Вспоминая Бездну

Бездна, дно Халлоунеста, тьма мира. Мрак и чернота гуще теней. Холод и давящая тищина. Гнетуще огромная, вытянутая вверх пещера. Одиночество. Одиночество... Рассуждая об этом ныне, сидя в предоставленных Королем четырёх стенах, сия понятия для того состояния сосуда кажется слишком громким. Под одиночеством жуки скорее имеют ввиду нечно негативное. Когда как ныне сосуд, зовущийся чистым, кажется яснее стал понимать, насколько милее ему компания безмолвных и недвижемых объектов, нежели окружение из животных или животнообразных инструментов. Полноценных личностей же он не понимал, что опреденно подчеркивает наибольшую приятность взаимодействий с объектами вроде родного гвоздя, нежели еще кого. Высокомерный подросток жука напышенно размышлял о своей хладной независимости сидя за книгой о магии. Случилось же ответственным за сие пустомордое и, видимо, столь же пустоголовое создание не выматывать черную тварь тренировками, а на пару дней оставить наедине с собой и книгами. Конечно, в идеале без чувств и эмоций все было замечательно безмысленно. Но будь кто на должности внутреннего голоса сосуда, он бы точно сказал, что у чего-то разыгралось свойственное и самой заурядной молодежи раздутое самомнение. Тут же случай и вовсе гарантированных дефектов характера. Ведь, как устоять то? Великий божественный Бледный Король избрал его своим Полым Рыцарем, нарек Чистым сосудом. Ради него лучшие воины, каких только знал Халлоунест, позабыли про свои личные жизни ради дрессировок пустотного отродья. Так этому ученику еще и спустя даже с десяток линек удается такую публику удивить да вынудить Пять Великих Рыцарей расщедриться на похвалу. Каждый жук во дворце знает что он здесь самый особенный инструмент, каждый жук в королевстве наслышан что на свет появился тот, на чьи плечи встанет обязанность защищать Халлоунест. Ради него Дипнест лишится своей правительныйы, родное королевство величайшей ученой, а столица управителя да в том же жуке почти что друга короля. Иногда, в жилах вместе с чернотой пустоты текла настоящая неразбавленна гордыня. Конечно, когда страхи и опасения не съедали то нутро, которое живой тьме заменяет душу. Но кому нужно истинное я, когда есть идеальная марка Чистого сосуда! Черный жук знавал и то, что, кажется, молодым свойственно любить. Книга о магии, коюю то и надо было читать вместо витания в облаках гласила, что не смотря на частое заблуждение о связи чувств и магии, одно от другого зависит не напрямую. Да, паршивый настрой может сбить продуктивность, но то самое обычное явление. Коли эскваер будет не в духе, волне физическое фехтование в этом опечаленном исполнении так же будет не самым удачным. Душа - это лишь жизненная сила существа, коюю некоторые способны преобразовать в заклинание. И для владения этой силой отнюдь не обязательно иметь собственные чувства иль из чего там формируется внутренняя суть личности. Сам Чистый сосуд тому доказательство. Далее автор чтива на опережение пожурил читателя, предостерегая от использования разрушительных заклинаний в психотическом состоянии даже не смотря на отсутствие прямой связи. Все же, с опасностями стоит заигрывать на трезвую голову. В полу шутливой, но нравоучительной манере приведен пример о том, что если вы поймали свою вторую половинку на измене с вашим же любовником, лучше не поджигать с пылу жару все помещение. Иначе эмоционально неуравновешенный маг уж будет ответственен за два убийства, а дети останутся без родителей сразу в двух семьях. Чистый сосуд поперву несколько сбит с толку этим иллюстационным описанием. Но вскоре до пустоты кажется таки дошло. Ревность, вроде как так зовут сия состояние мозга. Ощущение сгребуших нутро когтей и жара разгоряченного воздуха в трахеях, пересыхание пасти, колотящееся сердце. Кажется, нечто сходное с этим ощущением черная тварь испытал от новости про успешное вылупление на свет своей сводной сестры Хорнет. Да и пищу свою еще издавна сосуд ревнует к уж подозрительно близко подошедшим к его куску мяса. Не разгоняемый тренировками мозг сегодня работал