Страна Изобилия и клятва на крови

      В Стране Изобилия царил мрак и холод, но как же прекрасна она была. В центре столицы располагался огромный золотой источник, что производил не воду, но настоящее жидкое золото — эликсир вечной жизни, который значительно продлевал период человеческого существования, и еще никто не отказался от того, чтобы получить его «плоды».       Возле источника располагались четыре больших клана, что служили ему одновременно защитниками и лицензиарами, продавая его продукцию. И среди них самым большим и сильным, самым устрашающим — был клан Учиха. Они также занимались поставками в военную сферу, потому их связи нельзя было просто игнорировать. Трое других — Хьюга, Абураме и Акимичи имели меньшие части владений в той области. Если Учиха обладали сорок тремя процентами территорий, то Хьюга имели — тридцать пять, четырнадцать — принадлежали Абураме и только десять — клану Акимичи, которые к тому же разделяли их с Яманака и Нара, желая воспользоваться преимуществами и способностями их кланов, чтобы усилить свою власть. Преимущественно все кланы занимались поставками в розницу, так как это было более выгодно в условиях ограничения ресурса. За баснословные деньги, можно было купить только маленькую каплю. Конечно, и Учихам никто не запрещал такие продажи, но люди из этого клана были очень выборочными и связывались только с теми, от кого могли получить большую выгоду в будущем. Не было бы ошибкой сказать, что они были бы королями в Стране Изобилия, если бы на каком-то отрезке пути Хьюга не связались с кланом Узумаки и по сути нарушили закон о запрете продаж заграницу, при этом не нарушая его. То есть, приняли чужаков к себе. Так Узумаки вошли в клан Хьюга, и они образовали альянс. Узумаки занимались добычей полезных ископаемых и привнесли с собой некоторые новейшие технологии для Хьюга, потому это было довольно выгодно им, но не конкурентам.       Из-за случившегося мнения в клане Учиха разделились. Одни хотели напасть на Хьюга, что становились слишком сильными, и отобрать их территории, а другие — наоборот вступить в союз. В этом беспорядке вперед вышел человек, предложив сумасшедшую идею, что никак не вязалась с прошлой темой, но заставила всех замолчать и посмотреть на вещи под новым углом.       Он предложил создать систему определения будущего, что могла бы подобрать для теперь долгоживущих людей наиболее подходящего партнера. Разве живя долго, никто не хотел при этом жить еще и счастливо?       Все замолчали, осознав, что это новая золотая жила, и они просто обязаны использовать эту нишу, пока никто другой не обратил свое внимание в том же направлении. Человеком, что изменил будущее не только клана, но и всей страны — был никто иной, как старший сын главы клана, его родной брат — Итачи Учиха. День заседания — был последним днем, когда он видел своего старшего брата. С того времени прошло семь лет, и теперь Система Апостиль стала новой золотой жилой Страны Изобилия и распространилась не только в ней, но и за ее границами. Это был новый «золотой источник», который Итачи построил своими собственными руками.       Из-за того, что старший сын буквально исчез из родительского дома, все его дела перешли младшему — Саске, и не то, чтобы парень был слишком счастлив этому. Отец возлагал на него слишком большие надежды, видя, что старший сын не поддается никакому управлению из вне. На этом фоне Саске терзали весьма противоречивые чувства. С одной стороны — он скучал за братом и жаждал его внимания, но с другой стороны — ненавидел, из-за того, что он мог так просто оставить его, даже не проронив и слова на прощание. Выходило, что вся их прошлая связь — была абсолютно ничтожной в его глазах и не стоила даже упоминания? Саске ненавидел сам факт того, что в его жизни существовал настолько важный для него человек, что даже мог повлиять на формирование его характера. Саске всеми силами пытался избежать информации о нем, но все вокруг только об этом и говорили. Это было также невозможно, как улететь без скафандра на Луну.       