Маскарад

— Люциус, зачем я тебе там? Мне и здесь вполне неплохо… Северус тяжело вздохнул, бросил в котел истертый корень златоцветника, помешал зелье по часовой стрелке ровно три раза и внимательно пригляделся к изменениям. Состав громко булькнул и поменял цвет — едва заметно, лишь немного посветлел, но от пристального взгляда черных глаз это не укрылось. Все было так, как должно. — Ты не вылезаешь из лаборатории уже две недели. Еще немного, и забудешь, как выглядит мир. — И меня это вполне устраивает, — поморщился Северус. Ему совершенно не хотелось никуда идти. И уж тем более не хотелось присоединяться к дурацкому маскараду. Совершенно бесполезное времяпрепровождение. — Тебе просто хочется позабавиться за мой счет. А у меня заказ! — Брось, я лишь забочусь о тебе, как друг. — А мы друзья? — уточнил Северус с сомнением. — Обижаешь. — Люциус вдруг тонко улыбнулся. — Конечно, мы друзья. И потому я считаю своим долгом спасти тебя из плена всех этих ядовитых и опасных для жизни испарений хотя бы на один день. И ради этого я даже готов напомнить о проигранном тобой споре. Ты должен мне желание. — Что ты задумал? — Северус наконец отвернулся от котла и глянул на товарища с подозрением. Люциус в ответ изобразил святую невинность. — Если я не успею сварить все зелья, которые заказал Господин, то… мне точно не поздоровится. Ты и сам знаешь! — Не переживай, он не потребует от тебя составы в день маскарада. — Отчего ты так в этом уверен? — Он принял приглашение и присоединится к празднованию. Кроме того, я более чем уверен, что ты уже подготовил все зелья для его заказа. Ведь так? — уточнил Люциус. Северус недовольно поджал тонкие губы, что было очевидным ответом. — Значит, тебе вовсе не о чем переживать. — И ты действительно готов потратить свое желание на то, чтобы я тоже присоединился к празднику? Это ведь полная глупость! Ты мог попросить у меня… все что угодно! Любое зелье, любую услугу… — Вот я и прошу от тебя услугу. Вот мое желание. Ты придешь на маскарад и не сбежишь раньше, чем я тебе разрешу. Кроме того, ты попытаешься расслабиться и получить от этого мероприятия удовольствие. — Какое может быть удовольствие, если я не хочу там находиться?! — разозлился Северус. Шумные сборища с непонятной целью никогда его не привлекали. Он не понимал смысла всех этих балов, маскарадов и просто торжественных ужинов, когда каждый гость пытается похвастаться своим нарядом, показать, какой он богатый и красивый, но на самом деле ничего стоящего из себя не представляет. — Это меня не волнует. Костюм я тебе подберу сам. И ты наденешь его. — Что… — Северус покраснел от злости и сжал кулаки. Кажется, теперь он все понял. Люциус действительно решил над ним просто посмеяться. Наверняка уже подготовил для него что-то совсем несуразное. — И это тоже часть моего желания. Ты пойдешь на маскарад в том образе, который я для тебя придумаю. — Признайся, для чего тебе это! — не выдержал Северус. — Раз уж ты используешь желание и не оставляешь мне выбора, то хотя бы будь честен! — Я заключил пари с Розье и Мальсибером, — спокойно ответил Люциус. Кажется, он и не собирался скрывать свои мотивы до конца. — Если они не узнают тебя до конца бала, то будут мне должны. По условиям нашего с ними договора я могу лишь преобразить тебя, но… я думаю, что ты подыграешь мне. — С чего бы? Я просто буду сидеть в темном углу и прожигать тебя гневным взглядом. Вот уж точно они в этом случае быстро меня узнают! И ты не победишь… — В твоих же интересах сделать все, чтобы я одержал верх в этом споре, — твердо припечатал Люциус. Он неожиданно шагнул вперед, подцепил пальцами острый подбородок товарища и заставил его запрокинуть голову, а после ожесточенной немой битвы взглядов властно продолжил: — Я знаю, ты давно мечтаешь кое о чем, что есть у Мальсибера. Я знаю, ты спишь и видишь, как однажды он подарит так тебе нужный артефакт. Ты ведь помешан на зельях, Северус, а с ним тебе станут доступны такие составы, о которых простой замухрышка может только мечтать. Но твоим мечтам не дано сбыться без моей помощи. — Думаешь, я поверю, что ты отдашь мне это, если победишь? — Мальсибер мне не интересен. Розье — другое дело. Его голос в министерстве для меня жизненно необходим в ближайшее время. Поможешь мне, сыграешь роль и получишь то, что хочешь. Тебе решать. — Люциус отпустил его, отошел и потер запястье, кривя губы. — Вы заключили магическое пари, — заметил Северус, ничего не упустив из внимания. — Чем не доказательство моей честности перед тобой, — холодно подтвердил Люциус, показывая отмеченную магией руку. — Эти два идиота не озаботились тем, чтобы я молчал о заключенном пари. Однако… — Я понял, ты не можешь принудить меня притворяться. — И магию использовать в образе не могу. Даже твоими руками. Думаю, ко всему прочему, они не сильно рассчитывают на твои актерские данные. Но я убежден в обратном. Стоит тебе только захотеть… — Меня настораживает твоя слепая вера. Розье и Мальсибер правы. Актер из меня весьма слабый. Но… — Северус вдруг замялся. Предложение, изначально казавшееся исключительно подозрительным и неприятным, теперь сменило вектор. Теперь оно было более чем заманчивым. Северус действительно мечтал заполучить в свое пользование одну интересную вещицу. Стабилизатор магии был очень дорогим удовольствием, немыслимо дорогим, но необходимым, если он хотел создавать по-настоящему редкие и сложные составы, о которых сейчас мог лишь читать. Без этого артефакта было просто невозможно остановить нежелательную реакцию некоторых ингредиентов друг с другом. Но эти зелья манили к себе! Они были вызовом его возможностям. А у Мальсибера действительно был стабилизатор, которым тот не желал делиться просто так даже на один день. — Ладно… — наконец согласился Северус, внутренне разрываясь между своей мечтой и явным нежеланием принимать на себя чужую роль. — Славно, — улыбнулся Люциус, как показалось, весьма облегченно, — тогда жду тебя в субботу в десять утра. — Так рано? — Надо же тебя переодеть и дать время, чтобы привыкнуть к роли.

* * *

Честно говоря, Северус пытался предугадать, какой образ подготовит ему Люциус. Он думал об этом на протяжении долгих трех дней, но все, что приходило ему на ум, оказалось совсем не похожим на реальность. Когда Северус впервые увидел свой наряд, то впал в ступор. Первым делом он побледнел так, что Люциус едва не забил тревогу, а затем и побагровел от злости. Вскинул гневный взгляд на товарища — который, впрочем, таковым уже не казался — и выплюнул с презрением: — Я это ни за что не надену! — Это всего лишь образ, Северус, — попытался мягко отстоять свой выбор Люциус. — Ты помнишь? Никто не должен тебя узнать. Это самый лучший вариант. — Самый лучший?! — негодующе воскликнул Северус. — Это бабский наряд! — Бабский, — Люциус скривился, — как грубо! Это одежда истинной леди. Только притронься к этой ткани… Она не оставит тебя равнодушным. — Ни за что! — Это часть моего желания, — напомнил Люциус. — Даже если ты не станешь подыгрывать мне, надеть это и выйти в бальный зал тебе все равно придется. — Северус зло сжал кулаки. — И не смотри на меня так. Я не изменю свой выбор. Более чем убежден, что именно это поможет нам одержать победу. — Люциус, ты просто надо мной издеваешься… — Отнюдь, я работаю на благо нас обоих. Мне нужно кое-что от Розье. Тебе — от Мальсибера. Чем дальше будет твой образ от того, к чему мы привыкли, тем больше шансов заполучить желаемое. Не сомневаюсь, они не ожидают подобного и начнут искать тебя среди мужчин. — Я не хочу. Пожалуйста, Люциус, придумай другой костюм! Но не это… — Северус с отвращением поглядел на длинное атласное платье, парящее в метре от пола, стараясь не рассматривать все то, что составляло к нему комплект. — У нас нет времени выдумывать что-то еще. — Но до начала праздника еще шесть часов, — нахмурился Северус. Люциус тяжело вздохнул, явно раздраженный его бессмысленным сопротивлением. Конечно, они оба понимали, что выбора не было. Северус был связан по рукам и ногам проигранным желанием. Разве что играть роль он был не обязан. Но быть собой в таком наряде не хотелось вдвойне. — Давай закончим этот бесполезный спор, — протянул Люциус в своей излюбленной манере. — Чем раньше подготовим тебя, тем быстрее ты привыкнешь. — Но… — Северус, — настойчиво оборвал его Люциус, — ты зря тянешь время. Раздевайся. Северус в очередной раз прожег его гневным взглядом, нервно вцепился в пуговицы на своем сюртуке и шумно сглотнул. Сердце отчего-то зачастило, а к щекам прилила кровь. Он считал это унизительным! Однако Люциус смотрел в ответ спокойно, ничуть не кривя губы в насмешке, никак не намекая на шутку. Это чуточку примиряло с действительностью. И все же… — Долго будем стоять? — поинтересовался Люциус, поторапливая его. — Отвернись хотя бы, — попросил Северус, мысленно ненавидя себя за этот ужасно жалобный тон. — Нет, — жестко отрезал Люциус. — Что я, по-твоему, не видел голых мужиков? Вряд ли ты меня удивишь. Давай же, Северус, нам предстоит много работы. — Много? — удивился тот, нервно расстегивая первую пуговку. — Конечно. Ты едва ли похож на девушку. С трудом переборов самого себя, свою гордость и свои принципы, Северус все же скинул сюртук. За ним в сторону были отложены ботинки, носки и брюки. На рубашке он вновь немного