Пара для вальса

Грейнджер мялась возле двери и очерчивала туфельками круги на каменном полу. Она не решалась ни постучать в дверь, ни грациозно войти со спокойным видом. Страх неизвестности и неизбежности окутывал её каждый раз, когда она воспроизводила свой с Северусом диалог в голове.  — Грейнджер, ты снова очень громко думаешь. — сразу же вспылил Снейп, открыв дверь девушке. Благородным жестом он пригласил её войти.  — Грейнджер, я никак не вразумлю, какого дракла ты взяла и сбежала? Если тебе что - то не понравилось, то нужно было об этом сказать! А ты повела себя как глупая девчонка! — рявкал мужчина, расхаживая по кабинету. Сердце Гермионы билось в бешеном ритме, слёзы подкатывали к горлу. — Ты не понимаешь, что мне не семнадцать, как тебе? Я больше не хочу этих душевных страданий, я хочу спокойствия и доверия. Ты вообще меня слышишь?! — он наклонился над девушкой, разъярённо смотря ей в глаза. Ей ничего не осталось, кроме того, как заплакать.  — Я… мне… стало страшно. — она всхлипнула. — я не хочу быть девочкой для секса. Я хочу быть любимой… а Вы… ты… мы сразу оказались в кровати… почему ты не предложил вместе почитать? Поговорить? Да ты мной воспользовался! — её жалобные и заплаканные глаза бегали по кабинету, и когда она смотрела именно на Снейпа, она заливалась слезами ещё больше.  — Потому что я взрослый мужчина, Грейнджер, и ты это знаешь. Ты и сама была не против. Поэтому не надо сейчас делать из меня извращенца и монстра. Напомню, что я взамен ничего не потребовал. — он сел на диван, потирая виски.  — В любом случае, с Вашей стороны это было не самым верным шагом. Мне страшно! Да, страшно, потому что я не понимаю своих чувств. Я знаю, что всё кричало об этом с самого начала: нет пары для вальса, так и не стоило вообще что - то предпринимать. Дура! Я такая дура… — Гермиона срывалась с крика на хрупкий полушёпот, закрывая лицо ладонями.  — Иди ко мне. — ласково произнёс мужчина. — Давай, сядь сюда. Мне тоже кажется, что всё это неправильно. Однако, мы вместе в этом безумии.  Девушка послушно приземлилась рядом, с ровной от напряжения спиной.  — Закинь на меня ножки. — и он поднял её стопы с пола и уложил на свои голени, а рукой приобнял за талию.  — Это всё неправильно… совсем неправильно… что же скажут Гарри и Рон? А МакГонагалл? А Дамблдор? Боже, а что же скажут мои родители… — Грейнджер снова съёжилась, по её лицу скатилась непрошеная слеза. Северус смахнул её пальцем и задержал руку на её нежной щеке.  — Ты не должна зависеть от чужого одобрения. Ты ведь хочешь?  — Чего хочу? Жить с Вами? Делить постель? Растить детей? — истерично и саркастично спросила девушка.  — Ну… да. — он поднял бровь. — Хотя я имел в виду другое. Хочешь ли ты моей любви, заботы, внимания, подарков от меня… я не романтичен, но для тебя мне хочется что - то сделать. Никогда и ни для кого не хотелось раньше. — Северус склонил голову к её кудрявой макушке, вдыхая любимый аромат гвоздики.  — Как так получилось, что Вы влюбились? Почему так быстро?  — Возможно, потому, что я давно никого не любил. — Гермиона захотела что - то сказать, но Снейп перебил её ответом. — Лили — детская привязанность и дружба. И это было давно. А тут появилась ты, со своими сумасшедшими кудрями, с умными глазками и любопытным носиком. Ах, да, ещё с милыми ручками и небольшой клептоманией. — позволил себе шутку мужчина.  — Это было пять лет назад! Знаете… меня всё это раздражает. Не могу я так, сразу решать. Тем более, молчать об этом я не могу. Мои друзья должны знать. Я скажу ответ когда - нибудь потом. Наверное. — твёрдо решила она и поднялась с дивана.  — И даже не поцелуешь меня на прощание? Как грубо, мисс Грейнджер. — усмехнулся мужчина.  — До свидания, профессор Снейп. — девушка занесла ладонь к дверной ручке.  — Могла бы назвать меня просто Северус. Упрямые Гриффиндорцы…  ***  Гермиона влетела в гостиную Гриффиндора, растолкав первокурсников. Она кипела от злости, из глаз летели яростные искры. Она быстро поднялась в спальню, чтобы срочно поговорить с Джинни.  — Кретин! Пустоголовый болван! — выкрикнула она.  — И чем он плох? — улыбнулась подруга.  — Ты не понимаешь. Он меня раздражает. Сначала «Мисс Грейнджер, Ваши зелья плохого качества», а потом «Мисс Грейнджер, положите свои ноги на мои и поцелуйте меня». Он меня гнобил все семь лет, а сейчас ему любви захотелось? Да он надо мной издевается! — девушка бегала из стороны в сторону, активно жестикулируя.  — Мне кажется, что он только сейчас тебя заценил. Ты же умная девчонка, Герми, так что ты ломаешься?  — Потому что не хочу я таких взаимоотношений. Я в душ. — и девушка ретировалась.  *** Гермиона перебирала шкаф в поисках хоть чего - то чистого и тёплого. Из - за активной учёбы, постоянных репетиций и просто забывчивости она конкретно забила на то, что всё её вещи хорошо бы постирать. Очищающее заклинание ещё могло бы её спасти, но, к сожалению, она слишком много им пользовалась, чтобы вернуть одежду к жизни. Руками она нервно перебирала вещи, откидывая в корзину для белья.  Джинни вернулась из гостиной поздновато. Увидев подругу, увязшую в куче одежды, она усмехнулась.  — И что ты хочешь там найти?  — Одежду. На завтра. — отозвалась Грейнджер.  — У тебя прям вообще ничего?  — Только бельё. И то, самое «неневинное». И пара носков. Я совершенно не обращала внимание на то, что вещам пора бы на стирку. Сейчас отнести нельзя, домовики примут только утром, и ждать придётся весь день! Джинни, у тебя есть что - нибудь тёплое? Этот февральский холод меня убивает. — взвыла Гермиона, складывая одежду в стопки.  — У меня только мантия. Я не ношу свитеров. Можешь взять свитер Гарри, я не против. — и девушка убежала.  Вернулась она со свитером, на котором написано «Г». Подарок Молли на Рождество.  — Ой, подарок Молли! Но тебе не кажется, что он будет мне большим? — Грейнджер повертела свитер в руках и примерила длину рукава. — Я не стану использовать заклинание для уменьшения. Пряжа может не восстановиться.  — Ну один денёк походишь так. Если что, скажешь, что растянула свой. У вас с Гарри имена на одну букву, поэтому нормально.  — Джинни, что бы я без тебя делала! И без Гарри! Спасибо!  ***  Гермиона снова задержалась в библиотеке после отбоя. Слова не хотели впитываться в мозг, оставаясь в её глазах странными сочетаниями букв. Ощущение чьего - то присутствия её пугало, но ведь замок полон призраков, за ней точно будет кто - то следить. Животный страх сковал её тогда, когда чья - то тяжёлая рука опустилась ей на плечо.  — И кто же этот „герой“, что дал Вам эту вещь? — спросил Снейп, щупая пряжу. Его взгляд выражал призрение и еле - заметную грусть.  — Это мой. Растянулся просто. — попыталась оправдаться девушка, стряхивая ладонь профессора со своего плеча и виновато отводя глаза в сторону.  — Именно поэтому от Вас пахнет мужским одеколоном, мисс Грейнджер? — он поднял бровь и откровенно усмехнулся, оскалившись.  — Так сложилось. Нечего было надеть.  — В мой кабинет. Не могу видеть, как ты носишь чужую одежду на себе. У тебя есть поразительная способность попадать в ситуации, в которых тебе нужно будет переодеться при мне. Пойдём. — он дёрнул её руку в свою сторону и зашагал прочь.  Дорога, по мнению Гермионы, заняла много времени. Бесконечные тёмные коридоры, спящие портреты — всё это смешалось, превратилось в дым в голове. Она очнулась от транса только после того, как услышала щелчок закрывшейся двери.  — Чья. Это. Вещь? — резко спросил зельевар, чётко выделяя согласные.  — Моя! — отчаянно крикнула девушка. Она уже порядком устала от этого разговора о свитере.  — «Г». Видимо, это вещица Поттера. Отвратительно. — и он что - то прошептал, и ткань испарилась.  — Вы владеете невербальными заклинаниями. — будто сама себе сказала девушка, и посмотрела на мужчину в упор. — И тогда Вы намеренно зашли в каморку, и потеряли палочку тоже намеренно. Как Вы могли? — шептала девушка. На глазах наворачваоись непрошенные слёзы. Это предательство? Не похоже. Домогательство? В какой - то мере. Желание быть рядом, успокоить? Да.  — Додумалась, умница. Да, но я это не планировал, так вышло. Странно, что ты раньше не поняла. — улыбнулся Снейп, обнажая зубы. — Но и ты меня пойми. Ты знаешь моё отношение к тебе. Да, раньше я вёл себя ужасно, неразумно, но что я должен был делать, если ты меня раздражала? Ты — невыносимая всезнайка, вечно снующая с Поттером и Уизли. Умная — да, несомненно, но я не должен относиться к «более эрудированным» иначе. Я насмехался, я злился, я помню, не утруждай себя рассказами мне о моих же действиях. Я так и не пришёл к понимаю, когда всё изменилось. Может, когда прочёл твои мысли в первый раз. Может, когда увидел тебя в платье. Может, когда спросил, боишься ли ты прикосновений, боишься ли доверять. Но какая разница? Ты взрослая, умная, рассудительная ведьма, с которой можно не только трахаться, но и говорить. На что ты обиделась, как дитя? На то, что предупредил, что не железный? Ты сама позволила, хотя могла бы остановить, уйти, предотвратить. Но ты поддалась желанию, мы согрешили вместе, а виноват один я? Как глупо с твоей стороны. — он ходил по кабинету, рассудительно озвучивая мысли. Гермиона не решалась двинуться с места. — Заметь, я с тобой очень нежен. Если бы ты мне сказала «пойми, Снейп, не ты герой моего романа, спасибо за внимание», то я бы перестал искать с тобой встречи. Но ты затеяла глупую игру, Гермиона, участником которой я невольно стал. Так вот, у тебя есть выбор. Скажи, тебе приятно моё внимание, или нет? — он устремил взгляд на неё, выжидая ответ. Его глаза были печальными, наполненными страданиями, мукой. Но в них была искорка азарта. И оба знали, что он уже победил.  — Приятно. Ты… Вы… ты. — определилась девушка. — Ты сейчас всё объяснил, и я теперь выгляжу истеричкой. Прости. Мне приятно, просто… не знаю, нет мне оправдания. — ей было стыдно. Она ведь мечтала заполучить его расположение, мечтала о подарке на День Всех Влюблённых, мечтала о том, с кем не страшно. И он ей это подарил. А она? Истерику и непонимание.  — Хорошо, что мы это поняли. А сейчас — стяни свои джинсы и иди сюда. — и она покорно это сделала, подошла к Снейпу и легонько обняла его.  — Если тебе не понравится, мы остановимся. Ты согласна сейчас заняться… тем, о чём ты уже подумала? — улыбнулся Северус, когда заметил, что Гермиона уставилась на натянутую ткань брюк. — Ты слишком божественно выглядишь в этом белье.  — Да. — ответила она и прильнула к его губам.