Право на молчание

Честно говоря, день не задался с самого утра. Он уже проснулся с головной болью в затылке, которая к обеду грозила перерасти в полноценную мигрень. И переросла. Нил, спящий рядом, проснулся, когда он пытался подняться с постели бесшумно, и сколько бы Эндрю не уговаривал его лечь обратно, ничего не вышло и это тоже испортило ему настроение, потому что после рождения котят, сон Нила был просто отвратительным и каждый час был на вес золота. Но головная боль убивала его, поэтому он поднялся. В итоге Нил тоже поднялся. Дерьмо. Им принесли кофе и завтрак, но от кофеина головная боль стала только хуже. Нил не съел даже половины омлета. И вот теперь, именно сегодня, Кевин решил вернуться из своей семимесячной дипломатической поездки по налаживанию коммуникации с соседними странами, с которыми их страна долгое время находилась либо в нестабильных отношениях, либо в откровенно негативных. Опять же, он добился неплохих результатов и у них, наконец-то, начали появляться союзники, после всей этой истории с Лютером, который долгие годы стремился к полной теократии*. Власть перешла к Эндрю неожиданно. Лютер умер, было голосование. Он был одним из претендентов, по крови. И выбрали его. По совокупности причин, на самом деле. Кровь, конечно, имела значение как и то, что он был высшим хищником. Но он точно был такой не один, как минимум, был еще и его брат, такой же снежный барс, как и он сам. Но, в отличие от Эндрю, он женился на обычной человеческой женщине. Нил, хоть и не был высшим хищником, все равно вызывал большую благосклонность населения. И парламента, который, несмотря на все изменения, оставался частично архаичным и религиозным. Все это по мнению Кевина, который так же участвовал в выборах, кстати, и было причиной того, где они сейчас оказались. Кевина, которого Эндрю назначил своим заместителем. Потому что, на самом деле, он не слишком сильно хотел погружаться во всё это один. Он не планировал когда-либо оказаться у власти, если говорить откровенно. Не с его прошлым. Ну, так ему казалось. Ладно. Это был уже случившийся факт. И именно сегодня, в этот неприятный четверг, Кевин решил вернуться в страну. И быть очень громким. — Мне нужно с ним поговорить! Он тоже должен принимать в этом участие, Эндрю, ты не понимаешь! Он был возмущен. Его черные уши пантеры подергивались от недовольства, а хвост метался из стороны в сторону. — Я не буду его втягивать, - сказал он, стараясь преодолеть головную боль силой воли и упорства. Конечно, это было бессмысленно. Ему нужна была таблетка и стакан воды. — Это не вопрос, Эндрю. Все знают, что ты женился. Все знают, на ком. И смутно знают, что у тебя родился наследник. Но никто не видел Нила на публике уже несколько месяцев. Не говоря уже о ребенке. — Это не человеческий младенец. — Ребенок, котенок, какая разница? Кто-то думает, что ты убил его! Он не хищник, ты же понимаешь, как это выглядит для мира. Эндрю сжал пальцами переносицу. Конечно. Никто не знал, что за всеми этими большими глазами, маленькими рогами, которые выглядывали из волос Нила и его очаровательными пятнышками на лице и других частях тела, о которых никто не знал, Нил был опасен не меньше, чем любой другой хищник. Да, они конечно были цивилизованным обществом, и да, гибриды хищников считались более опасными и доминантными. Но как будто все забыли, как в дикой природе обычные олени месяцами носят головы своих врагов на собственных рогах. Нил не выглядел как тот, кто может сделать это, но только буквально. Его рога были слишком маленькими для этого. Он вполне может линчевать другими способами. — Это его выбор, не твой и не мой. Он устал быть на виду, я не собираюсь заставлять его делать что-либо. Независимо ни от чего. Кевин прекратил расхаживать по комнате и нахмурился. — Я хочу встретится с ним. Сейчас. А Эндрю бы хотел вышвырнуть его на улицу, но будет политический