Стены слышат

8 часть Несколько дней спустя. Света сидит на кровати, её взгляд сфокусирован на одной точке на стене напротив кровати. Щёки впали от голода, на губах укусы от зубов, кожа постепенно начала бледнеть. Её уже не беспокоят стуки в стенах, весь её центр внимания — это точка. Она появилась в стене недавно, когда мать разбила телефон своей дочери. Точка — обычная точка, но для Светы в ней весь мир. Её мир. Мир, в котором она решает, что делать, мир, в котором папа вернулся домой, мир, в котором Света наконец попробовала шоколад от Марка, мир, в котором за ней никто не следит. За окнами слышен мужской голос, до боли знакомый и родной. Света отрывает свой взгляд от стены, но не встаёт с кровати. Ноги словно сделаны из ваты. С каждым шагом из комнаты голос усиливается, она понимает: Папа вернулся. Выйдя в коридор, её зрачки сужаются от яркого дневного света. Подойдя к окну, она видит мать, которая спустя долгое время оторвала часть газеты с окна. Света подходит к окну и видит: под их окном стоит папа с букетом красных роз. — Галя! Галенька! Прошу, прости меня! — говорит отец, крича. У Светы на лице появилась улыбка. — Я так и знала, что он вернётся!)) — очень радостно говорит девочка, буквально светясь от счастья. — Я пойду открою дверь, чтобы впустить папу! Она резко развернулась, но, не успев сделать шаг, мать резко схватила её за плечо, и только тогда девочка заметила, что у мамы неживое лицо: цвет кожи бледный, отдаёт желтизной, глаза стеклянные, смотрят в одну точку. — Нет, это не он, — холодно сказала она, держа дочь за плечо. У девочки не сходила улыбка с лица. — Мам, ты чего? Это папа! — говорит восторженно. Она попыталась отстраниться, но женщина держала крепко. — Я СКАЗАЛА, ЭТО НЕ ОН! — закричала мать. Дочь застыла от неожиданности. Она повернула голову к окну, смотря на отца. Он сделал несколько шагов назад на дорогу, чтобы лучше видеть дочь из окна. Послышался звук мотора. Из-за угла на полной скорости выехала машина на дорогу. Удар. Звук торможения шин. Глухой стон. Хруст. … … Света замерла, в глазах потемнело, пальцы похолодели. Её отец лежал на асфальте, под ним лужа крови, рот приоткрыт. Рядом лежат лепестки роз, пропитанные красной жидкостью. Шея свёрнута под углом сто восемьдесят градусов. Света упала на пол. Она хотела что-то сказать, но изо рта доносились лишь обрывистые стоны. Мать посмотрела к окну и закрыла его газетой. — Я же говорила, это не он, — холодно сказала она и вышла из комнаты.