помедлил. Раздеваться перед кем бы то ни было Северус совсем не привык. Он прекрасно знал, как выглядит. Понимал, что ему никогда не выиграть конкурс красоты. Тощий, несуразный, болезненно бледный… — разве могло это хоть кому-то понравиться? И все же рубашку он снял. — Трусы тоже. — А их зачем? — вскинулся Северус, неловко переступая босыми ногами. Несмотря на знойный летний денек, его пробрала дрожь. — Затем, что они тебе не понадобятся. Да и в ванну принято лезть без белья. Жду тебя, — с этими словами, на короткий миг сжалившись над парнем, Люциус отвернулся и скрылся за дверью, откуда доносилось журчание воды. Северус прикрыл глаза, сделал глубокий вдох, затем медленно выдохнул, решаясь, и снял трусы. Отбросив их в сторону всех прочих своих вещей, проводил полет тоскливым взглядом, прикрыл пах ладонями и бочком протиснулся в приоткрытую дверь. Люциус мазнул по нему оценивающим взглядом, но на его лице вновь не было замечено никакой насмешки. Это успокаивало… — Кое-что проверю, — сказал Люциус и внезапно вынул из крепления волшебную палочку. — Ты что! Нельзя же колдовать… — Северус попятился и уперся спиной в прохладное дерево. — Да, для образа нельзя. А я лишь хочу помочь лично тебе, — невозмутимо заметил Люциус, прислушался к магической ленте договора и кивнул каким-то своим мыслям. — Да, это не должно считаться, — довольно улыбнулся он и взмахнул палочкой, произнося заклинание. Северус вздрогнул от неожиданности, едва сдержав позорный крик. По его телу прошла жгучая, неприятная волна. Кожу повсеместно защипало, даже… Даже в паху! Нервно выдохнув, он резко опустил взгляд, опасаясь убирать руки, но и без того уже все было понятно, когда он не заметил привычной полоски темных волосков, что раньше спускалась от пупка к лобку. Злость вновь сместила всякое смущение. — Зачем?! — Для правдоподобности, ну-ка… — Люциус шагнул к нему и коснулся бледного бедра. — Гладкая… — Руки убери! — прорычал Северус и попытался отстраниться, но деваться было просто некуда. — И какая может быть правдоподобность в паху! Понимаю руки и ноги, но… — В противном случае договор не дал бы нам использовать заклинание. Или ты собирался бриться вручную? — Северус скрипнул зубами, но промолчал. — А раз не собирался, то остынь и залазь в ванну. — Уж помыться я и без тебя могу! — Если бы мог, не ходил бы с вечно немытой головой. Давай же, не трать время. — Когда все это закончится, я тебя отравлю, — мрачно пообещал Северус, но в ванну все же залез. Сел, обнял себя за колени, подтягивая ноги к груди, и зажмурился, когда Люциус вылил сверху ведро теплой воды. Откуда он взял ведро, Северус посмотреть не успел. — Ну что ты делаешь! — отплевываясь, воскликнул он. — То, что необходимо. На, — Люциус бросил ему мочалку, а сам взялся за шампунь и обильно выдавил в ладонь прозрачное средство с приятным лавандовым ароматом. Северус поморщился. — Скоро к нам присоединится Нарцисса. Если не хочешь предстать перед ней так, то… — Что? Нарцисса тоже будет… — Она поможет тебя заплести и устранит неточности в образе. — Как же я тебя ненавижу сейчас, ты бы знал! — Я предполагаю. Северус зло взялся за мочалку, намылил ее и принялся остервенело тереть кожу, лишь бы отвлечься от прикосновений к голове. Люциус действовал удивительно мягко, массировал, растирал, осторожно перебирая пряди, поливал водой и вновь добавлял ароматный шампунь, вымывая всю грязь. — Все. Я уже скоро скрипеть от чистоты начну. Может, хватит? — Да, думаю, достаточно, — согласился с ним Люциус, разрешил подняться и протянул большое махровое полотенце. — Вытирайся и выходи. Северус перешагнул через высокий бортик, быстро обтерся, выжал волосы и замотался в полотенце, словно в последнее спасение, ловя собственный взгляд в зеркале. Горько скривил губы и поспешно отвернулся. Урод, как есть. А теперь еще и урод без волос на теле! Как… Как баба… Зло выдохнув сквозь плотно стиснутые зубы, Северус зашагал обратно в комнату, лишь бы оказаться подальше от зеркала, в котором он просто не способен увидеть ничего хоть немного красивого. — Сюда, — Люциус указал на кровать. — Первым делом белье. Надевай. — Что это? — Северус мрачно глянул на микроскопический треугольничек плотной ткани с рядом непонятных веревок. — Трусы. — Это трусы… — Северус брезгливо поднял стринги на вытянутой руке. — Как только у тебя язык поворачивается называть это трусами! Почему нельзя оставить мои? Их же никто не увидит. — Увидят. Под платьем все видно. — О, замечательно! — воскликнул Северус и выразительно опустил взгляд туда, где скрывалось за полотенцем самое ценное. — А как ты тогда собираешься его прикрыть? — Как раз этими трусиками и поясом. Не так уж и много прятать, будем честны, — насмешливо добавил Люциус. Северус возмущенно вспыхнул. — Ладно, успокойся. Надевай, и все на этом. Я не просто так подбирал все эти вещи. Маскировка более чем хорошая. Главное — верные акценты. — Знаешь что, если хочешь, чтобы я тебе помог, требую добавить кое-что к нашему договору. Помимо Мальсибера… — И что же? — Взгляд Люциуса похолодел. — На следующем собрании ты похвалишь меня перед Милордом. Ты умеешь, когда надо. — И всего-то? Допустим. Но тогда и спорить прекращай. Северус вздохнул, но кивнул. Натянув непонятное нечто, зачем-то возведенное в статус настоящего нижнего белья, он неловко поправил все веревочки — одна тут же неприятно врезалась между ягодиц, а другая явно вознамерилась оставить его без яиц — но укрыть жалким кусочком ткани весь член не удалось. Впрочем, Люциуса, кажется, это вовсе не смущало. — Это жутко неудобно… — Не знаю, никогда такое не носил. — Люциус подтянул боковые веревочки и протянул ему следующий элемент. Кружевной пояс придавил все, что не влезло в трусы. — Так, теперь чулки. Давай скорее. Только не порви. — Уж разберусь! Северус подхватил чулки — самые простые, почти прозрачные, но… его сильно смущали широкие кружевные резинки. Впрочем, после этих трусов спорить и правда было уже как-то излишне… Он осторожно подобрал носок, приставил его к пальцам и принялся поднимать. Скольжение шелка по коже внезапно показалось чем-то приятным. Северус с ужасом прикипел взглядом к собственным рукам, осторожно расправляющим ткань, и тяжело сглотнул. — Чего замер? Второй надевай, — поторопил Люциус. Северус вздрогнул, поспешно кивнул и, не поднимая голову, принялся за второй чулок. — Прекрасно, теперь это. — Что это? — Бюстгальтер. — Но у меня нет груди. — Твоя грудь здесь. — Люциус показал ему вкладыши. — Магглы, оказывается, те еще затейники. Подойди, я застегну. Он без бретелек, но мне обещали, что держаться будет крепко. — Люциус ловко зацепил все петельки и обошел красного теперь уже от смущения Северуса по кругу, придирчиво разглядывая. — Вроде неплохо. Теперь платье. Платье пришлось надевать в четыре руки. Северус сначала запутался в длинной юбке, разрезанной по одной стороне, затем в вороте, но в итоге все удалось. Правда, отсутствие рукавов заставляло неуютно поводить голыми плечами. Северус всегда старался максимально закрыться тканью, чтобы оставить на свету разве что кисти, а тут… Все было совсем не так. Изумрудная атласная ткань будто светилась, бросая на бледную кожу рук причудливые тени. — Сидит просто идеально, — с легкой улыбкой выдал свой вердикт Люциус. Северус был с ним не согласен, хотя и не видел себя со стороны. — Ты был рожден для этого платья. — Очень смешно! — Я не шучу. Северус, ты скрываешь от мира весьма неплохую фигуру. — С фальшивой грудью, — заметил Северус, скривившись. — И только, — хмыкнул Люциус. — Но это еще не все. — Не все? Сколько еще можно… Люциус твердо встретил его взгляд, недовольно цокнул языком и прошел к шкафу, откуда достал еще три коробки. Подхватив верхнюю, он отбросил в сторону крышку, заглянул внутрь и поднял… корсет. Заметив странный блеск в серых глазах, Северус невольно напрягся. Корсета он не ждал! И все показалось каким-то уж слишком вульгарным… — А это еще зачем? Разве просто платья недостаточно? — Акценты, Северус, — в привычной манере растягивая слова, пояснил Люциус. — Нам нужны акценты. Чтобы ни у кого не возникло ненужных, — он выразительно глянул в район его паха, — подозрений. Даже цвет твой любимый… Чернее черного. После недолгого сражения взглядов Северус сдался. Он подошел ближе, развернулся и позволил Люциусу облачить себя в очередной кусок кружевной ткани. Каркас не был слишком плотным, он вполне поддавался физическому воздействию, а потому прилип к нему, точно влитой. И оставалось лишь затянуть шнурки. — Зачем так туго! — Северус выпрямился, невольно выдыхая. Люциус совсем не жалел сил. — Расслабь… — Дышишь же. Если расслаблю, ты снова сгорбишься. Это выглядит совсем не элегантно. — И что! Ты мне так ребра сломаешь. — Брось, от корсета еще никто не умирал. — А ты ведешь статистику? Насколько у тебя достоверные данные? — Успокойся. Я не так уж и сильно затянул. Подвигайся, попробуй. — Ладно, — вынужденно согласился Северус, опробовав сей предмет экзекуции. Корсет заставлял его держать спину ровно, но действительно не стеснял движений. При желании он мог даже наклониться. — Но это… Это уже совсем край. — Не ной. — Люциус открыл следующую коробку и показал ему черные туфли. На каблуке. На высоком каблуке! — Не смотри так. Всего шесть сантиметров. К тому же, это толстый