скандал. Даже несмотря на то количество власти, которое у него было, он все равно должен был держаться в рамках. Он мог бы просто отказать Кевину в этом праве. Но Нил был и его другом. И не был вещью. И Эндрю не собирался принимать решения за него. — Если ты расстроишь его - я сломаю тебе шею, - бросил он. Кевин, привыкший к угрозам (они ведь давно знают друг друга), просто кивнул и направился вслед за ним. Дом, в котором они жили, принадлежал матери Нила и перешел к нему по наследству. Эндрю никогда бы не согласился жить в доме Лютера в любом случае, а резиденция правительства вызывала у него зуд под кожей, поэтому там проводились только дипломатические встречи. Дом Натана также отошел Нилу, после его смерти. Внезапной, конечно же. Но жить там никто не хотел, в носу до сих пор чувствовался фантомный запах крови. Нил сохранил его как “семейное наследие” и никогда не появлялся там больше. Они могли бы купить свой собственный дом, но дом его матери - место, которое Нил посещал в детстве крайне редко. И именно поэтому он не был наполнен каким-то плохими воспоминаниями. Ну и говоря честно - это был не дом, это была полноценная усадьба, с прислугой, садовниками, несколькими корпусами, даже теплицей. За год жизни здесь Эндрю уверен, что не видел больше половины комнат. Но они оба чувствовали здесь себя спокойно. В уединении, что было важно. Настолько, что Нил решил растить здесь детей. Кевин был в этом месте только единожды, перед своей поездкой. Он не отставал от Эндрю ни на шаг. — Почему так мало охраны? - спросил он, осматриваясь. — Ее достаточно, просто ты ее не видишь. Так и должно быть. Кевин кивнул. У него самого обычно был телохранитель, которая везде его сопровождала, в том числе и в поездке, но сегодня Эндрю нигде не видел Тею. Он решил, что это не его дело. — Будешь шуметь - я отрежу тебе язык, - снова предупредил Эндрю и открыл дверь. Годы дипломатии не изменили его манеру общения с Кевином - через угрозы. В комнате пахло приятно и Эндрю не сдержал короткого урчания от удовольствия. Пахло так, как и должно пахнуть. Нил сидел на полу, скрестив ноги. Перед ним лежал большой мягкий плед, который имитировал мех. Такие материалы обычно успокаивали котят, когда те их трогали. С их детьми это также работало, если судить по тому, что они спали. Эндрю подошел ближе и опустился на колени рядом. Близнецы появились пять месяцев назад. Они ждали только одного, потому что второй был не виден на УЗИ. Как такое вообще может быть Эндрю не понимал, но это было уже не важно. Больницу можно было засудить, в конце концов, но они не стали. Имидж. При рождении один был больше другого, но сейчас они были одного размера. Сытые, румяные и спящие. Они были похожи на него, что тоже было ожидаемо, учитывая генетику - светлые волосы, точь в точь как у него, но вьются. Хвосты и маленькие мягкие ушки в тон, с еще не очень темными пятнышками - они потемнеют сильно позже. Единственные признаки их вида. Нос, как у Нила. Форма глаз как у него. Эндрю надеялся, что чем старше они будут, тем больше черт Нила в них можно будет находить. Он снова довольно заурчал глядя на них, и его большой хвост автоматически обвил Нила. — Кевин здесь, - сказал он и Нил обернулся. Кевин не подходил к ним ближе и Эндрю хмыкнул, садясь на пол и принимая пост вместо Нила, который поднялся на ноги. — Рад, что ты не умер, - сказал он в своей манере. — Я помню, речь была об одном. Почему их два? - спросил Кевин и его голос был заметно тише, чем несколько минут назад. Нил пожал плечами. — Неожиданности случаются, - сказал он. Эндрю усмехнулся, переключая все свое внимание на детей. Нил настаивал на том, чтобы самостоятельно заботиться о них, несмотря на то, что у них были неограниченные возможности. Первое время у них все же была ночная няня, но тревога Нила не давала ему спать, если дети были далеко, поэтому они отказались от этой идеи. Сейчас