Тем временем строгий отец, что строил свои планы, также не давал младшему покоя, и, желая управлять его жизнью еще больше, чем прежде, даже сосватал ему невесту, но по сути — заставил вступить в фиктивные договорные отношения с ученицей генерала, чтобы запустить свои руки еще больше в военную власть. Как говорится: денег и власти много не бывает.       Как раз в этот прекрасный момент отчаяния Саске сидел с ней за одним столиком в арендованном его отцом им на вечер ресторане и размышлял над своей незавидной судьбой.       Чем сейчас там занят его брат? Вечером. Возможно, он развлекается намного лучше, чем он здесь?..       — Саске-кун, ты не хотел бы приехать ко мне в гости на следующих выходных? — защебетала мило девушка, смущенно поправляя прядь своих длинных розовых волос за ухо. Только, когда его позвали, Саске обратил на нее внимание. Сакура Харуно выглядела нежной и хрупкой, когда разговаривала с ним, но Учиха был осведомлен о том, что эта женщина, будучи помощником генерала, обладала почти такой же большой властью, как и ее наставница.       Только вот его это абсолютно не волновало, и он вступил в эти отношения, только чтобы закрыть рот отцу, а вовсе не из-за личного интереса. Но что делала она, приглашая его по сути к себе в постель? Рассчитывает ли на плодотворное сотрудничество? Перед возможными симпатиями и выгодами, даже система его брата меркнет. Но это только до поры до времени… Саске слышал внутреннюю информацию о том, что брат получил некоторые новые данные из исследований биологии человека и именно они стали основой его программы. Потому за все время существования та еще ни разу не ошибалась. Если пара готова была вступить в брак, они даже предоставляли услуги заверения клятвы. Эта процедура носила название — печать-аффидевит и использовала кровь двух людей, чтобы создать нерушимый союз. Принимая его условия — вы соглашались жить вместе, но и вместе умереть. Апостиль превращал давние сказки в жизнь — так гласил рекламный лозунг кампании.       Хочет ли эта девушка создать свою сказочную жизнь вместе с ним?       Молодой человек наклонился вперед и произнес, не давая ей даже части лица.       — Ради чего ты зовешь меня к себе? — его глаза были холодны как лед, а на губах играла нескрываемая насмешка. Он играл в этот спектакль, прилагая некоторые усилия и тратя свое время драгоценное здесь, но думала ли она, что их брак уже предопределен?       Были люди, которые вступали в браки, не используя Апостиль, но не было никого, кто бы отказался от брака, попав туда. Саске намерен был разрушить все стереотипы, надуманные и укорененные в обществе. Выгода может быть безграничной, если своими руками не останавливать ее развитие.       Он протянул свою руку и накрыл ладонь девушки, придав лицу более мягкое выражение, видя ее смятение и замешательство после такого резкого вопроса.       — Саске-кун, — просияла тут же Харуно от его маленького жеста.       Если бы Учиха был менее сдержан и натаскан преподавателями, его глаз бы сейчас нервно задергался. За чушь? Как она вообще смела так звать его своим ртом?       — Сакура, если ты не против поговорить с генералом о будущих поставках оружия, тогда я мог бы приехать к тебе, чтобы вместе встретиться с ней.       — Да, конечно, хорошо, — обрадовалась тут же девушка, что за короткое время успела почувствовать разочарование и огорчение, а потом ее снова подняли ввысь надеждой. С Саске ей всегда было так хорошо. Ее настроение, что постоянно было на американских горках, становилось таким прекрасным только рядом с Учихой. Все же, как ей повезло, что Фугаку-сан обратил внимание своего сына именно в ее сторону. Харуно слышала о том, что за Саске охотилось очень много женщин, но еще ни одна из них не находилась в том статусе, что она — его официальная девушка!       