Тот, кто приносит свет.

В огромном городе, где люди

спешат по делам, уткнувшись в телефоны, а вечером зажигаются миллионы

окон, есть маленькие вселенные, где время течёт иначе.

Одна из них — ресторан итальянской кухни

„Il Girasole„

(“Подсолнух„)

Здесь пахнет кофе и свежей выпечкой, за большими окнами шумит проспект, а внутри всегда играет тихая музыка. И здесь работает Олегсей.

Не Олежа. Для всех он просто Олегсей — чаще, конечно, Олег, но всё же, — молодой человек с удивительно тёплой и улыбкой, который помнит, кто любит эспрессо без сахара, а кто просит добавить в капучино корицу.

Для всех он просто официант.

Но для одного посетителя ему суждено стать кем-то гораздо

большим.

***

Олежа поправил чёрную

бабочку — дурацкая, на шее сидит неудобно, но форма, к сожалению, обязывает — и бросил взгляд на часы. 18:42. До смены ещё два часа,но он уже чувствовал, как гудит спина. Вчера была корпоративная вечеринка в соседнем зале, и он еле уполз домой.

— Олеж, ты там живой? — Лена, старшая официантка, возникла из ниоткуда, как всегда бесшумно. Тридцать два года, двое детей, и она управлялась с залом лучше любого менеджера. — Живой, — улыбнулся он, хотя на самом деле организм требовал кофе и лечь поспать на часов так двенадцать. — Что по столикам? — Шестой и восьмой твои.На шестом — постоянники, семья с детьми, там осторожнее с посудой. На восьмом пока пусто, но его забронировали на семь. Олежа кивнул, принимая планшет с заказами. Работа официантом в приличном месте была похожа на марафон: нужно было успевать всё, запоминать лица,предугадывать желания и при этом оставаться приветливым. Ну и быстрым. Он прошёл в зал, привычным движением поправил салфетки на столах,проверил, полны ли солонки. Мелочи, из которых складывается идеальный сервис. Мама обычно даже смеялась. Отец.. В 18:55 зал начал заполняться. Семья на шестом — милые люди, их дочка всегда просит шоколадный мусс и строит рожицы. Двое мужчин в деловых костюмах у окна обсуждали контракты. Пожилая пара на четвёртом праздновала, кажется, годовщину — женщина держала мужчину за руку и улыбалась так, будто они только вчера познакомились. Олежа принимал заказы, носил подносы, шутил с детьми, объяснял состав соусов и улыбался. Улыбался всегда,даже когда ноги гудели, а разносчик опять привёз продукты с опозданием.

В 19:03 открылась дверь.