Нил спал не лучше, но по крайней мере у него не было паранойи, что с котятами что-то случится. Они просто поставили еще одну кровать в детскую, чтобы Нил мог спать прямо там при необходимости. Но чаще они спали там вместе, потому что если Нил поднимался среди ночи на плач, Эндрю неизменно шел с ним. Они не ждали близнецов, поэтому были не очень к этому готовы, но уже привыкли. Он склонился к ним и глубоко вдохнул их запах. К сожалению, он не учел, что они тоже его чувствовали и довольно остро, даже для таких юных хищников. Их маленькие носы зашевелились, а затем они проснулись. Начался писк, но не плач. Эндрю придвинулся ближе, так, чтобы они его видели. Элиот и Джозефина. Разнополые близнецы, что тоже было не слишком частым явлением среди его вида. Они с Аароном - как раз пример того, как это бывает чаще всего. Даже три котенка одновременно, одного пола, встречаются чаще, чем разнополые. Но тут, конечно, Нил внес свои коррективы. — Привет ребята, - сказал он, поглаживая обоих котят по животу, отвлекая от того, что они хотели заплакать. — У меня все под контролем, - сказал он Нилу, не оборачиваясь. Кевин хотел поговорить - пусть говорит. — Ты выглядишь уставшим, - сказал Кевин еще тише, чем раньше. — Ты всегда хреново выглядишь, но ты же не об этом хотел поговорить, - ответил Нил, переходя в свой обычный режим, когда он общался с Кевином. — Ты совсем не появляешься на публике. У многих есть вопросы. Надо же, недавно он почти кричал об этом Эндрю, а сейчас говорил так тихо. Элиот схватил сестру за хвост и засунул его в рот, активно слюнявя. Ее это, видимо, полностью устраивало, либо Эндрю хорошо справлялся со своей работой, развлекая их обоих. Они хорошо пахли, сытостью, привязанностью и чем-то, вроде любопытства. Они были еще слишком малы, чтобы испытывать какие-то сложные эмоции, но зачатки уже были. Джо схватила его руку и потянула в рот, но он быстро поднял пустышку лежащую рядом и предложил замену. Она не отказалась. — Кевин, единственное, что меня волнует - это дети, которые лежат вон там. Все остальное второстепенно. Я никогда не был публичной персоной и до этого, сейчас тем более. Зачем я кому-то нужен? — Потому что ты муж того, кто стоит у власти в этой стране! Потому что у вас родился ребенок, один, как все думают, а на самом деле два! Каким образом об этом еще никто не знает? — Мы следим за этим, - сказал Нил. Они и правда следили и хорошо с этим справлялись. Было то, о чем Нилу знать было не нужно, но ничего слишком криминального. — Не важно, следите вы или нет! Все должны знать, это уже дело политической важности. Некоторые считают, что Эндрю держит тебя насильно и никуда не выпускает, а кто-то вообще думает, что ты мертв. Нил фыркнул. — Что за бред. Моя смерть не принесла бы Эндрю ничего. У него больше денег, чем у меня, больше власти. Зачем бы ему вообще делать мне предложение, чтобы потом убить? Это была правда, Нил рассуждал логично и холодно, но у Эндрю уши прижались к голове от злости, что кто-то вообще мог так думать. Что сам Нил не видел особой ценности в себе и в том, что он вообще так холодно мог рассуждать об этих вещах. Джо выронила пустышку изо рта и заплакала, громко и как-то возмущенно, видимо среагировав на его эмоции. Его ошибка. Элиот присоединился к ней буквально в следующий миг. Нил тут же подхватил его на руки, а Эндрю поднял Джо, прижимая к груди и плечу так, чтобы она чувствовала тепло и его запах теперь, когда он подавил приступ злости. — Тшш, все хорошо, не нужно расстраиваться, - бормотал Нил, прижимая Элиота к себе. Эндрю тоже поднялся на ноги. Кевин продолжал стоять недалеко от двери, хорошо, что хотя бы закрыл ее. — Сядь, - сказал Эндрю, кивая головой на одно из кресел у шкафа с детскими книгами. Кевин послушал его, усаживаясь в ярко желтое кресло, которое Эндрю не помнил, кто им подарил. Кто-то из знакомых Нила. — Как ты видишь сейчас