Братские узы

Прошлым вечером Феликс с Джисоном очень долго сидели над подготовкой к экзаменам, поэтому друг снова остался на ночь. Минхо снова проснулся первым, ведь уже спал, когда школьники еще были заняты, и хотели сходить в душ, но цепкие руки Феликса не отпускали. - Принцесса, отпусти... - Прошептал он, наклонившись к уху блондина, слегка куснув за мочку. - Куда убегаешь с утра пораньше? - Феликс сонно открыл глаза, зевая. - Всего лишь в душ. - тихо хихикнул старший, опустив руку на его бедро. - И хотел оставить меня тут? Бессердечный... - наигранно обиделся он, надув губы. Посмеявшись, Минхо поднял лицо блондина за подбородок, после чего целуя в губы. Феликс, отвечая, запустил руки под его футболку, прижимаясь. - Ладно, уговорил. Возьму тебя с собой. - улыбнулся Минхо, отстраняясь. - Ураа. - хихикнув, болндин сел, протянув руки, на что Михно снова улыбнулся и взял его на руки, унося в ванную. Феликс целовал его шею еще по пути. Закрыв дверь, старший отпустил блондина, стягивая сперва его футболку, а потом и свою, снова целуя его в губы, покусывая их. Феликс сразу потянулся к штанам старшего, стягивая их вместе с нижним бельём, вскоре также оставаясь полностью обнажённым. Отстранившись, Минхо включил воду и затянул блондина в кабинку, вставая под струи воды и уелуя его шею и плечи, сжав руками ягодицы. Из душа они вышли только спустя пару часов, Джисон уже сидел на кровати, залипая в телефон. - О, ты уже не спишь. - улыбнулся Феликс, садясь на кровать. - Попробуй тут поспать, когда ты так громко и долго стонешь... - Джисон косо посмотрел на друга, который только рассмеялся. - Прости, я не мог не стонать, очень старался быть потише. Кончил раза четыре. - Шесть. - Поправил его Михно, вытирая сперва свои волосы, а потом накинув полотенце на голову блондина, также вытирая, улыбнувшись. - Господи... Даже знать не хочу. - закатив глаза, друг упал на кровать лицом в подушку. Минхо, закончив, отправился на кухню, а Феликс лег рядом с другом. - Всё, сил нет что-то делать... - прохныкал блондин. - Ещё бы... - Джинсон повернулся к другу. Феликс, пожав плечами, потянулся и также повернулся к нему. День прошел вполне обычно: завтрак, занятия, тренировка, обед, снова занятия и вечером наконец отдых, Феликс с Минхо в обнимку и Джисон рядом сидя смотрели какой-то фильм, когда раздался дверной звонок. Все переглянулись и Джисон вызвался пойти открыть, вскоре возвращаясь с немым удивлением на лице, а следом за ним появился Хенджин, посмотрев на эту парочку, и, вздохнув, спокойно сказал: - Феликс... Выйдем поговорим..? Просто спокойно поговорим, обещаю... *** После той ссоры у Минхо дома, в тот же вечер Хенджина навестил его психиатр, мужчина лет на 15 старше, высокий с достаточно крепким телосложением. Чанбин, пройдя в квартиру, сразу оценил разгром в квартире, на что Хенджин только вздохнул и сел на диван, психиатр последовал за ним, сев рядом. - Вижу, дела у тебя ни к чёрту. Иначе бы ты ко мне снова не обратился. - сказал он, посмотрев на своего пациента. - Ты прав... - вздохнув, Хенджин откинулся на спинку дивана. - Помнишь, я говорил, что не чувствую ничего к своему парню?.. Так вот, все эти годы я так и не почувствовал ничего ни к кому. Мне доставляло удовольствие брать под крылышко молодых и наивных, играть, развращать и бросать... И даже то, что потом многие спивались, начинали употреблять, кто-то попал в бордель, некоторые покончили с собой, меня никак не волновало. Но... Последним я решил решил поиграть с собственным братом. Все было вполне обычно, мы проводили время вместе, предсказуемый для меня конец. Вот только, в этот раз удовольствия от этого я совсем не испытал, даже наоборот, мне словно было... Совестно? В общем, я решил, что это потому, что я так