Олежа даже не сразу понял, почему взгляд зацепился за вошедшего. В ресторан заходили разные люди: шумные компании, влюблённые парочки, командированные в одиночестве. Но этот.. Высокий, в идеально сидящем тёмно-синем пиджаке, светлая рубашка без единой складочки. Тёмные волосы аккуратно уложены, на лице — выражение спокойной уверенности, которое бывает у людей, привыкших контролировать всё вокруг. Но Олежа заметил другое. Глаза. Красивые, янтарного оттенка, но с тенью под ними, словно их обладатель давно не высыпался.И лёгкое, едва заметное напряжение в плечах — человек только что вышел с работы и ещё не расслабился. — Добрый вечер, — Олежа шагнул навстречу, включая профессиональное обаяние. — Вы бронировали столик? — На семь часов.На имя Антон Звёздочкин, — голос низкий, чуть усталый. — Конечно. Ваш столик у окна, восьмой номер. Прошу за мной. — Олежа проводил гостя к столу, подождал, пока тот сядет.Движения у посетителя были точные, экономные — он не делал лишних жестов, словно всё в его жизни было выверено до миллиметра. — Меню, пожалуйста. Я сейчас подойду, — гость даже не взглянул на Олежу, уставившись в окно. Олежа положил меню, отошёл. Странное дело — он обслуживал сотни людей, но этот зацепил. Что-то в нём было..одинокое, что ли. За идеальным фасадом чувствовалась усталость от этого самого контроля. — Олеж, — Лена дёрнула его за рукав, — на восьмой не отвлекайся пока.Видишь, человек в себя приходит. — Вижу, — кивнул он, но краем глаза продолжал наблюдать. Мужчина у окна сидел неподвижно, глядя на огни проезжающих машин. Он не листал меню, не смотрел в телефон. Просто сидел и смотрел в одну точку. Через пять минут Олежа не выдержал. — Добрый вечер ещё раз, — он подошёл с блокнотом. — Могу я предложить вам аперитив? У нас отличное просекко, или, если хотите что-то покрепче, бармен делает великолепный негрони. Мужчина вздрогнул, словно выныривая из глубокого транса, и наконец посмотрел на Олежу.Вблизи глаза оказались ещё красивее — тёплые, медовые, но с колючинкой. — Негрони, — сказал он после паузы. — И..что посоветуете из горячего? Олежа внутренне улыбнулся. Вопрос “что посоветуете„ обычно задают две категории людей: те, кто совсем не разбирается в еде,и те, кто хочет довериться. Этот явно относился ко вторым. — Зависит от того, что вы любите. Если хотите что-то сытное, но не тяжёлое — рекомендую ризотто с белыми грибами.Если хочется мяса — у нас отличная телятина с соусом из трюфеля. — Ризотто, — выбрал гость почти сразу. — И воду без газа. — Принято. Я принесу напиток, пока готовится. Когда Олежа отошёл, поймал себя на том, что улыбается. Глупо. Просто очередной гость.Но что-то тёплое разливалось в груди — может, оттого, что человек перестал смотреть в пустоту и хоть на минуту отвлёкся.

***

Антон сам не знал, зачем

пришёл сюда.

День был отвратительный. Сначала проспал — чёртов будильник не сработал, потому что он забыл перевести его с выходных. Потом на кафедре случился разнос: декан требовал отчёты за прошлый месяц, хотя Антон сдал их ещё в понедельник. Потом позвонила мама — очередной разговор о том, что “сынок, тебе уже двадцать четыре, когда уже внуки?„. К трём часам дня у него разболелась голова. К пяти он понял, что если не выйдет из универа, то кого-нибудь убьёт. К шести просто сел в машину и поехал. Куда — не знал. Просто остановился у первого приличного места,где можно поужинать в одиночестве. Ресторан назывался “Подсолнух„. Глупое название, если честно. Антон терпеть не мог пафосные заведения с вычурными интерьерами. Внутри оказалось.. уютно. Мягкий свет, живые цветы на подоконниках, тихая музыка. И никакой вычурности. А потом появился официант. Антон не привык замечать официантов.Для него это были функции — принять заказ, принести еду, принести счёт.Но этот.. Этот был другим. Во-первых, у него была улыбка. Не дежурная, не натянутая, а настоящая — тёплая, открытая, от которой почему-то захотелось улыбнуться в ответ. Во-вторых, у него были глаза — большие, серые, смотрели внимательно и.. заботливо? Нет, это глупо. В-третьих, он спросил не “что будете заказывать„, а “что посоветовать„, и в его голосе не было равнодушия. Антон заказал негрони и ризотто, даже не думая. Просто поверил. Когда официант ушёл, Антон поймал себя на том, что смотрит ему вслед. И это было настолько необычно для него самого, что он чуть не рассмеялся. Он, Антон Звёздочкин, кандидат наук, перфекционист до мозга костей, смотрит вслед официанту. — “Ты сошёл с ума, — сказал он себе. — Просто устал. Поешь и поедешь домой. „ Но когда официант вернулся с напитком и поставил перед ним бокал, Антон поймал себя на том, что ищет повод заговорить ещё. — Долго ждать? — спросил он и тут же мысленно застонал. Глупый вопрос. — Минут пятнадцать, — официант снова улыбнулся. Антон заметил, что у него ямочки на щеках. — Если проголодались,могу принести хлеб с чесночным маслом. — Не надо. Я подожду. — Хорошо. Если что-то понадобится — я Олегсей. Просто позовите. Олегсей. Имя ему шло, тёплое. Только необычное. Очень. Антон кивнул и отвернулся к окну, делая вид, что рассматривает улицу. На самом деле он смотрел на отражение в стекле. Олежа отошёл к другому столику, что-то говорил пожилой паре, и те улыбались ему в ответ.Он умел располагать к себе — это чувствовалось даже на расстоянии. Ризотто принесли ровно через четырнадцать минут. Олежа поставил тарелку, проверил, достаточно ли сыра, спросил, не нужно ли ещё что-то. — Всё отлично, спасибо, — ответил Антон и сам удивился, потому что обычно он находил к чему придраться. Пересолено, недосолено, мало соуса.