наши действия? - спросил Эндрю, поглаживая дочь по голове. Она продолжала выказывать свое недовольство, но уже тише, и пахла именно недовольством, а не грустью. — Нужно сделать хотя бы заявление. Можно что-то небольшое. Но нужно, чтобы это был Нил. Подумайте над форматом. Но это решило бы множество наших сложностей сейчас. К тому же, большая часть населения, напомню вам обоим, не относятся к хищникам. Им будет приятно узнать, что Нил - жив и здоров. Нил не скрывал, к какому виду он относится. Его внешние признаки были не слишком выражены - объемные волнистые волосы часто скрывали его небольшие рога, которые были чуть темнее волос, а пятнышки на лице и плечах и руках можно было принять за обычные веснушки, просто более крупные. Олений хвост тоже был небольшим. Были еще и крупные пятна вдоль всего его позвоночника, до копчика, которые Эндрю любил целовать, но о них не знал никто. Ну, кроме личного врача Нила и его мертвых родителей. Элиот, на руках Нила, снова заснул и Нил осторожно положил его в кроватку. В отличие от брата, Джо была энергична, хотя плакать перестала. Эндрю решил, что она останется у него на руках, но снова взял пустышку и Джо снова не отказалась. Стало тихо. Нил посмотрел на него. Свет из окна подсвечивал его тонкий силуэт, делая его слегка неземным. — Решать тебе, - сказал Эндрю, прочитав на лице мужа вопрос о том, что ему делать дальше. Эндрю было наплевать, кто и что от них хотел. Они могли с этим справиться. — Я сделаю заявление на следующей неделе. После выходных. Кевина этот ответ устроил. Он наблюдал за котенком на руках Эндрю, не отводя взгляда. Конечно, они это заметили. На лице Нила растянулась хитрая улыбка. — Эндрю, Кевин явно хочет подержать Джо, предоставь ему такую возможность. Отказаться Кевин не успел, Эндрю ловко переложил малышку ему в руки, не опасаясь, что он ее уронит, потому что он все еще сидел в нелепом желтом кресле. — Ее зовут Джозефина, - сказал Нил, отворачиваясь от них и вытягивая руки вверх, потягиваясь. Его позвоночник тихо хрустнул, а маленький олений хвост задрожал. Хвост Эндрю заинтересованно дернулся, но Нил был далеко. — А там спит Элиот, - добавил Нил. Несмотря на усталость, он так хорошо пах, что Эндрю не мог отвести от него взгляда. Нил, конечно, это заметил и улыбнулся уже иначе, уголком рта. Левым. С той стороны была ямочка на его щеке. — Им пол года? - спросил Кевин, разглядывая котенка на руках. Джо медленно моргала, засыпая, даже не обращая внимания на того, кто ее держит. Вероятно, потому что в комнате были оба ее родителя и ей нечего было бояться. Котята очень активно ориентируются только на запахи в первые месяцы жизни. — Около того, - ответил Нил. Он наконец подошел обратно к ним, и Эндрю тут же обнял его за поясницу, прижимая к своему боку, а его хвост обвился вокруг ноги Нила. — Привет, - сказал Нил, улыбаясь. — Привет, - ответил Эндрю, подыгрывая. Глаза Нила сегодня были особенно голубыми, несмотря на общую усталость его лица, они блестели. — Вы не хотите, чтобы стало известно, что у вас близнецы? - спросил Кевин. — На самом деле не особо. Если бы была возможность, я бы вообще ничего не говорил никому. Но ты прав. Мы должны, иначе будут проблемы. Эндрю наблюдал, как под кожей на шее Нила бьется тонкая вена и хотел коснуться ее губами, но не хотел, чтобы Кевин это видел. Вообще не хотел, чтобы он был здесь. Это вызывало у него недовольство. Его правая рука сползла ниже, с талии, к месту, где начинался олений хвост Нила, которое было закрыто джинсами, кроме маленького отверстия, созданного непосредственно для пушистой части, которая была снаружи. Он погладил вначале ее, а затем чуть выше, надавив более ощутимо сквозь ткань. Нилу всегда нравилось, когда он трогал его в этом месте. Ладно, ему самому тоже это чертовски нравилось. Нил бросил на него взгляд и Эндрю тихо зарычал. — Можно ведь не показывать их. Просто