Леди Отелло

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Макс Р., нацист, 35 лет Марта Р., жена его, 30 лет Советские солдаты (без реплик)

Комната. Зеркальный столик, тумбочка, стул. На стене фотография — женщина в платье и мужчина в военной форме. Это супруги Р. Шкаф открыт настежь, на полу гора женской одежды. Макс в одних панталонах пытается натянуть платье, это у него не выходит — хватается за юбку. Позже начинается подбор блузки, чулок и т.д. по кругу. На него всё не налезает, он тихо ругается. Жена сидит на стуле с пистолетом.

Макс Р. Просто безобразие! Что ты сидишь? Помогла бы, что ли! Нет, нет, сиди. Ах, к дьяволу эти чулки! Швыряет чулок прочь от себя, на люстру. Марта Р. Я тебя просила без дьявола. Макс Р. Ты за окно посмотри, дура! Как тут без дьявола? Марта Р. Ты хуже делаешь, когда его упоминаешь. Макс Р. Кому хуже? Да что с тобой говорить! Ты за дверью, за дверью следи! Стреляй в упор, если ворвутся! Марта Р. Если ты вместо дьявола вспомнишь о Господе, так никто не ворвётся. Макс Р. Рехнулась совсем, дурная баба. Нас русские убивать пришли, а она о молитвах вспомнила! Вот появится тут солдат, так ему и расскажи про Господа! Надевает лифчик и заталкивает внутрь скомканные чулки. Принимается за поиски блузки. Марта Р. А ведь ты мне изменил. (задумчиво смотрит сперва на мужа, потом на пистолет). С Анной, с Юльхен. И там, в Польше, наверняка с кем-то изменял. Макс Р. (не глядя на жену) Нашла время для ревности! (застёгивает рубашку, которая тут же рвётся) Аа, к дьяволу! Марта Р. Без дьявола, пожалуйста. Макс Р. Дьявол, дьявол, дьявол! (топает ногой) Довольна? Марта Р. Ты раньше был другим. Я думала, любишь меня, а оказалось — врал. (вздыхает, смотрит на пистолет) И не стыдно тебе? Макс Р. Что я, оправдываться должен? Вот убьют меня, стыдно тебе будет — не уберегла! (роется в куче одежды) У тебя других рубашек нет? Марта Р. (с усмешкой) У Юльхен попроси. Она толще, и спина у неё шире. Макс Р. Дура! Дьявол! Какая Юльхен? Из его лифчика вываливается чулок. Макс Р. засовывает обратно. Отчаявшись, надевает мужскую рубашку. Макс Р. Ну, как я? Лицо надо намалевать. Где косметика у тебя? Марта Р. В ящике возьми. А ведь я для тебя старалась — прихорашивалась, наряжалась, песни пела. Но Юльхен тебе голову вскружила, увлёкся ею, гадюкою подлой... Макс роется в ящике. Принимается красить лицо, это выходит довольно плохо. В результате получается белая «маска» с красными губами и чёрными бровями, причём одна бровь выше другой, что придаёт лицу удивлённое выражение. Макс Р. Ну, как я? За женщину сойду? Парик нужен. Парика нет? Марта Р. Я не лысею, в отличие от Юльхен. Макс Р. Дура! Дьявол! Ладно, платок повяжу. (Вместо платка повязывает на голову шерстяной шарф) Марта Р. Недурно выглядишь. Симпатичнее Юльхен. Макс Р. Спасибо. Надеюсь, удастся их обмануть. Марта Р. Да. Меня же удалось. Макс Р. Ой! Не начинай! Марта Р. Что «не начинай»? Совести у тебя нет. Макс Р. (вертится перед зеркалом, поправляет шарф) Ладно, мне пора. (направляется к входной двери, но резко разворачивается) Нет, иди-ка вперёд. Марта Р. Зачем? Макс Р. У тебя пистолет. Я довольно воевал, твоя очередь за Германию встать! Марта Р. Знаю я, как ты воевал. С Юльхен в спальне. Макс Р. Дьявол! (топает ногой) Рехнулась! (хватает жену за локоть, пытается поднять со стула) Ну же, упрямая! Марта Р. Изменял мне, бессовестный. За окном слышны взрывы, выстрелы. Макс Р. падает на колени перед женой. Макс Р. Именем Господа прошу! Защити! Не отдавай им меня! Марта Р. (встаёт со стула, отходит от мужа) Про Господа вспомнил, мерзавец. Сердце мне разбил, а теперь про Господа говоришь нечистым ртом своим! Макс Р. Умоляю! Помоги же! Громче звучат взрывы. Марта Р. направляет на мужа пистолет. Макс Р. Марта? Ты чего? Не надо меня убивать! Я люблю тебя! Врут всё, не был я с Юльхен! И с Анной не был! Марта! Отрада души моей! Марта Р. Юльхен, Анна... А сколько вообще было женщин, дорогой? Турецкий султан позавидует. Макс Р. Ты одна была! (складывает руки в молитвенном жесте) Тебя одну любил! Марта, милая! Ноги твои целовать готов! Марта Р. Оскорбил мою гордость, мою честь. Молодость мою потоптал сапогами грязными. Макс Р. Марта! Ангел мой! (ползёт к жене на коленях) Марта Р. Не прощу. Не прощу. Стреляет. Макс Р. падает рядом с горой одежды, умирает. Марта Р. роняет пистолет, опускается на стул и закрывает лицо руками. Слышится звук ломающейся двери, в комнату вбегают трое советских солдат, один из них склоняется над трупом; кажется, будто хочет проверить пульс, но брезгливо отдёргивает руку. Второй солдат показывает на фотографию, висящую на стене, потом на Марту Р. Марта Р. (кивает) Да, да, убила! Из чести, не из злобы! Женская гордость — вот моё оправдание! Солдаты пытаются увести Марту Р., но потом позволяют ей вырваться. Она подходит к краю сцены, падает на колени, прижимает руки к груди. Марта Р. Остры твои стрелы, Купидон, и раны от них не заживут вовек! (уходит вслед за солдатами, вытирая слёзы)

Занавес опускается.