Одно короткое слово

      Осознание пришло ко мне внезапно. Прямо в разгаре торжества.       Хоть праздник и был устроен в честь моего приезда из-за границы, я быстро перестала быть в центре внимания. За четыре года, что я обучалась и путешествовала, мой отец стал ощутимо богаче и влиятельнее. И теперь все мои бывшие друзья и подруги уже радовались не столько мне, сколько возможности прикоснуться к славе моей семьи. Попробовать, вкусить, насладиться… В идеале — вгрызться и остаться с нами навсегда.       Я была очень шумной. Первой начинала разговоры, громче всех смеялась, привлекала к себе внимание. А потом как гром посреди ясного неба… Осознание.       Это уже третий праздник на неделе, а я совершенно опустошена и без сил. Но почему? Я сплю до полудня. Перебираю новые платья. Заказываю музыкантов. Вечером слуги бесконечно подносят мне закуски, подруги — выпивку, кавалеры зовут на танцы и незаметно подкладывают в карман платья фривольные письма. Отец с улыбкой закрывает на это глаза и позволяет мне гулять с толпой до рассвета. Я же мечтала о такой жизни… Что не так?       Осознание уверенно кивнуло: это всё — фальшивка. Внимание, любовь, смех… Всё неискреннее. Друзья, что раньше смеялись со мной, теперь смеются для меня. Лишь бы оставаться в моём окружении подольше. Осознание криво усмехнулось: а до этого было не так? Был ли хоть один настоящий друг раньше?       Мои щёки покрылись румянцем. Был… Один. Настоящий. Он точно был. Здесь ли он сейчас? Глаза обеспокоенно перебирали толпу смеющихся лиц. Но его не находили.       — Чи, — подозвала я свою служанку. — А Тэхён сейчас не здесь?       — Нет, — удивилась девушка. — А вы разве звали его?       — Ну… Думала, что раз уж полгорода соизволило приехать в наше поместье, то и ближайший сосед наверняка присоединится.       — Господин Тэхён сейчас вообще редко выходит в свет. Проводит время на своём ранчо. Точнее… На том, что осталось от ранчо.       — Чи… У его семьи что-то случилось?       — Точно, вы же не в курсе. — Девушка сделала снисходительное выражение лица. — Барон Ким ожидаемо проигрался в карты. Это вовсе не удивительно. Когда строишь бизнес на скачках, то непременно в какой-то момент поддаёшься азарту и подобным порокам. Господин Тэхён расплатился с долгами отца, но для этого пришлось продать большую часть имущества и почти всех лошадей. На нервной почве здоровье барона и баронессы изрядно пошатнулось. Они практически не выходят из дома. А господин Тэхён самостоятельно тренирует лошадей, устраивает частные поездки в горы и изо всех сил старается не растерять оставшееся имущество.       Я оглядела смеющиеся лица дорого одетых гостей. Приди Тэхён сюда, он бы непременно стал объектом их насмешек. А ведь я помню его, как невероятно доброго и отзывчивого парня. Он был старше меня на пять лет и всегда относился к своей шумной соседке с заботой. Терпеливо учил ездить верхом, брал с собой на предрассветные рыбалки. Тихо улыбался, глядя на то, как я борюсь с сонливостью и промахиваюсь крючком мимо червя. Однако, уже тогда Тэхён отказывался присоединиться к болтливой компании моих друзей. Ему всегда по душе были тишина и уединение.       А ещё только на его лице отражалась настоящая грусть, когда толпа вокруг наигранно плакала, провожая меня на вокзале четыре года назад.       Осознание вновь кольнуло где-то под рёбрами. Тэхён… Только он был настоящим. Неаристократичные ароматы его ранчо были живее удушливых парфюмов моих гостей. Сваренная в котелке на берегу каша вызывала больший аппетит, чем изысканные десерты на моей вечеринке. Восторженный полушёпот парня над задёргавшимся поплавком был приятнее оглушающей музыки. А искорки в его глазах — красивее сотен натянутых улыбок.       Осознание довольно покивало.       — Чи. Я пойду прогуляюсь.       Я резко поднялась из своего кресла и, поправив пышную юбку, решительно пошла на выход из зала. Мой уход заметил отец, но он лишь понимающе кивнул и закурил трубку. Остальные гости продолжали предаваться веселью и набивать животы за наш счёт.       