сказать. Рано или поздно это все равно станет известно. Нил кивнул, хотя его мысли, очевидно, были заняты уже совсем другими вещами, судя по тому, как дрожал его маленький олений хвост. — Я не собирался показывать их сейчас в любом случае, - сказал он. Нельзя было сказать, что Нил и до этого был публичной личностью. Его родословная вынуждала его иногда показываться на публике вместе с отцом и матерью, пока они были живы, но большую часть времени он проводил в поместье отца. А вернее в лесах, которые его окружали. Он любил бегать, что было характерно для его вида, но Эндрю подозревал, что даже если бы Нил был кем-то другим - привычка к движению никуда бы не исчезла. Эндрю познакомился с ним случайно - на одном из мероприятий, куда их обоих затащили. Еще до всего этого. Мать Нила уже была мертва на тот момент, но отец жил и здравствовал. Не долго, конечно. После его смерти Нила хотели увести из страны - скандал был огромным и общественность давила на него, хотя конкретно он ничего не сделал, наоборот, он был жертвой. Родственники Нила тоже давили на него. А Эндрю предложил выйти за него замуж. И вот они здесь. Проще говоря - у Нила были причины нелюбви к публичным заявлениям. Эндрю мог сделать это и сам, но это бы не успокоило массы. Нил забрал у Кевина дочь, когда она заснула, и также осторожно вернул ее в ее кроватку, стоящую у окна, недалеко от кроватки брата. В этом были и минусы, потому что если кто-то начинал плакать - плачь быстро становился коллективным, но при этом успокаивать их тоже было проще, когда кроватки стояли рядом. — Останешься на обед? - спросил Нил, возвращаясь к ним. Кевин задумчиво кивнул, будто осознавая, что у него больше нет ничего на руках. — А где Тея? — Мы поругались. — Она твой телохранитель, Кевин, это ее работа, даже если вы поругались. Кевин просто махнул рукой. Гораздо позже, когда Кевин, наконец-то, уехал, а Эндрю закончил подписывать бесконечное количество документов, но сегодня он делал это, хотя бы, никуда не выезжая, они отправились на прогулку. Территория усадьбы была большой, зеленой, и, что самое важное, охраняемой. Никто не мог проникнуть сюда незамеченным, никто не мог даже снимать с высоты. Это давало им необходимое уединение и спокойствие, даже когда весь мир кипел. Котята выспались и хорошо поели, поэтому были очень активными. Они питались молоком только первые два месяца жизни, затем быстро перешли на другие виды пищи, что соответствовало их нормальному развитию. Зубы у них еще не начали прорезаться, но уже очень скоро. Пока что, они сидели в двойной коляске, размахивая руками и общаясь на своем, детском языке, что было забавно. Это было похоже на мяуканье. Они дошли до пруда, в котором плавали утки, это привлекло внимание обоих котят, которые теперь внимательно наблюдали за происходящим на воде, а их хвосты дергались от интереса. — Ты уже думал, как мы это сделаем? Заявление? - спросил он у Нила, который задумчиво наблюдал за детьми. — Еще нет. Но мне не хочется никуда ехать, если можно организовать все здесь - это было бы отлично. Поставим камеру, запишем видео? — Да, мы с тобой прирожденные видеооператоры. Нил устало вздохнул. — Ладно, тогда нам нужна съемочная группа. Но я не хочу чтобы дети в этом участвовали. — Естественно нет. Эндрю и сам этого и не хотел. Он вообще был удивлен, что никто из плеяды из его болтливых родственников до сих пор не проболтался. Вероятно, угрозы работали. — Тогда на следующей неделе? После твоей встречи с парламентом. Он кивнул. Может, отправить Кевина в парламент? Ему бы это понравилось. Он ведь его заместитель, какая разница кто там - он или Эндрю? Но, конечно нет. Ему придется ехать к этим доморощенным старикам самостоятельно. Хотелось курить, хотя он бросил два года назад. Эли издал громкий возглас и зашипел, абсолютно как взрослый, а не котенок, и Нил засмеялся. — Что-то его крайне возмутило, - сказал