медленно и неохотно, понимание вещей будто притормозилось за эти пару дней без физической активности. Видимо его черное сердце уж очень неохотно пригоняло гемолимфу в голову. Лишь спустя все это рассуждение о ревностности к еде до сосуда дошло, что это так то... Чувство. Как так! Даже в спокойствии и мире он попал в сия капкан! "Не думай, не говори не надейся, не." Быстро заткнул свою панику жук. Это вообще не чувство, отнюдь! Вынужденная мера, не более. Это стремление, такое же необходимое зло, подобное разуму, как и стремление быть чистым. Такова суровость бытия, не более. Никаких чувств тут и не было. Паучью мелочь он и в глаза не видел, чтоб что-то о Черв упаси думать о ней. А насчет еды все кристально просто и ясно - старая привычка. Такова была бездна, и все тут. Ведь тогда будующий спаситель Халлоунеста ещё не знал что куда и зачем, да и то животное поведение сосудов в бездне далеко от разума, воли и прочих запретов. От животных из отличает разве что отсутствие еще и чувств. И хоть незнание закона не освобождает от ответственности, себя в собвенной голове оправдать можно и нужно. Да и разве имелась возможность избежать развития понятия ревности? Король, опустив в бездну яйца с нерожденными жучатами, дабы все успели вылупиться к великому восхождению к титулу Полого Рыцаря, на некоторое время запечатал бездну. Поперву вылупились мелкие неидеальные сосуды, начав как звери есть себе подобных в случае смерти собратьев. Разве что намеренно не перегрызали друг другу глотки, боязливо опасаясь получить рогом в глазницу. К моменту вызревания яйца с от природы крупным, будующим Чистым уже сложилось поведение стайных каннибалов, какая уж там чистота. Да и не самым отвратительным созданием являлся наш бравый черный жук. Никогда он не убивал за еду, лишь за нарушение устоев этого псевдо общества. Таково устройство иерархии, что самые большие и сильные получают все трупы погибших, соответственно растут еще больше и защищают свою маленькую групку собратьев от щупалец пустоты, теней и наглых вторженцев без своей земли в том мрачном месте. Да следят за тем, чтоб голодные собраться не выдрали корни растений, кое где все же имеющих место, и чтоб мясо делилось по праву сильного. За ту маленькую жизнь, кояя сейчас кажется почти что небылицей, сосуд даже повстречал еще более злостное чем он сам создание. Казалось бы даже более бесчувственное, и то, падкое на мясо, злое существо. Во времена, когда самый лучший и несравненный отрок пустоты даже не стал полноценным главой своей стайки, его знакомые уж зачастили пропадать. Смерть в бездне вещь естественная. Но участившийся характер именно пропаж таки, что даже клочка накидки не оставалось, вызывал подозрения. Доедать было некого. И то конечно же было не с проста - подозрительный чужак встречен на територии. И, что самое занимательное, с высоты прожитого, Чистый сосуд, кажется, может рагзлядеть признаки бесчувственности в этом сиблинге. Тот сосуд был с рогами внушительными и симметричными, габаритный и шипастый, будто альфа стаи. Но ведь такие не ходят по одному слишком часто. Этот был всегда взъерошен, достаточно сильно изодран, часто вымазан в пустоте - словом, кажется никогда он не начищался, плюя на внешний вид. Не знал ли или не хотел знать, но этот ни постукиванием не предупреждал немых собратиев, ни жестововербальными знаками не коммуницировал. Даже когда ему бросали вызов, поднимая крылья и агрессивно наступая, он не шел на контакт, не дрогнув не боялся. Этот жук вообще ничего не опасался. И эта непоколебимость таки привели к своим последствиям. Будующий чистый сосуд, как создание сотканное из предусмотрительности, уж очень тревожно воспринимал себе подобную тварь, кояя, однако, не желала жить по местным правилам. От того они и подрались на почве... На почве недоверия, так сказать. Ныне Полый Рыцарь испытывает лишь отвращение ко всей плеяде своих кровных родственников. Но тогда. Этот миг был запомнен, отложился в мозге момент скребущего чувства, трясущего тело из-за мучительного незнания, что пожелает выкинуть не желающий