каблук. Не упадешь. Давай примерим. — С этими словами он опустился перед Северусом на одно колено. — Можешь придерживаться за меня. — Это все какой-то абсурд… — прошептал Северус, схватился за твердое плечо, поправляя тянущийся от ворота кусок ткани, который, как ему казалось, был там совершенно лишним. Выставил из разреза платья левую ногу. — Если у меня не получится на этом ходить, то сразу же привлеку к себе ненужное внимание. — Все получится. — Уверенности Люциуса можно было только позавидовать. Он застегнул застежку на левой ноге, затем помог с правой. Поднялся и выпрямился. — Стоишь — уже полдела. Пройдись. Северус недовольно скривился, но сделал первый шаг. Сначала неуверенно, неловко покачиваясь, но с каждым новым шагом он словно бы обретал неведомую силу. Северус прошел круг по комнате, икры слегка привыкли к необычной для них нагрузке, и стало полегче. Еще через круг он, кажется, совсем приноровился. Было немного странно, но интересно ощущать себя… Северус резко замер и качнул головой, отгоняя дурные мысли. Уже во второй раз за сегодня он думал о чем-то совершенно немыслимом. Словно ему доставляло странное удовольствие чувствовать себя не собой. А может, так просто было проще смириться с навязанной ему ролью? Ну, конечно же! Это просто защитная реакция… Никак иначе. — Ну, вроде все не так плохо, — недовольно кривя губы, согласился Северус. — Надеюсь, это все аксессуары? — Ни в коем случае. — Люциус выразительно глянул на третью коробку. Открыл крышку. — Перчатки тонкие, к ним быстро привыкнешь, и маска, — принялся перечислять он, демонстрируя черные перчатки и изумрудную маскарадную маску с узкими прорезями для глаз и расходящимися от них изящными черными линиями. Последней он достал длинную меховую штуковину, название которой Северус не знал. — Боа из меха черного песца. Мне кажется, это идеально дополнит образ. — Это еще что за бесполезная фигня? — Эта фигня, как ты выразился — еще один способ сделать нужный акцент. Надень перчатки. И вот… — Люциус накинул боа на хрупкие плечи, пустил его по тонким рукам, выпустил на сгибах локтей, затем щелкнул пальцами, и в комнате появилось большое зеркало. — Идеально. Остается мелочь. Северус взглянул на свое отражение. Он начал с ног. Длинная изумрудная юбка, приятно переливающаяся в мягком свете. Разрез, из которого так откровенно и вместе с тем заманчиво неявно выглядывала стройная нога. Кружево плотной резинки. Северус прикусил нижнюю губу, не веря, что смотрит на самого себя, и медленно повел взгляд выше, к корсету. Удивительно, но тут же появилась изящная талия, а бедра вдруг стали казаться круглее. И грудь… Конечно, ничего настоящего в ней не было, но под платьем это совсем не угадывалось! Северус не верил. Искренне не верил, что смотрит на самого себя, пока не глянул на лицо. Конечно, здесь все преображения и заканчивались. Северус зло встретил собственный взгляд в отражении и скривился, чувствуя жгучее отвращение. Как тонкая маска сможет скрыть подобное уродство, он не представлял. Возможно, она и прикроет синяки под глазами, да только некрасиво оттопырится на большущем носу и уж точно не сделает ничего с тонкими, бескровными губами и кривым подбородком. — Развлекаетесь? Северус вздрогнул и резко отвернулся от зеркала. Под мягким взглядом Нарциссы он покраснел, неловко качнулся, позабыв, что стоит на каблуках. Икры тут же заныли, хотя еще пару минут назад ему казалось, что он ко всему привык. А дурацкая меховая штуковина решительно начала побег с его рук. Пришлось ловить. — Как элегантно, — с улыбкой протянула Нарцисса, оглядывая его с неприкрытым интересом. Северус совсем зарделся. — Тебе очень идет! И надо же с такой фигурой вечно кутаться в эти твои черные несуразные тряпки. — Они не несуразные! — возмутился Северус в защиту своего мрачного образа. — О, оставь ложь для кого-нибудь другого, дорогой мой. — Нарцисса легко пролетела по комнате, закружила вокруг него. И вот Северус уже оказался на кровати. Он и сам не успел понять, когда вдруг аккуратно опустился на ее край. — А волосы-то, оказывается, вовсе не жидкие. — Сотворишь с ними чудо? — поинтересовался Люциус. — Конечно! Сначала соберем прическу, затем немного макияжа и напоследок займемся ногтями! Его в жизни никто не узнает. — Макияж ладно… Но ногти-то вас чем не устраивают? — хмуро спросил Северус. — Неухоженные. Я себе такого не позволяю, — твердо припечатала Нарцисса. — Сиди ровно, не дергайся, — приказала она и невесть откуда достала целый набор разномастных расчесок, заколок, резинок и каких-то средств для ухода. Если Северус думал, что самый большой ужас — это облачиться в платье, то он глубоко заблуждался. Ужасом было сидеть смирно, пока с тобой творят сущие непотребства! С волосами они провозились не меньше часа. Сначала Нарцисса долго их расчесывала, потом примеряла, как быть с пробором. Затем плела косы, расплетала, сплетала по новой, дергала его во все стороны, пока наконец не определилась. Добавив для большего объема и длины ворох дополнительных прядей, она все же сплела косу ото лба, переходящую в высокий хвост, не забыла выпустить длинную челку и закрепила все это лаком. После всех расчесок в ход пошла косметика. Нарцисса ловко орудовала всякими склянками, кисточками, карандашами. Северус старался не думать об этом. О том, что делают с его лицом. Да и какая разница — лучше все равно не станет. Поэтому можно было просто позволить ей делать все, что заблагорассудится. Все равно было и на ногти, которые теперь стали чуть ровнее и приобрели тот же оттенок зеленого, что и у платья. — Ох! — вдруг спохватилась Нарцисса, уже протягивая ему маску. — Что? — не на шутку испугался Северус. — У тебя не проколоты уши. — Ну, да… Я же парень. О, — настороженно продолжил он, — только не говори, что собираешься… Нет! Я на это не подписывался! — Не волнуйся, прокалывать не стану. Я принесу клипсы. — Думаешь, они будут хорошо смотреться? — заволновался отчего-то Люциус. — За это можешь не переживать, дорогой, — успокоила его Нарцисса, после чего потянула Северуса за собой обратно к зеркалу. — Так постой. Добби! Принеси мою любимую шкатулку. — Вот, хозяйка, — эльф выполнил приказ молниеносно, протянул ей шкатулку и замер, кажется, на что-то надеясь. На похвалу? Или хоть капельку благодарности? Но Нарцисса даже и не взглянула в его сторону. Увлеченная своей идеей, она сразу же принялась разбирать свои драгоценности. — Я их всего один раз надевала. Это было очень давно, никто и не вспомнит. Повернись ко мне, — приказала она. Северус, стараясь не смотреть в зеркало, повернул голову. — Вот! Просто прелесть, — восхитилась Нарцисса. — Взгляни на себя! — Да ну… что я там не видел, — буркнул Северус в ответ, поправил маску и все-таки не удержался. Конечно же, он взглянул на свое отражение только лишь для того, чтобы вновь убедиться, что ничто не изменит его уродства. Он ведь хорошо знал, чего стоит! В красоте он уступал абсолютно всем. Вот и сейчас… Северус повел взгляд от пола по длинному разрезу с манящей полоской светлой кожи к плотной резинке, над которой начиналось изящное кружево. Затем выше, к тонкой талии, обернутой в черный корсет, к груди, к ключицам, к длинной шее и, наконец, остановился на лице незнакомки. Легкий румянец добавлял живости картинке, губы вовсе не были тонкими и серыми, они смотрелись объемнее, а красная помада очень им шла, не выглядя чем-то вульгарным. Нос тоже перестал казаться огромным, вполне органично прикрытый керамикой. А в прорезях маски виднелись подведенные глаза, обрамленные длинными ресницами… — Знаю, — негромко добавила Нарцисса. — Последний штрих. Это колье очень тебе пойдет… — Идеально, — подтвердил Люциус в который уже раз. — Розье с Мальсибером ни за что тебя не узнают. — Да, — хрипло выдохнул Северус и встрепенулся, отводя смущенный взгляд от собственного отражения. — Но голос! Если я заговорю, то все сразу же раскроется… — Северус, красивой девушке вовсе не нужны слова, чтобы донести свои желания. Практикуй язык тела. — Кстати об этом, — Нарцисса улыбнулась, — уже пора заняться уроками танцев. У нас осталось всего два часа. Северус, расправь плечи и не стой, как парень. Расслабься. Твои движения должны быть мягкими, кошачьими…

* * *