Здесь было идеально.

Он ел медленно, растягивая удовольствие. Краем глаза следил, как официант носится между столиками, но при этом умудряется каждому уделить время. Подшутил с девочкой на шестом столике, та засмеялась. Быстро объяснил деловым что-то про вино. Помог пожилой паре выбрать десерт. Антон поймал себя на том, что улыбается. Просто наблюдая за этим человеком.— “Что с тобой? — спросил он себя. — Ты ведёшь себя как подросток. „ Он доел, допил воду и понял, что уходить не хочется. Можно заказать ещё кофе. Или десерт. Или просто посидеть. — Как вам ризотто? — Олежа появился рядом бесшумно. — Отлично. Спасибо. — Рад, что понравилось. Будете что-то ещё? У нас хороший тирамису. Или кофе. — Кофе, — сказал Антон. — Эспрессо. Двойной. — Принято. Через три минуты кофе стоял на столе. Олежа замешкался на секунду, словно хотел что-то добавить, но не решился и отошёл. Антон пил кофе и чувствовал, как напряжение уходит. Впервые за долгое время ему было просто..хорошо. Сидеть в тёплом зале, смотреть на огни за окном, пить хороший кофе. И знать, что где-то рядом ходит этот улыбчивый парень. — “Ты идиот, — сказал он себе. — Завтра ты даже не вспомнишь его лицо„.

Но он знал, что вспомнит.

***

Антон пришёл через неделю.

Он не планировал. Просто в четверг вечером, выйдя с работы, понял, что ноги сами ведут его к машине, а руки — ставят навигатор на этот странный подсолнух. — Ты сошёл с ума, — сказал он вслух, паркуясь.

Но всё равно зашёл.

В зале было людно, но Олежа заметил его сразу. Улыбнулся — той самой улыбкой, от которой внутри что-то ёкало — и помахал рукой. — Добрый вечер! Снова к нам? — он подошёл, и Антон заметил, что на бейджике написано Олегсей. В тот день он не заметил. — Да. Можно тот же столик? — У окна? Сейчас посмотрю.. — Олежа глянул в планшет. — Да, восьмой свободен. Прошу. Антон сел, чувствуя себя почти неловко. Он, взрослый мужчина, пришёл в ресторан во второй раз за неделю, чтобы увидеть официанта.Это звучало жалко. Слишком. — Сегодня что будете? — Олежа стоял рядом, и от него пахло кофе и чем-то сладким, может, ванилью. — А что посоветуете? — вырвалось само.

Олежа усмехнулся — тепло,

без насмешки:

— В прошлый раз вы брали ризотто. Может, попробуете что-то новое? У нас сегодня отличная рыба — сибас с овощами. — Давайте. — И напиток? Негрони? — Антон удивился, что тот запомнил, этот вопрос было видно и в глазах, и.. И по лицу. — Я стараюсь запоминать предпочтения гостей, — Олежа чуть смутился. — Профессиональное. Принести? — Да. Спасибо. Вечер прошёл в том же ключе: Антон ел, пил, наблюдал. Олежа работал, улыбался, иногда подходил спросить, всё ли в порядке. Антон ловил себя на том, что ждёт этих подходов, этих коротких диалогов. — Вы здесь каждый день работаете? — спросил он, когда Олежа принёс счёт. — Нет. Обычно я в будни вечером, в выходные редко, только подменяю. Ну.. Когда успеваю. — Учитесь? — Да, заочно.На психолога, — Олежа улыбнулся. — Наверное, это заметно — я всё время людей анализирую. — И что видите во мне? — спросил Антон и сам удивился своей дерзости. Олежа замялся, но ответил честно: — Что вы очень устаёте. И что вам не хватает.. простого человеческого тепла. Извините, если сказал лишнего. — Нет, — быстро ответил Антон. — Всё в порядке.Вы правы.

