Pull me closer

Соперницы долго сидели друг напротив друга, ни одна не хотела прерывать затянувшееся молчание. Кира уже хотела было что нибудь сказать, когда Саша наконец пришла в себя и тряхнула головой. Кира в настоящем времени наблюдала, как старшая снова возводит вокруг себя стены и возвращается в прежнее состояние холодного и отстраненного тренера, убирая руки с Кириного лица и отодвигаясь от нее подальше. –Пожалуй, на сегодня хватит. - Хрипло произнесла Покровская, поднимаясь на ноги. Отряхнувшись, она протянула девушке руку, предлагая помощь. Егорову внезапно окатила волна стыда и обиды, глаза снова зажгло от подступающих слез, но на этот раз девушка сдержалась. Конечно, для Саши все это было ошибкой, конечно, для нее это было не более чем неловкой ситуацией, которую лучше проигнорировать и забыть. Нахмурившись, она оттолкнула предложенную руку, и, опираясь на столб, попыталась встать сама. У нее почти получилось, лишь в какой то момент чуть не упав, но Саша быстро подскочила, удерживая девушку за локоть. В раздевалке Александра наблюдала за Кирой, как та быстро переодевается, отвернувшись от нее и старательно игнорируя присутствие старшей. Покровская заметила, что настроение Киры изменилось еще в зале, но никак не могла понять где она допустила ошибку и чем могла обидеть девушку. Егорова вроде простила ее за ремень и за травму, так в чем же было дело? Саша смотрела, как Кира неаккуратно запихивает одежду в спортивную сумку, и собирается уходить, продолжая игнорировать пристальный взгляд Покровской. –Подожди, я тебя довезу - наконец прервала тяжелое молчание старшая, все еще наполовину одетая в форму. –Не надо, сама доберусь. - пробормотала Кира, отказываясь встречаться взглядом с Покровской. Это окончательно вывело Сашу из себя. В несколько шагов пересекая пространство, разделявшее их, она остановилась прямо перед Кирой. –Прекращай так себя вести - строго отчитала Саша Егорову, выхватывая сумку из рук младшей. – Я тебе помочь хочу, а ты как всегда ведешь себя как малолетка грубая! На последних словах, уже не выдержав, повысила голос, выплескивая на девушку свой гнев. Это наконец заставило Киру поднять взгляд на Сашу. Девушка гневно смотрела на соперницу, намереваясь сказать что-нибудь грубое и язвительное в ответ, но когда Кира открыла рот, оттуда ничего не вышло. Теперь оказавшись так близко к девушке Саша наконец заметила. Этого не было видно за грубым и холодным фасадом девушки, но сейчас Покровская могла прекрасно наблюдать за тем как слегка дрожала нижняя губа девушки, как глаза до сих пор были красные и блестели от непролитых слез. И что они были полны невысказанной боли. –Да с чего ты взяла, что мне нужна была твоя помощь, а? - взорвалась Кира, найдя в себе силы ответить старшей. - Я ничего от тебя не хочу Саш, а ты просто слишком упрямая, чтобы это понять. Слова девушки вышибли весь воздух из легких Покровской. "Я ничего от тебя не хочу Кира. А ты просто слишком пьяная, чтобы это понять." На Сашу накатили воспоминания прошлой ночи, когда Кира таким же обиженным взглядом смотрела на нее, пока старшая возводила вокруг себя неприступные стены, полностью игнорируя слова пьяной девушки. "Чего ты вечно так боишься? Знаешь же, что я хочу тебя." В том то и дело, что не знала. Более того, даже не догадывалась. Саша настолько погрузилась в собственные мысли, в собственные чувства и свою боль, что пропустила слова младшей, списав их на пьяные бредни. Но сейчас Саша не могла не задуматься над словами Киры. "Я хочу тебя". –Т-ты правда... начала Покровская, но так и не смогла закончить вопрос. Даже если это правда, даже если Кира и правда хотела быть с Сашей, то что от этого изменится? Они не могут быть вместе, не так как им бы хотелось. Тогда нет и смысла затрагивать эту тему. Саше следовало промолчать, закрыть эту тему, разойтись и не поднимать больше этот разговор. Но что-то в саблистке не давало ей это сделать. Возможно это были полные слез глаза девушки, которую она не могла заставить себя ненавидеть, как бы не старалась. Возможно это была собственная боль в сердце, которое тоже не хотело отпускать эту ситуацию, как бы страшно женщине не было в этом признаваться. А может, она просто устала. Устала убегать от себя, от этих чувств, и этой вечной недосказанности между ними. –Ты правда этого хочешь? Меня? Нас? - тихие слова прорезали давящую тишину между ними. Кира ошеломленно уставилась на Покровскую, не веря своим ушам. Она никак не ожидала, что Саша осмелится заговорить об этом, ожидая, что та снова замкнется в себе и снова наденет маску безразличия. Но, видимо, старшая взяла за привычку удивлять Егорову, которая не могла вымолвить ни слова, снова опустив взгляд в пол. Как она могла ответить на этот вопрос? Она уже говорила Саше, что хочет ее. Какая была гарантия, что она снова ее не оттолкнет? –Кирюш? ‐ подцепив пальцами подбородок младшей, Саша заставила девушку посмотреть на нее. – Пожалуйста, Кир... У Киры перехватило дыхание, когда она снова посмотрела на Покровскую. Голубые глаза потемнели и с нежностью смотрели на нее. Егорова впервые видела женщину такой открытой, такой уязвимой, без привычных высоких стен, за которыми женщина обычно пряталась. –Пожалуйста что? - Младшая еле выдавила из себя слова, голос был тихий и охрипший. –Ты так и не ответила на