Как морковку из грядки

Выслушав очередной «гениальный, как и все простое» приказ от министра Пирса в изложении лейтенанта Рамлоу, младший лейтенант Джек Роллинз заржал, как гиена. Или как кенгуру, кто его, австралорожденного, разберет. — Вот теперь ты, командир, официально принцесса в беде. — В биде! — рявкнул разозленный своей незавидной ролью Брок. — Официально такого приказа нет! — Но почему ты-то? — Сам хочешь изобразить попавшего в беду? Или, может, Мэй? Единственная баба у нас в отряде. — Сам понял, чего сказал, командир, если Мэй «попадет в беду», упокой господи нападавших и пусть родственники их по зубам опознают. — Сам спросил, сам и ответил. Я с Кэпом уже на «ты» перешел, а вот ты в его присутствии больше одного слова выдавить не можешь. — Стремный он, — признался в нелюбви Джек. — Модификант, как Зимний, только с поводком подлиннее. Из теней соткался названный Зимний Солдат. Одетый во все черное, он был совершенно незаметен в углах квартиры. — Вводные получены, — поскрипел он тихим голосом из-за маски-намордника, — приманке пора в ловушку. Брок сложил взведенные на полную мощность шокеры в форме креста и Зимний исчез с глаз, слившись с тенями обратно. — Да, пора, — недовольно согласился он. — Дайте пару минут для создания антуража. Наскоро переодевшись из формы отряда в домашнее, Брок аккуратно перевернул два кожаных кресла и, художественно раскидав по гостиной журналы для легкого чтения, подумав, разбил зеркало в прихожей. Все равно оно ему разонравилось, давно пора было поменять. Взяв в руки служебный телефон, он откашлялся и кивнул отряду, кучно собравшемуся в той самой прихожей и немного выдавленному в сторону кухни. Кто-то особо хитрожопый и бесстрашный уже шуршал в холодильнике. И Брок даже знал, кто. Звонок с экстренного номера приняли после первого же гудка. Услышав твердое капитанское: «Роджерс», Брок натужно захрипел, словно у него уже было прострелено легкое. — Кэп, помоги… я у себя дома… нападение… И картинно выронил телефон, шумно стукнувшийся об пол, хотя на той стороне не на шутку обеспокоенный Капитан Роджерс выкрикивал: — Рамлоу? Рамлоу! Брок одним пальцем смахнул звонок и кивнул своим бойцам. Расчетное время прибытия Капитана Америка, с учетом расстояния и вечных городских пробок — не менее пятнадцати минут. Как раз хватит проверить пистолеты с транквилизаторами и размотать укрепленную адамантием сеть. Капитану было сто с лишним лет и он выглядел как амбассадор модного дома Кельвин Кляйн, а Пирсу было за восемьдесят и он выглядел как урюк. Пожилой министр хотел если не вечной, то продолжительной молодости, а с Зимним и тем, что текло в его жилах вместо крови, омоложения не получилось. Итак, капитан Роджерс нужен был министру живым и более-менее целым. Рамлоу хотелось застрелить министра и свалить на пенсию (да, в сорок, у него, наемника, из-за вредных условий работы год идет за два) на какой-нибудь остров, расположенный в экваториальном климатическом поясе, и без возможности экстрадиции. Правда, на что-то серьезнее, чем бунгало из глины и тростника рассчитывать не придется, но это ничего. На самое необходимое заначки хватит, а именно, на бухло и баб — он не привередливый. Брок покружил по гостиной, прикидывая, на какой участок истоптанного берцами ковра лечь, чтобы было удобно ему и трагично выглядело — для Капитана. Вдруг, тот настолько засмотрится, что здоровяку Джеку удастся завершить миссию с первого выстрела. С ходу было решено Зимнего не привлекать, поберечь, как самый веский аргумент. Ну и отчет Пирсу: «Солдат в одиночку завалил Капитана, а мы, всем отрядом просто кружком постояли» и «Силами пятнадцати человек героически завалили Капитана, а Зимний постоял на шухере» звучал вроде и похоже, но разнился по сути. Брок поддернул сползающие с бедер пижамные штаны, черные, в фиолетовых осьминогах и почти уже улегся, как… Аналитики напиздели, отчеты им в зад, да провернуть! Роджерс домчался до квартиры командира личной группы огневой поддержки за семь минут. Проигнорировав входную дверь, за которой его ждали бойцы, а на лестнице — быстро жующий Зимний, он поднялся по вертикальной ржавой пожарной лестнице и вошел через окно. Широко отмахнувшись от Джека в черной балаклаве, который по дуге полетел в попытавшихся попасть в гостиную бойцов, он схватил почти голого Брока, закинул на плечо и вышел точно так же, как вошел. Через окно с отсутствующим отныне стеклом