Ганна: История сироты

В воздухе пахло гарью. Языки пламени нещадно пожирали дома, хлева и амбары. Отовсюду доносились крики, вскоре обрывавшиеся звуком удара меча. Она бежала, что было сил, надеясь, что единственный член её семьи невредим. — Братик! Ты где?!,— кричала девочка, срывая голос. Рядом, громко лая, бежал волчонок. Пытаясь не обжечь лапки, зверёк опередил маленькую хозяйку, решив проверить старый амбар. — Черныш, постой!! Куда ты?! Вернись!! Но он её совсем не слышал. Вдруг раздался страшный треск. Опоры амбара, поглощаемые языками пламени, покосились. Волчонок заскулил и попытался вернуться к девочке, но силы его лап не хватило. Ещё несколько секунд, и Черныш бы выбежал к девочке… Но крыша обвалилась, похоронив маленького хищника под собой. Девочка закричала от боли и бессилия. Её волчонок, её верный друг и страж, теперь оставил её и отправился на Аннун, остров вечной юности и красоты. Оставалась лишь надежда на то, что с братом всё в порядке. Не оглядываясь назад, девочка бежала от двора ко двору и наконец заметила знакомый силуэт. Он лежал на траве возле одной и догорающих хижин. В руке юноши был зажат меч. — Оррис! Братик, ты в порядке?,– взволнованно заговорила она, подбегая. Но лишь вблизи девочка заметила неладное. Из его рта текла маленькая струйка крови, лицо было очень бледным, а глаза не моргали и лишь пустым взглядом смотрели в небо. Старший брат был мёртв. В этот самый момент над малышкой нависла тень, чёрная, как смоль. Лишь глаза её светились красным. Девочка попыталась отползти, но меч уже блеснул в руке у незваного гостя. Тень замахнулась, и!.. — А-а-а! Резко открыв свои голубые глаза, девочка оглянулась. Она лежала в своей постели в хижине, где могла бы найти что угодно за минуту даже с завязанными глазами. В её бок уткнулся влажный нос волчонка. Черныш, чувствуя беспокойство хозяйки, аккуратно подошёл и стал внимательно вглядываться в лицо девочки своими жёлтыми глазками. — Доброе утро, малыш…,— сказала Ганна, гладя по голове друга,— Братик, наверное, во дворе. Снова решил дать поспать подольше. Девочка встала с постели, слегка причесала гребешком каштановые волосы, любуясь своим отражением в котелке, и, как всегда босая, вышла наружу. Деревня жила своими обычными заботами. Местный плотник Бранн возился у себя во дворе со старой телегой, ставя новое колесо, Эйла, жившая с мужем и тремя детьми в другом конце улицы, выгоняла коров на пастбище. Кто-то вешал сушиться бельё, кто-то нёс соседу корзину с чем-нибудь нужным. Ганна нашла брата на заднем дворе их хижины. Оррис колол дрова. Заслышав шаги сестры, он отложил топор и обернулся. — С добрым утром, лежебока. И Черныш с тобой, как всегда. — И тебе доброе утро. Эм… братик,— начала Ганна, опустив глаза. — Снова твой сон про страшную тень, верно? — Ну да. Уже третий день его вижу. — Нехорошо… Знаешь, как мы поступим? Друид нашей деревни просил, чтобы ты нашла в лесу побольше корня валерианы. Ты, как поешь, отправляйся искать растения. А как вернёшься, вместе пойдём к жрецу и ты ему всё расскажешь. — Хорошо. Тогда я побежала. — Ты же не завтракала, Ганна!,— смеясь сказал Оррис, потрепав сестру по голове. — Я с собой возьму. Друид сказал, что собирать травы лучше всего, пока ещё есть роса. Оррис положил в корзину сестры большой кусок хлеба, несколько груш и флягу с водой. Девочка обняла брата и, подозвав Черныша, побежала в лес.

***

Роса на некоторых травинках ещё не исчезла. Где-то в кроне старого дерева пела иволга. Ганна шла вдоль ручья, выглядывая валериану в высокой траве. Черныш бегал рядом, весело лая и пытаясь поймать мышей. Девочка ходила по лесу уже почти два часа и уже успела съесть припасы, которые дал Оррис, а нужного растения всё небыли видно. — Да где же она? Я так до вечера копаться буду,— ворчала себе под нос Ганна, осматривая очередную поляну. Черныш вдруг навострил уши, принюхался и зарычал, смотря в сторону деревни. Он всегда вёл себя подобным образом, когда чуял неладное. Девочка поняла его без слов и, бросив пустую корзину, побежала за волчонком. Ещё издалека девочка заметила клубы чёрного дыма и почувствовала запах гари. Неужели в деревне пожар? Или хуже… Неужели захватчики из-за гор, о которых говорил друид, добрались до этих мест? В голове Ганны звучала лишь одна мысль: «Нужно найти брата». Добежав, она встала, как вкопанная. От деревни почти ничего не осталось. Хижины горели, тут и там раздавались крики, вскоре затихавшие под ударами мечей. Ночной кошмар ожил. Ганна опомнилась лишь когда почувствовала, как Черныш тянет её за подол платья. — Бежим, дружок. Нужно отыскать Орриса. Держись рядом. И она побежала, крича имя брата, что было сил. Но тот не откликался. Бегая от двора ко двору, она заметила то, чего боялась больше всего. Оррис. Он лежал на траве, сжимая в руке меч, но, как и во сне, не был жив. Ганна медленно подошла и упала на колени рядом. Девочка не слышала ничего, кроме собственного плача, не чувствовала ничего, кроме солёной влаги на своих щеках, не видела ничего и никого, кроме старшего брата. В этот самый момент рядом раздались шаги. Легионер остановился совсем близко, но продолжал хранить молчание. Перестав плакать, Ганна наконец заметила его и испуганно прижала к себе Черныша. — Здесь опасно,— наконец сказал солдат на кельтском и взял Ганну за руку, резко подняв её на ноги,— Уходим. — Нет! Не буду! Без Черныша не пойду! Взглянув на волчонка, легионер кивнул. — Бери с собой. Девочка свистнула волчонку, и он послушно пошёл рядом. Уходя из деревни, солдат спросил: — Как тебя зовут? — Ганна… — Ганна, значит… Не беспокойся, всё будет хорошо. У нас в лагере командир справедливый, думаю найдёт тебе местечко. Девочка шла, держа воина за руку. Черныш шёл рядом, то и дело поглядывая на хозяйку. Ганна не знала, что её ждёт, но одно понимала точно: обратной дороги нет. Ничего уже не будет, как раньше.