Amour toujour

«Не будь дураком              Будь тем, чем  другие не были».                                                                И. Бродский "Лампами" - Нервы Облупленный потолок. Тишина. Едва слышно жужжит старая лампочка. Яркий больничный свет заливает палату холодным сиянием. Парень проснулся совсем недавно. Теперь он лежит с широко раскрытыми глазами, силиясь связать разрозненные нити воспоминаний. Всё всплывает крайне смутно — последним ясно помнится сон, состоящий из разных частей, никак не взаимодействующих друг с другом. ********** Пара счастливо улыбается, прогуливаясь по парку. Они крепко держатся за руки, вызывая непонимающие, косые взгляды прохожих. Мужчины играют с маленькой девочкой лет шести. Антон треплет её по волосам, а Арсений терпеливо помогает направлять карандаш по бумаге, выводя яркое солнышко. Вот они на корабле — стоят на носу, точно как в «Титанике». Ого, даже название такое же. Крушение. Истошные крики. Отчаянный плач. Под воду уходит тело. Голубые глаза, сливающиеся с бездонным океаном, безжизненно взирают на парня. *********** Думать даётся с трудом. «Конечно, когда в руку воткнута трубка». Действительно. Стук в дверь. В палату входит симпатичный мужчина лет тридцати в белом халате, с голубой папкой в руках. «Прямо как…» — Здравствуй, я твой лечащий врач. Как самочувствие? Всё в порядке? — Егор Николаевич (так значилось на бейдже) достал из кармана штанов фонарик и посветил в глаза подростку, выискивая малейшие отклонения. — Всё хорошо… Вроде, — парень сглотнул. Помимо зудящих запястий, безумно болело горло. Хотелось вывернуть наизнанку внутренности. — Да, у тебя также возможны боли в глотке, на внутренней стороне запястий и бёдер. Не переживай, всё заживёт, — Булаткин улыбнулся, обнажив ряд белоснежных зубов. «Нихуя, доктор, а чё не модель? Там больше платят». — А… Что со мной случилось? — решил уточнить Шастун. Информация всплывала в памяти кусками, мозги кипели. — Тебя привезла скорая, состояние было критическое. Сопровождавший мужчина был так взволнован и зол, по-моему. — Врач откинул чёлку назад, устремляя взгляд прямо в глаза подростку. — Он за тебя чертовски волновался. Был готов даже переливание крови сам провести, но это запрещено. Не знаю, кто он тебе, но цени его — таких людей на Земле всё меньше. Тебе с ним чертовски повезло. — Мужчина мечтательно выдохнул, слегка улыбнулся и отошёл к двери. — Мы тебя подержим тут недельку, пока всё не стабилизируется. Освобождение от физкультуры выпишем. Отдыхай. Егор Николаевич, прощаясь, махнул рукой и вышел, тихо прикрыв дверь. Я очень часто несу чепуху, Пишу плохие стихи, Ношу пальто на рыбьем меху, Холодные сапоги. Теряю друзей, наживаю врагов, Плачу за газ и за свет, А кроме того, ищу любовь, Которой все нет и нет В груди Антона разлилось трепетное вдохновение. Ведь стихи, как драгоценные камни, навсегда врезаются в самую глубину сердца, правда? Сейчас юноша, охваченный невиданным доселе азартом, с искренним, почти детским восторгом погружается в прозу Иосифа Бродского. Парень, казалось, уже в миллионный раз вознес благодарственную молитву небесам и своему соседу по палате за это неожиданное «чудо». Сам Антон, будучи прежде далеким от чтений, не мог и предположить, каким откровением станет для него это занятие. Но это были не просто строки, а подлинные откровения, уроки мудрости, проливающие свет на саму суть бытия. В них он находил отголоски любви, пламенное стремление к свету, оду величию Петербурга. Целый сборник, вместивший в себя, казалось, всю гамму невыразимых эмоций парня, озаренного счастьем в палате номер 17 Бывало ли у вас, что вы погружались в чтение так, словно переступали невидимый порог, оказываясь в совершенно ином мире? Словно через портал попадали в страну тайн и головокружительных приключений? Если с читателями прозы такое случается нередко, то в данном прочтении Шастун, пожалуй, мог бы претендовать на звание "Самый поглощенный чтением года". Антон уже разобрал все неотвеченные чаты. Пришлось оправдываться и успокаивать Диму с Серёжей после новости: "Меня два дня держал в гараже наш одноклассник, и я сейчас в больнице. А, да, привёз меня Француз, и мне явно светит пизда." Пришлось пролистать школьный чат — ведь оставаться в неведении было никак нельзя. Впрочем, больше сообщений не поступало. "Ну да, кому ты нужен." Кстати, о