Северус устал еще до того, как было объявлено начало бала. Нарцисса и Люциус требовали от него невозможного! Они… Они! Они хотели, чтобы он перестал быть собой. И вроде бы получилось немного расслабиться, пока два его личных демона кружили вокруг, но стоило прозвучать приказу идти к бальному залу, как внутри все скрутило от волнения и страха. Что, если его все же кто-то узнает? Засмеют! Точно… — Люциус! — Северус нервно схватил его за руку, прежде чем выйти за дверь. — Скажи, как долго мне надо… ну, притворяться? — Пока вечер не подойдет к концу. Не волнуйся, никто тебя не узнает. Тебе надо просто расслабиться. Выпей шампанского и иди в центр, кто-нибудь наверняка пригласит тебя на танец… — Ну а серьезно, — хмуро уточнил Северус, — как мне понять, что уже все, конец? — Наш спор истекает ровно в тот момент, когда будут объявлены король и королева маскарада. После того как победителей вызовут на сцену, можно больше не притворяться и спокойно покинуть зал. — Хорошо, — согласно кивнул Северус, в душе надеясь, что с объявлением победителей тянуть не станут. — Северус, только никаких темных углов… Ты должен быть частью праздника. Сияй, как не позволял себе раньше. — Да понял я, — скривился он в ответ. Северус прикрыл на мгновение глаза, сделал глубокий вдох, насколько позволял корсет, медленно выдохнул и, воспользовавшись разрешением хозяина поместья, переместился к воротам, чтобы прошествовать к месту проведения торжества подобно всем гостям. Надо заметить, что он очутился перед массивным гербом Малфоев одновременно с еще несколькими людьми. Им, кажется, очень повезло не оказаться друг у друга на головах. — Осторожно! — Полноватый мужчина в парадной золотой мантии и такой же маске придержал его под спину, когда Северус неловко покачнулся из-за неудачного приземления. Прыгать на каблуках он не практиковался! — Вы одна? Позвольте вас проводить… — Незнакомец улыбнулся, в прорезях его маски сверкнула порочная искорка. — У… — Северус едва не послал его вслух. Он уже и рот открыл! Но вовремя остановил себя и только качнул головой, ловко выскальзывая из неприятных объятий. Мужик было шагнул за ним следом, однако был вынужден остановиться на расстоянии изящно выкинутой в его сторону руки. Намек был понят. — Что же, буду рад встретиться с вами еще раз. — Мужчина припал в коротком поцелуе к затянутой в перчатку кисти. — Танцев будет много. Последнее прозвучало подобно угрозе. Для Северуса уж точно! Поэтому он смерил нахала презрительным взглядом, скривил губы в неудовольствии, как делал это всегда, и резко развернулся на каблуках. Равновесие удержать удалось удивительно легко. Длинный хвост ударил мужчину по лицу, раздался восхищенный вздох, и Северус едва удержал себя, чтобы не обернуться. Припомнив уроки Нарциссы, он направился по мощенной плоским камнем подъездной дорожке в сторону поместья, покачивая бедрами и то и дело поправляя боа, так и норовящее от него сбежать. Северус шел вперед, стараясь держаться ровно, следил за плечами, за боа, за своим шагом, а восхищенный вздох все никак не выходил из головы. Кто-то действительно восхитился им? Или просто разыгралось воображение? Нет, конечно, Северусу и самому, что уж отрицать, понравилось свое отражение — отражение стройной незнакомки — но… Это ведь все еще был он! И вряд ли кто-то мог купиться на эту фальшивую картинку. Не так ли? Честно говоря, Северус очень сомневался в словах Люциуса, что найдутся желающие пригласить его на танец. Но не прошло и пары минут, как эти слова оправдались уже во второй раз. — Глянь, какая… — тихий шепот вдруг достиг его слуха. Северус остановился и глянул в ту сторону. Двое высоких мужчин стояли в тени пышного куста. Кажется, они растерялись, поняв, что их услышали. — Миледи, — тут же поклонились, подобравшись. Тот, что был чуть пониже, поспешил вперед. — Вы здесь одна? — уточнил он с придыханием. А Северус с удивлением понял, что в его взгляде горело… восхищение. Такое неприкрытое, обжигающее. И от этого вдруг стало как-то неуютно, но… в глубине души, в самом дальнем ее уголке, Северусу, кажется, это понравилось. — Могу я предложить свою компанию? Северус неловко повел плечом, открыл было рот, но тут же закрыл его и сделал неуверенный шаг назад, будто в чем-то сомневался. Конечно же, он не хотел никакой компании! Будь его воля — он тут же нашел бы какой-нибудь далекий темный угол, засел бы там и выжидал до конца маскарада в одиночестве. Но в глазах напротив горело столько ярких эмоций, и в них не было ни капли чего-то подлого, гадкого или презрительного, чем обычно наполнялись глаза смотрящих на него людей. И это влекло. Точнее… Все дело было, конечно же, вовсе не в этом. Все дело в желании Люциуса и новом образе! Северус просто еще не привык, вот и растерялся. Но чем не повод прочувствовать эту роль? Ему нужно перестать быть собой. И сейчас, когда он совсем не похож на себя снаружи, можно представить… Всего на каких-то жалких пару часов представить, что… Северус нервно вздрогнул. Мысль была до того неправильной, что он даже не мог нормально ее сформулировать. — Что, не нравлюсь? — взволнованно спросил мужчина. Северус поспешно качнул головой. Он действительно не видел в этом человеке ничего отталкивающего. Просто сама ситуация была такой противоречивой. Неправильной… — Тогда… скажешь что-нибудь? Северус вновь припомнил все, что говорила ему Нарцисса. Метнув в ухажера хитрый взгляд, он слегка улыбнулся, элегантно поправил боа и направился к поместью. Прошел немного и невзначай обернулся, словно бы приглашая присоединиться к себе. Мужчина в ответ прокашлялся и поспешил его нагнать. Галантно предложил свой локоть. Сердце гулко забухало в груди. Северус давно так не волновался. Но такое безропотное подчинение со стороны явно высокопоставленного — других на маскараде Люциуса просто не могло быть — и богатого волшебника неожиданно придало ему странную уверенность. А еще Северус внезапно почувствовал азарт. Да-да, азарт! Ему стало интересно, как далеко можно зайти, скрываясь под маской этой девушки. Девушки, уверенной в том, что ей подвластны все мужчины. Северус не слушал, что ему вещает его сопровождающий, и кивал невпопад. Мысли роились в голове — темные, неправильные, но такие заманчивые. Никто не узнает… Никто и не предположит, кто он такой на самом деле! Он действительно мог делать все, что угодно. И… мог впервые в жизни стать кем-то желанным в глазах окружающих. Да, в глазах мужчин. Но какая разница? Ведь об этом никто никогда не узнает… Выдохнув, Северус решил, что терять ему нечего. Он просто играет роль, чтобы заполучить то, о чем мечтал уже очень давно. Все ради победы. Поэтому надо просто отпустить себя. Но это было не так-то просто! Чем ближе они подходили к шумному залу, куда постепенно стекались разодетые гости, скрывающие лица за разномастными масками, тем больше нервное напряжение захватывало тело. Северус взглянул на мужчину и вдруг испугался. Что это он творит! — Я думал, мы будем в числе первых, — негромко заметил его спутник. — А тут уже такое веселье. Потанцуем? Северус оглядел зал. Гостей было так много! Тут же захотелось где-нибудь укрыться. Какая там уверенность! О чем он только думал?! Его точно узнают, его раскусят. Он же совершенно не умеет притворяться… Северус оттолкнул удивленного таким поведением мужчину, успел заметить в его глазах искреннее разочарование и поспешил к одной из широких колонн, за которыми можно было спрятаться ото всех и всего. Однако не прошел он и половины спасительного пути, как врезался в очередного мага. — Спешите ко мне, миледи? — тот придержал его от падения, оценил прилетевший в его руки подарок и белозубо улыбнулся. Во взгляде темных глаз сверкнуло восхищение. Натуральное, как и в глазах тех двоих, встреченных ранее. — Такая красавица… — Мужчина прокашлялся, пытаясь скрыть накатившее из-за вырвавшегося комплимента смущение, поцеловал тонкую кисть сквозь перчатку и поклонился. — Позвольте пригласить вас на танец. Северус вздрогнул, заозирался, схватил с подноса шествующего мимо эльфа бокал игристого вина, залпом осушил его до дна и схватился за следующий под изумленным взглядом кавалера. А когда тот уже собирался что-то сказать, принял его приглашение, потянув за руку в центр зала. Алкоголь неприятно провалился в пустой желудок, но немного отвлек от прочих проблем. Северус прижался бедром к мужчине и поймал его взгляд, надеясь, что тот не станет много болтать. — Какой темперамент! — маг весело расхохотался, притянул Северуса к себе и закружил по залу под веселую, довольно быструю музыку, которую играли с небольшой сцены в углу. — Мне такое по душе! Северус двигался несколько неловко. Казалось, все уроки и советы Люциуса с Нарциссой просто вылетели у него из головы. Пару раз наступив кавалеру на ногу, Северус был готов провалиться под землю от пережитого позора, но… Мужчина даже не обратил на это внимания. Он продолжал пожирать свою партнершу восхищенным взглядом, прижимал все ближе, легко отрывал от пола, будто она ничего не весила, и вел в танце, не желая его прекращать. — Кто бы мог подумать, что мне так повезет с самого начала, — в очередной раз улыбнулся маг. — Откроешь свое имя по секрету, красавица? Думаю, мы не встречались раньше. Северус в ответ загадочно сверкнул взглядом и слегка приподнял уголки губ. Приложив указательный палец к своим губам, он, сомневаясь, что делать дальше, спонтанно подался вперед и коснулся пальцем губ мужчины, призывая к тишине. Тот, на удивление, принял правила игры. И Северус наконец смог немного расслабиться. После первого танца последовал второй, за ним третий и четвертый. Северус пытался отказаться, но… Без голоса сделать это в принципе затруднительно, плюс партнер достался уж очень упертый. Однако, когда взгляд из просто восхищенного стал страстным, когда в темных глазах появились странные искорки, а широкие ладони переместились с талии на его задницу, Северус понял, что пора с этим кончать. Стоило музыке утихнуть на мгновение, как он, собрав все свои силы на то, чтобы не сорваться, оттолкнул мужчину вполне даже элегантно — одной рукой. Взмахнул боа, бросил на него твердый, властный взгляд и улыбнулся, отворачиваясь. Это сердце было разбито совершенно безжалостно. Вот только уйти далеко не удалось. Мечта отдохнуть от всего этого безумия осталась всего лишь мечтой. — Миледи, позвольте пригласить вас на