочу снова терять тебя... - заполошно шепчу я, притягивая его к себе ещё ближе. — Тогда не теряй, — тихо и невозможно ласково шепчет он, бережно обнимая мое лицо тёплыми ладонями, — Просто живи, хорошо?.. Я догоню тебя, родная. И в этот миг, когда наши губы почти соприкасаются в первом и последнем поцелуе... ослепительно яркий, безжалостный свет разрывает пространство между нами. Его пальцы скользят по моим... И в последнюю секунду я слышу: — Я люблю тебя во всех временах, родная... Помни об этом, хорошо?.. ...Я просыпаюсь, рывком садясь на смятой постели и дыша так рвано, словно только что пробежала марафон. Но буря бушует только в моих мыслях. А здесь же все по-прежнему. Сухо. Тепло. Тишина. Другой век. Другой потолок. Но где-то вдалеке, будто из соседней комнаты, звучит знакомая мелодия. “I have loved you for a thousand years…” И я... улыбаюсь сквозь слёзы. Потому что знаю: Это только начало. И он... Он уже ищет меня.