идти на контакт конкурент. Да, полувзрослый черный жук признает ныне некоторые виды этой особи сосудного рода на чистоту. Страх есть эмоция, оберегающая простых смертных от слишком одиозных поступков, в идеальном сосуде такого не должно быть ни капли. Но раз данный неудачный инструмент не способен был контактировать даже с подобными, что говорить о правильных исполнениях приказов Короля. Кажется конкурент был пустым, но пустым неправильно, непригодным как и все. А также имел недостаточно силы. Во время драки великий пустотный гвоздь даже до своего становления смог сломать сиблингу рог, наградив трещинами на всю маску. Лишь затем, от более норматипичных сородичей узналось, что этот, так названный для удобства, "кривой", оказался не просто иногда злоупотребляющим правом сильного, а активным охотником на своих собратьев. Не то что бы Чистый сосуд питал к этой практике какое то отвращение. С годами такое решение скорее наоборот, все больше и больше кажется мудрым выбором. Просто, уж сильно порецалось намеренно убийство сосудов друг другом, а не просто трупоедство. Хотя как раз таки за нарушения бездновых устоев всех социалльно опасных как раз таки убивали и съедали. Просто понять, что некоторые могли делать с этими данностями. Другие же закономерно начинали убивать прямо, хоть и по тихому. Но ловили на том зачастую именно что мелких падальщиков, кому совсем не доставалось даже обглоданных хитиновых пластинок. Тут же, потенциальный альфа не стал ни вливаться в чужую стаю, ни отнимать господство силой. Он не играл по заведенным правилам и методично вырезал собратьев, будто и должен быть им естественным хищником. Так, по итогу, самым большим и уверенно сражающимся случилось во имя всеобщей безопасности охоться уже на разнаглевшего "кривого". Размер его кажется опережал то, с какими габаритами покинул бездну сам Чистый. Но по своему берет гордость, ведь на этом сосуде красовался криво сросшийся слом маски от нашего героя. От того и кличка - Кривой Может и был "кривой" по некоторому смыслу чистым, но явно такой же непригодный как и все остальные. Раз именно нынешний Чистый Сосуд выбрался, значит именно он и самый достойный Полый Рыцарь, как же иначе? Во время группового убийства распоясавщегося каннибала ведь черный жук познакомился с другим притендентом на свое нынешнее место. И тот тоже был куда как хуже. Окрас накидки этого экземпляра имел оттенок пыльно синий, размер коготок в коготок сходился с будущим Чистым. Лишь рога имели чуть другою форму. И этот, казалось бы, точно такой же идеал, уступил в подъёме. Они дожили до возвращения отца вместе, бок о бок, стартовали в одном месте. Но Чистый сосуд взобрался, а его почти идеальная копия сорвалась. Да, пускай некоторое время даже пост главы стаи нынешнее совершенство в хитине делило с несовершенством, последний всегда отличался слабостью. Этот сиблинг умел любить. Любил своего ближайшего сиблинга, любил того, кто ныне станет высокомерным идеальном. Из чего, как не из любви, терпеть то такое скверное создание как Чистый сосуд до обретения чистоты. А Полый Рыцарь никого и никогда не любил. Поэтому он и чист. За всю эту подлую жизнь в низовьях мира будущее совершенство не привязывался к членам своих стай, не уважал некогда своего альфу, не доверял уже своему соуправленцу. Он же их бросил, конечно ни к кому из этой шайки привязанностей не имелось. В Белом дворце черная тварь так же не любит мать и не грустит о ее расставании с отцом, не желает внимания этого самого отца. Досели ещё не встреченная едва вылупившаяся дочь Бледного Короля тоже не полюбится сосуду. И никем из своих учителей Великих Рыцарей пустомордый не восхищался. Он же уже знает что чувства под запретом. Сосуд старается, до предела себя вымучивает лишь от знания что так надобно. Он вовсе не желает получить восхищение от всех этих знакомых ныне жуков. Про кровных пустомордых родственников и говорить не стоит. Как можно любить своих конкурентов и врагов. Именно так, врагов. Других сосудов было уж слишком много что бы исчезнуть и часть таковых смела вставать