Жуткий санаторий

Они не должны были сюда попадать. Это вообще начиналось как шутка. — Если ты ещё раз скажешь “давайте поедем куда-нибудь спонтанно”, я тебя высажу, — пробурчала Лера, захлопывая дверь машины. — Поздно, — усмехнулся Артём. — Мы уже в глуши. Навигатор умер три километра назад. Связи не было. Дорога сузилась до тропы, а потом — просто закончилась. И тогда они увидели дом. Старый, двухэтажный, с облупленной краской и тёмными окнами. Он стоял посреди леса, как будто его забыли. Или оставили специально. — Тут кто-то живёт? — тихо спросила Лера. — Надеюсь, что нет, — так же тихо ответил Артём. И в этот момент дверь дома медленно открылась. Сама. Они должны были бежать. Но вместо этого почему-то пошли внутрь. Первое, что они почувствовали — запах. Сырость. Пыль. И что-то сладковато-гнилое, будто цветы, которые давно забыли в вазе. — Мы просто переждём тут дождь, — сказал Артём, хотя дождя не было. Лера посмотрела на него странно. — Ты это слышал? Дом вздохнул. И пол под их ногами будто слегка дрогнул, как чья-то огромная грудная клетка. — Это все просто старые балки, — быстро сказал он. Но он тоже слышал. Сердцебиение. Когда дверь за ними захлопнулась, звук был слишком громким. Они бросились к выходу. Но двери уже не было. На её месте стояла сплошная стена. — Так... а вот это уже совсем не смешно, — прошептала Лера. Артём ударил по стене. Холодный камень. — Это сон. Это все какой-то дурной сон, — Лера схватила его за руку. Он хотел сказать “всё будет нормально”. Правда хотел. Но внезапно в коридоре за их спинами кто-то прошёлся. Медленно. Скрип. Шаг. Скрип. Они точно были здесь уже не одни. Первая ночь наступила слишком быстро. Окна почернели. Часы в холле остановились на 03:17. И тогда они услышали шёпот. Не из коридора. Из стен. — Останьтесь… — Не уходите… — Нам холодно… Лера начала плакать, закрывая уши руками. Артём притянул её к себе — автоматически, как делал всегда, когда ей было страшно. Но теперь всё было иначе. Потому что когда он обнял Леру, она вцепилась в него так, будто если отпустит — её утащит что-то из темноты. И он впервые понял, что боится не дома. Он боится потерять её. — Я не дам тебя в обиду, — тихо сказал он. Дом на это лишь зловеще усмехнулся. И где-то в глубине коридора открылась ещё одна дверь. Которой раньше не было. *** Самое страшное они заметили утром. На их запястьях появились метки. Тонкие, чёрные линии, похожие на ожоги. У Леры — половина круга. У Артёма — вторая половина. Когда их руки случайно соприкоснулись… Линии соединились. И круг стал целым. Дом снова вздохнул, а на стене напротив проступили слова: “Теперь вы принадлежите дому.” И где-то внутри них — что-то тоже соединилось. Не только метка. *** Утро не принесло света. Свет конечно же был — но он был какой-то серый, вязкий, будто его пропустили через пепел. Окна больше не показывали лес. За стеклом была пустота. Не тьма. Не небо. Просто... отсутствие всего. — Это не наш мир, — тихо сказала Лера. Артём не спорил. Потому что часы в холле всё ещё показывали 03:17. И не двигались. Дом внезапно начал меняться. Коридоры вытягивались. Лестницы вели вниз дольше, чем должны. Двери появлялись там, где их не было. И каждая новая комната была… личной. Первой исчезла Лера. Они шли по коридору, когда пол под ней стал мягким — как вода. Она не закричала. Просто провалилась. Артём успел схватить её за руку. И в этот момент коридор исчез. Они оказались в школьном классе. Пустом. Свет мигал. На доске было написано: “Почему ты всегда остаёшься одна?” Лера резко побледнела. — Он... Он знает… — испуганно прошептала она. За ее спиной раздался смех. Детский. Жёсткий. Тот самый. И Артём все понял. Дом не просто пугает их. Он вытаскивает из их памяти все самое худшее. Когда всё закончилось, они снова стояли в холле. Часы все так же показывали 03:17. — Мы уже это проходили, — Лера внезапно замерла. — Что? — Это… второй раз. Она посмотрела на Артёма так, будто видела его сквозь что-то. — Ты уже говорил, что не дашь меня в обиду. И потом… ты умер. Повисла гробовая тишина. — Что... Что произошло? — Оно сломало тебе шею. Лера выдохнула это едва слышно и закрыла рот ладонью. Артём нервно рассмеялся. — Очень смешно. Но внутри него всё похолодело. Потому что у него... Действительно болела шея. Дом питался их страхом. Но не только. Ещё он питался их привязанностью. Они поняли это ночью, когда стены начали сжиматься. Чем дальше они отходили друг от друга — тем ближе подступала темнота. Шёпот усиливался. Пол скрипел громче. Воздух становился холодным. Но стоило Артёму притянуть Леру к себе — и в ту же секунду дом затих. Не полностью. Но как будто… затаился и стал наблюдать. — Ему не нравится, когда мы вместе, — едва слышно прошептала она. — Значит, мы с тобой будем вместе всегда. Он сказал это слишком быстро. Слишком твёрдо. Она посмотрела на него. И в этом взгляде было больше, чем страх. Больше, чем дружба. Позже они нашли комнату без дверей. В ней было только зеркало. Большое. Во всю стену. И отражение в нем… двигалось медленнее, чем в реальности. — Не смотри туда, — тихо сказал Артём. Но Лера уже смотрела. В зеркале она стояла одна. Без него. И за её спиной — кто-то был. Кто-то... Высокий. Со слишком длинными руками. И он... Он обнимал её. А она... Она в отражении улыбалась. Настоящая Лера отшатнулась. Зеркало треснуло с оглушительным звуком, а из трещины потекла чёрная жидкость. И голос, теперь уже отчётливый, прошептал: — Вы принадлежите мне. Но если один из вас останется… то второй... будет свободен. Тишина стала тяжёлой. Слишком тяжёлой. Практически невыносимой в своей свинцовой тяжести. Артём медленно повернулся к ней. — Даже не думай. — Я и не думаю. Но она уже думала. Он это прекрасно видел. И в этот момент дом все понял. Стены задрожали. Лестница исчезла. Пол начал трескаться. — Оно хочет, чтобы мы выбрали, — прошептала Лера. — Тогда мы не будем играть по его правилам, — Артём шагнул к ней. Слишком близко. Он чувствовал её дыхание. Она — его сердце. — Если это место питается страхом… — …и разлукой, — тихо закончила она. И их пальцы переплелись. Метки на запястьях вспыхнули. Круг стал светиться и дом... Истошно закричал. Впервые. И коридоры начали рушиться. Но вместе с этим… Время снова обнулилось. 03:17. Они стояли у входной двери. Которая снова была дверью. Только теперь на ее внутренней стороне было вырезано: “Вы вспомнили. Теперь вы свободны.”