ЗОЛОТО И СЕРЕБРО

      Прошло полгода. Название «Золото и Серебро» теперь красовалось на афишах главного летнего фестиваля страны — «Затмение». Имя группы стало нарицательным: стиль «оверсайз-рубашка на талии» и сочетание золотых и серебряных цепей стали мейнстримом среди подростков.

Сцена фестиваля. 23:00

      Огромное поле превратилось в море огней от смартфонов. Гарри стоял на краю сцены, чувствуя, как теплый ночной ветер обдувает лицо. Его белая рубашка, пропитавшаяся дорожной пылью и адреналином, развевалась за спиной. Рядом Драко Малфой заканчивал свое финальное соло — пальцы летали по грифу с такой скоростью, что серебряные кольца сливались в одну сияющую полосу.       Когда последняя нота Пэнси растворилась в небе, а Рон выдал финальный каскад на барабанах, толпа взревела так громко, что заглушила даже шум генераторов. — Мы сделали это, — выдохнула Гермиона, опуская бубен. Ее короткий маникюр был слегка стерт от интенсивной игры, но глаза сияли. — Это было... резонансно, — Луна улыбнулась, поправляя серебряные сережки.

Рассвет. 04:30

      После концерта они не поехали в отель. Вся компания — десять участников группы и их неизменный «теневой лидер» Альфард — выбрались на крышу старого фургона, припаркованного на холме за территорией фестиваля.       Альфард сидел на самом краю, свесив ноги. Его галстук давно лежал где-то в салоне, а верхние пуговицы рубашки были расстегнуты. Он выглядел уставшим, но абсолютно счастливым. Рядом с ним приземлился Гарри с двумя банками холодной газировки. — Знаешь, Альфи, — Гарри открыл банку и протянул ее брату, — если бы не ты и тот спор в гараже, мы бы, наверное, разбежались еще в первую неделю. — Вы бы не разбежались, — Альфард отхлебнул напиток, глядя, как небо на востоке окрашивается в нежно-золотой и холодный серебристый цвета. — Блэки, Поттеры, Уизли... мы все слишком упрямые, чтобы бросать дело на полпути.       К ним подтянулись остальные. Драко, вопреки своей привычке к чистоте, уселся прямо на пыльную крышу рядом с Роном. Пэнси и Тео о чем-то тихо переговаривались, рассматривая фотографии с выступления. — Смотрите, — Луна указала на горизонт.       Первый луч солнца коснулся верхушек деревьев. В этот магический момент рассвета мир не был разделен на цвета. Золото солнца и серебро уходящей луны смешались в небе, создавая тот самый идеальный сплав, который они искали в своей музыке. — Наше следующее турне назовем «Алхимия», — лениво предложил Блейз, потирая пирсинг в брови. — Согласен, — кивнул Седрик. — Но чур, Джинни за рулем не сидит. После того, как она везла нас на саундчек, у меня до сих пор седые волосы пробиваются. Джинни лишь показала ему язык, вызвав общий смех.       Альфард смотрел на них — на этих детей, которые за полгода превратились в настоящую семью. Он чувствовал за своей спиной незримую поддержку Сириуса и Регулуса, которые наверняка сейчас празднуют успех своих детей где-то в баре у Поттеров.       Он провел рукой по родинке под глазом — наследию отца — и улыбнулся так, как улыбался его дядя перед самым безумным прыжком в неизвестность. — Золото и серебро, — прошептал Альфард. — Лучший металл в мире.       Над холмом вставало новое солнце, и впереди у них было еще бесконечное количество песен, репетиций в гараже и жизни, которая теперь всегда будет звучать в унисон.