и не простил родителей, поэтому отыграться на нем так и не смог, поэтому ничего ожидаемого не почувствовал. Но потом... Все, с кем я пробовал начать после него, не вызывали никакого интереса, даже скорее отталкивали, всё было как-то не так, и я решил просто уйти с головой в работу. Только спустя три месяца осознал, что брат ушел из дома, буквально пропал. Я очень испугался, звонил ему, но в итоге он меня просто заблокировал. Оно и понятно почему, но все же в тот момент где-то внутри кольнуло, стало еще страшнее. Я успел уже представить каждый страшный сценарий, которые видел раньше, и рванул искать. И нашёл. У одного из своих бывших. Он был одним из первых моих парней, но единственным, кто кинул меня первым и понял всё. Мы остались друзьями. Именно он пытался отговорить меня от того, что я хотел сделать с братом. Увидев брата в его квартире и понимая, что у них происходит, сам не знаю, что на меня нашло. Я был просто невероятно зол. И то, что сейчас происходит в квартире - последствия той встречи. И я до сих пор не понимаю, почему всё это происходит с момента нашего разрыва. Чанбин молча слушал, а под конец мягко улыбнулся. - Совсем не понимаешь?.. Ты влюбился, Хенджин. По-настоящему влюбился. - Чего?! - буквально вскочил он. - Быть этого не может. Не в него! - Как бы ты не отрицал, это правда. Именно из-за вспыхнувших чувств к брату, тебе не было приятно бросать его, именно из-за этого тебе и не интересны сейчас другие, и именно поэтому ты разозлился, застав его со своим другом, ты приревновал, всем неприятно, когда тот, кто им небезразличен, принадлежит кому-то другому. - психотерапевт встал, положив руку на его плечо. - То, что ты влюбился, это хорошо, но... Тебе нужно поработать над своими чувствами и обидой на родителей. Как насчет курса терапии? Буду приходить к тебе каждый день, если нужно. Хенджин кивнул, посмотрев на него. Ежедневные встречи с Чанбином длились целый месяц, целый месяц Хенджин старался осмвслить все свои чувства: что двигало им, когда он игрался с парнями, почему это доставляло удовольствие, почему он не может отпустить обиду на родителе, чтобы думать над этим, пришлось вернуться в свои шестнадцать лет. Целый месяц работы над тем, чтобы наконец понять, что он и правда влюбился в Феликса. Впервые осознав это, он расплакался прямо перед психотерапевтом, начав рассказывать, каким брат был милым, нежным, невероятно солнечным человеком, как он трепетно относился к Хенджину, какими влюблёнными глазами смотрел, и как изменился его взгляд после предательства. Хенджин осознал свою ошибку, осознал, что не хочет потерять его окончательно, даже если Феликс не сможет его простить, было бы достаточно быть просто в нормальных братских отношениях, хотя это и было бы определённо очень больно. Только тогда Хенджин понял, насколько ему больно от осознания того, что брат сейчас в объятиях другого, дарит ту нежность и ласку кому-то другому. Хенджин обдумывал все и ревел почти ежедневно, Чинбину даже пришлось выписать успокоительное. Под действием лекарств было легче, и, наконец обсудив, как следует поступить, чтобы хотя бы извиниться перед Феликсом, Хенджин еще несколько дней собирался с силами, прежде чем поехать по знакомому адресу. Еще около получаса он мялся у двери, боясь, что Феликс даже слушать не станет и прогонит. Но, отогнав дурные мысли, он все же нажал на звонок. К его удивлению, открыл Джисон, будучи не менее удивлённым. - А... Привет. Феликс ведь здесь? Джисон только молча кивнул и, впустив гостя, пошел в комнату. Хенджин двинулся следом, остановившись в дверном проеме он посмотрел на брата в объятиях Минхо. Внутри снова кольнуло, но он старался не подать виду. - Феликс... Выйдем поговорим..? Просто спокойно поговорим, обещаю... Феликс, удивлённо