поперек короны. Твари без царя в голове, понятно от чего же черные жуки становились в конечном итоге теми, с кем лучше не встречаться. Будь на то возможность, для Халлоунеста безопасней бы было исчезни все лишние звери бездны. Чистый смутно помнил как выглядят те, с кем он когда-то делил одну землю. Потому что как не важное, мозг стирает детали былого, оставляя лишь общее впечатление. Ныне бы последняя надежда Халлоунеста и не узнал бы некогда ближайшего сиблинга, похожего как однояйцевый близнец. Лишь смутные мазки ощущений обрисовали черный силуэт. И в нем было нечто.... Пугающее? Величавая тварь отчего-то наделял эту блоху чем-то ужасающим, будто сама нечистота скрывалась под белой маской. Полый не помнил манеры ни движений ни сражений. Не имел понятия в чем именно заключалось отличительное строение рогов. Едва обрисовывал по воспоминаниям о самом себе комплекцию, рост, процент всклокоченности и прочее сходившееся. Неясным призраком рисовалось прошлое. Такую же мутную картину представлял характер, оставляя лишь общее пятно, призрачный образ. Чего же до ужаса доводящего в сия крохе? Избыточность ли восприятия молодости, а может во истину нечто зарыто... Ярко помнится лишь одно - Восхождение. Свет, слепящий не привыкшие глаза, всеобщий переполох от безумного желания раздирающего нутро, каждая тварь рвется ввысь, бездумно перескакивая пропости. И свыше льется странный мелодичный звук - голос с малопонятными тогда словами. Злобная натура, родившаяся скорее из привычке в недостатке, заставляет оказавшихся на одном уступе порою драться и пытаться скинуть другого. Лишь давние напарники идут лапа в лапу без вражды. И Призрак, по любви своей, доверился. Шел он с в завтрашнем дне уж последней надеждой Халлоунеста, как всегда, коготок в коготок. Моментно прыгали на один и тот же устпут, скоординированно кусали за бока тех, кто смел нападать. И вместе выбились вперед. А затем и более того - оторвались от других. С каждым преодаленным новым рубежем все жужжала и жаждала в голове идея. Порождал тысячи и тысячи свои косвенных потомков один лишь врпрос: "Что если голосу нужен лишь один?" Оставалось уже не слишком много до источника света. Глаза едва различают силуэты в этом ослепляющем сиянии. Вот он источник голоса. На его голове множество рогов, напоминающих.... корону? Благоговенный ужас и в тоже время желание примкнуть к этому свету плелись меж собой. Рядом с этим сияющим созданием мысль обрела свою форму. Нужно было столкнуть соперника. Высшая фигура не просит двоих. Действовать надо было быстро, даже срочно. Но все ещё не хотелось наживать себе врага. Желание вырваться вперед избежав драки толкнуло едва ли не сорваться, но подставить подножку и столкнуть. Краткая оглядка, и все получилось, Призрак действительно посчитал что это не друрной тревожный друг вновь ввиду натянутых нервов сделал быстрее чем подумал, а что он сам сорвался. Пришлось взбираться вновь. А без пяти минут Чистый сосуд полез выше уже один, не дожидаясь. Едва не сорвался, спотыкался, соскальзывал но... Он смог. Он доскочил до странно звенящего хладного изящной формы выступа. Поднять глаза натурально больно от выжигающего света, зрение едва фокусируется. Черный лохматый комок чувствует как обжигающая фигура берег его за загривок. Когти фигуры горячие для мертвено холодной твари, что хочется вырваться, но нечно заставляет подчинитсья и недвижимо повиснуть в чужих руках. Белый силуэт оценивает, забираясь глазами под хитин. По итогу же, ставит на земь, заставляя встать на две задние лапы. Чарующий голос произносит речь, значение которой доходит до отрока пустоты лишь со временем. Затем же, фигура отворачивается, так же незримо приказывая идти за собой. Нет никакой воли чтоб отказать. Ослепляющее сияние кажется понемногу отдаляется. И вдруг, резкий стук об этот хладный искусственный камень сия странной платформы. Быстрая оглядка от развитой тревоги, как плывущее зрение видит знакомую фигуру. Призрак догнал его. Даже допрыгнул до изысканного странного устепа и... недопрыгнул. Его когти сползали с полированного