он, отстегивая сына от коляски и поднимая на руки. Джо тут же потянулась следом, и Эндрю сделал тоже самое для нее. Она схватила его за нос и зарычала, по детски, как это делали котята. — Ты очень страшная, я невероятно испуган, - невозмутимо сказал Эндрю и Нил тихо засмеялся. — Они так похожи на тебя, только веселее, - сказал он и Эндрю бросил на него скептический взгляд. Дети и правда были похожи на него, из-за генетики, они оба знали, что так будет. Но Эндрю все равно надеялся, что от Нила им достанется больше. Честно говоря, с учетом статистики и генетики, они вообще были удивлены быстрой беременностью, которую, естественно, не планировали. Нил тогда две недели шутил про “суперсперму”. Сам факт того, что у него теперь есть дети, повлиял на него меньше, чем он ожидал. Жизнь не изменилась, а стала, на удивление, лучше, если не брать во внимание количество ответственности за страну. Но к этому он уже привык. А вот к тому, что теперь у него есть две маленькие копии, которые в нем нуждаются, привыкать не пришлось, это как будто просто встроилось в его систему мировосприятия. Они любили его, а он любил их. +++ Нил делает заявление во вторник. Съемочная группа приехала в десять утра, к одиннадцати все было готово. Они разместились в одной из комнат с видом на лес, с большими окнами. Нил говорил не больше пяти минут. — Я прошу вас о тактичности, и напоминаю, что у меня тоже есть личная жизнь и здоровье моих детей является для меня приоритетом сейчас. Я отошел от каких-либо дел, потому что сосредоточен на том, чтобы быть с ними, - закончил он. Они сделали его речь нейтральной настолько, насколько это возможно, без перехода на какие-то личные темы. Они упомянули “детей” а не “ребенка или котенка”, что также говорило само за себя, без громких заявлений и деталей. Образ Нила в СМИ был таким, каким его долго создавал его отец - тихий, кроткий омега, красивый, грациозный, далекий от политики. Получил математическое образование. Ни в каких скандалах никогда не был замечен, хотя они были, но все следы хорошо заметались, а шрамы на теле Нила, тогда Натаниэля, множились в рамках воспитания. Биография Эндрю также была тщательно отбелена, даже не по его желанию, а уже с участием Дэвида Ваймака, который и лоббировал его на должность. Он хорошо поработал. Помимо этого - Эндрю был одним из наследников по крови, самым прямым после Ники и Аарона. Но Ники изначально был лишен этой возможности из-за своего брака, а Аарон не смог смыть свой давний скандал с наркотиками. И это кроме того, что Кейтлин была обычной женщиной, что было, возможно, самой главной причиной. Эндрю представлялся одним из лучших вариантов. Спокойный, уверенный, альфа с сильными генами, подходящий по родству наследник с хорошим образованием. Опять же - любые сведения, которые могли бы показать его не с той стороны - стерты. Они могли бы сделать это и для Аарона, но тот скрывал до последнего, идиот. В СМИ Эндрю всегда выглядел так, как нужно, благодаря природному темпераменту флегматика. Никто не знал, что он три года находился на антипсихотиках, которые делали из него еще большего агрессивного психа, о его постоянных драках, о попытке суицида, после которой его, наконец, сняли с этих препаратов. А те, кто знали - молчали. То, что Нил был из “традиционной семьи”, его вид не был “обычным”, как называют в обществе большинство видов, но и не был “большой кошкой” или “хищником” тоже сыграло им на руку. Он был не конкурентом Эндрю в отношениях и принятии решений, при этом был тихим, красивым омегой, воспитанный консерваторами. Ну, так о них думало общество. Они не собирались его переубеждать. В конце концов, Эндрю не собирался долго находится у власти, парламент не особо любил его, потому что он не давал им делать то, что они хотели и продавил отмену большей часть религиозных законов Лютера. К тому же, Нил довольно быстро забеременел, что