танец. — Нет-нет, позвольте мне! — И мне! Северус не ожидал подобного ажиотажа. Он ведь ничего особенного не делал! Неловко танцевал с одним из гостей, и только! Но стоило отвергнуть одну руку, как перед ним возникли три новых. И то самое странное чувство, что заставляло его мысли подчиняться неправильности, вновь возникло в груди. Быть не собой. Быть желанным. Быть уверенным. Быть… тем, на кого хотят смотреть. Это было чем-то бесконечно далеким от привычного его существования… Северус всегда считал себя неприятным, вредным и уродливым. Но здесь и сейчас, когда все изъяны скрыты под чужой личиной… — О, я так рад! — выдохнул тот из трех новых кавалеров, чью руку Северус принял для следующего танца. — Безумно рад! Вы невероятная… Северус улыбнулся в ответ и позволил взять себя за талию. Вгляделся в лучистые глаза с характерной точкой на радужке и ужаснулся. Мальсибер — это был он, без всяких сомнений. Северус напряженно вцепился в его плечи, но тут же мысленно дал себе подзатыльник. Сейчас ему никак нельзя было оплошать! Медленно выдохнув, Северус приник ближе к твердой груди, обнял его за шею и, ужасаясь самому себе, поцеловал в уголок губ, после чего медленно отстранился и с вызовом встретил изумленный взгляд. Решив брать непредсказуемой наглостью, он оттолкнул Мальсибера одной рукой, но тут же вновь приник к нему и сделал первый шаг, намереваясь вывести его из равновесия — морального и физического. Задеть его гордость. Трюк удался. Мальсибер удивленно выдохнул, зарычал, бросил что-то совсем не обидное, а наоборот, приятное — Северус пропустил мимо ушей, что именно — и широко, довольно улыбнулся, перехватывая инициативу. Они танцевали, воюя за власть. Азарт, уверенность, твердость… Северус чувствовал небывалое воодушевление. Раз уж Мальсибер его не узнал и, более того, ничего не заподозрил, то переживать было просто не о чем. — Невероятная… — выдохнул Мальсибер, повторяясь. — У меня нет слов. Ты такая… — Тш-ш-ш… — выдохнул Северус, закрывая его рот ладонью. Он изящно выбрался из объятий очарованного товарища, подобрал съехавшее боа, повел плечами и качнул бедрами, меняя Мальсибера на первого попавшегося безликого незнакомца. — Ах, какая! — возмутился Мальсибер, но его шанс был явно упущен. Азарт! Северус никогда не чувствовал ничего подобного. Он менял одного кавалера на другого, ощущая странное удовлетворение от своего фальшивого обаяния. Ему нравилось это чувство. Ему нравилось, что на него смотрели с восхищением, что за танец с ним боролись, что за ним ухаживали. И он поддался этому неправильному, ненастоящему вечеру. Сдался на милость своего тайного желания быть нужным хоть кому-то. Пускай и всего один разочек. Пускай и не взаправду. Улыбнувшись так открыто, как не улыбался еще никогда в жизни, Северус уверенно качнул бедрами, уходя от очередного кавалера, и неожиданно — даже для себя самого — оттеснил одну из танцующих дам, влезая между ней и высоким магом в темно-синем костюме и вышитой серебром мантии. Если последний и удивился такой наглости, то виду не подал, притянул Северуса к себе, твердо поймал его взгляд и усмехнулся. В синих, под стать мантии, глазах не появилось и намека на восхищение, к которому Северус уже успел привыкнуть. Холод — вот, что он видел в прорезях маски. Кромешная тьма и лед. Кавалер не проронил ни звука, уверенно направляя танец в нужную ему сторону. Властность и сила в каждом движении. Казалось, этот человек желал поработить его своей волей, будто это был вовсе не простой танец, а настоящее сражение. Северус стушевался, внезапно страх захватил его тело, и он безропотно подчинился. Мысли спутались. Уверенность исчезла в один миг, и Северус вновь почувствовал себя собой — тем самым слабаком без роду и имени, без денег и достижений. Ему стало до слез обидно. Легкость и радостное забвение исчезли, оставив за собой страхи и сомнения. Кто этот человек, сумевший за секунду лишить его этого маленького фальшивого счастья? Почему он вдруг возник на пути? Зачем сломал только-только возведенную маску, за которой было так приятно скрывать себя настоящего. Прогнувшись по воле ведущей руки и сделав очередной безвольный шаг вслед за магом, Северус вдруг разозлился. Обида кольнула сердце с новой силой. Он вдруг выпрямился, его взгляд изменился. Мысленно закричав от безысходности, он решил, что с него хватит слабости. Пусть в реальной жизни он никто, но здесь и сейчас он сам решит, кем быть — жертвой или победителем. И выбор, конечно, очевиден. Решительно толкнув ничего подобного не ожидающего мага в грудь, Северус сумел на мгновение перехватить инициативу в танце, сам сделал шаг в ту сторону, какую захотел, нарушил общий строй и с вызовом поймал холодный взгляд, в котором промелькнуло искреннее удивление. Усмехнувшись, Северус подгадал момент, коснулся щеки мужчины кончиками пальцев. Невесомо приласкал, будто издеваясь, и выскользнул из объятий. Кажется, его попытались поймать и притянуть обратно, но он вовремя скользнул за другую танцующую пару. После Северус сменил еще троих партнеров, но даже примерно не запомнил, как они выглядели, в каких были нарядах, какого цвета были их мантии. Он все время чувствовал на себе чужой взгляд. Холодный, пробирающий до мурашек, настойчивый, властный взгляд. Он ощущал прикосновения твердых рук, слышал запах туалетной воды и не мог избавиться от чувства принадлежности кому-то. Будто его заклеймили. В какой-то момент не выдержав, Северус сбежал в уборную. Едва не перепутал дверь, но вовремя опомнился. Он прошел мимо хихикающих над чем-то дам, присел на софу в углу и принялся обмахиваться боа. Он даже не притворялся, ему действительно было жарко. Кроме того о себе внезапно напомнили все неудобства. Кожа под резинками трусов неприятного горела, спина ныла, ноги дрожали и грудь под накладками и бюстгальтером сильно сопрела. С облегченным выдохом скинув туфли, Северус потянулся, размял ступни и мрачно глянул на замолчавших девушек, поглядывающих на него с пониманием. — Вот ты где, а я тебя ищу, дорогая. — Голос Нарциссы Северус узнал сразу. Она вошла в уборную и тут же поспешила к нему. — Тебе нехорошо? Может, принести воды? Северус покачал головой. Он не мог пожаловаться вслух, так как они были не одни, но его взгляд, кажется, говорил все за него. Он устал. Ему хотелось, чтобы этот дурацкий маскарад поскорее закончился. Ему хотелось сбежать от жгучего взгляда, что теперь всюду сопровождал его по залу. На-до-е-ло! — Там, у третьей колонны, стол с вкуснейшими закусками. Может, побалуем себя? — предложила Нарцисса, кажется, решив ненадолго спасти его своей компанией. — Только поправим макияж, ладно? Ты почти всю помаду съела. Северус в ответ только махнул рукой. Пусть делает все, что хочет, но даст ему немного отдохнуть. Почему-то он не ощущал такой дикой усталости до того, как присел, а теперь ему совершенно не хотелось вставать и продолжать эту нелепую игру. Все, наигрался, даже удовольствие смог получить… Так когда уже этот вечер подойдет к концу? — Ну вот и все, можем идти, — довольно заключила Нарцисса, вернув блеск губам, припудрив его и поправив прическу. Северус глянул на нее весьма жалобно, но не отыскал ни капли сочувствия — изверги! Что муж, что жена — и потянулся за туфлями. Снова встать на каблуки оказалось тем еще испытанием. Икры нещадно напряглись, спину прострелило болью. Захотелось потянуться, но Северус постарался взять себя в руки. Он немного прошелся, привыкая вновь, поморщился, поборол желание поправить стринги и дать отдохнуть натертым резинками ягодицам, после чего все же кивнул Нарциссе, и они отправились обратно в зал. У стола с закусками было удивительно мало народа. Гости толпились в центре зала, то ли ожидая какой-то особенный танец, то ли рассчитывая на какой-то другой сюрприз. Это было на руку Северусу, который был рад занять рот тарталетками, так как, несмотря на то, что ему таскали угощения все, кому не лень, был таким голодным, что готов был съесть целого слона, не прожевывая! Но под строгим взглядом Нарциссы все же пытался действовать аккуратно и только поэтому не подавился, когда рядом с ними возник Мальсибер. — Отдыхаете? — поинтересовался он с улыбкой и обжег Северуса горящим взглядом, после чего признал в его спутнице хорошую знакомую. — Нарцисса, ты как всегда прекрасна. Но где же твой супруг? Почему ты здесь одна и… — В его взгляде вдруг сверкнуло подозрение. — Нет, почему вы здесь вдвоем? Вы знакомы? — Дорогой мой Эрнест, — сладко пропела Нарцисса, — я знакома со всеми, кого приглашаю в свой дом. Заочно уж точно. Мы с Мари только что встретились в уборной и решили устроить небольшое покушение на стол с закусками, пока мой дражайший супруг очаровывает кого-то из министерских рядов. — В своем репертуаре, — хмыкнул Эрнест в ответ. — Скажи честно, Цисси, Снейпа ведь нет в этом зале? — Если бы не было, вы с Розье уже праздновали бы победу, разве я не права? — Права, — мрачно подтвердил Мальсибер. — Вот только у нас нет ни одного кандидата. А время поджимает. Вот-вот объявят главный танец, а за ним голосование. Розье уже рвет и мечет. — Но ты не сильно переживаешь, — улыбнулась Нарцисса. — Просто я знаю, что от меня твоему мужу ничего не нужно. Так зачем понапрасну тратить нервы. Лучше танцевать и наслаждаться балом! — Он шагнул к