От ненависти к любви

Дима сидел на полу в прихожей, прислонившись спиной к холодной двери. Руки дрожали так сильно, что телефон едва не выскальзывал. В голове набатом стучало одно имя: София. Он только что положил трубку после звонка из больницы — несчастный случай, реанимация, шансы… врачи не давали гарантий. Масленников, всегда такой сильный, «железный» Дима, который ничего не боится, сейчас просто задыхался. Ему нужно было позвонить кому-то, кто не будет задавать лишних вопросов. Кому-то, кто поймет без слов.Палец сам нажал на контакт «Иманов». Тот самый контакт, который он еще вчера хотел удалить после очередной их ссоры. -Алло, Масленников, если ты звонишь, чтобы продолжить наш срач про монтаж, - голос Эмиля на том конце был сонным и злым. -Эмиль… - Дима не смог закончить фразу. Горло перехватило, и из груди вырвался надрывный, приглушенный всхлип. На той стороне повисла мертвая тишина. Сонливость Эмиля сдуло за секунду. Он никогда, ни разу в жизни не слышал, чтобы Дима плакал. Этот звук прошил его насквозь. -Дим? Что случилось? Где ты? - голос Эмиля мгновенно стал стальным и собранным. -Софа… она… - Дима закрыл глаза, глотая слезы.- Эмиль, мне страшно. Я не могу… я не могу сесть за руль, я… -Дыши. Просто дыши, слышишь меня? Эмиль уже шуршал курткой, на заднем фоне звякнули ключи. - Я выезжаю. Плевать на всё, Дима. Я буду через семь минут. Только не клади трубку, говори со мной.

***

Эмиль летел через ночной город, нарушая все правила. Вся та злость, все те гадости, которые они наговорили друг другу в студии, казались сейчас такой мелкой, ничтожной пылью. ЕслиМасленникову плохо мир может подождать. Когда дверь квартиры открылась, Эмиль даже не разулся. Он влетел в коридор и увидел Диму ссутулившегося, разбитого, совсем не того лидера, которого привыкли видеть миллионы. Иманов просто упал рядом с ним на колени и наотмашь прижал его голову к своему плечу. -Я здесь, - прошептал Эмиль, чувствуя, как куртка намокает от слез Димы. - Я рядом. С ней всё будет хорошо, мы поедем туда сейчас, слышишь? Я тебя не оставлю. Дима вцепился в толстовку Эмиля, как в единственный спасательный круг. В этот момент между ними умерла ненависть Осталась только пронзительная, до боли честная преданность.

***

Больничный коридор пах хлоркой и безнадёгой. Дима и Эмиль сидели на жестких пластиковых стульях, плечом к плечу. Дима всё ещё мелко дрожал, а Эмиль просто держал его за руку крепко, до белых костяшек, передавая всё своё спокойствие. Когда вышел врач и произнёс заветное: «Кризис миновал, можете навестить», Дима подскочил, будто его ударило током. Он вырвался из рук Эмиля и, не оглядываясь, бросился в палату. В этот момент для него существовала только сестра. Эмиль остался стоять один в пустом, гулком коридоре. Его рука всё ещё хранила тепло ладони Димы. Он постоял минуту, глядя на закрытую дверь палаты. Горький комок подкатил к горлу. «Он справится. Теперь он не один. А я…я просто помог доехать», — подумал Эмиль. Он не хотел быть лишним в этот семейный момент. Развернувшись, он тихо пошёл к выходу, стараясь, чтобы звук его шагов не беспокоил тишину больницы.

***

Через полчаса, когда София уснула спокойным сном, Дима наконец выдохнул. Адреналин схлынул, оставив после себя пустоту и острое желание увидеть того, кто вытащил его из бездны этой ночью. -Эмиль!- позвал он, выходя в коридор, но ответом ему была лишь тишина и мерцание ламп дневного света.Дима метался по этажу, заглядывал на лестницу, даже выбежал на крыльцо. Никого. В груди противно заныло то самое чувство, когда ты понимаешь, что обидел человека, не сказав ему даже «спасибо».

***

На следующее утро Дима, не спавший ни минуты, примчался в офис. Он надеялся увидеть Эмиля за монтажом, услышать его привычное ворчание, но его кресло было пусто. Ребята из команды сказали, что Иманов сегодня не придет. -Черт... - Дима ударил кулаком по столу. Он чувствовал себя последним подонком. Весь день он не находил себе места, а к вечеру, когда город накрыли сумерки, он уже стоял у подъезда Эмиля. Рукадрожала, когда он нажимал на кнопку звонка. -Кто там? - раздался из-за двери приглушенный, немного простуженный голос Эмиля. -Это я, - выдохнул Дима. - Открой,пожалуйста. Нам нужно поговорить. Дверь медленно открылась. Эмиль стоял в домашней одежде, с уставшими глазами, и смотрел на Диму так, будто ждал приговора. -С Софой всё хорошо? — первое, что спросил он, даже не впуская Диму внутрь. Дима не выдержал. Он шагнул вперед, прямо в квартиру, и, не говоря ни слова,прижал Эмиля к себе так сильно, что у того перехватило дыхание. -Прости меня, — прошептал Дима, утыкаясь лицом в шею парня. - Я такой идиот. Я испугался, что ты ушел навсегда. Пожалуйста, не уходи больше так.- Дима опустил взгляд в свою чашку. В отражении чая он видел свои покрасневшие от недосыпа глаза и осунувшееся лицо. Он чувствовал себя последним эгоистом. Пока он бегал по больнице, Эмиль тот самый Эмиль, с которым они еще вчера собачились из-за ерунды не спал всю ночь, вез его, поддерживал, а потом молча ушел в тень.

