Курок

Звонок в дверь раздался неожиданно. Маленький мальчик, улыбаясь, побежал открывать. — Мама и папа, вы уже пришли? — радостно крикнул он, даже не взглянув в глазок. Он распахнул дверь. На пороге никого не было. Только коробка. Сверху — аккуратная надпись: «Открой. Там сюрприз». Сердце вдруг забилось быстрее. Он присел и медленно приподнял крышку… И в ту же секунду мир вокруг него будто остановился. двадцать лет спустя Двадцать лет жизни под одной крышей — на самом деле это очень сложно. Бывают мелкие недопонимания, ссоры, конфликты. Но они научились слышать и слушать друг друг. Правда ко всему всему приходит конец… Хёнджин зашёл домой после ночной смены. В нос сразу ударил запах выпечки — он понял, что начался день, когда вспоминали их. Феликс почти всегда готовил выпечку только в такие дни. На кухне, увидев Хёнджина, он улыбнулся и подошёл, обняв его. — Ты сегодня задержался, — тихо сказал он, поглаживая его по голове. — На работе завал… — пробормотал Хёнджин, оглядывая кухню. И тут его взгляд упал на фотографию Феликса с его родителями. Хёнджина бросило в дрожь. Хёнджин осторожно отстранился от Феликса. — Феликс, может, уже хватит устраивать траур? Пора отпустить прошлое. Прошло достаточно времени, чтобы забыть всё это. Снова скандал. Снова тяжёлые слова и обида, повисшая в воздухе. Почему так происходит — неизвестно. Они ведь любят друг друга? — Ты обесцениваешь мои чувства, — голос Феликса дрогнул. — Мне больно. У тебя тоже погибли родители, но я же не говорю тебе перестать скорбеть о своей жизни. Его слова резали сильнее любого удара. Так они живут уже десять лет — среди ссор, недосказанности и воспоминаний. Кажется, они одержимы друг другом. Но любви здесь больше нет. Она сгорела — как минимум десять лет назад. — Почему ты каждый раз устраиваешь скандал, когда тебе что-то не нравится? Почему не можешь пойти мне навстречу? Почему всегда уступать должен я? Я устал. Я правда устал. Уйди из кухни… я тебя ненавижу. Слова ещё долго звенели в ушах. Он молча развернулся и, даже не снимая пальто, вышел из дома. Холодный воздух обжёг лицо. Дойдя до детской площадки, он сел на качели. Из кармана пальто достал пачку сигарет — «Мальборо». Шоколадные. Их когда-то курил его отец. Хёнджин до сих пор помнил этот запах — сладкий, с горечью. Так пахло отцом, когда тот возвращался с улицы. Он любил этот запах. … Феликс остался один на кухне. Тишина после ссоры была почти оглушающей. Он медленно сел за стол и долго смотрел на фотографию, где были его родители. Улыбки на снимке казались слишком живыми, слишком настоящими — будто ничего не случилось. Рука дрогнула, когда он потянулся к бутылке вина. Ему нельзя пить — врач не раз повторял, что сердце слабое, что нужно беречь себя. Но сейчас беречь было никого. Пробка тихо щёлкнула. Вино наполнило стакан тёмно-рубиновым цветом. Он сделал небольшой глоток. Горько. Потом потянулся к маффину. Тому самому рецепту, который мама когда-то записала на клочке бумаги. По выходным кухня всегда пахла ванилью и шоколадом. Она смеялась, а он, ещё совсем маленький, стоял рядом и пытался мешать тесто. Феликс закрыл глаза. Странное сочетание — маффин и вино. Сладость и горечь. Но разве сейчас это имело значение? Правда была в другом — он просто пытался заглушить тишину внутри. Феликс недолго думая вышел на улицу, сел в машину и поехал на кладбище. Он не смотрел по сторонам — просто ехал, почти не замечая дороги. Красный свет светофора вспыхивал перед глазами, но он будто его не видел. Когда он приехал, двигатель ещё несколько секунд тихо гудел, прежде чем он заглушил его. Кладбище оказалось большим. Слишком большим. Он не был здесь уже пять лет. И теперь не мог вспомнить, где находится могила родителей. Феликс шёл между рядами памятников, не разбирая дороги. Шёл до тех