Они вместе проводили время, ходили в кино, ужинали, Саске дарил ей подарки и даже разговаривал с ней. Может ли она быть еще большей счастливицей в этом мире, чем когда заполучила в свои руки самого завидного жениха всей Страны Изобилия? К тому же Саске был невероятно красив и статен. Она влюбилась в него, как только они впервые встретились. Вот он — ее судьба!       А эта судьба тем временем пыталась спланировать новый путь продажи оружия, и ему это неплохо даже получалось.       Через несколько дней Учиха получил хорошую новость, что генерал готова встретиться с ним, а это значило, что сделка была почти у него в руках. Из-за этого Саске всю оставшуюся часть дня был в приподнятом настроении. Придя домой он счастливо поужинал с семьей, выглядя только несколько унылым, когда смотрел на пустой стул, что когда-то принадлежал Итачи. Его так никто и не убрал, надеясь на скорое возвращение любимого члена семьи. Из-за смеси хороших и плохих эмоций Саске вернулся в свою комнату в несколько угнетенном состоянии. Он безумно скучал по брату. Сейчас, вспоминая о прошлом, он чувствовал сильную ностальгию за ним. Итачи в самом деле очень его баловал. Отца не было рядом, мать также руководила своими делами, занимая должность финансового директора в компании, потому старший брат, у которого тогда было немного больше времени, постоянно возился с ним. Да и Саске тоже цеплялся за аники, что было сил.       Итачи его кормил, мыл его, держал его на руках. Когда Саске думал об этом, то хотел снова получить то тепло и чувство безопасности, которые дарили ему руки брата. Пусть прошло уже много времени, но ощущения были все еще живы, и он жаждал получить их снова, даже больше…       Саске поднял свой ПС, через который открыл загруженный ранее Апостиль. Он уже добавил прежде туда свои данные, но тянул до последнего. Ему не было интересно, кто его партнер, скорее, Учиха хотел узнать на собственном опыте, ради чего Итачи оставил его на долгие семь лет.       Интерфейс системы загрузился и высветилось окно с его данными, а ниже ярко горящая кнопка: «Запустить поиск партнера». Саске гипнотизировал ее какое-то время, не решаясь нажать. Внизу послышался шум, наверное, отец снова кого-то позвал в гости. Внимание отвлеклось, и его пальцы соскользнули. Кнопка была нажата, и когда Саске вернул свое внимание к профилю, там уже значилось: «Идет поиск партнера, пожалуйста, ожидайте», а ниже процентная строка прогресса.       Учиха ошарашенными глазами уставился на ПС, а потом быстро вышел из программы. Появилась висящая строка с прогрессом. Саске гипнотизировал ее какое-то время, пока раздумывал над тем, чтобы отключить ПС. В конце концов Учиха решил, что он не трус, и открыл систему снова.       В Апостиле значилось: «Ваш идеально совместимый партнер найден, откройте профиль, чтобы познакомиться ближе». И Саске открыл, а потом увидел, как внутри значилось: «Доступ к информации закрыт, обратитесь к системному администратору, чтобы решить проблему».       «Блядь. И это все? Ради этого сломанного движка, ты оставил свою семью?» — поразился Учиха и выбросил свой ПС прочь. Ну что за чушь? А все говорили, что ему нет равных. П-ф-ф, смех да и только.       В тот же момент в Апостиле другого человека также пришло новое оповещение. Темные глаза остановились на словах, что появились на экране, и вспыхнули темным лихорадочным блеском. Наконец-то этот день настал…       Сакура была удивительно быстрой, когда пыталась достичь своих целей. Она договорилась с Цунаде и уже через четыре дня Саске ехал в машине, чтобы отправиться на встречу с генералом. Основные военные базы располагались ближе к границе и кроме Цунаде было еще четыре других генерала. Естественно, что большей властью и возможностями обладал тот, что охранял столицу. Армия располагалась в серой зоне, что находилась на окраине города. Хоть сейчас и было мирное время, но когда вы обладаете таким сокровищем, как можно относиться к этому халатно?       