тоже было им в плюс, чем в минус. Интернет-имидж Эндрю, как образцового альфа-самца, который был сейчас чрезвычайно популярен, ужасно смешил Нила, иногда он даже зачитывал какие-то особо забавные цитаты вслух, пока мог лежать на животе и его хвост двигался из стороны в сторону от веселья. Эта часть его тела была очень выразительной, хоть и небольшой. Хвост Эндрю также многое говорил о его эмоциях, являясь своеобразным индикатором, как и у всех остальных, но его интересовал только Нил. Нил и его пятнышки на пояснице, которые становились все бледнее ближе к хвосту. На его ягодицах тоже была парочка. Эндрю любил их кусать. Не сильно, конечно. Нил визжал и пинался в эти моменты, но устоять было невозможно. После того, как съемочная группа уехала, Эндрю отвел его в спальню, потому что все его тело было будто наэлектризовано от напряжения. И он, конечно, практически не спал. Поэтому у Эндрю была одна задача - заставить Нила расслабиться, ни о чем не думать и заснуть. Сегодня с детьми была няня, которую Нил терпел больше остальных, хотя бы несколько раз в неделю. Хотя он все равно порывался зайти в детскую по пути, но Эндрю просто сказал: — Потом, - и потянул его за руку дальше. Нил не стал сопротивляться. Он даже ничего не сказал. Когда они оказались в спальне, он посадил его на кровать, а сам сел перед ним на корточки, взяв обе ладони в свои руки. — Сейчас ты примешь горячую ванну, потом я сделаю тебе массаж, - сказал он, наблюдая, как Нил медленно моргает, глядя на него. Он устал. Возможно им стоит еще раз вернуться к вопросу снотворного. В прошлый раз Нил категорически отказался, потому что хотел вставать ночью к детям, когда это было нужно. Но ситуация немного выходила из под контроля. Он быстро включил воду, чтобы она набиралась в ванну, насыпал туда ароматической соли с нежным цветочным запахом, и добавил пены, которая тут же поднялась. Затем он вернулся в комнату, где Нил все это время просто продолжал сидеть на кровати. Он снял с него обувь, а затем поднял на руки и отнес в ванную комнату. То, каким он был легким, тоже не понравилось Эндрю, но с этим они тоже постепенно разберутся. В воде они оказались вместе, потому что Нил не захотел оставаться один. Ему нравилось сидеть, прижавшись спиной к груди Эндрю, пока ему мыли волосы, это никогда не было секретом, хотя хвост Эндрю намокал и это было не самое приятное ощущение в мире, но терпимое. Эндрю медленно массировал кожу головы, втирая в волосы бальзам, и периодически натыкаясь на маленькие рога Нила, которые были спрятаны в его волосах. У них была ребристая текстура, они были скругленными, а кожа вокруг них особенно чувствительной. Нил не сдержал приятный стон, когда Эндрю помассировал там. Затем он аккуратно смыл бальзам с волос и несколько раз длинно лизнул Нила, от мочки уха до виска. Это был инстинктивный жест заботы, который часто в нем просыпался рядом с Нилом. Он все таки был из кошачьих. К моменту, когда они выбрались из воды, Нил заметно расслабился, но Эндрю не собирался останавливаться. Он вытер его насухо, но оставил голым, чтобы отнести в комнату и уложить животом на кровать. Следующим по плану был массаж и Эндрю был к этому максимально готов. Он и его дорогая бутылка массажного масла, которое он щедро вылил на изгиб поясницы Нила и приступил к работе, стараясь не задевать олений хвост, что было непростой задачей, потому что массажу очаровательной задницы Нила он посвятил отдельное время. Через сорок минут Нил был как желе и еле держал глаза открытыми. Эндрю поцеловал его в затылок и накрыл одеялом. — Теперь тебе нужно полежать минут двадцать, - сказал он и получил тихое мычание в ответ. Если сказать Нилу, что ему нужно было спать - он не будет этого делать из принципа или будет сопротивляться. Поэтому, Эндрю действовал обходными путями. Нил, вскоре, засопел, заснув. Эндрю был намерен охранять его сон как можно дольше.