мой вопрос. -указала старшая, в ожидании смотря на Киру, все еще придерживая подбородок девушки дрожащими пальцами. И у Киры был выбор. Она могла так же возвести стены, могла все отрицать, списать все на то, что была пьяна и не знала что говорила. Она могла. И она хотела это сделать. Так было бы легче. Меньше боли, меньше неловкости. Они могли закрыть эту сложную тему и никогда больше к ней не возвращаться. Кира ведь и сама прекрасно понимала, что эта глупая влюбленность ни к чему не приведет. Саша никогда не ответит ей взаимностью. У Саши был муж в конце-то концов, даже если любви в их браке скорее всего уже давно не было. Все это было просто глупо. Так что Кире следовало бы просто сказать нет. Это то, что она должна была сказать. То, что она планировала. Но видимо она все еще была пьяна(или глупа), потому что вырвалось у нее совершенно другое. -Хочу... еле слышно призналась Егорова. Саша замерла, изумленно уставившись на младшую, не ожидая, что та на самом деле признает свои чувства. Кира, совершенно не планировавшая говорить этого вслух, закрыла глаза и сокрушенно вздохнула, пока до нее доходили последствия ее же слов. Саша наблюдала, как лицо девушки залил густой румянец, как дыхание стало более поверхностным, в то время как она продолжала избегать взгляда Покровской крепко зажмурившись, боясь открыть глаза и посмотреть на реакцию старшей. Хочу... Вот оно. Слова, которые Покровская так боялась и которые так жаждала услышать. Подтверждение их чувств друг другу. Подтверждение, что все их жаркие перепалки, долгие взгляды, жар в теле от малейшего прикосновения друг к другу, все это было взаимным. Что она не одна сходила с ума от этих чувств. Кира хотела ее так же сильно. И, казалось, это все, что нужно было Покровской, чтобы окончательно потерять самообладание. Внимательно наблюдая за ее реакцией русской пантеры, Покровская положила руки на бедра девушки, после чего ловкими пальцами скользнула под свитер, проводя рукой по покрывшейся мурашками коже. Вспомнив предыдущую ночь, как Кирины губы проходились по шее Александры, как зубы осторожно покусывали чувствительную кожу, и как горячий язык проходился по невидимым отметинам, Саше пришла в голову идея. На последок посмотрев на разгоряченное лицо девушки, Покровская наклонилась вперед и оставила долгий и нежный поцелуй на шее Егоровой. Не получив никакой реакции от застывшей на месте пантеры, саблистка уже собралась было отстраниться и посмотреть на Киру, когда почувствовала, как рука девушки опустилась ей на голову. Запустив пальцы в светлые пряди, Егорова мягко направила Покровскую обратно к шее. В этот момент все разумные мысли окончательно покинули голову старшей. Александра двинулась дальше, оставляя легкие укусы на нежной коже, а руки, все еще находящиеся под одеждой девушки, крепко сжали тонкую талию. Услышав над собой прерывистое дыхание Киры, Покровская победно ухмыльнулась в кожу соперницы. Кира изредка сжимала светлые пряди, когда Сашины зубы особенно сильно впивались в кожу. И Саша тут же сбавляла обороты нежно проходясь языком по укусам, и успокаивая покрасневшую кожу легкими поцелуями. Когда в очередной раз губы прильнули к коже, оставив отметину, Кира тихо застонала, но тут же засмущавшись, прикусила губу. Наконец оторвавшись от кожи младшей, Покровская подняла взгляд на Егорову. Девушка еле держалась прямо, крепко вцепившись руками в Сашины плечи, глаза закрыты, из приоткрытых губ вырывались судорожные вздохи. Когда Кира открыла глаза, от увиденного зрелища жгучее тепло, скопившееся внизу ее живота, горячей волной прокатилось по всему телу. Синяя радужка глаз полностью скрылась за чернотой зрачков, светлые волосы растрепались из-за действий Егоровой, а пухлые губы расплылись в робкой улыбке. Не выдержав, Егорова слабо потянула за волосы, притягивая Покровскую к своим губам. Обе девушки одновременно выдохнули в поцелуй, словно груз неопределенности и неловкости наконец свалился с их плеч. Поначалу поцелуй был нежный, осторожный. Саша мягко касалась языком губ девушки, словно спрашивая разрешения. И Кира отвечала. Сначала робко, неспешно, затем смелее. Свободной рукой обвила Сашину шею, притягивая ее ближе. Покровская улыбнулась в поцелуй, положив руки на спину девушки, притягивая ее к себе еще ближе, сливаясь телами и языками. Спустя время у обеих закончился воздух в легких и девушкам пришлось прервать поцелуй. Прижавшись лбами друг другу, саблистки глубоко дышали, набирая воздух в легкие. Кира отстранилась первой, изумленно глядя на Сашу. От вида Покровской, с раскрасневшимися щеками и глупой ухмылкой на лице, Кира тихо рассмеялась. –Ты бы видела себя сейчас - весело сказала Егорова, обвивая руками Сашину шею и притягивая ее в свои объятия. –Это не я тут красная как помидор - поспорила Саша, но улыбка все еще не сходила с ее лица. –И кто же в этом виноват, а? - спросила Кира. –Ммхм - Саша больше не намеревалась спорить, вместо этого закрыв глаза и уткнувшись лицом в пространство между шеей и плечом девушки. Они стояли так какое-то время, ни одна не хотела прерывать объятия. Девушки понимали, что их ждет тяжелый честный разговор об их чувствах, важные жизненные решения и жестокий реальный мир, который не будет их жалеть. Но пока они стояли, просто наслаждаясь теплом друг друга и им этого было достаточно.