Когда Саске прибыл в военное ведомство, его встретили доверенные люди генерала, среди них конечно же была и Харуно, его официальная девушка. Она стреляла в него сладкими взглядами, даже несмотря на серьезную обстановку вокруг. Учиха был уверен, что таких одержимых внешностью женщин, как она, могла исправить только могила.       Как и ожидалось, все не могло быть слишком просто. Сакура активно гипнотизировала взглядом Цунаде, пока они говорили. В результате женщина-генерал вздохнула и проговорила:       — Поставки могут быть увеличены, только если и ты пойдешь на компромисс, — Сенджу посмотрела на холодное лицо Учихи и не могла понять, почему ее ученице нравился этот противный тип.       — Слушаю.       — Помолвка, с Сакурой, — произнесла тяжело женщина, будто это стоило ей нескольких жизней. Харуно тем временем ритмично тыкала женщину в плечо, подгоняя сказать все самое важное. — Когда это случится, мы организуем новый рейс.       Лицо Учихи стало еще более холодным, чем до этого. Он ненавидел, когда его будущим пытались манипулировать, и как назло это случалось особенно часто в последнее время.       — Я дам знать за три дня, — он не соглашался, и не отвергал. Нужно было взвесить все за и против, все же выгода большая, но и он терял многое. Например, свою свободу, что и так пытались ограничить до сих пор. В этот самый момент на какую-то долю секунды он пожалел, что Апостиль выбил ему ошибку. Возможно, будь это не так и у него появился бы дополнительный быстрый путь к отступлению.       Сакура отправилась домой раньше, чтобы подготовиться к прибытию Учихи. Саске же тем временем остался в ведомстве, чтобы уладить некоторые дела.       Он покинул здание, когда уже стемнело. Улицы были наводнены автомобилями, но уже не так сильно, как в час пик. Они ехали, никого не трогая, Учиха размышлял над тем, что ему следует предпринять в будущем, когда перед ними резко выехала черная машина, преградив им путь, и еще две запарковались со сторон, прямо посреди дороги. Поток соседних машин будто испарился в это время.       Саске бросило вперед, но только его ремень безопасности натянулся, и бумаги вылетели из рук. Аварии все же удалось избежать, в большей части благодаря навыкам его водителя. Люди, что работали на Учих не были просты.       — Учиха-сан, пожалуйста, не выходите, — сказал телохранитель, что находился на переднем пассажирском сидении.       — Иди посмотри, что там происходит, — Саске только раздражено отстегнул ремень, когда машина уже полностью остановилась. Но стоило ему только закончить предложение, как он увидел, кто выходит из спортивной машины, что так резко преградила им путь.       Он замер, не осознавая даже, как его сердце мгновенно затапливают яркие и противоречивые эмоции. Он хотел увидеть его ближе, но одновременно и убить на месте.       Фигура приближалась к его машине и наконец двери открылись, когда мужчина наклонился, положив свою руку на капот сверху. Его телохранитель стоял сбоку, находясь в состоянии повышенной готовности, настроенный в любой момент предпринять активные действия.       — Выходи, — прозвучал низкий и глубокий голос, от чего тело Саске невольно покрылось мурашками от волны возбуждения и волнения. Он даже не смел повернуть голову к нему. Для начала стоило унять дрожь в горле.       Он медленно повернулся и смерил брата ледяным взглядом, пытаясь скрыть за маской холодности собственное смятение.       — Зачем ты преградил мне дорогу? — спросил в ответ. Саске не намерен был любезничать с этим отбросом, что беспощадно бросил его.       Только когда его взгляд привык смотреть вверх, по позвоночнику младшего Учихи прокатилась холодная волна. Темные и проницательные глаза смотрели на него, и там не было видно ни дна, ни края. Слова застряли в горле, которые он еще хотел сказать ему, ведя себя самоуверенно до сих пор.       — Выходи и садись в мою машину, тогда и поговорим, — ответил старший Учиха.       Саске хотел воспротивиться брату, даже если ему и безумно нравилась эта идея.       — Раз уж пришел, то садись сюда, я не собираюсь никуда выходить.       Глаза Итачи неодобрительно прищурились.       — Я смотрю отец вообще непонятно чем занят, даже охраны нормальной не приставил, — недовольно проговорил мужчина. — Это твоя защита? — он презрительно посмотрел в сторону, и хватило одного движения, чтобы телохранитель Саске упал на землю, схватившись за горло. Не то чтобы этот телохранитель был ненадежен, просто ему очень не повезло в этот день, когда он встретил такого плохого человека. — Саске, я не буду повторять дважды, — холодно закончил Итачи и встал ровно, ожидая.       Младший Учиха едва не взорвался после этой фразы. Брат делал так всегда, когда пытался указывать ему, хоть это и случалось нечасто, но одна фраза разбередила старые раны.       Он со злости вышел наружу, одарив своего никчемного телохранителя презрительным взглядом, и направился к машине Итачи. Старший Учиха последовал за ним, оценивая вид подросшего Саске сзади, фигура которого выглядела красивым треугольником сверху с тонкой талией и длинными стройными ногами внизу.       Они сели в автомобиль, и Итачи заблокировал дверь, а потом, не обращая внимания на шум снаружи, отправился к себе домой.       Наконец он в его руках.       Итачи очевидно не собирался болтать слишком много. Он столько ждал… Да и Учиха всегда был человеком дела, а не пустых разговоров.       — Ты появился только сейчас, — язвительно произнес Саске, когда ему надоела эта гнетущая тишина между ними. — Что же такого стряслось? Семь лет от тебя не было ничего слышно, — сразу же посыпались обвинения.       — Куда ты ехал? — прозвучало в ответ.       Он даже смеет задавать эти вопросы, когда сам не показывался столько времени? Вот это храбрость!       — Тебе какое дело? Разве ты не отделился от нашей семьи? — отрезал Саске.       Итачи молча искоса взглянул на младшего Учиху.       — А разве я был ее частью хоть когда-то? — холодно произнес он.       — Что ты имеешь ввиду? — не понял Саске.       — Я не намерен спрашивать дважды, — снова произнес Итачи, — но мне и так прекрасно известно о том, куда ты направлялся и зачем. С этим покончено.       — Что? О чем ты? Ты что следил за мной? — поразился Саске.       — К твоей безопасности ставились халатно, был ли другой путь?       Машина, что до этого неслась на всей скорости, плавно остановилась, заехав на приватную территорию особняка. Дом ярко освещался, но прислуги вообще не было видно. Все люди, работающие здесь, знали, что их хозяин ненавидит видеть рядом других, потому исчезали с поля зрения, стоило его машине только показаться на горизонте.       — Это по-твоему нормально? — не унимался Саске. Противоречивые эмоции, что бурлили в нем черным болотом, было очень трудно сдерживать. — Ты бросил нас, а сейчас смеешь говорить подобное?       Под «нас» имелось в виду «меня». Тихое отчаяние, где любовь смешалась с ненавистью, слишком явно сквозило между строк.       Итачи тем временем достал свой ПС и открыл приложение, а потом бросил его на колени Саске.       — Что ты делаешь? — поразился тот, но потом его взгляд зацепился за свою же фотографию в профиле Итачи.       «Что это?.. Что это все значит?»       — Войди в свою систему, я открыл доступ, — будто прочитав его мысли, произнес старший Учиха.             Чем больше он думал об этом, тем более запутанными становились его мысли. Саске дрожащими пальцами достал свой ПС и увидел там одновременно знакомое и чужое, за семь долгих лет, изображение.       — Ты подстроил это?       Итачи повернул голову и посмотрел прямо в лицо Саске.       — Думаешь? Ты вообще знаешь хоть что-то о клане? — задал он риторический вопрос, понимая, что Саске наверняка не знал на него ответа, раз задавал ему такие вопросы. В каком же неведении держал его отец, что он хранил его так далеко от истины, или же… Пытался защитить любимого родного сына таким образом? Да, это более вероятно, но увы… Время уже пришло, и ничего невозможно изменить.       Он решил поведать ему часть информации.       — Мало «золотой воды», исследования семь лет назад показали, что тело после ста пятидесяти лет все равно начинает стремительно разрушаться. Выпивший эликсир однажды умрет в муках, в сравнении с которыми было бы милосерднее ждать естественной смерти, никогда не используя его. Но даже в тех жестких условиях, что выставило правительство, нам удалось найти решение. Как думаешь, что им стало?       — Неужели аффидевит? — Саске просто ткнул пальцем в небо, поддерживая его фарс и желая узнать о том, что же скажет брат дальше.       — Не только внешние признаки, система учитывает также генетические особенности из загруженного образца крови. Как ты думаешь могла бы она свести двух братьев вместе?       — Что ты имеешь ввиду?.. — теперь Саске уже окончательно запутался, и он не мог собрать всю полученную информацию в одну логическую цепочку. Точнее мог, но от этого она не казалась более реалистичной.       Итачи наклонился и нажал кнопку в приложении. Он следом достал из полки нож и порезал сначала свою руку, а после руку Саске, схватив его.       Младший Учиха ошарашенно смотрел на брата, когда его окровавленную руку сжали.       — Итачи… Что ты делаешь? — он посмотрел на их сцепленные вместе руки и ощутил, как жар распространяется по его телу от этого места.       — Подтверждаю аффидевит, — сказал тихо старший Учиха. — «Скоро каждый сделает тоже», - подумал, и наклонился ближе. — Теперь ты только мой.       Губы Саске были поцелованы, но он все еще не двигался.       Его мир разрушился и должен был собраться снова, чтобы он смог двигаться дальше. Итачи видел его замешательство, потому на мгновение отпустил. Саске тут же снова схватил его ладонь, уставившись на лицо брата внезапно потерянным взглядом.       После подтверждения аффидевита в первое время притяжение столь сильное, что людям просто физически больно находиться друг от друга порознь, и это как часть лечения с одной стороны, а с другой — каждый подсознательно понимал, что ему лучше не расставаться с партнером.       — Зайдём в дом.       В любом случае они не могли и дальше сидеть в машине без надобности. Двое Учих покинули роскошный салон дорогого аеромобиля и вошли в дом.       Итачи скользнул взглядом по растерянному выражению лица младшего брата. Вряд ли бы Саске захотел сейчас есть, потому он взял его за руку и повел наверх к спальне.       Глаза же младшего Учихи уставились на их сцепленные друг с другом окровавленные руки, пока Итачи направлял его, чтобы он не ушибся по пути.       Саске все размышлял о том, какова на самом деле реальность. Кто человек перед ним? Был ли у него вообще брат? Выходит все это время Итачи искал для них путь спасения, пока он обвинял его во всех смертных грехах? Хороший младший, кажется, даже не родной, брат, что и сказать…       Саске криво усмехнулся, и поднял голову. Только тогда он заметил, что оказался в ванной, и Итачи был занят тем, что расстегивал пуговицы его рубашки. Их взгляды встретились.       — Что ты делаешь?       — Ты все продолжаешь спрашивать, будто не видишь, что происходит, — буркнул Итачи и продолжил свое дело, как ни в чем не бывало. Его руки скользнули вдоль тонкой талии, когда рубашка была полностью раскрыта. Белоснежная кожа оказалась совсем не холодной, а очень даже горячей и безумно мягкой, и нежной. Как он себе и представлял все те долгие ночи, что они провели в разлуке.       — Почему ты не сказал мне раньше? — Саске не двигался, его разум терзали самые разные мысли.       Итачи снова посмотрел ему в лицо.       — Я ждал, — руки скользнули вдоль красивых изгибов, переходя на спину.       — Ждал чего?       — Когда ты сам придешь ко мне…       — Но я ведь не пришел.       — Нет, это не так.       После его слов Саске вдруг вспомнил тот вечер, когда он очень скучал по Итачи так, что даже зашел в его программу.       — Кто ты такой? — сдерживая свои эмоции, усталым голосом спросил младший Учиха.       — Твой брат? — их глаза снова встретились, и там таилось слишком многое. — Или же нет. Может, точнее, я — теперь твой партнер, — Итачи сделал шаг вперед. — Твой супруг, — добавил тише, — и в будущем ты будешь только моим, — произнес магнетическим шепотом, едва ли не касаясь губ Саске.       — Ты делал это для меня? Все это время, пытаясь найти решение… Ты влюблен в меня?       Итачи отодвинулся немного, так и не коснувшись губ, он обхватил его голову руками и склонился ко лбу, легонько стукаясь.       — Думаешь, я делал бы это ради кого-то еще? Ради человечества? Да даже, если их мучения из часов превратятся в года — мне плевать. Единственное, что имеет значение для меня — это только ты. Мы испившие больше всего эликсира, как думаешь, какая бы участь нас ожидала, если бы я не довел дело до конца? Все, что я делаю, в первую очередь должно быть безопасным для тебя. Ты — мой мир и любовь всей моей жизни, — хриплым голосом, очень тихо произнес Итачи, но Саске слышал каждое его слово, и оно отдавалось все более нарастающем жаром в его теле, пока наконец не перелилось через край.       Саске схватил его лицо в ответ и впился в тонкие губы напротив, сжимая их до боли, облизывая и кусая до крови.       Этот человек перед ним полностью больной, но есть ли в этом мире еще хотя бы кто-то столь же важный для него? Саске прекрасно осознавал ответ на этот вопрос, еще даже до того, как он снова увидел Итачи.       Их губы и языки сплелись между собой в жадном и страстном поцелуе, через который они хотели стереть все те годы, что провели порознь, если бы это только было возможно.       Итачи подхватил Саске под бедра, подсаживая вверх, когда они немного отстранились, чтобы отдышаться, а после двое очень быстро приняли душ, ведь делать это на кафеле было бы не слишком удобно. Вскоре, целуясь, двое мужчин перебрались на широкую кровать. Упав на мягкие простыни, Саске на секунду заметил, что этот аромат был ему до боли знаком. Повсюду распространялся запах Итачи, и это заставляло его сердце неумолимо ускорять свой ритм.       Он обвил свои руки на шее Итачи плотнее, желая прижаться всем телом, столь сильно он жаждал восстановить все потерянное ранее. Пусть и не знал тогда, но сейчас он больше не позволит ему уйти.       Когда после длительной подготовки в него вошли, Саске почувствовал, будто его тело разрывают надвое, одновременно от боли и желания. Эта боль, казалось, была не очень правильной, она исходила не из его тела, а из сердца. Задыхаясь, он мутным взглядом уставился на лицо перед собой. Все его тело дрожало. Он сжал их руки сильнее, и ощутил боль в своей ладони, теперь только физическую. Больше не страшно. Итачи ведь больше не уйдет. Они связаны…       — Брат, — протянул Саске.       — Я здесь, — Итачи наклонился и сладко поцеловал его губы, начиная медленные и аккуратные движения в таком желанном теле. Как бы ни хотелось двигаться быстрее и резче, но ещё больше хотелось уберечь его и сделать приятно, а не больно.       — Обними, обними меня сильнее, — позвал Саске. Хотя движения были щадящими, но даже так Саске чувствовал, что задыхается. Он хотел этого человека, он так скучал за ним, он так боялся потерять его. Только сейчас осознание пришло в полной мере, и его сердце затопило очень сладкое и тягучее чувство. — Итачи, — снова позвал молодой мужчина, и в этот раз его схватили ещё крепче. Член проник в тело до предела, разводя все ещё тугие стенки в стороны. Саске чувствовал очень сильную наполненность, но ещё больше удовольствие от того, как Итачи касался его внутри, как смотрел на него, как прикасался к его телу. Этот темный бездонный взгляд буквально пожирал его живьём.       — Саске, я люблю тебя, — Итачи наклонился и слился с ним в новом поцелуе, замедляя немного свои движения внутри. Перед глазами Саске же помутилось, ему было так хорошо, когда Итачи делал это, задевая одно и тоже место внутри. Это было слишком приятно. Все в нем и вокруг него принадлежало Итачи. Он сам пропитаться им.       Саске обхватил его ногами и руками, прижимаясь своим торсом к его, пытаясь двигаться навстречу. Глаза Итачи удивлено раскрылись, когда он понял, что тот делает. Его возбуждение достигло своего пика, а терпение, которое он копил годами, наконец бессильно оборвалось и исчезло.       