Французе. Парень его не видел с той ночи в гараже, когда тот его спас. Он ни разу даже не наведался, совсем. "Теперь точно не нужен." — Антон Шастун? Здравствуйте. — Женщина в синей униформе бесшумно вошла в палату и замерла у двери. — Здравствуйте. — На самом деле он ожидал сотрудников соответствующих служб. Всё-таки от властей такое скрыть практически невозможно. Подросток по привычке выпрямился, натянув капельницу и ощутив, как ноют все травмы. Он тут же одёрнул себя и снова откинулся на подушку. — Я Гагарина Полина Сергеевна. Сейчас мы покажем вам фотографии. Сможете опознать Смыслова Тимура? — Антон кивнул, внимательно наблюдая, как блондинка, подойдя к кровати, достаёт из папки несколько снимков и раскладывает их перед парнем. — Вам знаком кто-нибудь из этих людей? — она перевела взгляд на сосредоточенное лицо школьника. Спустя полминуты Антон покачал головой, тяжело вздохнув. — Никого. — Ясно. — Девушка собрала фотографии, убрав их в ту же папку.Теперь её лицо выражало сожаление и некое разочарование. — Также стоит обсудить вопрос о лишении родительских прав. — Она нахмурилась, сохраняя ровную осанку, но было заметно, что эти слова даются ей с трудом. — Что? — Шастун взмолился всем небесам, что он ослышался (или нет?). — Ваши родители нарушили статью 69 УК РФ, то есть уклонение от выполнения родительских обязанностей. Были ли побои? — Гагарина внимательно изучала взгляд подростка. — Я… — Вдох. "Сука, сука, сука." — Да. — Хорошо, мы снимем побои, и мы сможем предъявить их в суде. Государство предоставит вам адвоката, но у вас также есть возможность нанять его самостоятельно. — Спасибо, — коротко ответил школьник. Как же ему сейчас хотелось побыть одному. — Адвоката мы направим прямо к вам. Выздоравливайте. — И впервые за весь разговор Антон заметил её лёгкую, почти заботливую улыбку. Вот как удивительно совпало: у парня скопилось множество вопросов, а также появилось время для их обдумывания. Не могло не волновать, что его учитель, с которым он(мягко говоря) не в лучших отношениях( по крайней мере со стороны Антона) видел его таким слабым и беззащитным. От одного осознания этого факта хотелось уткнуться в белую до тошноты подушку, так остро напоминавшую ту, что в доме учителя, и завыть. Было стыдно? Не исключено. Шастуну никак не нравилось, что кто- то видел его таким. Словно обнаженным, без одежды, ничем не прикрытым. Никто так глубоко не видел его раньше. Ведь Антона Шастуна все знают как просто парня, без чего- то сверхъестественного, обычным. Даже Дима с Серёжей воспринимают его как друга, прикольного пацана, иногда ленового, возможно ебанутого местами. А вот Попов, он.. Он его знает как подростка, набухавшегося в баре от проблем с родителями, как сорвиголову, как непослушное и неуправляемое дитё, за которым глаз да глаз. Он знает Антона как того, кому необходима помощь словно душевнобольному. И знает его как того, у кого свои тараканы в голове. По счастливому стечению обстоятельств была возможность подучить французский, который школьник так долго откладывал из чувства лени. Одни плюсы, так ведь? За окошком пасмурно, ветер дует так, что прохожих можно только пожалеть за то, что они всё ещё на ногах. На койке у окна лежит парень лет 14, крупненький блондин, поедавший сейчас очердную пачку печенья. На соседней кровати мирно спал одиннадцатиклассник, которому сон сейчас был нужее всего(не считая еды и Арсения Сергеевича). Эта спокойная атмосфера была оборвана противным скрипом двери и женским голосом. - Антон Шастун? - Гагарина вошла, привычно оставаясь у входа. Подросток нахмурился во сне, но после обращения черезчур резко подскочил. -Тише, отдыхайте. - мягко сказала Полина Сергеевна подходя, она несильно надавила на его плечо, заставляя лечь обратно. - А, да, тут я. - промямлил парень, мило причмокивая и разлепляя заспанные глаза и устоемляя их на вошедшую. - Сообщаю тебе, что Смыслов Тимур взят под стражу. В дальнейшем будет произведен суд. - блондинка, закончив устремила взгляд на школьника, который удивленно приоткрыл рот и широко распахнул глаза. - Так быстро? Я думал вы будете искать его дольше. - опустил он глаза, рассматривая белоснежные простыни. - Мы работаем по мере накопления. - девушка кивнула и вышла, краем глаза словив взгляд полненького мальчика, чья рука с зажатой в ней печенькой застыла у рта.