***

-Ты не понимаешь, Эмиль… - Дима, поднимая голову. начал- Ты тоже моя... - Он не договорил. Прямо на его глазах Эмиль, который только что подносил кружку к губам, вдруг побледнел. Его веки тяжело опустились, рука ослабла, и чашка с глухим стуком встала на стол, едва не перевернувшись. Секунда парень начал заваливаться вбок, Дима уложил его на мягкие простыни и бережно снял с него кроссовки. Он нашел в шкафу теплый плед и укрыл Эмиля до самого подбородка. Утро признаний Первые лучи солнца робко пробивались сквозь неплотно задернутые шторы в спальне Эмиля. Дима вздрогнул и открыл глаза. Ноги затекли от неудобной позы на полу, но он даже не шелохнулся, когда увидел картину перед собой. Эмиль повернулся на бок, лицом к нему. Его щека утопала в мягкой подушке, разметавшиеся волосы падали на лоб, а губы были чуть приоткрыты, выпуская тихое, мерное сопение. В этом утреннем свете он выглядел не как дерзкий парень из влогов, а как самый родной и хрупкий человек на свете.«со мной…» шепнул Дима, чувствуя, как сердце сжимается от нежности. Он осторожно приподнялся и, затаив дыхание, коснулся губами лба Эмиля, а затем едва ощутимо — уголка его рта, поцелуй был невесомым, как прикосновение крыла бабочки... Убедившись, что парень не проснулся, Дима тихонько вышел из комнаты, чтобы приготовить завтрак и дать Эмилю еще немного отдохнуть. Но Дима не знал одного: в ту секунду, когда его губы коснулись лица Эмиля, тот уже не спал. Эмиль лежал неподвижно, боясь даже вздохнуть, а внутри него бушевал пожар. Его сердце колотилось так сильно, что, казалось, сейчас пробьет грудную клетку. -«Он меня поцеловал...Масленников меня поцеловал!»- пульсировало в голове. Смущение обожгло его с головы до пят, и он уткнулся лицом в подушку, как только дверь за Димой закрылась.

***

Через полчаса Эмиль, все еще красный как рак, вышел на кухню. Там Дима, засучив рукава, сосредоточенно пытался соорудить что-то съедобное. -О, проснулся, соня? - Дима обернулся, сияя улыбкой. - Садись, я тут... ну, я старался. Яичница с беконом. Почти не подгорела. Эмиль молча сел за стол, не поднимая глаз. Он взял вилку и начал медленно есть «стряпню» Димы. Еда была немного пересолена, но дДима внимательно наблюдал за ним. Он ожидал, что Эмиль сейчас начнет подкалывать его за подгорелый край или за то, что он хозяйничает в чужом доме. Но Эмиль молчал. Он стал каким-то мягким, податливым. Когда Дима случайно задел его руку, передавая салфетку, Эмиль не отдернул ее, как обычно, а лишь бросил короткий, полный нежности взгляд. -Знаешь, Дим… - тихо сказал Эмиль, ковыряя вилкой в тарелке. Спосибо и за завтрак тоже. Спасибо. Дима замер. Никаких криков, никаких споров. Только эта новая, хрупкая нежность между ними. Он понял: вчерашняя ночь изменила их навсегда. Больше не нужно было играть в не какие игры. 