Итачи обхватил его тонкую талию руками и стал двигаться сильнее и резче, грубо вводя свой член в тело названного брата. Это было приятно до безумия. Он очень долго ждал этого момента и наконец его ожидания так хорошо вознаградились.       Итачи стал жестоким и любящим в одно время, настолько сильно, что Саске совсем потерялся и не осознавал даже как его стоны превратились в крики, так сильно его стимулировали. Он цеплялся за спину брата и стонал от наслаждения, он изливался на их тела, сплетённые вместе, он насаживался на член Итачи, позволяя брать себя особенно глубоко и резко. Он любил его всего, и себя отдавал без остатка.       После всего произошедшего, не видя света и солнца несколько дней, они сидели рядом. Саске откинулся на твердый торс Итачи, наслаждаясь его теплом и незаменимым присутствием. Ему было хорошо, когда он снова оказался в его любящих объятиях.       — Разве тебе не нужно никуда идти? — спросил он ленивым тоном.       — Как посмел бы я оставить тебя сейчас?       — Ты посмел тогда, почему же сейчас нет, — даже в медленном и сладком тоне Саске слышались нотки недовольства.       — Тогда были другие обстоятельства, а сейчас, я не уйду, даже если ты меня прогонишь.       Плавный магнетический тон брата проник в его уши, и Саске ощущал, что мог бы наслаждаться им вечно, настолько приятным тот был для него.       — М-м, даже если я буду очень зол? — Саске открыл свои веки, что до этого были расслаблено закрыты, и взглянул вверх на лицо брата. Его взгляд был очень открытым и ласковым, с лёгким налетом влаги от приятной усталости.       — Если ты будешь зол, я найду способ тебя утешить, — слабо улыбнулся Итачи, и Саске показалось, что вокруг расцвели редкие цветки ночной королевы.       Он завороженно смотрел на брата.       — Ты такой красивый… Но такой глупый, — его глаза прищурились, — вместо того, чтобы сказать, что не будешь меня злить, говоришь о том, как собираешься утешать.       — Как я посмел бы сказать это и выстрелить себе же в ногу? — лукаво улыбался мужчина, одаряя любимого нежным взглядом.       — Это ещё почему? — удивился Саске.       — Разве ты не понимаешь, что мне особенно нравится, когда ты зол и такой энергичный, — он задумался на секунду, вспоминая, — даже пытался меня обругать, пока я лизал там.       Саске мгновенно покраснел как помидор. Мог ли он представить, что этот праведный с виду человек будет на самом деле таким бесстыдным?       — Ты… — зло нахмурился Саске, пытаясь таким образом скрыть свое смущение.       — Угу, — Итачи наклонился ближе к нему, говоря в самые губы, — и мне особенно нравится брать тебя тогда, такой страстный…       Саске притянул брата ближе за шею и вонзился в его наглый рот своим языком, пытаясь заткнуть этого наглеца, который, оказывается, играл так грязно!       Итачи только довольно промычал на это, и обнял брата крепче. Этот малыш был таким сладким, когда он дразнил его, что вряд ли он почерпнет с этого какой-то правильный урок и перестанет так делать в будущем. Он хотел зацеловать его до края, что прямо сразу и стал воплощать в жизнь.       Они снова обнимались, целуясь и наслаждаясь друг другом, проживая свое лучшее время, в котором не значилось конца, пока одна розоволосая особь женского пола рвала на себе волосы от отчаяния и звонила своему престарелому учителю, чтобы тот снова утешил ее. Ах, и почему женская судьба так тяжела?..       — Се-енсеййй, хнык-хнык, быстрее придите и утешьте меня, я так страдаю, я так скучаюууу по вам, — протянула, всхлипывая Харуно.       На другом конце связи послышался тяжёлый вздох, а потом томный от природы низкий голос мужчины:       — Я буду за десять минут, — и связь разорвалась.       Сакура большими зелёными глазами уставилась на свой ПС, даже забыв, что нужно притворяться и рыдать от всего сердца.       Неужели и на ее улице будет праздник?..