Будни королевы

Блум наконец выдалась редкая возможность пройтись по городу одной. Без охраны, без протокола, без взглядов. Просто идти по улицам Магикса, дышать, смотреть на витрины и чувствовать себя не королевой, а собой. Она успела сделать всего несколько кварталов, когда зазвонил коммуникатор. — Блум, срочно возвращайся, — голос Амалии дрожал. — Скай и мой отец уже почти час разговаривают на повышенных тонах. Блум остановилась. — Что случилось? — сразу спросила она. — Льюис? — Я… не знаю, — призналась Амалия. — Но, пожалуйста, возвращайся скорее. Блум не стала задавать больше вопросов. Во дворец она вернулась быстро. И как раз в тот момент, когда подходила к кабинету Ская, дверь распахнулась. Из неё вышел лорд Рейнальд — дядя Ская и отец Льюиса. Он выглядел довольным. Слишком довольным. Так выглядят люди, которые считают, что только что выиграли партию. Он даже не посмотрел на Блум — лишь холодно кивнул и прошёл мимо. В ту же секунду к ней подошла Самара. И сразу же из кабинета раздался голос Ская — резкий, сорванный: — Мама. Блум. Ко мне. И позовите отца. Немедленно. Блум вошла первой. Скай стоял у стола, сжав кулаки. Он был зол — не вспыльчиво, а глубоко, опасно спокойно. — Что произошло? — тихо спросила Блум. Он резко выдохнул. — Мой дядя, — сказал он. — — Лорд Рейнальд решил, что сейчас самое подходящее время «позаботиться о будущем своей семьи». Самара нахмурилась. — О чём речь? Скай прошёлся по кабинету. — Льюис снова вляпался, — жёстко сказал он. — — Его очередная пассия беременна. И, по словам Рейнальда, на этот раз всё серьёзно. Он хочет, чтобы я официально признал брак, дал девушке титул, а Льюису — повышенный статус при дворе. Блум напряглась. — И ты отказал. — Конечно, — ответил Скай. — — Льюис не наследник. Он не живёт во дворце, не участвует в жизни королевства, не несёт ответственности. — Я не собираюсь раздавать титулы только потому, что он снова не смог подумать о последствиях. Скай остановился и посмотрел на Блум. — Но Рейнальд не отступает. Он начал говорить о «чести семьи», «традициях», «давлении общественного мнения». Самара скрестила руки. — Он хочет создать прецедент, — холодно сказала она. — — Сегодня титул. Завтра — место при дворе. Послезавтра — влияние. Скай кивнул. — Именно. — Сегодня вечером они хотят прийти всей семьёй. И публично поднять вопрос. Блум медленно выпрямилась. — Значит, он решил давить через скандал, — сказала она тихо. — Через жалость. Через «семейную драму». Скай посмотрел на неё. — Я не уступлю, — сказал он. — — Но он рассчитывает, что мне будет неудобно отказать при всех. В этот момент в кабинет вошёл Эрендор. Он молча посмотрел на сына, затем на Блум и Самару. — Мы семья, — глухо сказал он. — — А не рынок, где титулы выдают за громкие истории. Самара кивнула. — Если Рейнальд начал эту игру, — сказала она жёстко, — — он не остановится сам. Блум подняла взгляд. — Тогда мы тоже не остановимся, — сказала она спокойно. — Но на наших условиях. Скай встретился с ней взглядом — и в этот момент понял: это уже не просто семейный конфликт. Это попытка продавить власть через кровь, скандал и давление. И удар направлен не только на него. Он направлен на Блум — как на королеву, как на жену, как на ту, чьё место рядом с ним кто-то решил расшатать. Наступил вечер. Двери дворца распахнулись, и в зал вошли лорд Рейнальд, леди Элеонор, Льюис… Блум уже сделала шаг вперёд, готовясь к формальному приветствию, как вдруг движение за их спинами заставило её замереть. Последней вошла она. Митси. Не как гостья. Не как случайный человек. А как тот, кто заранее уверен, что имеет право здесь находиться. Дорогое платье сидело безупречно. Походка — уверенная, отработанная. Она оглядела зал так, словно уже представляла, где что будет стоять. На мгновение повисла тишина. — …Вот уж не думала, что когда-нибудь снова увижу тебя здесь, — протянула Митси, улыбаясь одними губами. — В таком статусе. Блум медленно выдохнула. — Я тоже, — спокойно ответила она. — Особенно при таких обстоятельствах. Она