посмотрев на него, переглянулся с Минхо и, когда тот кивнул, мягко улыбнувшись, встал, надев штаны и худи. Хенджин пошел в сторону выхода, закусив губу, когда повернулся спиной к брату. Они молча спустились вниз, сев в машину. Феликс молча смотрел на него. - Я... Хотел извиниться... Знаю, что поступил, как самый последний ублюдок... И я очень рад, что ты в порядке, рад, что ты был с Минхо, а не где-то еще... Я знаю, что ты, скорее всего меня не простишь, да и не рассчитываю на это, просто... Хочу, чтобы ты меня выслушал... - Хенджин посмотрел на брата и, когда тот кивнул, продолжил, глядя куда угодно, но не на него. - Я... Решил поступить так с тобой потому, что держал огромнуб обиду на родителей... Сначала, когда ты родился, все вроде было как обычно, но... С каждым годом они все меньше уделяли мне внимания, в подростковые годы совсем игнорировали, списывая все на юношеский максимализм и бунтарство. Ты в их глазах всегда был самым любимым ангелочком, тебя любили, всегда делали для тебя всё, чего тебе хотелось... А я... С четырнадцати лет был предоставлен сам себе: сыт, одет и славно. Я связался не с самыми приятными компаниями, много пил, даже подсел на наркотики. Родители только качали головой и читали нотации, когда я возвращался пьяным или отсутствовал неделями, меня даже не искали... Это все и привело к той трагедии, из-за которой я стал совершенно другим человеком. После того случая, родители стали для меня буквально чужими людьми, а ты... Тебя я обвинял в том, что стал ненужным... В общем... Когда мне было 16 лет, я познакомился с парнем... Сначала все было хорошо, мы несколько дней переписывались, встречались на тусовках, где вместе и выпивали, и употребляли чего поинтереснее. После одной из таких я согласился поехать к нему. Мы были знакомы меньше недели... И это стало моей самой главной ошибкой в жизни... Когда мы приехали, я был пьян и еще не до конца отошел от наркотиков, он потянул меня в постель, а я и не сопротивлялся. Вот только вместо приятного и обычного секса, он приковал меня к кровати и изнасиловал... Грубо и больно... После произошедшего я езе несколько часов лежал в собственной крови со скованными руками, пока он наконец не отвел меня, всего грязного и в слезах в ванную. Он не отпускал, я был по-прежнему в наручниках, в ванной он приковал меня к смесителю, сам отмыл. В тот момент у меня уже не осталось сил кричать и сопротивляться, я просто сидел в этой ванной и плакал... Потом он вернул меня обратно в постель и снова сделал это... Крови было гораздо меньше, но боль была даже сильнее из-за свежих ран... Он ежедневно меня избивал и насиловал... Чем больше я кричал и сопротивлялся, тем жёстче он бы... Не знаю, как он делал это так, чтобы не осталось шрамов... Каждый день он меня поил и давал наркотики всё сильнее... Сперва я очень надеялся, что родители заметят, что я пропал, начнут искпть, но... Им по-прежнему было плевать на меня... И понял я это только спустя месяц... Тогда я перестал сопротивляться и принял свою участь, был уже готов к тому, что никогда оттуда не выберусь и в конце концов он меня убьёт... Когда я стал более податливым и послушным, он начал меня отпускать, но всегда находился рядом. Избиения и насилие не прекратились, но было уже не настолько больно, потому что я просто смирился, даже в какой-то момент перестал плакать. Совсем... Когда пошел третий месяц моего заточения там, я был готов уже покончить с собой... Особенно когда понял, что сбежатьне получится. Он дал мне полную свободу внутри дома... Когда он полностью расслабился, я предложил приготовить ужин. Раньше он не пускал меня на кухню, всегда делал все сам. В общем, приготовил я, мы сели ужинать. Я незаметно забрал с кухни нож, припрятав в