***

Эмиль вышел из монтажной, потирая затекшую шею. Он был уверен, что в офисе уже никого нет время перевалило за полночь. Но стоило ему сделать шаг в сторону выхода, как он замер. На диване в зоне отдыха сидел Дима. Он не листал телефон, не смотрел он просто ждал. Его взгляд телевизор тут же впился в Эмиля. -Опять убегаешь? - голос Димы прозвучал низко и серьезно. Эмиль дернулся, его щеки моментально вспыхнули. Он уже развернулся, чтобы под любым предлогом скрыться обратно в комнате, но Дима оказался быстрее. Он в два шага преодолел расстояние между ними и перегородил путь, положив руку на дверной косяк прямо над головой Эмиля. -Иманов, хватит, — выдохнул Дима. - Ты уже неделю ведешь себя так, будто я привидение из нашего худшего выпуска. Краснеешь, молчишь, убегаешь... Я что-то сделал не так? Я тебя чем-то обидел в то утро? Эмиль прижался спиной к двери, чувствуя, как его собственное сердце предательски колотится. Дима стоял слишком близко. От него пахло кофе и тем самым парфюмом, который Эмиль теперь узнал бы из тысячи. -Нет, Дим... всё нормально, правда,- пролепетал Эмиль, стараясь смотреть куда угодно, только не на губы Масленникова.- Просто... работы много.Я устал. Дай пройти. -Не дам, - отрезал Дима. Он чуть склонил голову, пытаясь поймать взгляд Эмиля. - Ты стал другим. Ты перестал со мной спорить, ты стал... нежным? Это пугает меня больше, чем любая заброшка, Эмиль. Потому что я не понимаю, что в твоей голове. Дима осторожно коснулся подбородка Эмиля, заставляя его поднять лицо. Иманов вздрогнул, его дыхание сбилось. В этот момент скрывать правду стало физически невозможно. Его огромные карие глаза, полные смущения и какой-то отчаянной преданности, сказали всё за него. -Ты ведь не спал тогда, да? — тихо,почти одними губами спросил Дима. - Когда я... на утро после больницы. Эмиль зажмурился, чувствуя, как краска заливает даже шею. Он едва заметно кивнул. -И ты не оттолкнул меня, — продолжал Дима, его голос стал мягче бархата. — И сейчас не отталкиваешь. Значит, мне не показалось? Значит, всё то, что я чувствую... это взаимно? Эмиль наконец открыл глаза. Вся его «защитная» ненависть окончательно испарилась, оставив только чистую, обнаженную правду. -Ты придурок, Масленников, - прошептал он, но в этот раз в его голосе была только любовь. - Конечно,взаимно. Я просто не знал, как тебе об этом сказать, чтобы ты не подумал, что я сошел с ума. Дима облегченно выдохнул и, больше не колеблясь, притянул Эмиля к себе, накрывая его губы поцелуем — уже не тем случайным и робким, а уверенным, полным страсти и обещания, что теперь всё будет иначе.Ночь в квартире Эмиля была наэлектризована до предела. Все те годы, что они прикрывались «ненавистью», выплеснулись в бешеном ритме. Это была не просто близость это была лавина. В доме Эмилья* Дима изучал каждый сантиметр тела Эмиля, словно карту сокровищ, а Иманов, отбросив всякое смущение, отдавался этому чувству целиком. В темноте спальни слышались только сбитое дыхание, шепот имён и тихие стоны, которые тонули в подушках. Страсть смешивалась с отчаянной нежностью, а пальцы переплетались так крепко, будто они боялись потерять друг друга в этой темноте.Утро встретило их ярким светом и… неминуемой расплатой.

***

-Масленников, ты животное! - донеслось из кухни вместе с шипением сковородки. Эмиль стоял у плиты, пытаясь перевернуться, но каждое движение отдавалось ноющей болью в пояснице и мышцах. Он был в одной растянутой футболке, которая едва прикрывала засосы на шее. -У меня всё тело болит! Я ходить не могу, а мне еще влог монтировать! Ты мне все кости пересчитал, охотник за привидениями хренов! - ворчал он, как старый дед, яростно поддевая блин лопаткой. Дима, заспанный и абсолютно счастливый, тихо подошел сзади. Он обнял Эмиля за талию, прижимаясь всем телом и утыкаясь носом в его затылок. По коже Иманова тут же пробежала волна мурашек, а ворчание на секунду стихло, сменившись коротким вдохом. -Ну чего ты занудствуешь, а? - прошептал Дима, обжигая ухо горячим дыханием. - Тебе же понравилось. -Отвали, — буркнул Эмиль, хотя сам невольно откинул голову на плечо Димы. -Блины сгорят из-за тебя. Иди умойся, чудовище. Дима только шире улыбнулся. Он развернул Эмиля к себе, игнорируя его слабые попытки вырваться, и вовлек вдолгий, тягучий поцелуй, от которого у обоих снова закружилась голова. -Ты мне всегда нравился, - тихо сказал Дима, когда они оторвались друг от друга.- И когда злился, и когда орал на меня на заброшках, и вот такой — сонный и нежный. Моё ты ненаглядное солнце. Эмиль замер на секунду, его лицо снова залило краской, но он тут же схватил поварешку и легонько стукнул Диму по макушке. -Фу, как сопливо, Масленников! - воскликнул он, хотя в глазах плясали чертики.- И вообще, не надейся, что ты главный. Я тебя люблю сильнее, понял? -Сильнее? - Дима прищурился, отбирая поварешку. - Иманов, ты физику в школеучил? Моя любовь к тебе по массе больше, чем весь твой канал вместе с подписчиками. -Да щас! - Эмиль упер руки в бока. - Моя любовь это как бесконечный рендер в 4К, который никогда не закончится! Так что я победил! Их спор о том, кто кого любит больше, затянулся до самого обеда, перейдя в шуточную потасовку на диване. Блины, конечно, немного остыли, но это было уже совсем не важно. Теперь у них была целая жизнь, чтобы выяснить, чьё чувство