посмотрела на Льюиса. — Объяснишь? Митси опередила его. — Думаю, это уже очевидно, — сказала она и чуть наклонила голову. — Мы с Льюисом скоро поженимся. Льюис дёрнулся, но промолчал. — И да, — добавила Митси, положив руку на живот, — я жду ребёнка. В зале стало холодно. Самара медленно выпрямилась. — Это… неожиданно, — произнесла она сухо. Скай сделал шаг вперёд. — И это не объясняет, почему ты здесь, — сказал он. — Во дворце. Без приглашения. Митси повернулась к нему. — Я здесь, потому что мой ребёнок будет частью вашей семьи, — сказала она мягко. — А значит, и частью истории Эраклиона. Блум почувствовала, как внутри что-то сжалось. Не от слов — от тона. — Историю Эраклиона, — повторила она тихо, — пишут не случайные люди. Митси усмехнулась. — Ты уверена, что всё в твоей жизни было таким уж неслучайным? Льюис наконец заговорил: — Я собираюсь взять на себя ответственность, — сказал он глухо. — И я рассчитываю на поддержку семьи. Скай посмотрел на него долго. — Ответственность — это не титул, — произнёс он. — И не способ получить вес там, где ты его не заработал. Лорд Рейнальд шагнул вперёд. — Мы не просим трон, — сказал он холодно. — Мы просим признание. Статус. Защиту. — Ты просишь влияние, — резко ответила Самара. — И используешь для этого женщину и ребёнка. Митси повернулась к Блум. — Ты боишься, — сказала она тихо. — Не меня. А того, что твоё место — не такое уж неприкосновенное. Блум выдержала её взгляд. — Моё место, — ответила она спокойно, — никогда не держалось на страхе. Она сделала шаг вперёд. — А ты путаешь внимание с ценностью. И шум — с властью. Митси прищурилась. — Посмотрим. — Посмотрим, — согласилась Блум. — Но знай: ты вошла в игру, где правила пишем не мы одни. Скай встал рядом с ней. И в этот момент стало ясно всем: это больше не семейный разговор. И даже не спор. Это начало тихой, затяжной войны — где никто не будет кричать, но каждый удар будет точно в цель. На следующий день напряжение не спало. Оно стало… тише. Но опаснее. Митси нашла Блум сама. — Блум… кто бы мог подумать, — протянула она с улыбкой, — что девушка из обычной семьи станет королевой. Пауза. — А они знают, какой ты была до Алфеи? У тебя ведь даже манер не было. Блум посмотрела на неё спокойно. Слишком спокойно. — Митси, я не собираюсь продолжать этот разговор. Пауза. — Скай знает меня очень хорошо. Именно поэтому я его жена. Тише: — И ему не важно, где я выросла. Митси сжала губы. И в её глазах мелькнуло что-то опасное. Через несколько минут… раздался крик. Резкий. Надрывный. Блум обернулась. Митси стояла у стены, прижимая руку. Кожа на запястье была обожжена. Рядом — перевёрнутая свеча. — Она… она меня обожгла! — дрожащим голосом сказала Митси. И посмотрела прямо на Блум. Пауза. Короткая. Но достаточная, чтобы начался шёпот. Позже. Кабинет Ская. Блум стояла напротив него, напряжённая, но спокойная. — Я её не трогала, — сказала она. Скай смотрел на неё внимательно: — Я знаю. Дверь резко распахнулась. Вошли Льюис и лорд Рейнальд. — Ты обожгла мою невестку! — жёстко сказал Рейнальд. — Как ты могла? Блум медленно повернулась к нему: — Простите? — Она сказала, что ты напала на неё, — вмешался Льюис. — Когда она заговорила о твоём прошлом. — Я этого не делала, — спокойно повторила Блум. — Где доказательства? — резко спросил Рейнальд. Скай сделал шаг вперёд: — А где доказательства того, что это сделала Блум? Пауза. Тишина стала холодной. — Я тоже могу многое сказать про Митси, — добавил он. Рейнальд прищурился: — Мы так этого не оставим. Пауза. — Это оскорбление нашей семьи. Он посмотрел на Ская: — Я требую… удовлетворения. Скай усмехнулся: — Ты серьёзно? Но тут Льюис сделал шаг вперёд. — Я вызываю тебя, — сказал он глухо. — На поединок. Тишина. Блум резко повернулась: — Нет. Но Скай уже смотрел на него. Холодно. — Ты понимаешь, что делаешь? — Да, — ответил Льюис. — Я защищаю свою невесту. Пауза. — И честь семьи. Скай чуть наклонил голову: — Тогда будь готов к последствиям. И в этот момент стало ясно: назад дороги уже нет.