цветами радуги

      Если вам хоть раз разбивают сердце — цвета мира гаснут. Стоит только влюбиться, как мир снова пестрит разными цветами.       Надейтесь, что человек, в которого вы влюблены, будет повязан с вами красной нитью судьбы. Иначе — эта любовь чревата последствиями.       Краски, цвета, оттенки, даже искренние чувства и эмоции — всё это может исчезнуть навсегда.       Да, конечно, есть шанс вернуться из чёрно-белого мира, вдохнуть полной грудью и начать понимать, какого цвета вы носите одежду. Будто снова узнать, каково это, когда чувствуешь... Нужно всего лишь найти свою вторую половинку из восьми миллиардов трёхста семидесяти восьми тысяч трёхста девяносто пяти людей за год. Это первый вариант, а второй, про который мало кто знает — отомстить. Если вас втоптали в грязь, то покажите этому человеку, что ваш мир рядом с другим человеком полон красок и эмоций.

***

      Мир Ллойда стал серым ещё в старших классах, когда его отвергла любимая девушка. Любые эмоции, кроме отчаяния и боли, пропали недавно, в тот момент, когда он застал Ника в их общей квартире. Тот клялся больше трёх лет отношений о бесконечной любви, попутно трахаясь с другими. До сих пор становится мерзко от осознания, что он спал в той постели, на которой ему изменял его парень.       Монтгомери долго не задумывался, просто забрал свои вещи и оставил ключи. Раньше он закатил бы скандал, разбросал бы чужие вещи, но... Стоило ему только увидеть измену, как всё потеряло смысл.       Жалко осознавать, что три года были потрачены впустую на подобного человека. Жалко только время. Даже себя — нет. Хотя пожалеть стоило, он обычный студент, которому придётся жить в общежитии...       Ллойд устало поднимает голову, взглядываясь в серое небо. Мир без красок стал уже привычным. Обычное серое небо, серый асфальт, даже некогда яркие машины, что проезжали рядом с этим местом, тоже серые. Изнутри ему холодно. Не хватает солнечного тепла. Сейчас хоть и ранняя весна, но он не видит лучей, лишь светлые, едва заметные поблёскивания.       Вчера он ночевал у своего друга. Изначально хотел напиться с горя, но, открывая крышку на стеклянной бутылке пива, он передумал. Его тошнило от одного только вида алкоголя, не стоило больше пить. И так впервые дни после «травмы», только и жил одними градусами на упаковках алкоголя. Только начал привыкать, как в голове прояснилось, что ещё немного, и вся остальная жизнь пойдёт по пизде.       Сейчас, переходя дорогу и задумываясь о бесконечно пролетевших днях, его запястья касается чужая тёплая рука. Гармалона резко притягивают на себя, говоря смотреть, куда тот идёт. Ллойд, всё ещё летая в облаках, мало что понимает, но, оборачиваясь через плечо назад, видит быстро проезжающую машину. Если бы он сделал всего два шага, то его бы расплостало по всей дороге.       Он хотел было поблагодарить парня, что помог ему, но незнакомец съязвил быстрее: — А, так ты цвета не видишь. — он выгибает бровь. Всё ещё держа парня одной ладонью за запястье, второй — сжимая плечо. — Да уж, твои некогда прекрасные зелёные глаза стали безжизненно серыми. Кто же разбил тебе сердце, Ллойд? — улыбку трогает довольная ухмылка. Сам парень придвигается чуть ближе, чтобы опалить приоткрытые губы горячим дыханием. — Или лучше обращаться к тебе как твоя лучшая подружка, а, Ллойди?       Это довольную мордашку Монтгомери узнает из тысячи. Перед ним стоит никто иной, как Кай Смит, парень, что признался ему, когда сам был в одиннадцатом классе на выпускном девятиклассном. Тот, кого отверг Ллойд, говоря, что ему нравятся девушки. Тот, чьи ярко-янтарные глаза посерели. Тот, кому он разбил сердце... И этот парень сейчас помог ему.       Гармадон, кажется, на долгое время задержал дыхание. Сердце неприятно начинает ныть, а грудная клетка сжиматься — он не может вздохнуть, слишком больно.       Проскакивает одна мысль, от которой леденеют кончики пальцев: «Если бы он не отверг Кая в тот день, сложилась ли его жизнь иначе?» — Подожди... Ты видишь? — Ллойд резко понимает, что Смит точно увидел его потускневшие глаза. — Да, иначе как бы я понял, что на тебе свитшот моего любимого красного цвета? — спрашивает, сладостно шепча на ухо.       Гармадон чуть отскакивает назад. От такого близкого контакта и тёплого шёпота шея покрылась мурашками.       Смит же, видя, как тот накрывает своё ухо ладонью, убирает свои руки, прекращая контакт, но всё ещё ощущая тепло чужой кожи ладошками. Он напоминает парню, что тот, похоже, спешил куда-то, и Ллойд вспоминает только сейчас, что опаздывает в колледж. Ему надо было оплатить месяц проживания в общежитии и подписать документы. Поэтому он, бросая тихое спасибо, удаляется, переходя дорогу.       Кай всё ещё смотрит вслед уходящего парня. Ему интересно посмотреть на того человека, кто заслужил чужую симпатию некогда любимого парня.