пор, пока ноги не начали подкашиваться от усталости. Ветер шуршал сухими листьями, и вокруг было пугающе тихо. Обойдя почти всё кладбище, он остановился перед одной из могил. Медленно опустил взгляд на табличку. И замер. На камне было выбито: Ли Ён 25.03.1970— 25.03.2012 Ли Хек 25.04.1968 — 25.04.2012 Он сел рядом с могилой и несколько минут просто смотрел на камень. Он никогда не позволял себе плакать перед родителями — даже сейчас. Феликс согнул колени, прижал их к груди и уткнулся в них лицом. На улице было холодно и темно. Ветер пробирался под пальто, но он не обращал на это внимания. Время шло. Сколько именно — он не считал. Наконец он медленно поднялся с земли. Последний раз посмотрел на могилу и уже собирался уйти. Сделал два шага. Что-то кольнуло внутри. Он снова обернулся и посмотрел на даты, высеченные на камне. 25.03.2012. 25.04.2012. Дни их рождения. «Почему они умерли в день своего рождения?.. ». Мысль была навязчивой, тревожной. Но он отогнал её. Сейчас не время. Феликс вышел с кладбища, сел в машину, завёл двигатель и поехал домой. ... Хёнджин резко встал с качелей и с силой пнул их. Докурив сигарету, он бросил её на землю, даже не потушив. Сев в машину, он поехал — снимать напряжение. Через некоторое время он оказался на окраине города. Перед ним возвышалась яркая вывеска: «Курок». Самый популярный клуб в городе. Но мало кто знал, что под его неоновыми огнями скрывается логово опасной группировки, которую в узких кругах называли «Зверь». Хёнджин вошёл внутрь, ни с кем не здороваясь. Прошёл мимо танцпола, мимо охраны, и направился к служебной двери. Спустившись в подвал, он оказался в совсем другом мире — тихом и холодном. Его встретил секретарь — Бан Кристофер Чан. — Здравствуйте, господин Хван… Чем обязаны вашему визиту? — в голосе слышалось лёгкое удивление. Хёнджин ничего не ответил. Он просто прошёл в свой кабинет. Достав ноутбук, он открыл статью, о которой почти все уже забыли пять лет назад. 11 марта 2012 года в 16:46 по местному времени у северо-восточного побережья Японии произошло мощное землетрясение магнитудой 9.0… Хёнджин продолжал листать новости, но быстро закрыл вкладку. Он резко встал и направился в архив. Перебирая папки, он нервно разбрасывал бумаги по столу и полу. Ему нужна была конкретная. Когда он уже почти сдался, взгляд упал вниз. На полу лежала папка с надписью: «Катастрофа 2011 года. Япония». Он поднял её и вернулся в кабинет. Сев за стол, открыл. Пробегаясь глазами по спискам имён, он нахмурился. Знакомой фамилии не было. Ни отчётов. Ни фотографий с места катастрофы. Ничего. Хёнджина бросило в дрожь. — Бан Чан! Кто занимался этим архивом?! — крикнул он. Секретарь вздрогнул. — А… э-э… кажется, Ён Вэн… — голос его дрожал. — Приведи его сюда. Немедленно. — Господин… вы ведь… уволили его, — нервно проговорил Бан Чан, заламывая пальцы. — Пять лет назад. Тишина стала тяжёлой. — Сука… — Хёнджин ударил ладонью по столу и уткнулся лбом в холодную поверхность. ... Феликс приехал домой. Войдя в квартиру, он сразу заметил — пальто Хёнджина не было на вешалке. Он молча прошёл в ванную и включил душ. Тёплая вода стекала по плечам, но напряжение никуда не исчезало. После душа он взял телефон. На экране высветилось новое сообщение. «Неизвестный номер» Привет. Хочешь одну тайну раскрою? Феликс замер, перечитывая строчку снова и снова. Сначала он решил, что это чья-то глупая шутка. Он не ответил. Просто отбросил телефон в сторону и лёг на кровать. Но сон не приходил. Он ворочался, глядя в потолок. Часы показывали четыре утра. Хёнджина всё ещё не было. Впрочем, ничего необычного — после ссор он часто возвращался под утро. Феликс закрыл глаза, заставляя себя не думать о сообщении. И всё же мысль о «тайне» не отпускала. Через какое-то время усталость всё-таки взяла своё.