Они посмотрели друг на друга. Несколько секунд. Потом Олежа отвёл

взгляд.

— Приятного вечера. Приходите ещё. — Приду, — сказал Антон. И сам удивился, как уверенно это прозвучало.

***

Четверги стали традицией.

Антон приезжал в ресторан каждый четверг ровно в семь.Садился за восьмой столик. Заказывал то, что советовал Олег. Пил негрони. И разговаривал. Поначалу это были дежурные фразы — “как прошёл день?„, “что сегодня вкусного? „. Потом Олежа стал задерживаться у столика дольше положенного. Перекинуться парой фраз, обсудить погоду,посмеяться над нелепой ситуацией с посетителем, который требовал убрать оливки из салата, хотя в салате оливок не было. Или же хуже — они были самым главным ингредиентом. Антон,который терпеть не мог болтовни ни о чём, ловил себя на том, что ждёт этих разговоров. — Вы сегодня раньше, — заметил Олежа в четвёртый четверг,когда Антон вошёл в полседьмого. — Работа закончилась быстрее, — Антон пожал плечами. На самом деле он специально ушёл пораньше, но признаваться в этом было стыдно. — Тогда у вас есть время попробовать наше дежурное блюдо.Шеф-повар экспериментирует с ризотто, добавил тыкву и розмарин. Звучит странно, но на самом деле вкусно. — Вы пробовали? — Ну да, — Олежа смутился. — Мы же должны знать, что предлагаем гостям. — И как? — Мне понравилось. Но я вообще тыкву люблю. Антон кивнул, запоминая: Олегсей любит тыкву. Почему он это запоминал, Антон не анализировал. Система, привыкшая всё контролировать, просто фиксировала данные. Игнорируя тот факт, что данные о предпочтениях официанта не имеют отношения к работе.

На пятой неделе случилось

непредвиденное.

Антон приехал в ресторан и не нашёл Олежи в зале. За столиками суетилась Лена,молодой парень разносил напитки, а Олежи не было. — Добрый вечер, — Лена подошла к нему с улыбкой. — Ваш обычный столик? — Да. А..Олегсей сегодня не работает? — Ой, заболел бедный. Вчера под дождь попал, сегодня с температурой лежит. Так жалко его, он редко болеет, но уж если болеет — то основательно. Антон кивнул, сел за столик, заказал ужин. Всё было вкусно,обслуживание отличное, но что-то было не так. Не хватало улыбки. Тёплого голоса.Вопроса “как прошёл день? „, который звучал не как обязанность, не как формальность, а заинтересовано. Антон поел, расплатился, уехал домой. Всю дорогу думал об Олеге. Болеет.Один. В своей квартире. Кто ему чай принесёт? Кто проведает? — “Это не твоё дело, — сказал себе Антон, паркуясь у дома. — Вы даже не знакомы. Он просто официант„.

Но заснуть не мог. Ворочался, смотрел в потолок, думал.

В два ночи не выдержал.

Сел за ноутбук.

“Ресторан “Il Girasole„. Сайт. Команда. Сотрудники.„

Олегсей Душнов. Без фото, только имя. Антон пробил по соцсетям. Нашёл быстро — страница была открыта, последний пост вчера: “Попал под ливень, теперь лежу с температурой. Кто принесёт мне чаю?((„. Под постом несколько комментариев: “Выздоравливай, бро„, “Держись„, “Может, скорую? Хахах„.

И адрес. Олег не скрывал город, и по геотегам можно было понять район.

Антон смотрел на экран и понимал, что собирается сделать нечто, совершенно для себя нехарактерное. — Ты идиот, — сказал он. — Полный идиот.

Встал, оделся, поехал в круглосуточный супермаркет.

***

Олежа лежал на диване, укутавшись в три пледа, и чувствовал себя разбитым корытом. Температура тридцать восемь и пять, голова раскалывается, горло дерёт. Телефон разрядился, зарядка в другой комнате, а вставать — смерти подобно.