Северусу. — Значит, Мари? Дашь мне еще один шанс? Поборемся за звание короля и королевы… — Второй шанс — это так грустно, — заметила Нарцисса, спасая Северуса, и взяла Эрнеста за руку. — Лучше станцуй со мной. Мне кажется, Люциуса я не дождусь. — Да он меня потом убьет, ты что! — ужаснулся Мальсибер, с грустью кинув последний взгляд на Мари, но все же поддался уговорам леди Малфой. — Не волнуйся, я тебя перед ним оправдаю. Северус благодарно улыбнулся Нарциссе и облегченно выдохнул. Раз скоро объявят голосование, то и его освобождение не за горами. Надо было только переждать оставшееся время, может просто постоять тут, у закусок, или на крайний случай станцевать с кем-то первым попавшимся. Желающих было много, они все то и дело кивали ему или протягивали руки, приглашая. Станцевать… Северус напрягся, вдруг почувствовав тот самый взгляд. Безымянный наблюдатель продолжал следить за ним. Но откуда? Откуда он прожигает его своими синими глазами… — Прятаться от общества в такой торжественный момент неправильно, вы не находите? Северус вздрогнул, но не обернулся, когда теплое дыхание коснулось его макушки. Его пробрала нервная дрожь. Голос! Он знал его. Знал очень хорошо. Этот голос был его тайной мечтой, его наваждением, его светом, ради которого можно было продолжать жить. Этот голос принадлежал тому, кто давал ему возможность творить и заниматься любимым делом. Этот голос выделял его среди других, заставлял почувствовать свою крохотную нужность, даже при всем осознании, что Северус был лишь безликим инструментом в чужих руках. Этот голос принадлежал его Господину. — Скрывать от других свою красоту и страсть… Северус замер, не зная, что ему делать. Сердце зачастило. Волнение захватило с головой. Значит, там, во время их танца… он оттолкнул милорда! Еще и по щеке его погладил — какой позор! А если тот узнает? Что, если раскроет личность? Наверняка сразу же откажется ото всех своих заказов. Да, зачем ему зельевар с такой-то репутацией в рядах! Зельевар, который любит наряжаться в женские тряпки! Какой кошмар… — Оттолкнуть меня — это было смело. — Лед его голоса забивал последние гвозди в бедную голову Северуса, и он не мог ничего поделать со своей растерянностью. — Смелость я уважаю. До того момента, пока человек не сдастся. Не сдастся… Северус словно бы что-то понял. Он уже опозорен. Так что сдаваться не имеет никакого смысла. Ему не жить, если все вскроется, а если не вскроется, то и переживать не о чем. Значит, можно еще разок сделать так, как хочется, ничего не боясь. А потом, в случае ошибки, попрощаться с жизнью неудачника — она все равно не была ему особо мила. Решив так, Северус удивительно легко расслабился, приподнял уголки губ и повел плечом, будто хотел избавиться от назойливой мухи. Господин уважал смелость… — Славно, — раздалось над его головой. На бедро легла горячая ладонь. Вокруг сгустилась тяжелая, но такая манящая магия. Северус невольно облизал губы, совсем позабыв о помаде. — Я желаю взять реванш. Окажете сопротивление? — все тем же холодным тоном спросил Лорд и протянул вперед руку. Северус выждал некоторое время, словно бы раздумывал, затем весьма резко сбросил наглую ладонь со своего бедра и развернулся, встречаясь с обжигающим взглядом. Темное торжество. Лорд, кажется, просто забавлялся! Северус недовольно скривил уголки губ, оскалился совсем не по-женски и дернул его к себе, схватившись за лацканы пиджака и… промолчал. Если бы не голос! Если бы только не голос, который раскроет его личность… Северус, не зная, как показать свою жгучую обиду и злость за такое отношение, неожиданно дунул ему в лицо, после чего разжал пальцы, развернулся и, совсем как там, на подъездной дорожке, невзначай оглянулся, приглашая идти за собой. Он не думал, что это сработает. Никак не ожидал, что Лорд последует за ним после подобного пренебрежения к своей великой персоне, но тот не просто пошел… Лорд в мгновение ока оказался рядом, больно схватил за руку, развернул и с силой прижал к себе за талию. В синих глаза блеснули алые искорки гнева. И магия, окружившая Северуса, словно коконом, кажется, сгустилась еще больше. Дышать становилось все труднее, но это почему-то совершенно не пугало. Заиграла музыка, и Северус спокойно улыбнулся, еще сильнее прогибаясь в спине, прижимаясь ближе, будто это было для него обычным делом. Конечно, он ведь по пять раз на дню липнет к Господину, точно течная сука! Кошмар, какой кошмар! Но отступать поздно. И если уж начал, то будет смелым до конца. Твердо встретив взгляд Лорда, Северус попробовал направить первый шаг самостоятельно. — Даже не думай, — выплюнул тот и повел в танце так же властно, как делал все в этом мире. Северус не сопротивлялся. Сначала. Это была не та война, что с Мальсибером. Это было что-то совершенно другое. Не война, не сражение… Выживание? Северус словно балансировал на краю пропасти. Любой шаг к сопротивлению жестко пресекался, но он, не сдаваясь, пробовал сделать его снова и снова. Забрать власть и повести в танце у него, конечно, не выходило. Побороться не получалось просто физически — их силы были неравны. Тогда он решил действовать иначе. Раз у него не получалось взять свое силой, приходилось хитрить. Пускай Северус не был взаправду искусным обольстителем. Даже на сотую долю не был! Но за этот вечер он немного поднаторел в управлении собственным телом. Он знал, как лучше прогнуться, как шагнуть, доверяя партнеру, как указать ему на свои желания, не говоря ни слова. Люциус назвал это языком тела, и, кажется, сейчас вся надежда оставалась на этот немой диалог. Он не собирался скрывать свою красоту и страсть, пускай они и были насквозь ненастоящими. — На этот раз тебе не удастся удивить меня, — уверенно заявил Лорд и недовольно скривил губы, когда Северус в ответ только улыбнулся. Каблуки прибавляли к росту, однако разница все равно оставалась ощутимой. Подгадать момент в движении было очень трудно, но Северус дождался, когда Лорд наклонится вперед, и подался навстречу, мазнул губами по его щеке и лизнул мочку уха, поражаясь, что способен на такую откровенность, да еще и в столь людном месте. Однако, вскоре его перестало заботить все, что творилось вокруг. Он не замечал взглядов, не слышал разговоров. Его волновал лишь один человек, которого в этот момент хотелось вывести из себя. Вывести из себя Темного Лорда! Ха… Подумай он о чем-то подобном в обычной жизни, и наказание не заставило бы себя ждать. Господин был нетерпим к тем, кто действовал ему на нервы. Там, в обычной жизни, нельзя было не то что заговорить без разрешения, но даже поднять взгляд — немыслимо. Но здесь и сейчас Северусу дозволялось смотреть в эти холодные синие глаза без всякого страха. Он получил полный карт-бланш на сопротивление. Это был бунт, будоражащий кровь, сводящий с ума, заставляющий желать что-то запретное… Северус выгибался навстречу, вздыхал, гладил плечи, спину, прижимался все ближе и ближе к твердой груди. Он пытался найти хоть что-то, что изменило бы холодный взгляд, но, кажется, распалил только сам себя. И эта магия, что продолжала пульсировать вокруг, сбивая дыхание; эти крепкие руки, что держали его за талию, не позволяя себе ничего лишнего; руки, что повелевали его телом и, кажется, даже душой… Всего этого было так много! Возбуждение не заставило себя долго ждать. Прозвучал последний аккорд. Лорд сделал широкий шаг вперед, чуть опустил ладонь по худой спине, склонился над ним. А Северус, тяжело дыша, подчинился, забросил одну ногу на его бедро в надежде удержаться от падения и прижался пахом, с ужасом понимая, что не почувствовать его твердый, пульсирующий от напряжения член сквозь тонкое платье Лорд просто не может. Щеки и шея тут же покраснели от невыносимого смущения. Северус заглянул в синие глаза, но удивления в них не заметил. Неужели не почувствовал?.. — Занятно, — протянул Лорд, помогая ему выпрямиться, но от себя не отпустил. А зал тем временем взорвался аплодисментами. — Полагаю, победителю противостояния полагается вознаграждение? — спросил он, дыша не менее тяжело, и чуть развернул Северуса, вжимая его в собственный пах. — Вы… — едва слышным шепотом выдохнул Северус, пораженный до глубины души тем, что Лорд возбудился от танца с ним. Но вознаграждение? Мысли совсем спутались. — Впрочем, я готов объявить ничью. Но тогда… Вознаграждение! Северус наконец сообразил, вновь залился краской смущения и уронил голову на твердое плечо, надеясь хоть немного скрыть свою реакцию. Лорд, кажется, подобного не ожидал, он на секунду оторвал ладони от стройного стана парня, но затем вновь вернул их на место. А Северус не знал, что ему стоит ответить. Определенно, он был возбужден до крайности! Конечно, ему бы хотелось сбежать и спустить пар, но предложение Лорда явно подразумевало… — Я не собираюсь ждать до скончания веков, парень, — шепнул Лорд ему на ухо. Северус медленно выдохнул и кивнул. Да, пусть будет так. Если уж быть смелым, то до конца. Хотя бы потому, что это было его искреннее желание, у которого нет шанса исполниться в будущем. Но здесь и сейчас… Он может себе это позволить. А дальше — хоть смерть. — Короля и королеву объявят примерно через полчаса. Идем, — приказал Лорд. Несмотря на неизменный холод в голосе, движения его изменились, стали более резкими, нетерпеливыми. И Северус прекрасно