одежде. Я сначала даже не задумался, зачем он мне. Может, хотел покончить с собой, как осталонусь один тем же вечером... Но... Спокойно уйти с кухни он мне не дал... Схватил за горло, вытолкнув в коридор, а потом пинками заставил идти в спальню. Оказавшись в кровати, он снова сунул мне бутылку водки и проклятую дорожку. Я смутно помню, что было дальше, из-за алкоголя и наркоты, пришел в себя, когда сидел на диване и курил одну сигарету за другой, вся моя одежда была полностью мокрой и пропитанной кровью, я был спачкан ею с ног до головы. Чтобы принять душ, нужно было зайти в спальню... Я думал, что просто пройду мимо, но... Увидев его изрезанное и изуродованное тело, не смог. Вернулся на диван и вызвал полицию. Я был готов сесть за убийство. Такая перспектива меня совсем не пугала после всего пережитого... Но мне повезло. Приехала парочка полицейских, среди них был один молодой студент. Он был в шоке больше остальных, ввиду своей неопытности. Меня сковали и увезли в отделение, где отмыли, переодели и допрашивали несколько дней. Я рассказывал всё, как было, не стал отпираться или врать. Признал вину. Все мои допросы слушал тот самый студент. Не знаю, как он это сделал, но именно он похлопотал, чтобы меня признали жертвой, а убийство в состоянии аффекта, и настоял, чтобы меня отправили на лечение. В психушке я лечился еще несколько месяцев, и только онтнавещал меня там. Родителям, конечно, передали всб информацию о произошедшем, я даже ждал, что они придут навестить меня в больнице, но... Как ты прнимаешь, ни разу а всё время никто из них так и не пришёл... В общей сложности меня не было дома почти полгода. После выписки их больницы, тот полицейский познакомил меня с хорошим психотерапевтом, чтобы помочь мне... Я был ему очень благодарен, он сделал куда больше для меня, чем родная семья... После всего пережитого, родители были для меня хуже чужих людей... Я возненавидел их всем сердцем... И тебя за компанию. Спустя годы терапии, я думал, что полностью восстановился, и то, что я перестал чувствовать что-то хорошее и приятное, меня мало волновало, главное, что больше меня не преследовали кошмары и флэшбэки. Антидепрессанты и снотворное я перестал пить только чуть больше года назад... Смерть родителей... В их смерти виноват целиком и полностью я... Я взял в адвокатуру дело одного из сыночков местного криминального авторитета, должен был отмазать того от тюрьмы, но... Не уделил достаточно времени и внимания этому делу, а потому проиграл... И его папаша хотел отомстить, сперва убив всех моих родных, а потом меня. Только благодаря тому, что у меня был знакомый полицейский, их всех повязали раньше, чем они навредили тебе... Признаюсь честно, мне совсем не жалко родителей, я не сожалею об их смерти... Но... Прекрасно понимаю, что для тебя это большая потеря и... Еще один повод ненавидеть меня еще сильнее... Я знаю, что стал ужасным человеком... Но... Из-за обиды на родителей, я обидел и тебя... И слишком поздно, и то только с помощью психотерапевта, понял, что влюбился... Впервые в жизни... Впервые я по-настоящему влюбился, Феликс... Прости меня, умоляю... И за родителей, и за то, что я сделал... Я просто слишком поздно понял... Слишком поздно мне стало понятно, что я совсем не понимаю своих чувств... Не надо было тогда прекращать терапию... Но уже поздно думать о прошлом... Я прекрасно понимаю, что ты меня никогда в жизни не сможешь простить... Но всё же... Надеюсь, что мы сможем хотя бы остаться братьями, если ты не будешь против... Я приму любое твое решение... Если захочешь уйти и вычеркнуть меня из своей жизни, я приму... - руки Хенджина тряслись, а на глаза снова наворачивались слезы, поэтому он снова достал успокоительное, выпив. Феликс слушал его, находясь