В дверь позвонили.

Олежа застонал. Кого там принесло?Курьер? Но он ничего не заказывал. Лена? Она говорила, что придёт после смены, но смена закончилась час назад, а ехать долго.

Звонок повторился. Настойчивый, но не агрессивный.

Олежа кое-как встал, закутался в плед, поплёлся открывать.

На пороге стоял Антон.

В руках у него был пакет, из которого торчали: лимоны, имбирь, мёд, малиновое варенье — судя по этикетке, домашнее, — пачка гречки, куриные грудки и коробка с апельсиновым соком. — Вы? — только и смог выдохнуть Олежа. — Я, — Антон выглядел.. смущённым? Растерянным?Олег никогда не видел на его лице такого выражения. — Вы заболели. Я подумал..В общем, это глупо. Я пойду. — Стойте! — Олежа схватил его за рукав. И закашлялся. Антон замер. Посмотрел на бледного Олежу, на его трясущиеся руки,на то, как он кутается в плед. — Вам лежать надо, — сказал он жёстко, тоном, которыми обычно отчитывают детей. — Идите ложитесь. Я тут.. разберусь. Олежа не стал спорить. Ноги подкашивались, в глазах темнело.Он покорно поплёлся обратно на диван, рухнул, укрылся. Антон закрыл дверь, снял пальто, повесил на вешалку — идеально ровно, плечико к плечику — и прошёл на кухню.

Квартира была маленькой, но уютной.

Чисто, аккуратно, на подоконнике цветы. Антон усмехнулся: порядок он

оценил сразу.

На кухне быстро нашёл чайник,чашки, кастрюлю. Поставил воду.Достал имбирь, начал чистить. Через десять минут он вышел с большой кружкой — чай с имбирём, мёдом и лимоном, как учила бабушка. — Пейте, — сказал он, протягивая кружку Олеже. — Медленно. Олежа. сел, принял кружку, обхватил ладонями. Горячо.Хорошо. — Спасибо, — прошептал он. — Вы зачем..зачем приехали?

Антон сел в кресло напротив, выпрямив спину. Помолчал.

— Не знаю, — ответил он честно. — Просто подумал, что вам одному плохо. А я.. мог помочь. Олежа смотрел на него поверх кружки. В тёплом свете лампы Антон выглядел иначе — не таким колючим,не таким собранным. Уставшим. Тоже уставшим. — Вы за мной следили? — спросил Олежа без осуждения, скорее с любопытством. — Нашёл вашу страницу в соцсетях. Вы написали, что болеете, и указали район. Остальное было нетрудно. — Шпион, — улыбнулся Олежа слабо. — Но спасибо. Правда. — Пейте чай, — Антон кивнул на кружку. — Я пока суп сварю. Куриный.Там гречка есть, сделаю гарнир, на пару дней хватит. — Вы умеете готовить? — удивился Олежа. — Я живу один уже несколько лет. Пришлось научиться, — Антон встал и ушёл на кухню. Олежа пил чай, смотрел в потолок и чувствовал, как внутри разливается тепло. Не от чая. От того, что этот странный, колючий, нелюдимый человек приехал ночью, через полгорода, чтобы сварить ему суп. Через час в холодильнике стояла кастрюля бульона, на плите гречка с курицей, а Олежа задремал под тихие звуки с кухни. Очнулся он оттого,что кто-то осторожно коснулся его лба. — Температура спадает, — тихо сказал Антон. Он сидел на краю дивана и убирал руку. — Я пойду. Вода, чай и бульон — на столе.Завтра позвоню. — Подождите, — Олежа поймал его за запястье. — Останьтесь. Ненадолго. Пожалуйста.

Антон замер. Посмотрел на их соприкосновение — тёплая ладонь на его руке.