мог его понять, потому что сам едва терпел, чтобы не схватить себя за член. Но в зале, на виду у всех, надо было держаться. Северус попытался расслабиться и идти легко, как и прежде, но каждый шаг казался настоящим испытанием. Тем не менее, он шел, покачивая бедрами, ни на секунду не выпуская руку Лорда из своей цепкой хватки, и даже улыбался. А когда взгляд на мгновение выцепил в толпе разочарованно искривленные губы Мальсибера, то и вовсе поцеловал плечо своего кавалера, не скрывая симпатию к нему. Какой кошмар… Они вышли из зала, провожаемые десятками глаз, и не было никаких сомнений в том, что абсолютно все гости поняли, для чего они решили уединиться. Северус, надеясь отвлечься, неловко поправил надоевшее за вечер боа, мысленно на себя прикрикнул и в очередной раз, чтобы успокоиться, попытался поверить в то, что его личность на этом маскараде никто не раскроет, но последние пару шагов к двери все же сделал длиннее предыдущих. — Будешь так жаться ко мне, и я возьму тебя прямо здесь, в коридоре, — прошипел Лорд, стоило дверям зала захлопнуться за их спинами. — Ага, — выдохнул Северус в ответ. Удивительно, но несмотря на все смущение и неуютное чувство, возникшее из-за чрезмерного внимания к их уходу, возбуждение ничуть не уменьшилось. Хотелось всего, быстро и уже без разницы, где именно это произойдет! А потому отлипать от Господина он и не подумал. — Как пожелаешь, — бросил Лорд и неожиданно толкнул его к стене. Схватил за горло, надавил. Северус вцепился в его запястье, дышал с большим трудом, но страха не было. — Настолько смелый? — Лорд усмехнулся, опустил вторую руку вдоль тела, прикоснулся к резинке чулка, видневшегося в разрезе платья, чуть задрал изумрудную ткань. — Кто угодно может оказаться сейчас в коридоре… — Ага… — повторил Северус, прямо смотря в синие глаза, лед в которых обратился обжигающим пламенем. По телу прошла болезненная волна. Северус буквально нутром чувствовал, как огонь из глаз Господина облизывает его самого. Или это магия? Магия — прекрасная, сильная, манящая магия, которой хотелось подчиниться. Наверное, будь он без маски, точно предпочел бы провалиться куда-нибудь под землю. Но с маской все было иначе. Он еще чувствовал отголоски той фиктивной уверенности, что привил себе, поверив в новый образ. И он все еще мог притворяться смелым, пока Господин не пожелает узнать его личность. — Может, уже сделаете что-нибудь, — прохрипел Северус с вызовом, — или мы так и будем стоять тут без дела? Неужели вы только болтать умеете? Во взгляде Лорда мелькнуло удивление, он оскалился, прорычал что-то, сильнее сжимая его горло, и впился в губы поцелуем-укусом, пробуя на вкус. Северус приоткрыл рот, позволяя чужому языку ворваться внутрь, и схватился за широкие плечи в попытке выпросить себе хоть каплю воздуха. И вот Лорд отстранился, убрал руку с его шеи, позволил сделать судорожный вдох и тут же подхватил под бедра, поднимая выше по стене. Он сделал это так легко, будто Северус ничего не весил, сжал сквозь скользкую ткань до синяков, вжался пахом в пах. — Можно не нежничать. Не девственник, — объявил Северус, чувствуя, как зудит от желания задница. Он уже был на пределе. Член стоял колом, пульсировал и был готов вот-вот взорваться. Казалось, ему будет достаточно всего одного прикосновения. — И не собирался, — бросил Лорд, провел ладонью по его бедру, подцепил резинку чулка, оттянул ее и отпустил. Резинка с пошлым шлепком вернулась на свое место. Северус прикусил нижнюю губу, запрокинул голову, глухо ударился затылком о стену и крепче обхватил ногами мужчину, высвобождая левую от плена спутавшегося подола. Ну и что, что в коридоре. Ну и подумаешь, что увидеть может любой. Маска ведь все скрывает! Лицо, по крайней мере. А остальное не важно. Подумаешь, парень в девчачьем прикиде! Подумаешь, отдается другому безликому господину в коридоре. Не важно, лишь бы только… — Ну, пожалуйста! — не выдержал Северус и всхлипнул. Не сказать, что у него было очень много опыта в делах любовных, но опыт все же был. И никогда раньше Северус еще не хотел так сильно, чтобы ему поскорее сунули член в задницу. Но сейчас он буквально изнывал от жгучего желания. — Только не ной. — Лорд скривил губы, сунул ладонь под юбку, накрыл его пах, сжал член сквозь треугольник плотной ткани, провел большим пальцем по выглядывающей из-под него влажной от предсемени головке. Северус стиснул зубы, пытаясь сдержать стон, выгнулся, насколько было места, качнулся, толкаясь в твердую ладонь. — Мне это не нравится. — Я бы не ныл, если бы вы были верны своему слову! — прошипел Северус не хуже змеи. — Любому другому на твоем месте я бы уже укоротил язык. — Лорд подался вперед, прикусил его губу, сильнее сжал член и сунул вторую ладонь под его задницу. Жестко провел между ягодиц, заглушил стон поцелуем, отодвинул в сторону тонкую нитку и коснулся пульсирующего входа. Прошептал заклинание. — Ах! — Северус дернулся, почувствовав распирающее давление внутри, напрягся, но мышцы его не слушались. В заднице стало невероятно мокро. Смазки было так много, что она уже устремилась наружу, по коже прямиком к мошонке. А с бархатных безволосых яиц закапала уже на пол. — Не могу больше… терпеть. — У тебя нет выбора, — холодно заметил Лорд, произнес еще одно заклинание, и член Северуса стянуло у основания волшебной лентой. Тот захныкал от неудовлетворения, сжал пальцы на крепких плечах и заерзал, желая получить в изнывающее нутро хоть что-то… Лорд, точно издеваясь, провел пальцами меж его ягодиц. Раз, второй, третий. Пару раз погрузил самый кончик указательного пальца в растянутый анус, подразнил и отстранился. Северус попытался насадиться на его пальцы, потянулся следом, но его жестко удержали на месте. Ему ничего не оставалось, кроме как сильнее стискивать твердые плечи и крепче обнимать стройный стан ногами. Наконец Лорд расстегнул штаны, с тихим облегченным выдохом достал член, обхватил его кулаком и пару раз провел от основания до влажной, налившейся кровью головки и обратно. Прошипел что-то неразборчивое, собрал между ягодиц Северуса побольше смазки, размазал ее по всей длине и приставил головку к жадно сжавшемуся входу. Он вошел сразу, резко, по самые яйца, выждал всего секунду и взял быстрый, размашистый темп. Нежничать уж точно никто не собирался. Северус вскрикнул, когда первый же толчок попал точно в нужное место, прикусил ребро ладони, желая заглушить свой восторг, и широко раскрыл глаза, глядя куда-то в потолок. Каждый новый толчок снова и снова попадал по простате и сопровождался совершенно пошлым хлюпаньем, но последнее почему-то совсем не смущало. А вот невозможность кончить сильно била по его самообладанию. Северус выгибался, шипел, стонал в ладонь, захлебываясь слюнями, беспорядочно цеплялся второй рукой за все, что под нее попадалось, и вот вдруг давление с члена исчезло. Он вскрикнул и кончил в эту же секунду, не до конца осознавая, что произошло. Северус даже не притронулся к себе, а платье уже пропиталось его спермой. Лорд тоже кончил, придавив его к стене всем своим весом, завалившись вперед, и застыл так на долгое мгновение, пытаясь восстановить дыхание. А его магия кружила вокруг, лаская разгоряченную кожу, успокаивая. И это было так приятно, что Северусу захотелось прикрыть глаза, мерно покачиваясь на ее волнах. Но теплое чувство быстро исчезло, стоило Господину немного прийти в себя. Лорд чуть отстранился, но так и не вытащил обмякший член из пульсирующей задницы, поймал мутный взгляд черных глаз и потянулся к изумрудной маске, намереваясь сдернуть ее с лица. В этот же момент взгляд Северуса изменился. — Нет! — воскликнул он испуганно и придержал маску на месте, не позволяя ее снять. — Нет? — В голос Лорда вернулся холод. — Вся смелость кончилась? — Северус горько поджал губы, живот свело от дурного чувства. Лорд презрительно скривил губы. — Что ж, в таком случае ты мне больше не интересен, мальчик, — выплюнул он, вытащил член и отпустил Северуса. Тот едва удержался на вялых ногах, чувствуя болезненную потерю чего-то очень важного. — Я… — Ты? Трус, полагаю, — безжалостно дал свою характеристику Лорд, спокойно застегивая штаны. Он взмахнул рукой, приводя себя в порядок, и развернулся, намереваясь вернуться в зал. — Ты ведь знаешь, кто я такой. — Да… — И я знаю, кто ты, — холодно объявил Лорд, не оборачиваясь. Северус вздрогнул, беспомощно вглядываясь в темный затылок. — Но ты сдался, Северус. Я разочарован. — Мой Лорд! — Северус шагнул за ним следом, но остановился, когда тот поднял руку. — Приведи себя в порядок. Нам повезло, что коридор был пуст, но не собираешься же ты, в самом деле, вернуться туда в таком помятом виде? Если уж перед одним человеком твоя смелость дала трещину… — Милорд, постойте, — попросил Северус, но Лорд продолжил свой путь, не желая больше его слушать. — Я не трус! — воскликнул тогда Северус. — Я могу снять маску, если вы желаете… — Ты упустил свой шанс. Мне это больше не интересно, — с этими словами Лорд вернулся в зал, оставив его одного в коридоре. Колени вдруг подогнулись. Северус упал на пол, оперся на руки. Как же так… Какой шанс он упустил? Разочаровал… Потому что струсил. Потому что под фальшивой маской он был самим собой. И когда Лорд захотел лишить его этой мнимой защиты, он испугался. Трус, как есть. И мог ли