А мне теперь было интереснее вспомнить тайную тропу на заднем дворе моего поместья. Обогнув домик садовника, можно было наткнуться на широкие заросли ежевики. Но в одном месте кустика будто не хватало. Протиснувшись там сквозь колючки, можно было пройти прямиком на территорию соседнего поместья — барона Кима. Подобрав юбку, я уверенно ринулась сквозь кусты. Ещё каких-то десять шагов, и передо мной уже простирался деревянный забор ранчо, освещённый ночным светом луны. Я растянулась в улыбке. Прямо сейчас там в загоне резво скакал великолепный жеребец голландской породы. Восхитительная чёрная масть ярко контрастировала с четырьмя белыми носочками на каждой ноге. Гарцующий Вихрь — так звали этого жеребца — с задорным ржанием исполнял трюки под командованием Тэхёна. Я подошла к невысокому забору вплотную и залюбовалась.       Когда я уезжала, то помнила Тэхёна несколько другим. Однако, сейчас он изрядно похудел. Черты лица потеряли былую мягкость, став острее. Аристократичная бледность кожи исчезла. Тело стало более подтянутым и рельефным, под стать черномастному жеребцу. Свободная белая рубашка выглядела застиранной. Светлые льняные брюки прятались в высоких сапогах, до самого колена покрытых грязью. Если бы не великолепная осанка, парня издалека можно было бы принять за простого рабочего. Но его восхитительная улыбка… Слава богам, она осталась неизменной.       Гарцующий Вихрь сделал красивый шаг ногой и неожиданно с громким ржанием помчался к той части забора, где стояла я. Примчавшись жеребец заелозил губами по моей протянутой ладони в поисках угощения. Прямо через забор я обняла коня за шею, слушая его шумное дыхание.       — Здравствуй, дружок. Давно не виделись. Как приятно, что ты меня узнал.       В отдалении Тэхён встряхнул головой, смахивая пряди чёрных волос с лица, и недовольно цокнул языком. Повернувшись парень заметил меня и неторопливо растянулся в улыбке. Подтягивая рукава, Тэхён размеренно пошёл в нашу сторону. Вихрь обнюхал моё лицо, щекоча своим дыханием, и помчался дальше, пытаясь догнать собственную тень в лунном свете.       — Вы испачкаете своё красивое платье, если будете ходить сюда, — улыбнулся мне Тэхён, уворачиваясь от бегающего коня.       — Плевать. У меня есть ещё. Лучше скажи, почему ты не пришёл на мою вечеринку?       — Я не получал приглашения, ваша милость, — опустил глаза парень.       Я залезла с ногами на нижнюю перекладину забора и склонилась ближе к подошедшему.       — Тэ… Мы же — друзья детства. Тебе вовсе не нужно приглашение, чтобы свободно приходить ко мне в гости.       — Боюсь, что мне теперь не по статусу посещать вечеринки юной графини. Наследнику разорившегося барона, у которого за душой лишь пара лошадей да единственный костюм, не будут там рады.       Тэхён облокотился на забор рядом со мной и перевёл взгляд на Гарцующего Вихря.       — Какая чушь! — фыркнула я. — Мы так давно не виделись. Я безумно соскучилась.       — Так сильно соскучились, что вспомнили обо мне лишь спустя неделю после приезда?       Я запнулась.       — Но… У меня были дела.       — И целых три вечеринки.       — Ты ещё и считаешь их…       — Трудно не услышать эту музыку и смех из соседнего поместья.       — Прости… — Мне вдруг стало стыдно. Осознание гаденько захихикало рядом. — Я и правда должна была прийти раньше.       Тэхён с лёгкой улыбкой опустил взгляд.       — Идите к своим гостям, графиня. Им без вас скучно.       — Я ушла потому что мне стало скучно с ними.       — Вот как? Я думал, что вереница потенциальных женихов непременно скрасит ваше времяпрепровождение.       — Не хочу никого из них видеть… И вообще. С каких пор ты общаешься со мной так формально?       — Вы — самая завидная наследница в этих краях. И принадлежите самой влиятельной семье. По-другому с вами нельзя общаться.       — Тебе можно, — выпалила я. — Тебе можно всё…       Тэхён удивлённо окинул меня взглядом. Смущение сконцентрировалось на моих щеках ярким румянцем.       — Столь знатной леди не стоит разбрасываться подобными словами, — тихо добавил парень. — Кто знает, какие мыши подслушают этот разговор?       — Я растопчу каждую из них. Пройду через самые колючие кусты в мире. Но непременно увижусь с самым дорогим другом. И ничто меня не остановит.       Тэхён мечтательно улыбнулся. Гарцующий Вихрь, оставшись наедине с собой, продолжал весело скакать по загону. Вскоре к нему присоединилась серебристо-серая кобылица английской породы.       — Какая красивая…       — Её зовут Вересковая Пыль. Она родилась вскоре после вашего отъезда. Последнее, что осталось от наших чистокровных скакунов.       — Мне жаль, что тебе пришлось продать почти всё.       — За Гарцующего Вихря мне предлагали целое состояние. Продав его одного, я мог бы полностью перекрыть все потери и сохранить имущество. Отец настаивал на этом. Но…       — Ты не смог продать друга.       — Именно. Я лично растил Вихря с самого рождения. Даже если бы он не выиграл семь скачек из семи, я всё равно любил бы его больше всех. — Тэхён задумчиво прикусил губу. — Отчасти в потере влияния нашей семьи виноват именно я. И выбрав дружбу, а не положение, я потерял понимание и любовь близких.       Парень тихо вздохнул.       — Не будьте, как я, графиня. Вы ещё слишком юны, чтобы рисковать общественным положением ради одного друга.       Тэхён вновь поправил рукава и неторопливо пошёл в сторону своих лошадей. Мне было горько. Вцепившись ладонями в занозистую перекладину, я повысила голос:       — Мне сказали, что ты устраиваешь конные прогулки в горах.       — Это так, — подтвердил Тэхён, не оборачиваясь.       — Устрой частную прогулку и для меня.       Парень остановился. Кони задорно кружились вокруг него. Спустя продолжительное молчание, Тэхён ответил:       — У меня много дел. Я не могу сходу назначить дату. Готовы ли вы ждать?       — Готова.       — Готовы ли вы внезапно сорваться и отправиться на прогулку, если я сообщу о ней неожиданно?       — Готова.       — Хорошо.       Тэхён упёр руки в бока и, по-прежнему не оборачиваясь на меня, издал несколько коротких присвистываний. Лошади, услышав их, тут же послушно примчались к хозяину, ожидая указаний. Резво запрыгнув на Вихря парень пустил коня по кругу, постепенно набирая скорость. Вересковая Пыль с любопытством следовала за ними.       Я смотрела на их тренировку и чувствовала тоску. Пожертвовать всем ради одного самого важного создания… Разве это не говорит о том, что Тэхён — самый настоящий человек? Возможно, единственный настоящий во всём моём окружении.

***

      Три недели я ходила сама не своя. Казалось, что Тэхён избегает меня. Если я его и видела, то либо тренирующим лошадей, либо уводящим за собой очередного любителя конных прогулок в туманные горы.       Я всё надеялась, что он посетит хоть один вечер в моём поместье. Но увидела его лишь раз на кухне, где служанка передала ему огромную корзину яблок для лошадей. Наши сады славились изобилием, потому отец щедро угощал соседей фруктами. Тэхён с благодарностью принимал дар, а моё сердце ныло от вида его опущенных ресниц и невозможности встретиться с парнем взглядом.       Дни текли отвратительно вяло. Чи каждый день приносила вереницу писем от разных парней и, с моего позволения, перед всеми служанками с удовольствием зачитывала каждое вслух.       — Наша графиня достойна только самого богатого, знатного и изысканного мужчины, — наперебой повторяли девушки, отклоняя очередное неподходящее по их мнению письмо.       Отец устроил ещё несколько дорогих вечеров. Я чувствовала себя тряпичной куклой, которую передают из рук в руки для очередного танца. Мои глаза искали только одно лицо в шумной толпе. Где-нибудь в тени, у самой дальней стенки, сторонящегося всех вокруг… Но именно его никогда не было.       В разгаре очередного праздника я вновь сбежала через ежевичные кусты к соседнему ранчо. На дворе стояла глубокая ночь. Окрестные леса были густо затянуты влажным туманом. Серые тучи неделю назад грузно покрыли собой небо, изредка проливаясь колючим дождём и не сдавая своих позиций и по сей день. Как же это подходило моему настроению…       Гарцующий Вихрь шумно дышал после очередных занятий. Его дыхание в ночном воздухе превращалось в густой пар, окружающий собой стоящего рядом Тэхёна. Парень ласково потрепал коня по загривку и, заметив меня, отпустил подопечного свободно побегать.       — Только не заводи очередную свою светскую беседу. Давай сегодня просто помолчим, — предупредила я подошедшего Тэхёна.       Тот с улыбкой кивнул и, ловко подтянувшись, уселся на вершине деревянного забора. Я тоскливо повисла на перекладине с обратной стороны и уставилась в пустоту.       Гарцующий Вихрь с тихим ржанием носился вокруг. Я прикрыла глаза, стараясь сконцентрироваться на звуках ранчо, а не музыке, льющейся из моего поместья. Ночной туман противно лизнул обнажённые плечи, вынуждая ёжиться от холода. Но, спустя мгновение, меня окутало тепло накинутого пиджака. Тэхён ласково улыбнулся, ненадолго встретившись со мной взглядом, и вернулся на своё место. Я посильнее укуталась в одежду, пахнущую сеном.       — Спасибо.       Тэхён чуть заметно кивнул и посмотрел куда-то вдаль. На балконе второго этажа моего поместья открылась дверь и туда вывалилась шушукающаяся парочка. Я криво усмехнулась, узнав в парне автора одного из самых длинных любовных писем, что читали мои служанки.       — Как же я устала от людей…       Тэхён перевёл взгляд на меня, а потом на балкон, где пара уже слилась в страстном поцелуе.       — Быть может вы устали не от них, а от необходимости вести себя рядом с ними соответствующим образом? Устали от постоянного ношения маски. Устали натужно улыбаться и строить дружелюбный вид.       — Ты прав… Надоело притворяться.       Я осторожно вытянула ладонь в сторону парня и легонько коснулась его руки. Но Тэхён, неловко прочистив горло, отодвинулся от меня чуть подальше.       — Боюсь, что это — ваша пожизненная обязанность.       — Я хочу сама решать, что и как обязана делать.       — Устройство нашего общества непременно будет этому противиться. Любая мышь может уничтожить вашу репутацию и жизнь.       — Может уже дать этим мышам погрызть себя и жить дальше без опаски?       — Как прошедший через подобное, очень не советую вам это пробовать.       Я стянула со своих плеч пиджак и повесила его на забор.       — Быть может, если бы меня кто-то поддержал, мне было бы проще решиться на такой шаг.       Мы встретились взглядами с Тэхёном. Хихикающая парочка ушла вглубь поместья. Вокруг вновь воцарилась относительная тишина, разбавляемая приглушённой музыкой и цокотом копыт.       — Завтра на рассвете, — негромко сказал парень.       — Что? — Сердце невольно забилось.       — Конная прогулка, — ответил Тэхён и отвернулся. — Наденьте подходящую одежду и ждите меня у входа на ранчо.       Спрыгнув с забора парень направился к своему коню, а я с облегчением вернулась домой.

***

      — Разве это подходящая одежда?       — Это моя самая свободная юбка.       — Я имел в виду штаны…       Тэхён прикусил нижнюю губу и одёрнул подол, прикрывая мою обнажившуюся лодыжку. Вересковая Пыль подо мной уже в нетерпении топталась на месте. Поправив упряжь парень лихо вскочил на Гарцующего Вихря. Несколько раз цокнув языком, Тэхён направил лошадей в сторону гор.       Солнце едва начало восходить. Небо по-прежнему было затянуто косматыми тучами, которые, казалось, стали только гуще к этому дню. Просторные луга ещё дремали, укрывшись плотным туманом. Трава едва слышно шелестела под копытами. Лошади шумно дышали, выпуская ноздрями струи пара. Я смотрела в спину парня, едущего впереди меня, и чувствовала лёгкий, щекотливый стыд за свой побег из поместья. Через час Чи войдёт в мою комнату, а обнаружит только записку с упоминанием конной прогулки. Никаких дел, встреч, обсуждений, музыки… Только я и побег от так быстро приевшейся реальности.       Тэхён великолепно продумал маршрут. У него были запланированные остановки на пути, где были заготовлены самодельные скамьи и столы для привалов. Мы пили ледяную воду из горных ручьёв, рыбачили неподалёку от водопада, разводили костёр из отсыревших веток и варили суп из свежепойманной рыбы. Влажный воздух пушил мои волосы, порывы ветра норовили пробраться прямо под одежду, а серые тучи скрывали собой солнце. Но мне было хорошо.       