— Хорошо, — сказал он тихо. — Ещё немного. Он остался на час. Сидел в кресле, пил чай, иногда перекидывался парой фраз с Олежей. Говорили ни о чём: о погоде,о работе, о книгах. Оказалось, Олег любит Достоевского, а Антон терпеть не может — слишком мрачно. — Как вы можете читать такую чернуху? — спрашивал Антон. — Потому что это про настоящих людей.С ошибками, со страхами. И про то, что даже в самой темноте есть свет, — ответил Олежа. Антон замолчал, обдумывая. В четвертом часу ночи Олежа заснул по-настоящему. Антон поправил на нём плед, убрал кружку со столика, выключил верхний свет, оставив торшер. Постоял в дверях, глядя на спящего. — Выздоравливай, — шепнул он. И ушёл. Утром Олежа проснулся от запаха свежего кофе. На кухне его ждала записка: “Сварил кофе в термосе, чтоб не остыл. Бульон разогрей, гречка в холодильнике. Вечером позвоню. P.S. Купи градусник с нормальной батарейкой, этот враньё показывает„. Олежа улыбнулся и прижал записку к груди.

***

После болезни Олежа вышел на работу через четыре дня. Антон за это время звонил каждый вечер — ровно в девять, проверял температуру, спрашивал про самочувствие. Разговоры были короткие, деловые, но Олеже они становились нужны как воздух.

В первый рабочий день Антон пришёл в ресторан.

— Добрый вечер, — сказал он,садясь за свой столик. — Как самочувствие? — Хорошо, — улыбнулся Олежа. Сказать, что он счастлив его видеть — ничего не сказать. — Спасибо вам.Правда. — Не за что, — Антон отвёл взгляд — Работать-то можно? — Можно.Лена не даёт перетруждаться, — Олежа кивнул в сторону старшей официантки, которая погрозила ему пальцем. — Что будете заказывать? — А что посоветуете? — Сегодня — пасту с морепродуктами. Шеф новое вино привёз,говорит, отлично сочетается. — Давай. Олежа замер. Антон сказал “давай„ без “те„. Просто “давай„. Как близкому. — Принято, — улыбнулся Олежа и ушёл на кухню.

Вечер прошёл как обычно, но в воздухе висело что-то новое.

Антон задерживался дольше обычного, пил кофе, читал что-то в

телефоне, но Олежа чувствовал — он ждёт.

Когда ресторан почти опустел,

Антон подозвал его: — Присядь на минуту.

— Нельзя, — виновато улыбнулся Олежа. — Лена заругает. — Я поговорю с Леной. — Не надо, — засмеялся Олежа. — Я через пять минут заканчиваю.Подождёте? — Подожду.

Они вышли вместе через пятнадцать минут. Город шумел, светили фонари, было прохладно.

— Провожу? — спросил Антон. — Проводите.

Шли молча.

Иногда Олежа косился на Антона — тот

шёл ровно,прямо, но плечи были расслаблены.

Спокойный.

— Спасибо, — сказал Олежа, когда подошли к его подъезду. — За всё. — Я.. — Антон замолчал, подбирая слова. — Я хочу тебя видеть. Не только в ресторане.

Олежа замер.

— В каком смысле? — В прямом.Давай встретимся. В выходные. Не здесь. В другом месте. Как..— он запнулся. — Как нормальные люди. — Вы приглашаете меня на свидание? — Олежа не мог сдержать улыбку. — Я.. да. Наверное.Если ты не против. — Я не против, — сказал Олежа. — Совсем не против.

Антон выдохнул. Расслабился.

— Тогда в субботу. Я заеду в два. — Договорились. Олежа шагнул к двери, обернулся — Антон? — М? — Ты не представляешь, как я рад, что ты тогда пришёл в ресторан.

И скрылся в подъезде.

Антон стоял ещё минуту, глядя на закрытую дверь. Потом улыбнулся — той редкой улыбкой,которую никто никогда не видел — и пошёл к машине.

***

Суббота выдалась солнечной.

Антон приехал ровно в два — минута в минуту. Олежа уже ждал у подъезда,в лёгкой куртке, с шарфом и счастливой улыбкой. — Привет, — сказал он. — Привет, — ответил Антон и открыл дверь машины. —Садись.

Они поехали за город.

Антон вёл аккуратно, но уверенно. В машине играла классика — Олежа узнал Баха.