в глубоком шоке, просто молча смотрел на него еще несколько минут. - Я... Мне надо подумать... - с трудом выдавив это из себя, блондил сразу вылетел из машины и, с трудом сдерживаясь, рванул в квартиру. Только переступив порог, он захлопнул за собой дверь и сразу осел на пол, разрыдавшись. В коридоре тут же появились взволнованные Минхо с Джисоном. Старший сразу подобрал Феликса на руки и, не спрашивая ни о чем, унес в спальню и уложил в кровать, ложась рядом и крепко обнимая. Джикон тоже не мог спокойно смотреть, поэтому пристроился к другу сзади, также крепко обняв и положив голову на его спину. Феликс более-менее успокоился, только спустя час, наверное. Тогда Минхо оставил его в объятиях друга и пошел сделать зеленый чай с мятой, вскоре вернувшись с тремя чашками. Феликс, сев, взял одну из них, отпивая. - Что случилось..? - осторожно спросил Минзо и, пртянув чашку Джисону, также взял и сел рядом с блондином, но тот только помотал головой, молча глядя в никуда. Никто не стал настаивать и расспрашивать. Когда Феликс успокоился окончательно и сходил в душ, Минхо с Джисоном просто молча ждали его, по-прежнему вопросительно глядя на него. - Все хорошо... - вздохнул блондин и сел к ним на кровать. Минхо сразу утянул его в объятия. - Уверен?.. - старший чмокнул его в плечо, обнимая. - Да... Просто... Очень не ожидал услышать то, что он мне рассказал... - И... Ты не хочешь об этом говорить, верно?.. - спросил Джисон, глядя на них, и Феликс кивнул. - Хорошо. Спать пойдем или хочешь чего-нибудь еще? - Минхо посмотрел на него. - Можно досмотреть фильм... Я в норме, правда. Фильм поможет успокоиться окончательно... Кивнув, старший снова включил кино, продолжая лежать в обнимку с блондином. Джисон лег рядом с ними, периодически поглядывая в их сторону. Нет, он не ревновал, скорее переживал за состояние друга, но Минзо, кажется, хорошо его успокаивал. Феликс заснул раньше, чем закончился фильм. Встав очень рано утром, он один пошел на кухню и, сделав себе кофе, сел за стол, всё думая о словах брата. Он совсем не понимал, как реагировать на его рассказ. Да, ему было безумно жалко Хенджина, он наконец понял, почему он так себя вел, так поступал, но с другой стороны он был виноват в смерти родителей, которых Феликс безумно любил. Хотя, понимая, как они поступили со своим старшим сыном, блондин понял, что не знал их до конца. Он всегда думал, что Хенджин просто ревновал их к нему, как это обычно происходит у детей. Но Хенджин был прав, если бы родители были внимательнее, не проихошло бы всё это, если бы они не выделяли Феликса, старший брат не был бы таким. Но, думать о том, что было бы, смысла нет. Хенджин открылся ему. Вывернул всю душу наизнанку, выложив Феликсу всё, о чем молчал всю жизнь. Блондин просто не мог держать обиду, не мог ни в чем обвинять. Может, потому что понял, или просто потому, что любит. И то, каким разбитым он вчера увидел брата, не могло быть ложью или игрой. Феликс всем сердцем поверил брату. Поверил в каждое слово. Буквально вскочив, он быстро оделся и, вызвав такси, уехал к Хенджину, пока Минхо с Джисоном до сих пор спали. На вещи в данный момент было абсолютно плевать. Приехав, он открыл дверь своими ключами и вошел, застав брата за работой в привычном ему месте на полу возле дивана. Игнорируя удивлённый взгляд Хенджина, Феликс моментально оказался рядом с ним, встав на колени и, положив руки на его щеки, притянул к себе, целуя. Старший просто замер с распахнутыми глазами, опустив руки с бумагами, которые просто бросил на пол, и отвечать на поцелуй начал только спустя почти минуту, прикрывая глаза и чувствуя, как потекли слёзы. Феликс отстранился только спустя несколько минут, также с мокрыми глазами: - Я люблю тебя... Очень люблю... - младший