Недетский разговор

      В полутемной гостиной факультета горела пара ламп, бросавших на стены и мебель косые причудливые очертания. В одном из кресел свернулась клубком мирно посапывавшая носом девчушка-первокурсница… Уже шестой раз, заглянув в гостиную факультета на этой неделе, я заставал ее здесь, с книгой в руках… И первые пару раз действительно можно было бы списать на то, что она засиделась с уроками (хотя в начале года их так много еще не задавали), но — не шестой день подряд…       — Мисс Реддл? — на этот раз я счел наблюдения достаточно длительными для того, чтобы их прервать. Девочка вздрогнула, садясь ровнее и поправив юбку. Немного смутившись, судя по выражению личика.       — Ой… Извините, я задремала… — опустила глаза девочка.       — Я знаю, что вы тут уже неделю спите, мисс Реддл, — довольно мягко заметил я, присев в соседнее кресло. Еще первого сентября часть учителей собрали в кабинете директора и предупредили, что в этом году в школу поступает ученица, не так давно перенесшая сильную травму, что ребенка мучают ночные кошмары, она боится резких взмахов волшебной палочкой, громких звуков… И — молодых мужчин. При этих словах смотрел директор Школы как раз на меня… И действительно — первого сентября малышка, невысокого роста девчушка с парой каштановых косичек и двумя по-детски огромными карими глазами, испуганно косилась в мою сторону, а когда Шляпа вынесла свой вердикт, довольно быстро огласив:       — Слизерин! — и вовсе в панике повернулась к преподавательскому столу прежде, чем пойти за стол факультета… Впрочем, через пару недель она почти перестала шарахаться.       — Я кричу по ночам, сэр, очень часто, — отозвалась Реддл сейчас, — и не хочу мешать девочкам. Они не виноваты, что мне снятся… Страшные сны.       — Но ведь спать в гостиной это тоже не самое лучшее дело, — заметил я. — Это попросту неудобно, не так ли? — девочка довольно серьезно на меня взглянула. И пожала плечами:       — Мне мешать остальным?       — А что, больше вариантов быть не может? — выгнул бровь в ответ я. Хотелось посмотреть, насколько девочка оказалась бы сообразительна и что смогла бы придумать сама. По паре первых уроков возникло впечатление, что она была довольно-таки неглупым ребенком.       — Обучение на дому, но я не хочу, я боюсь оставаться одна… А в школе много людей, — отозвалась Реддл.        — Это третий вариант. Но он нам тоже не подходит. Может, четвертый подойдет? — кивнул я.       — Отдельная комната? — уточнила Реддл.       — У вас есть возражения? — подобный вариант мы уже обсуждали с директором и другими учителями, и то, что девочка сама до него додумалось, приятно радовало. И впрямь — весьма неглупый ребенок.       — Есть, сэр, — кивнула Кэтрин.       — Слушаю, — а вот это было уже довольно интересным.       — Я там тоже буду одна, так что — смотря, как близко находятся люди.       — Не дальше, чем в гостиной, думаю. Поселить вас совсем далеко от других студентов никто не предлагает. Я скажу об этом директору, и мы что-нибудь придумаем, — существовала пара вариантов перестроить спальни так, чтобы отделить от одной небольшой уголок, или же… Чуть изменить планировку замка и построить среди других комнат факультета еще одну небольшую спаленку, на одного ученика.       — Тогда подойдет, — с самым серьезным видом кивнула Кэтрин.       — Хорошо, мисс Реддл, значит, договорились, — на губах как-то сама собой появилась теплая улыбка — новая ученица начинала мне нравиться.       — В меня тоже не каждый день швыряются самым страшным Непростительным, пока это было один раз, — хмуро заметила девчушка.       — Я ни в чем вас не упрекаю, — вот эти слова вызвали у меня… Определенное чувство вины. Это с меня началась вся та охота на Поттеров, и в итоге на миссис Реддл и ее дочь, случайно оказавшихся в одном доме с Лили и ее семьей… Именно тогда помимо семьи Поттеров «гости» попытались убить и девочку, сейчас сидевшую напротив меня с нахмуренным лбом… Почти два года назад… — Это нормально, видеть кошмары, бояться, плакать. Но я уверен, что вы справитесь со своими страхами и переживаниями. Вы же слизеринка, а слизеринцы никому не позволяют взять над собой верх, — я постарался сделать тон как мог более ободряющим.       — Потом в любом случае еще будут попытки, — хмуро заметила девочка и прибавила: — я намерена стать аврором.       — Аврором?! — эти слова несколько удивляли, хотя я довольно быстро вспомнил, что ее отец когда-то работал именно аврором. Это потом он перевелся в другой отдел и дорос до заместителя министра магии несколько лет назад. — Как ваш отец, да?       — И мама, — кивнула девочка.       — У вас есть много времени, чтобы это решить, — нельзя было сказать, чтобы это меня очень радовало. К тому же слизеринцы очень редко становились аврорами. Впрочем, мистер Томас Реддл тоже учился на Слизерине. Но показывать это девочке, разумеется, я не собирался. — Но я должен вас предупредить, что аврору нужно хорошо учиться. И, кстати, Зельеварение — обязательный предмет для поступления.       — Это я знаю, профессор, — кивнула Кэтрин. И села ровнее, снова поправив юбку и потянув со спинки кресла аккуратно навешенную мантию. — Но вроде у меня нет проблем с Зельями пока, я за два урока еще не взорвала котел, — слабо и немного озорно улыбнулась девочка.       — Искренне надеюсь, что так будет и впредь, — с самым серьезным видом ответил я, внутренне улыбаясь — почему-то стало даже немного весело…       — Хорошо, я не буду спать в гостиной, — серьезным тоном отозвалась Кэтрин. И добавила, и уголки ее губ дрогнули в едва заметной улыбке: — я буду спать в Тайной Комнате, — в неверном свете показалось, что глаза девочки очень озорно заблестели… А вот мне вспомнилось, довольно смутно, другое… Суматоха в школе, разговоры о закрытии (и тогда я жутко переживал, ведь Хогвартс был… местом, где было куда лучше, чем дома, и было бы еще лучше, если бы не одно «но»)… Убийство ученицы прямо в стенах древнего замка, едва не обернувшееся для древней школы магии очень плохо. Ученикам с тех пор вновь говорили, что это только старая легенда, многие из тех, кто застал этот случай, и сами себя убедили в том же, впрочем. И сейчас я только усмехнулся.       — Мисс Реддл, это — всего лишь очень старая легенда, к тому же, вы что-то не очень похожи на Салазара Слизерина, а еще позвольте вам напомнить, что покидать гостиную после отбоя нельзя, так что придется вам ограничиться более скромной спальней.       Но вот того, что в ответ на это мисс Реддл начнет шипеть что-то на парселтанге, я ожидал меньше всего… И сохранить на лице обычную холодную невозмутимость удалось не без труда. А девочка, после пары фраз, довольно озорно улыбнулась:       — Я не Слизерин, я наследник Слизерина. Это перевод. Но правила есть правила, так что мне придется оставаться здесь, — кивнула она. — Я пошутила про Комнату.       — Это… весьма неожиданно, — полуневольно признался я. — Но я бы вам не советовал рассказывать об этом другим ученикам, мисс Реддл, — это обстоятельство не радовало меня совершенно по целому ряду причин, из которых не на последнем месте было то, что директор, который, несомненно, этого не знать не мог, меня об этом обстоятельстве даже не предупредил. Не говоря уже о том, что стань этот факт известен другим ученикам, и родителям некоторых из них, это могло бы повлечь очень неприятные последствия для девочки, от банальной школьной травли до совершенно ненужного ей пристального интереса некоторых персон.       — Я это тоже знаю, — пожала та плечами, — но, думаю, сэр, вам это было лучше узнать, — ученица начинала помимо определенного интереса и симпатии вызывать некоторое уважение. Для девочки десяти-одиннадцати лет она оказалась и впрямь сообразительной и необычайно серьезной девчушкой.       — Вы удивительно благоразумны для своего возраста.       — Вход, кстати, я знаю, где, но я не собираюсь туда идти, чудовище довольно строптивое и пусть оно лучше спит, — сообщила Кэтрин.       — Да, несомненно. Последний раз, когда оно выходило, убили ученицу, — хотя в том, что Кэтрин этого не знала, я уже немного сомневался. С чего-то ведь она решила, что чудовище строптивое, выходило, что ее отец (а скорее всего наследником Слизерина был мистер Реддл) ей про обитателя Тайной Комнаты рассказывал. — Лучше не трогать… — мне вспомнилось то, что тогда обсуждали в Школе про убитую девочку… Любовь Слизерина к змеям, то, что наследники его разговаривали на змеином наречии, и любопытную мысль удержать на языке не удалось. — Кстати, а что именно это за чудовище?.. — в принципе, я догадывался, кто именно это мог быть и чем он был опасен.       — Василиск, — отозвалась девочка, подтверждая догадку.       — Я был прав… — пробормотал я себе под нос.       — Что? — переспросила Реддл.       — Да так, я размышлял, что именно там держал Слизерин, и подозрения падали на Василиска. Он больше всего подходил.       — Так вот, он довольно строптив, слушает только моего отца, — продолжила девочка. — А я не настолько храбра и безрассудна, чтобы туда лезть, иначе, — насмешливо заметила она, — я была бы на другом факультете, — на какой именно факультет намекала маленькая слизеринка, было вполне ясно и очевидно.       — Или достаточно умны, чтобы не делать такого.       — И это тоже. Я не уверена, что все из них вообще умеют думать… — больше себе под нос, но вполне разборчиво, пробормотала девочка. Надо же, всего неделю в Хогвартсе, а уже втянута в неприязнь между факультетами, мелькнула мимолетная мысль.       — Гриффиндор славится другими вещами, — не слишком скрыв сарказм, едко заметил я.       — По меньшей мере, — уже громче произнесла Реддл, — взрывать унитаз идея так себе, но я уже предупредила профессора МакГонагалл…       — Взрывать унитаз?!       — Ага. Это эксперимент, жажда познаний и стремление к новому, — довольно ехидно заметила в ответ девочка.       — Это кто такой… Любознательный?.. — вкрадчиво уточнил я, мысленно перебирая подходивших для таких проделок учеников.       — Курс третий или четвертый, я их еще не знаю, но это были гриффиндорцы, — пожала плечами в очередной раз Кэтрин. — Я уже рассказала профессору МакГонагалл, и, кажется, она их уже нашла, — и, при всей взаимной не слишком большой симпатии, я предполагал, что наказание было довольно строгим. — Но лично меня вполне устраивает факультет, это семейная традиция, — на губах девочки вновь появилась легкая, озорная улыбка. — У нас в роду все учились, — со стороны Реддла, вероятно, предположил я. Её мама училась на Райвенкло.       — Что ж, я рад. Я считаю, что слизеринцев обычно недооценивают, — и очень часто это начинали делать еще с первого курса, если не до школы. И даже для многих преподавателей мой факультет становился своего рода изгоями. Потенциальными будущими темными волшебниками. Это была одна из причин того, почему заботу о своих подопечных, известную на всю школу, проявлял я. Многим из этих детей действительно нужна была небольшая доля внимания. И ученики факультета платили мне, в эти несколько лет работы в Школе, довольно уважительным отношением…       — Все зависит от самого человека, — заметила Кэтрин, — а не от факультета в Школе. Хотя детям свойственно делать довольно нелепые выводы. Я иногда тоже могу, — хмыкнула она, — когда становлюсь похожа на обычного ребенка, но это бывает редко. Обычно я, как вы справедливо заметили, довольно умный для своего возраста ребенок.       — Да, и это весьма необычно.       — Некоторые вещи очень сильно меняют людей, — заметила девочка. Какими могли быть эти «вещи», я примерно представлял. Она, как и сын Поттеров, в тот день находилась в том доме, и все произошло на ее глазах… Однако Кэтрин продолжила: — и мне предстоит довольно непростая работа через несколько лет, — я почему-то порядком усомнился в том, что под этой работой подразумевался аврорат.       — Работа?..       — Моя мама состояла в одной организации, и теперь на ее месте я, — девочка подняла на меня взгляд. Два больших, показавшихся на мгновение огромными, серьезных глаза. В полумраке показавшихся шоколадного оттенка. — Обязанности, конечно, выполняют другие, — добавила девочка. — Но временно, пока я учусь.       — Ясно… — кивнул я. Предполагая, что от дальнейших вопросов стоило воздержаться, и что едва ли девочка могла бы мне на них ответить. И вместо этого поднялся, кивнув ей на дверь в спальни девочек. — Мисс Реддл, думаю, сегодня вам стоит все же пойти спать в комнату первого курса. А завтра мы подумаем о других вариантах, хорошо?