***

      Тёплый ветерок приятно треплет светлые волосы. Ллойд стоит на остановке. Сегодня последний день, когда он будет ночевать у своего друга. Со следующей недели уже съезжает в общежитие.       Ноздри улавливают безумно знакомый запах парфюма. Лёгкая нотка корицы и будто персик. Ллойд сглатывает, слишком хорошо помнит эти нотки. Сердце пропускает удар.       Взгляд цепляется за знакомое лицо. Ник.       Парень идёт навстречу к нему. Боже, что вообще этот придурок тут забыл? Да, Ллойд забыл про то, что они познакомились у стен колледжа, учась оба в нём.       Сигнал машины заставляет вздрогнуть от неожиданности.       Гармадон медленно переводит взгляд от идущего в его сторону парня на остановившуюся машину рядом. Окошко машины медленно открывается, и он видит Кая, парня, что помог ему на той неделе. На лице Смита, конечно же, скользит надменная ухмылка. — Тебя подвести? Ты белее обычного. — взгляд скользит по светлой коже и прикусанной нижней губе. — Садись в машину, ты сейчас свалишься.       Ллойд не хочет слушать парня. Хочет съязвить ему, сказать пару колкостей. Сделать что угодно, но... Он едва стоит на ногах, чувствуя, как колени дрожат. Поэтому мелко кивает и обходит машину, присаживаясь рядом на переднее сиденье.       Смит ловит чужой взгляд боковым зрением. Он видит парня, что остановился на улице и просто наблюдающего за ними. Отличная возможность, чтобы продемонстрировать свою особенность. Кай улыбается уголком губ и скользит ближе к Ллойду. Приближаясь почти вплотную и касаясь кончиками пальцев светлых щёк. Монтгомери судорожно сглатывает, но взгляд не отводит, понимая, что тот лишь дразнится, чтобы вывести его из себя. — Так это из-за него ты не видишь красок? — спрашивает, перемещая ладонь на ремень безопасности. — Нет, из-за него я потерял чувства. — честно отвечает, ощущая давящее действие ремня на груди.       Кай отстраняется, закатывает глаза и заводит машину. Во время движения ищет в бардачке какой-то сложенный листок, который передаёт Ллойду, что до этого рассматривал пахучку в салоне. — Что это? — Прочитай и поймёшь. Но перед этим скажи куда ехать. — К Джею.       Смит хочет убить парня за подобный глупый ответ. Откуда ему знать, где живёт друг Гармадона? — Адрес. — недовольно выдыхает.       Монтгомери поспешно извиняется, понимая, что Кай даже не знаком с Джеем, поэтому вполне логично, что тот просит адрес, который он называет, всё же разворачивая листок.       А после листок оказывается скомканным. Если бы в машине с его стороны было бы открыто окно, он бы выкинул его на улицу. — Ты предлагаешь мне месть? — спрашивает после анализа прочитанного. — Зачем? — Если покажешь своему бывшему, что тебе без него хорошо, сможешь вернуть свои чувства. — Не хочу. — категорически возмущается, кидая скомканный листок на торпеду, рядом с фигуркой кота. — А краски?       От вопроса Ллойд сжимается на сиденье. Додумался же Смит спросить о подобном.       Конечно, Монтгомери хотел бы вновь увидеть весь мир в цветном. Ему надоело всё видеть бесцветным и тусклым. — Какой тебе от этого плюс? — спрашивает, не смотря на собеседника, почему-то не может. — Когда ты отверг меня в старших классах... Я собирался отомстить тебе. — сильнее сжимает пальцы на руле. — Чтобы снова различать оттенки. Но, как видишь, я и так их различаю, поэтому моя выгода... — машина останавливается на светофоре. — Я покажу тебе, каково это — состоять в нормальных отношениях, и если ты влюбишься, то я брошу тебя самым ужасным и больным способом. — Я не влюблюсь в тебя. Ничего не чувствую, поэтому и не смогу влюбиться. — Я слишком хорош, чтобы в меня не влюбиться. — замечает.       Машина останавливается возле пятиэтажного подъезда. Смит, утверждая, что они приехали, ждёт, когда выйдет Ллойд. — Я... подумаю. — произнося смотрит куда угодно лишь бы не на парня.       Кай же посмеивается, снова заводя мотор машины. Утверждает, что будет ждать звонка.