уткнулся в его грудь, обнимая. - Я... Ни в чем тебя не виню, и... Не злюсь... Хенджин молча обнял его, крепко прижимая к себе и продолжая всхлипывать. Просидели так они долго, пока оба не успокоились, только тогда Феликс поднял глаза на брата. - Значит... Ты простил меня?.. Правда..? - неуверенно улыбнулся Хенджин, на что блондин активно закивал. - Значит... Мы теперь вместе? - Да... Теперь мы вместе. - улыбнулся Феликс, снова целуя брата. Ближе к обеду Феликс с Хенджином поехали забрать вещи от Минхо. Зайдя в квартиру, блондин, улыбнувшись, обнял обоих удивлённых парней по очереди. - Ты зачем так пропадаешь? Мы чуть не тронулись оба тут, когда встали, а тебя и след простыл, особенно после твоей вчерашней истерики. - начал бурчать Джисон, но все же помогал собирать вещи, пока Минхо стоял рядом с Хенджином. - Что ты вчера ему сказал? Он почти весь вечер проревел... - спросил Минхо, встав рядом с другом. — Немного о своем прошлом... И извинился, конечно. - Хенджин слегка улыбнулся, глядя на брата. - Извинился? Значит, и правда влюбился? - в ответ Хенджин только кинул. - Теперь встречаетесь? - Да... И если что, это полностью его решение, я не давил. - Хорошо, верю. - Минхо также перевел взгляд на парней. - Спасибо... Что не дал ему сломаться. - Хенджин посмотрел на друга, улыбнувшись, но Минхо только удивлённо молчал, глядя на него. - Что? Да, я умею благодарить, представь себе. - Удивительно... И извинился перед ним, и поблагодарил меня... Ты кто такой и куда дел моего лучшего друга? - Минхо рассмеялся, когда Хенджин недовольно фыркнул и ткнул его локтем в бок. Феликс, закончив, подошёл к ним, сразу нырнув в объятия Минхо, уткнувшись ему в шею. - Спасибо... За все... - пробормотал он. - Совсем не за что, принцесса. Возвращайся к своему принцу и больше не ругайтесь. - улыбнувшись, он потрепал светлые волосы. - Попробуй пообщаться с ним, ты обещал. - шёпотом добавил Феликс, отстранившись, а Минхо только кивнул, глянув на Джисона. - Всё, идём? - спросил Хенджин, забирая сумку из рук брата. Когда тот кивнул, они попрощались, уходя. Сев в машину, Феликс посмотрел на брата. - Как думаешь, у них может что-то получится? - Думаю да... Кажется, твой друг нравится Минхо. - улыбнулся старший, выруливая с парковки. - Правда? Почему? - удивился блондин. - Не знаю как объяснить, просто я его давно знаю... По крайней мере интерес есть точно, а что будет дальше, зависит только от них. Феликс улыбнулся и повернулся к окну. Приехав домой, он сперва пошел в свою комнату, но Хенджин его перехватил, отправляя в свою спальню. - Теперь мы живём там. А из твоей комнаты можно сделать кабинет и мне для работы, и тебе для учёбы. - Кстати, об учебе... - Феликс вдруг помрачнел. - Я хочу пойти в полицейскую академию, но та, куда я планирую поступить, закрытая... То есть, с момента поступления и до самого выпуска я оттуда не уйду. Максимум - увольнительные день-два в выходные. Телефон дают только вечером на пару часов... В отличие от других похожих, там полная подготовка, выпускники оттуда всегда ценятся больше, занимают должности повыше и поэлитнее, поэтому хочу поступить именно туда... Но мы почти не увидимся четыре года... Насколько знаю, в первый год мало кого отпускают... - Ничего страшного, я буду ждать. - Хенджин улыбнулся, глядя на брата. - Правда? - блондин улыбнулся, когда старший кивнул, а потом бросился в объятия. - Спасибо... - Совсем не за что. Я же и сам хочу быть рядом. - Хенджин поглаживал его по спине. Феликс довольный обвил руками шею брата, целуя в губы и прижимаясь к нему всем телом. Хенджин сразу начал отвечать, обнимая блондина за талию. Младший начал напирать, углубляя поцелуй и тихо простонал, когда брат подхватил его на руки, сжимая бедра и уходя в спальню.