недокамня, сосуд зацепился за край, но в любой момент мог сорваться. Даже в пустой морде сиблинга отражалась немая просьба. Призрак просил помочь, нужно было отплатить за любовь... Этот сосуд ведь был готов не раз и не два умереть за будущего Полого рыцаря, получил не один шрам ради него. Но уж названный Чистым кусок пустоты, подарив пару секунд надежды призраку, отвернулся и ушел вслед за светом. И в спину свою он услышал то, как некогда ближайшее живое существо сорвалось вниз. Полый Рыцарь появился в свете из предательства. Призрак любил Чистого сосуда, и так ради него не то разбился насмерть, не то переломал себе весь экзоскелет. А последняя надежда Халлоунеста его не любил. Потому то и променял. И кажется, понял чего же столь страшного в этом маленьком создании. Черный жук страшится встречи, не желает в глазницы смотреть тому, кого предал. Дикий пустотный жук не поймёт Чистого сосуда и то, что в сути своей Полый Рыцарь, забрав титул, уберег от тяжелой судьбы. Даже в этом чистокровно эгоистичном поступке зародилось в итоге семя чести и альтруизма. Наш сосуд да, отнял шанс стать великим у остальных. Но тем, в сути своей, подарил свободу. Теперь только он один повязан долгом. Душить каждое чувство, не иметь воли и своих желаний, выкидывать каждую мысль из головы. Каждый день учиться и тренироваться, каждый день живя на грани жучих возможностей. А по итогу и отдать всю свою жизнь на растерзание Халлоунесту. Отдать себя Халлоунесту. Значит ли это, что Чистый Сосуд все же любит? Любит Халлоунест... Может быть? Вроде как, то должное для последней надежды этого самого Халлоунеста. А как можно любить что-то столь обширное и в то же время неясное. Народ Халлоунеста в виде всех этих жуков, богомолов, мхов, мух, пауков, чревней, бабочек и прочей шушоры сосуд не то что бы любит. Такие особи как мотыльки и вовсе вызывают своим каждым аспектом приступ агрессии. Характеры их всех слишком шумные, активные, непредусмотрительные, глупые, а внешние оболочки слишком пестрые, пахучие, раздражающие. Культура же королевства скорее не знакома Чистому. Сложно сказать, любит ли он оную или нет. Разве что может отметить, что архитектура родного дворца достаточно красива и в то же время успокает своим внешним видом расстроенные нервные нити черношкурого. Кажется, музыка, сочиненная всеми этими раздражающими жуками, на диво скорее прельщает, нежели что еще. Музыка ритмична, предсказуема, контролируема эмоциональна. Ну и боги. Истинные боги Халлоунеста, а не эти недоразумения вроде Унн, Короля Кошмаров, Лучезарности, и прочих проходимцев, слабаков или недоразумений. Белую Леди и Бледного Короля, кажется, Чистый сосуд любит...? Мать родную кажется он уважал раньше, да. Но то была не любовь. За нее он бы не хотел умереть. Корень дала ему свою любовь сама, как родитель. А дети не обязаны любить своих предков взамен. Пускай она и даровала успокоение, научила важнейшим базовым навыкам, то было непрошено и даже запрещено отцом. Значится вредоносно, неправильно и за то благодарить и не стоит. Но вот черв. Отец, король, тот самый светящийся силуэт. Он... Он все для Чистого сосуда. Бледный змей дал жизнь, дал ее смысл, дал имя и королевство за которое можно умереть, дал семью, дал все окружение, коее только знакомо сосуду. Для Бледного Полый Рыцарь был готов стать не только воином в сияющих доспехах, хоть крестьянином, хоть нищем, хоть грязью под когтем короля. За Халлоунест умирать страшно. За отца умереть хотелось, лишь бы черв остался хорошего мнения о своем пустотном гвозде и дальше строил королевство. Если его король любит свой народ, то значит народ любить следует. Если его король любит Халлоунест, значит Халлоунесту следует простоять вечно. Что-то такое Призрак чувствовал некогда к Чистому? Значит тот определенно не подходящий сосуд. Но значит ли из этого, что сам Чистый нечист по причине привязанностей к родителю? Следуя логике предыдущего рассуждения, то кажется абсолютно закономерно. Но извилистое подобие мысли то признавать не хотело, Чистый сосуд признать не мог это, и все тут