— Ты слушаешь классику? — удивился он. — Да. А что? — Не знаю. Думал, ты больше по джазу. — Я слушаю как и классику, так и джаз — Я джаз люблю, — сказал Олежа. — Запомню.

Они приехали в место, которое Антон нашёл специально — маленькое

кафе на берегу озера, вдалеке от города. Деревянные столики, тишина, только птицы и вода.

— Красиво, — выдохнул Олежа. — Я знал, что тебе понравится, — Антон чуть смутился. — Пошли?

Они заказали чай и десерты, сидели на веранде, смотрели на воду. Говорили обо всём и ни о чём.

Антон рассказал про работу, универ, про декана-самодура. Олежа рассказывал про ресторан, про забавных гостей, про то, как мечтает открыть своё кафе — маленькое, уютное, с книгами на полках. — У тебя получится, — сказал Антон. — Откуда ты знаешь? — Ты умеешь создавать уют.Я по себе знаю — рядом с тобой тепло. Олежа покраснел и отвернулся к озеру. — Ты просто мне льстишь. — Я вообще не умею льстить. Это факт.

Они помолчали.

— Можно спросить? — Олежа повернулся. — Почему ты тогда пришёл? А в первый раз? — Не знаю, — честно ответил Антон. — Просто.. увидел тебя и захотел остаться. Ты улыбался так..по-настоящему.И мне показалось, что с тобой можно быть собой. — Можно, — тихо сказал Олежа. — С тобой тоже.

Солнце садилось, озеро розовело, было тихо и спокойно.

— Олеж, — Антон вдруг взял его за руку. — Я не умею красиво говорить.Не умею ухаживать. Я вообще не очень удобный человек. — Я знаю, — улыбнулся Олежа — И ты всё равно.. — И я всё равно, — кивнул Олежа. — Потому что с тобой я чувствую себя дома.Даже когда ты ворчишь и всё контролируешь. Особенно когда. Антон смотрел на него долго, изучающе. — Ты правда такой? — спросил он тихо. — Какой? — Тёплый.Настоящий. — Я просто есть, — Олежа пожал плечами. — И ты просто есть. И вместе нам хорошо.

Антон наклонился и поцеловал его.

Осторожно, невесомо, спрашивая разрешения. Олежа ответил.

И в этот момент вечер стал идеальным.

***

Прошёл год.

Олег по-прежнему работал в подсолнухе, но уже не каждые будни.Антон приходил каждый четверг, садился за восьмой столик и ждал. Теперь они уходили вместе.Иногда сразу после смены, иногда Олежа задерживался — успеть сделать заказ, помочь новеньким. Антон ждал.Читал книгу, пил кофе, смотрел в окно. — Заждался? — Олежа появлялся в дверях служебного входа, уставший,но счастливый. — Как всегда, — отвечал Антон, вставая. — Пошли домой. — Пошли.

Они шли по вечернему городу, держась за руки.

Иногда молча, иногда болтая. Иногда заходили в круглосуточный магазин за продуктами, и Антон ворчал, что Олежа опять берёт слишком много сладкого.

— Ты же любишь, — улыбался Олежа. — Люблю, — признавал Антон. — Но не столько же. — Тогда будем делиться.

И они делились.

Всем.

Сладким, теплом, четвергами.

Однажды, в очередной четверг, когда Олежа вышел с работы, на восьмом столике всё ещё горел свет.Антон сидел там — с книгой, с чашкой остывшего чая. — Ты чего не ушёл? — удивился Олежа. — Я же просил не ждать, сегодня долго. — Ждал, — просто ответил Антон. — Почему? — Потому что я всегда буду тебя ждать.Где угодно. Олежа подошёл, обнял его со спины, уткнулся носом в плечо. — Я тебя люблю, — шепнул он. Антон накрыл его руки своими. — Я тебя тоже. Пошли домой? — Пошли.

Восьмой столик опустел, свет погас,

ресторан закрылся до утра. А за окнами шумел

город, и где-то там, среди миллионов огней, двое шли домой.

В тот самый дом, который они построили друг для друга.

А ещё у меня есть тг канал — он в описании — контактная информация.