и по вертикальной лестнице — вниз. У тренированного человека подъем или спуск занял бы две минуты, у Роджерса — шесть секунд, Брок даже заорать от вида высоты не успел. В глаза потемнело и Брок не сразу понял, что это — от того, что Роджерс напялил ему на голову мотоциклетный шлем. На плечи теплой тяжестью легла куртка от боевого костюма. Подняв Брока, Роджерс усадил его на седло мотоцикла, вскочил сам и вдавил по газам. Машинально ухватившись за Кэпа, Брок успел бросить единственный взгляд на родной дом с арендованной квартирой. Из разбитого окна гостиной только-только выглянул контуженный Джек, хватающийся за голову. Ни о какой погоне речь не шла. *** По улицам летели быстро и, кажется, Роджерс, сверкая трехцветным узнаваемым щитом вместо сирен, нагло игнорировал все встреченные светофоры, проезжая и подрезая так и тогда, когда ему было удобно. И снова, ни о какой погоне, да хотя бы на бронированных джипах, речь не шла. Тупо не успели бы. Всю дорогу Роджерс молчал, зато, когда Брок увидел, куда его везут, не смолчал. Башня Старка — и рабочее место и отдых для миллиардера Старка. Сто этажей, из которых большая часть отведена для работников, и парочка — для гостей плейбоя и кутилы, где по слухам, убранство лучше, чем в президентском люксе, плюс крыша в качестве вертолетной площадки, чтобы когда Старк захотел, скажем, навестить свой скромный особняк в Малибу, он бы встал из-за письменного стола и полетел на личном вертолете. Брок в Башне был только один раз, с частью отряда, в общей сложности двадцать минут, ага, как в приключениях Рика и Морти — вошли и вышли. Крепче прижавшись к Кэпу, Брок в волнении сжал руки посильнее, еще и прижался теснее — на дворе стоял промозглый март, а он в тонких штанах для сна, а Роджерс был горячим, как печь в крематории. Роджерс не снижая скорости, пролетел поднявшийся перед мотоциклом шлагбаум и въехал на подземную парковку. Притормозил у самого лифта и заглушил мотор. — Кэп, спа… — хотел сказать ему Брок, как только шлем был снят. — Не вставайте босыми ногами на холодный бетон, — строго сказал Роджерс, и снова взвалил Брока на плечо, как какую-то барсетку. Пока кабина лифта поднималась, Брок молчал, ибо разрывался между раздражением (Кэп прошел через его отряд, как нож через масло — хотелось бы сказать, но по сути, Роджерс весь отряд грубо проигнорировал, выхватив Брока из ловушки, как морковку из грядки). И восхищением: Кэп его украл и привез аж в башню Старка. Надо же было Джеку ляпнуть про принцессу, чертов Нострадамус! Когда кабина лифта остановилась и гостеприимно распахнула дверцы, Брок тоже распахнул рот и ахнул. — Простите за этот сумбур, Рамлоу. Джакузи в той стороне, там же найдете халат на первое время, а я немедленно распоряжусь принести нам горячий обед и любой алкоголь на ваш выбор. Разумеется, вы получите медицинскую помощь и останетесь здесь, пока я не буду убежден, что опасность для вас нейтрализована. Роджерс живет тут, на гостевом этаже Башни и предлагает Броку переночевать со всеми удобствами? Вот это связи у Капитана! — Ага, — так же информативно ответил Брок, потом вспомнил где он и с кем и ответил уже четче: — Кэп, спасибо за оперативность, выручил, ничего не скажешь, больничка мне не нужна, а вот от еды и виски не откажусь! — Освежитесь и отогрейтесь, Рамлоу, — Капитан снова указал ему на дверь, ведущую в ванную. — Когда вы выйдете, я буду вас ждать с ужином и вином. — С виски же, да? — А я как сказал? Рамлоу не стал спорить на ровном месте и пошел обходить периметр, как привык на работе, но босые замерзшие ноги сами привели его к ванной комнате. Внутри действительно нашлось обещанное джакузи, а еще огромная душевая кабина на троих, раковина и унитаз «под золото». В шкафчике, отведенном под лосьоны после бритья, одеколоны и туалетную воду, пахло, как во французской парфюмерной лавке. Почему именно французской? Все названия на баночках и флакончиках были на французском языке. Брок взял себе флакон с ароматом можжевельника (если он правильно угадал нарисованный на баночке куст) и залег в джакузи, в котором автоматически включилась функция гидромассажа. О боже, он останется тут жить, а с Кэпом будет расплачиваться… он будет… Разомлевший Брок чуть не задремал, во всяком случае, из блаженного оцепенения его вырвал деликатный стук в дверь. О, ему же обещали горячую еду и холодный виски! Все для лечения моральной травмы у пострадавшего! Нехотя