Тэхён почти ничего не говорил, постоянно чем-то занимаясь. Но только здесь, глубоко в лесу он, наконец, начал открыто улыбаться мне и чаще смотреть в глаза.       Помыв после очередного перекуса руки в ледяном ручье, мы начали собираться в обратную дорогу. Уже вечерело, а тучи превратились в невероятно тёмный, густой комок. Лошади стояли в ожидании, изредка пофыркивая и встряхивая ушами. Тэхён внимательно осмотрел небо, что виднелось сквозь бесконечные кроны деревьев, и озабоченно вздохнул.       — Похоже, что времени мало.       — До чего?       — Дождя.       Немного ускорившись, мы оседлали лошадей и поехали на выход из леса.       Я легонько подгоняла Вересковую Пыль прутом и смотрела на деревья. Под тучей свет почти полностью пропал. В густом лесу сумерки наступили раньше времени. Яркая зелень теперь выглядела тяжёлой, маслянистой, тёмно-изумрудной. Первые капли дождя упали на тугие листья. Пыль чуть дёрнула ушами в такт. Мгновение спустя отовсюду раздался шелест капель, пляшущих на растениях. Я покрепче сжала ладонями кожаные поводья. Из моего рта вырвался небольшой клуб пара. Дождь быстро набирал обороты и через пару минут превратился в настоящий ливень.       Тэхён беспокойно обернулся на меня, пытаясь вжаться в свой же пиджак. Я глубоко дышала и щурилась от стекающих по моему лицу капель. От тела Вересковой Пыли исходило тепло. Я легла, обнимая лошадь за шею, и дальше ехала уже так.       Через некоторое время мы выехали из леса. Шуршащая стена ливня полностью закрывала обзор на окружающее пространство. Туман словно напитывался дождём и становился всё гуще. Граница между небом и землёй растворилась в окружающей серости. Тэхён поравнялся со мной и, прикрывая лицо от ливня ладонью, склонился ближе.       — Тут неподалёку есть заброшенное ранчо. Предлагаю укрыться там, — громко сказал он, пытаясь перекрикнуть дождь.       Я съёжилась в комок и активно покивала парню. Гарцующий Вихрь фыркнул и повёл нас в противоположную от дома сторону.       На лугу образовались бесконечные лужицы, что тихо всхлипывали под копытами наших лошадей. Тэхён не увеличивал скорость, чтобы мы не потерялись в мокром тумане, поэтому до заброшенного ранчо наша процессия доехала далеко не сразу.       Стена ливня была столь плотной, что мы с Вересковой Пылью едва не врезались в забор, который был совсем незаметным в бушующей стихии. Тэхён спрыгнул с Вихря прямо в лужу и, взяв под уздцы обеих лошадей, провёл их под ближайший навес.       Хлюпая сапогами по мокрой земле, я помогла парню привязать наших животных к перекладине и натаскала им сена из ближайшего закутка. Моя юбка полностью промокла и противно прилипала к ногам, собирая подолом всю грязь. Убедившись, что лошадям комфортно, Тэхён взял меня под локоть и шустро потащил под другой навес, где когда-то располагалась летняя веранда. Здесь стоял кривоватый, прогнивший деревянный стол и маленькая печка-буржуйка.       Тэхён открыл печь и с удовольствием обнаружил внутри пару старых, обгоревших поленьев. Насобирав мелких веток и пучков сена парень запихал всё в печку. Сунув руку в свой сапог, Тэхён вытащил оттуда сыроватый коробок спичек. Огонь упрямо не хотел разводиться в такой влажности. Парень поднялся, стянул с плеч тяжёлый, промокший пиджак, бросил его на покосившийся стол и вернулся обратно к печи. Наконец, его усердие дало свои плоды. Появился запах тлеющей соломы, а вверх потянулся едва заметный дымок.       Тэхён радостно покряхтел и повернулся ко мне.       — Идём ближе. Согреем тебя немного.       Я поднялась со своего места и подошла к огню. Тэхён помог мне снять отсыревший пиджак и бросил его на стол к своему.       — Сразу видно, что свои конюшни ты теперь чистишь самостоятельно, — улыбнулась я парню.       Тэхён недоумевающе склонил голову, а затем проследил за моим взглядом и заметил, как плотно его влажная, белая рубашка облепила рельефный торс. Смущённо одёрнув одежду парень сел рядом с печью и похлопал ладонью по полу.       — Садись тоже. Так быстрее согреемся.       Мы устроились спина к спине прямо на старых досках. Я облегчённо выдохнула, чувствуя жар сбоку, и окинула взглядом округу. Ливень шелестел и по-прежнему закрывал собой любой обзор. Солнце, очевидно, уже скрылось за горизонтом и вокруг стало по-настоящему темно. Веранда была обнесена плотной оградой, за которую почти не проникал ветер. Пол был полностью покрыт пылью, ветками и сухими листьями.       Я перекинула мокрую копну своих волос подальше от печки, подставляя к теплу шею. Блузка на мне потихоньку начала высыхать с одного конца и отлипать от кожи. По телу пробежали приятные мурашки от этого ощущения. Я покрепче обняла свои колени и прикрыла глаза.       — Прости… — неожиданно произнёс Тэхён. — Ты так долго ждала этой прогулки, а я выбрал худший день для неё.       Я медленно растянулась в улыбке.       — Твоя формальная манера речи, оказывается, легко смывается дождём.       — Вот как… — ухмыльнулся парень. — Что ж, похоже на то.       Печка тихо потрескивала, играясь с дровами. Лошади довольно фыркали, наевшись. Я втянула носом прохладный воздух и чуть вздохнула.       — Всё идеально, Тэ. Тебе не о чем беспокоиться.       — Идеально?.. — неуверенно переспросил парень.       — Да. Видимо, мне нужно было потратить несколько лет на поездки и вечеринки, чтобы понять, что счастливее всего в своей жизни я была в моменты тишины и уединения с тобой.       Тэхён молчал. Не дождавшись ответа, я продолжила:       — Знаешь… Я рада, что мне не придётся сегодня возвращаться в поместье. Я правда предпочту сейчас сидеть тут на грязном полу, в мокрой одежде, чем лежать там на самых мягких перинах под раздражающее воркование служанок. Здесь никому не нужны мои реверансы и учтивость. Я могу быть сама собой. Свободной. И это всё благодаря тебе.       Я развернулась лицом к печке и устроилась щекой на плече парня. Тепло плавно разлилось по всему телу.       — Ты сбежала лишь на день… — задумчиво произнёс Тэхён. — Рано или поздно придётся вернуться.       — Думаешь, я не смогу так всю жизнь?       — Не знаю. Но, если рискнёшь попробовать, назад пути уже может не быть. Не уверен, что оно того стоит.       Я ещё крепче прижалась к тёплой спине.       — Тогда хочу хотя бы просто насладиться моментом, пока он не исчез.       Лошади уснули. Дождь успокаивающе шелестел рядом. Одежда постепенно просохла и стало уютно. Настолько, что меня тоже потянуло в сон. Тэхён заметил это и поднялся, чтобы натаскать в один из углов веранды сена. Без его спины под боком стало ощутимо холоднее. Я съёжилась в комок у печки и терпеливо ждала.       Соорудив мягкое ложе парень позволил мне лечь и укрыл сверху найденной где-то выделанной коровьей шкурой. Нос тут же защекотало от запаха старой кожи. Тэхён доломал покосившийся стол и пару получившихся кривых досок кинул в печку. Наши промокшие пиджаки переместились ближе к огню для сушки. Я наблюдала за парнем и заметила, что его рубашка вновь промокла из-за того, что он бегал под дождём за сеном.       Дождавшись, пока Тэхён закончит свои дела, я приподняла шкуру и поманила парня к себе.       — Идём. Я не прощу себе, если ты простудишься.       Тэхён поправил ладонью свои взлохмаченные волосы и, поколебавшись, всё же принял моё приглашение. Мягкая постель из старого сена пустила к себе ещё одного постояльца. Я укрыла нас обоих и легла головой на грудь парня, крепко обвивая его руками. От чуть влажной рубашки Тэхёна пахло тёплой кобыльей кожей, сухими травами и лёгким дымком. Ни один парфюм в мире не мог сравниться с этим запахом. Я глубоко вдохнула его в свои лёгкие и подняла на парня взгляд. Тэхён лежал, подложив руку под голову, и смотрел на огонь в печке. В его густых волосах запуталось несколько сухих соломинок. Я с улыбкой протянула руку и убрала из прядей всё лишнее. Тэхён перевёл взгляд на меня. Теперь он не прятал свои глаза и выглядел расслабленно. Мне захотелось коснуться его щеки. Что я и сделала. Тэхён по-прежнему был спокоен. Подушечками пальцев я затем провела и по его подбородку. Он всё ждал. Я коснулась пальцами его губ. Парень чуть приоткрыл их в ответ, и я приняла это за приглашение.       