он теперь, опозоренный, вернуться в зал? Стиснув зубы, Северус зло ударил кулаками по полу и зарычал, точно раненный зверь. Он так боялся, что Лорд разгневается, когда узнает, кто так бесцеремонно бросил ему вызов в танце, но все оказалось совсем иначе. Лорд не выглядел разозленным. А вот разочарование его казалось самым настоящим. Но как давно Господин разгадал его? С самого начала? Или только сейчас, в коридоре? Впрочем, какая разница. Северус все испортил. И он совсем не удивится, если завтра же Лорд расторгнет с ним всякие договоренности. Зачем ему такой трус в ближайшем окружении… Смешно! Но тогда и в зал идти просто нет смысла… Нет! Северус сжал кулаки и тряхнул головой. Если он не пойдет туда, то только подтвердит слова Лорда. А значит… Значит он возьмет остатки своей гордости в руки, соберется, приведет себя в порядок и войдет в зал с гордо поднятой головой. Решив так, Северус с трудом поднялся на ноги, добрел до уборной, с отвращением взглянул на свое отражение и тут же перевел взгляд к потолку, сдерживая горькие слезы обиды. Почему у него все не могло идти нормально?! А не как всегда… Медленно выдохнув, Северус сосредоточился на своем отражении, коснулся прохладного зеркала и принялся за дело. Поправил хвост, подтер смазавшуюся помаду, уничтожил все пятна с платья, подтянул застежки туфлей, вернул боа на свое законное место и выпрямился. Вот-вот должны объявить короля и королеву. Или уже объявили! И он сможет уйти домой, снять всю эту дурацкую одежду, стереть макияж и обо всем забыть. Спрятаться, как и всегда, в тишине лаборатории, где никто не может ударить в спину, не может унизить или оскорбить. Потому что, кроме самого Северуса, там просто никого не будет. Убедившись, что он вновь ничуть не похож на самого себя, Северус развернулся и поспешил в зал. У дверей немного помедлил, собираясь с духом, и наконец прошел внутрь, но тут же замер под прицелом сотни взглядов. Зал застыл в тишине. Северус пробежался напряженным взглядом по скрытым масками лицам, не в состоянии зацепиться ни за одно из них, пока наконец не посмотрел на сцену. Там стоял Лорд и еще один человек. И они оба тоже смотрели на него. Но почему… — А вот и наша королева, — объявил полноватый человек со сцены. Раздались громкие аплодисменты. — Скорее же, миледи, поднимайтесь сюда к нам. Ваш король давно ждет. Прошу… Сердце пропустил удар. Он? Его назвали королевой? Это какая-то ошибка… Но гости ждали, и ему не оставалось ничего другого, кроме как пройти весь зал и подняться на сцену, придерживая длинную юбку. Он встал напротив Лорда, поймал его холодный, презрительный взгляд и стиснул зубы. Почему-то стало больно. “Ты упустил свой шанс. Мне это больше не интересно”. Упустил… Но что это был за шанс? Не мог ведь Лорд действительно предложить ему что-то… И почему всего от одной дурацкой маски, которую он не смог снять там, в коридоре, что-то зависело? А ведь еще такими яркими были ощущения чужих прикосновений, грубых поцелуев и движений члена внутри. И магия… Северусу казалось, что даже сейчас он ощущал ее теплые объятия и легкую, будоражащую ласку. Но его трусость все испортила… — Пара, выбранная большинством голосов. Король и королева нашего маскарада, дамы и господа! — повторил распорядитель и передал каждому золотую статуэтку. Северусу досталась изящная балерина в маске. Он мазнул по ней весьма незаинтересованным взглядом и вновь вернул его к лицу Лорда. — И по нашей давней традиции… король с королевой должны показать свои лица. Мы должны знать своих героев. — Конечно, — с легкой, едва заметной улыбкой произнес Лорд и сорвал свою маску, ничего не стесняясь. Конечно, такому красивому и уверенному в себе человеку, сделать нечто подобное было делом совершенно плевым. Зал восхищенно ахнул и зааплодировал с новой силой. Господина не могли приветствовать иначе. — О, — мужичок-ведущий растерялся, когда Северус так и не снял свою маску. — Конечно, если миледи стесняется, мы войдем в положение… — предложил он. Северус упрямо вгляделся в синие глаза Лорда, с вызовом сжал кулаки, заметив в глубине синевы то самое разочарование, которое появилось еще в коридоре, гордо расправил плечи и решительно протянул свою награду толстяку. Тот непонимающе оглянулся. — Думаю, несправедливо вручать ее мне, — сказал Северус, срывая маску дрожащей от волнения рукой. Все это время они ни на секунду не прерывая зрительного контакта с Лордом. Зал ахнул повторно, но на этот раз аплодисментов не раздалось. — Возьмите же. Я вовсе никакая не королева! — попытался настоять Северус, впихивая статуэтку в руки растерянного ведущего. — Но как же… Такое у нас впервые. Я даже не знаю… — Королева выбрана, — холодно бросил Лорд, — незачем разбрасываться честными наградами. — Но я парень! — воскликнул Северус, делая шаг ему навстречу. — На то это и маскарад. Идеальное воплощение выбранного образа. Или кто-то со мной не согласен? — Ох, конечно же, мы все согласны! — закивал мужичок и протянул статуэтку обратно Северусу, но тот и не подумал ее взять. Никто больше спорить с Темным Лордом не хотел. — А ведь я почти влюбился, Северус! — в тишине громко крикнул Мальсибер из зала. Он никогда не отличался большой стеснительностью. — Это бесчестно. Еще и пари проиграли… — разочарованно добавил он, и зал отмер, словно по команде. Все вновь зашумели, и Северус быстро стал никому не интересен. Почти никому… — Возможно, я поторопился со своим вердиктом, — негромко сказал Лорд, подойдя ближе. — Поторопились? — удивленно переспросил Северус, не смея надеяться. — Смелость еще осталась в этом тщедушном тельце. Надеюсь, мой заказ готов? — Да, — кивнул Северус, скорее машинально, после чего кивнул еще раз, но уже более осознанно. — Да, конечно! Все зелья готовы. Я могу принести их. — Это лишнее, я сам их заберу. — Но… они у меня дома. — Это проблема? — Нет, но… — Северус судорожно принялся вспоминать, когда он в последний раз убирался. Пригласить Лорда в грязный дом было бы неправильно. — Нет, это не проблема. Вы можете прийти в любой момент. — Сейчас? — Да, можно и сейчас, — кивнул Северус, волнуясь. Он обтер разом вспотевшие ладони о платье. — Я… только надо выйти. И я перемещу, — сказал он и развернулся. — Приз не забудь, королева, — насмешливо протянул Лорд. Северус смущенно покраснел, забрал свою статуэтку, которую ведущий поставил на пол, и поспешил к выходу. По пути он еще успел поймать весьма удивленные взгляды Нарциссы и Люциуса, едва не сбил с ног Мальсибера, обогнул мрачного Розье и наконец оказался на свободе — долгожданной. Странно, но никакого стыда он не чувствовал. И, кажется, всем вокруг было действительно плевать, что он явился на маскарад в женском обличье. Получается, что все это время он зря переживал, что может опозориться. Или… Северус обернулся на Лорда и протянул ему руку. В любом случае все было не зря.

* * *

Год спустя

Северус тяжело вздохнул, бросил в котел истертый корень златоцветника, помешал зелье по часовой стрелке ровно три раза и внимательно пригляделся к изменениям. Состав громко булькнул и поменял цвет — едва заметно, лишь немного посветлел, но от пристального взгляда черных глаз это не укрылось. Все было так, как должно. И подтверждение тому хранилось в небольшом серебряном яйце, от которого доносился тихий стрекот. Он отошел в сторону, размял шею и проверил время. У него было свободных сорок минут, прежде чем начнется следующая стадия, требующая к себе особого внимания. А пока можно было передохнуть и выпить чаю. Решив последовать именно такому плану, Северус вышел из лаборатории, прошелся по короткому коридору и оказался на кухне. Взгляд его против воли скользнул к полке под шкафом с посудой. Не удержавшись, он подошел ближе, коснулся золотой балерины и улыбнулся, после чего сразу же смутился. Всегда смущался, стоило припомнить, как он себя вел на том маскараде. И все же сейчас, спустя год, он был рад, что все сложилось именно так. Пускай над ним периодически посмеивались, но он был на хорошем счету у Лорда и тот… Северус вновь мучительно покраснел. — Любуешься, королева? — раздался по обычаю холодный голос. Северус обернулся и встретил бесстрастный взгляд синих глаз. Однако в магии, мгновенно окутавшей его с ног до головы, не было и намека на лед. — Я не королева, — качнул головой Северус. — Перестанешь ей быть, если завтра на маскараде выберут кого-то другого. Титул надо подтвердить, — сказал Лорд и вдруг поставил на стол большую коробку. — Милорд, вы… — Выбрал для тебя наряд? Да, именно так. Впрочем, если тебе не хватает смелости… — Я не трус! — В таком случае это платье, на мой скромный взгляд, очень тебе пойдет. — Северус прикусил нижнюю губу и снял крышку с коробки. Синее… на этот раз синее. — Примерить не помогу. Я пришел за зельями. Они готовы? — Да… да, конечно. Сейчас… я принесу! — Северус дернулся, развернулся, добежал до лаборатории, собрал нужные фиалы и вернулся обратно, едва не врезавшись в Господина. — Вот. — Замечательно. Знал, что ты не подведешь. — Лорд развернулся и уже сделал шаг в сторону выхода, но Северус придержал его за руку. — Мой Лорд, — выдохнул он. — Вы придете сегодня? — спросил, затаив дыхание. Лорд ничего не ответил, но, сделав еще шаг, остановился и кивнул. Этого было более чем достаточно, чтобы в груди Северуса разлилось приятное тепло.