встав, Брок вытерся полотенцем цвета горького шоколада и оно реально отдавало шоколадной же отдушкой, замотался в мягкий теплый халат, великоватый для него, но не критично, и вышел в гостиную, благоухая. В гостиной, впрочем, пахло не хуже: мясом на гриле, лимоном, свежей зеленью и хлебом. Роджерс не соврал, обещая быстро собранные ужин и выпивку. На двух сервировочных столиках дожидались изысканные блюда, которые Брок видел разве что на рекламных фото с сайтов ресторанов не менее 3 звезд Мишлен. Побывать в таких не доводилось ни разу, но облизываться… это дело бесплатное. — Стейк из мраморной говядины со шпинатом, тушеным в сливках или предпочтете лосося с итальянскими травами? На второе могу предложить острый салат по рецепту Гордона Рамзи или салат из королевских креветок с двумя соусами. На десерт фондю из горького шоколада и клубники, шоколадный пирог с вишневым сорбетом, а может, хотите пирог с молочным шоколадом, облепихой и апельсином? — Я от тебя так не укачусь, Кэп, — немного нервно ответил Брок, который следил за количеством калорий, которые потреблял, чтобы сохранять форму, и не форму шара, знаете ли, а во-вторых, боялся представить, сколько стоили эти сложносочиненные кушанья уровня Мишлен, понятное дело, платит не он, но тревога нарастала, — ты всегда так питаешься? — И не надо от меня укатываться, — негромко рассмеялся тот, став разительно расслабленным и мягким, словно не он полчаса назад вытаскивал Брока из «смертельно опасной» ловушки. — У меня обычно нет гостей, кроме Старка, и я захотел угостить вас повкуснее. Звучало логично. Брок потер руки и сел на диван, притягивая к себе облюбованный столик поближе. Выбор пал на рыбный стейк и салат из креветок. Роджерс закатал рукава белоснежной рубашки — и когда только успел переодеться в гражданское — достал из ведерка бутылку виски с… наверное, искусственно состаренной этикеткой, сноровисто открыл и разлил напиток в толстодонные бокалы. Брок взял свой, отсалютовал Кэпу: — Я благодарен тебе… — Надеюсь на это, — непонятно закончил Кэп и легко соприкоснулся бокалом с бокалом Брока. Сделав первый укус лосося, сдобренного соевым соусом и лимоном, Брок застонал от удовольствия. Его рот был как никогда близок к званию эрогенной зоны, если бы мог, он бы трахнул этот стейк, так он оказался хорош. Салаты были не хуже, причем Роджерс по доброте своей уступил Броку часть своей порции — сытного салата с говядиной. Пожар во рту Брок заливал коллекционным виски, который Кэп не уставал подливать, не негодуя, что ему самому мало что от него досталось. К концу дегустации трех видов шоколадного десерта у Брока чуть ли не стоял на высокую кухню. Он никогда не бывал так вкусно накормлен и дорого напоен, еще и забесплатно. Роджерс, едва ли съевший один стейк и немного салата, выпивший хорошо, если два бокала виски, закатал рукава рубашки, прежде чем встать и наклониться над пьяным и сомлевшим Броком. Когда его легко подняли на руки, Брок машинально обвил руками сильную шею. — Вы отличный боец, Рамлоу, — мягко произнес Роджерс, пока нес его, как оказалось, в спальню, — как для немодифицированного человека, я наслаждаюсь нашими дружескими спаррингами. Но честно признаюсь, ваша… беспомощность заводит меня еще сильнее. Когда Брока уложили на разобранную постель, мягкую как облако, а Кэп, быстро раздевшись, навис сверху, Брок мог только обхватить его сильное тело неверными руками и ногами. Халат полетел на пол, а благостный Брок приготовился получать удовольствие и дальше. И больше. И глубже. *** Роджерс получил с Брока благодарность шесть раз, прежде чем выпустить из-под себя. Повернувшись на бок, едва дыша, чтобы не спровоцировать на продолжение сыто закурившего Роджерса, Брок подумал: «Как же хорошо, что приманкой был не Зимний, не Джек и даже не Мэй». Зимний не оценил бы ни джакузи, ни дорогую жратву, ни коллекционное пойло, ни красавца Роджерса. У Джека — гражданская жена и дети, а Мэй и вовсе по девочкам. Да и Кэп, оказывается, не лишен вкуса, и это Брок сейчас не о любви к хорошей еде, он знал, кого из всех бойцов выбрать — харизматичного и очень выносливого командира! А бороться с министром и его подручными Кэп будет долго, так что и Брок в Башне надолго, до последней живой угрозы. Но в таких сказочных условиях можно сколько угодно сидеть под домашним арестом и не надоест. Не бунгало и туземки, как мечталось, но тоже неплохо вышло. fin