Опираясь на локоть, я приподнялась и приблизила своё лицо к Тэхёну. Он не сводил с меня глаз. «Всего на один день…» — витала фраза в моей голове. «Сбежать от всего и насладиться моментом, пока он не исчез.»       На мой поцелуй Тэхён ответил. Столь неспешно и размеренно, будто впереди у нас была целая вечность. По телу пробежали мурашки. На этот раз было непонятно: от холода или ещё чего. Мои пальцы крепко сжали рукав рубашки парня и потянули ниже, обнажая смуглое плечо. Тэхён нахмурился. Ему будто не нравилась его новая, темноватая от работы кожа, но я хотела показать, насколько он мне дорог. А потому с наслаждением пробежалась губами от шеи до плеча парня, попутно развязывая оставшиеся завязки его рубашки. Раздвинув ладонями белую ткань, я покрывала мягкими поцелуями грудь Тэхёна, откровенно демонстрируя, насколько красивым и притягательным его считаю. И это не осталось незамеченным.       Меня увлекли в жадный поцелуй, во время которого мы неловко пытались сбросить с ног свои сапоги. Не разрывая объятий сделать это было непросто, но мы справились. И вот уже на моей блузке расползались завязки. Тёплая ладонь скользила вверх по моему бедру, приподнимая смятую юбку. Шум дождя стал еле слышен за нашим дыханием.       Сено подо мной безвольно промялось, когда Тэхён оказался на мне сверху. Коровья шкура куда-то сползла, когда парень закинул мою лодыжку себе на поясницу. Но холодно нам не было. Кожа почти горела под непрекращающимися поцелуями и страстным дыханием. Ни слова не было произнесено. Но всё было понятно по пальцам, сжимающим кожу. По невольно вырывающимся от очередного движения бёдрами вздохам. По туману в глазах, что сейчас был плотнее уличного. Всё было понятно…       Мы не были друг у друга первыми. Но в тот момент стали единственными. Скромный закуток заброшенного ранчо неожиданно оказался самым прекрасным уголком на планете. Любовь достигла максимума своей концентрации в самом неподходящем для этого месте. Но отсутствие любых мышей поблизости позволяло нам двоим открыто наслаждаться столь вовремя появившейся свободой.

***

      На рассвете мы вернулись домой.       Одежда на нас вновь была сырая, но на этот раз от утренней росы. С деревьев на землю капали остатки ночного ливня. Сонная округа была объята тишиной. Моё лицо было чуть припухшим от недостатка сна, а волосы — спутаны и неряшливы.       У входа на ранчо Тэхён помог мне слезть с Вересковой Пыли. Я устало спрыгнула на землю и подняла довольные глаза на своего спутника.       — Мне было чертовски хорошо с тобой.       — Вам отныне нужно следить за своей речью.       — Ты опять начинаешь? Даже после всего, что было?       Тэхён замялся и ничего не ответил, покосившись мне за спину.       — Госпожа! Вы в порядке? Мы так волновались!       Из моего поместья на звуки цокающих лошадей выскочила Чи и второпях мчалась к нам.       — Скорее пойдёмте домой! Я приготовлю горячую ванну. Или может стоит вызвать лекаря?       Чи тараторила, как заведённая, вызывая у меня растущее раздражение. Тэхён прочистил горло, откланялся и повёл своих лошадей в загон. Я уныло покосилась на него и позволила служанке увести себя в дом. На пороге я последний раз обернулась на парня, но тот даже не удостоил меня взглядом. Под ложечкой засосало отвратительное чувство.       Пока я сидела в горячей воде, Чи осторожно вычёсывала мои волосы и ворчала:       — Ну что за дурень этот Тэхён? Вы хотя бы место для ночлега нашли? Или так и спали под ливнем?       — Что за глупый вопрос? — недовольно отозвалась я. — Конечно же мы нашли укрытие.       — Он был обязан всю ночь дежурить над вами и укрывать от ветра и воды. Идиот! Как можно было устраивать прогулку в таких условиях?       Я устало перевела взгляд в окно. Серые тучи снаружи пролились очередным дождём.       — Каждый может ошибиться.       — Ну уж нет! — замотала головой служанка. — Тэхён две недели уточнял у нашего лесничего, когда пойдёт дождь. Он точно знал, что погода будет плохой. Просто завидует вашему положению, вот и решил навредить. Я всё доложу вашему отцу.       — Подожди… Он уточнял, какая будет погода?       — Именно. Надо его наказать.       Осознание нагло потыкало меня между рёбер. Я резко поднялась из ванной и второпях принялась одеваться. Чи ошарашено смотрела на меня.       — Куда же вы? Я ещё не закончила с вашими волосами!       — Пойду и выскажу всё, что думаю, своему соседу.       — Но там опять пошёл дождь!       Я больше не слушала Чи и мчалась наружу прямиком к ежевичным кустам. Колючие ветки цепляли мои волосы, путая их ещё сильнее. Но я не сводила глаз с соседнего ранчо, где Тэхён под дождём торопливо закрывал стойла. Я неловко перелезла прямо через забор. После вчерашнего ливня земля в загоне превратилась в густое месиво. Мои туфли застряли в нём уже через пять шагов. Чертыхнувшись, я выбралась из влипшей в грязь обуви и, подхватив руками юбку, пошла к парню босиком.       Тэхён шокировано уставился на то, как я приближаюсь к нему, игнорируя дождь и грязь, ползущую вверх по моим ногам и подолу. Дойдя, я злостно выдохнула и отпустила юбку.       — Трус! Как же ты мне надоел!       Тэхён растерянно забегал глазами по сторонам и приоткрыл рот, желая что-то сказать. Но его хватило лишь на нервный выдох. Я сделала шаг ближе, утопая в мягкой, холодной грязи.       — Признайся уже, что я тебе нравлюсь. Мне надоело скрывать свои чувства. Признайся мне, и я всему свету объявлю о своей любви к тебе.       Тэхён закусил губу и поднял глаза на окна моего поместья. Там за стеклом стоял десяток мышей, жаждущих новых сплетен. Тэхён стиснул зубы и расстроенно опустил взгляд.       — Всего одного короткого слова будет достаточно, чтобы дать повод вашему отцу казнить меня.       — Здесь сейчас только я. Скажи мне. Нас никто не услышит. Ведь ты всё спланировал, не так ли? Испытывал меня, проверял. Хотел знать, стану ли я ждать тебя. Пойду ли за тобой, если позовёшь. Буду ли роптать на некомфортные условия. Стану ли тебя обвинять за неудобства. Специально выбрал день, когда будет самый сильный ливень, чтобы получить ответы на свои вопросы. Спланировал всё так, чтобы мы остались вдвоём запертыми в лесу. Потому что хотел узнать, что я к тебе испытываю. Разве я не дала этого понять? И посмотри… Я стою перед тобой босая, в грязи, под дождём. И готова так стоять пока ты не дашь мне свой ответ. — Я смахнула двумя ладонями капли с лица. — Я люблю тебя, Тэ. И нашу поездку считаю самой прекрасной из всех, что у меня были. Не жалею ни о минуте совместного времени. И очень хочу услышать то же и от тебя.       Тэхён скривился и сделал шаг ближе ко мне. В его глазах были беспокойство и паника одновременно. Парень морщился, хмурился и постоянно оглядывался, в поисках подслушивающих. Я закатила глаза.       — Боже… Ты настолько переживаешь, что можешь открыто говорить только в глухом лесу?       Тэхён лишь виновато опустил голову. Дождь скользил по его волосам, путая пряди. Я выдохнула.       — Ладно… Пусть будут твои любимые иносказания. Ответь на мой вопрос, подтверди догадки, и я всё пойму. — Я взяла парня за руку. — Тэ… Ты знал, что во время прогулки нас настигнет ливень в лесу?       Парень сделал медленный вдох и ещё более медленный выдох. Не поднимая головы, он исподлобья посмотрел мне прямо в глаза.       — Да, — тихо, но уверенно прозвучал ответ.       Всего одно короткое слово… Но в нём было больше смысла, чем во всех письмах, что читали мои служанки. Больше надежды и обещаний. В одном коротком слове звучали дерзость и вызов судьбе. Обещание свободы и преданности. В одном коротком слове пряталось самое пылкое признание.       Я впивалась поцелуем в Тэ на радость всем любителям сплетен. Возможно, дождь, щедро поливающий нас сверху, был самой меньшей проблемой, с которой нам предстояло столкнуться. Но я была уверена, что со всем справлюсь. Ведь рядом со мной был он. Мой мужчина. И вместе с ним нам всё по плечу.