Урок рисования

Если честно, я не понимал, зачем мне графу семьи Фантомхайв, так важно уметь рисовать. То есть не рисовать, а быть в курсах искусства и уметь его создавать. На словах всё просто, но на практике... — Блин, я не могу нарисовать этот элипс! — угнетался я, стоя над своим мольбертом, уже грызя второй бедный грифель. Себастьян не стремится как-то это исправить, он мысленно смеётся надо моими жалкими попытками, этого несносного мальчишки, а-ля будет мне уроком за все выходки трёхлетней давности. — Попробуйте ещё раз! — сказал учитель, подходя к рисунку юного художника. — Следите за симметрией и объемом. Я нелояльности цокнул. Да как тут можно чему-то научиться, если тебе говорят очевидные вещи. — Тебе не надоело горшки рисовать?! — вдруг возле мольберта появился этот надоедливый принц Сома, вставая рядом со мной, и его дворецкий Агни был неподалёку. — Лучше рисуй обнаженную натуру! Я постарался не показывать смятения, усталости от чужого невежества и другого менталитета. Как этот индийский принц только додумался подобное ляпнуть в моём поместье? Рука Сомы вмиг была направлена в сторону служанки Мейлин. — Женщина, сюда! Раздевайся!! — ещё и бестактный! — Я... я... я разденусь перед любимым мужчиной! — сильно засмущавшись, проговорила девушка. Её конечно можно понять. — Стоп, стоп, стоп! — в дверном проеме появилась девочка с чёрными волосами лет 13 (возраст был спец, подобран, хотя, решайте, как хотите)) — Принц Сома, если вы не знали, то обнаженную натуру рисуют только на третьем году обучения в... — у второго дворецкого не зваталр слов, для выражения мысли, чтобы не выдать того, что она из другого мира. Она не уверена, что художественные школы существуют в этот период именно с таким названием. — Неважно, в общем! — Так чем горшки лучше??! — не унимался шестнадцитилетний индийский парень, настаивая на своем. Хоть и служанка кое-как смогла прийти в себя, но явно не собиралась выполнять приказ вышестоящего по должности человека, только своего господина будет слушать! — Простите, но господину только тринадцать лет, а обнаденную натуру рисуют после достижения совершеннолетия. Это буквально из разряда морали. Что тут непонятного!! — Ну подумаете мне, узнает о кое о чем раньше... — тонко намекнул принц, на что девочка захотела сделать себе рукалицо. Но и так всё всё поняли, немаленькие уже, хотя возраст ещё детский. — Ладно, если вас не устраивает такой исход, то я предлагаю рисовать полуобнаженную фигуру мужчины, ибо так будет... Эстетичней и проще! — закончила мысль юная особа, сдавшись с этим ненормальным. — Я согласен! — радостно проговорил принц, чуть не захлопав в ладоши. — Кто будет натурой? Оба посмотрели в мою сторону, но я лишь пожал плечами, типо я рисующий, не мне быть натурой, а так мне безразлично, кого рисовать, лишь бы не эти эллипсы, ей богу. — Я могу побыть натурой, — спокойно предложил Себастьян, и в зале повисла гробовая тишина. Все затихли, кто-то в восторге и предвкушении, кто-то в бесконечном безразличии. А кто-то, например служанка, после этой фразы жутко покраснела и выбежала из творческого зала под тихим смехом девочки и демона. — Хорошо. — произнесла брюнетка, подходя к моему мольберту и подавая мне формат холста побольше, заодно забирая тот ужас, который я успел изобразить. — В какой вы будете стоять позе, чтобы точно направить мольберт? Себастьян полусел полулег на красное кресло, демонстрируя свое изящное тело. — Вот так. Он вышел чересчур самодовольно, будто прекрасно знал, как ему следует встать, чтобы все упали перед ним на колени (мне не стыдно за это) . Но все личности, которые моли смутиться его напыщенной уверенности, уже покинули помещение — Это будет замечательная картина! — радовался индийский принц, все еще как-то по-детски п редвеушая это по-настоящему урок рисования. А я просто угрюмо за этим наблюдал, все ещё понимая, что ему ещё придется нарисовать своего дворецкого так ещё и полуобнаженного! В непристойной поще ещё, скорее всего!! Что за беспредел!! — А как мы узнаем, что вы стоите в нужной позе? Недолго думая, мужчина ответил. — Печать графа будет пульсировать, то есть будет являться повещением об начале урока. — Хорошо, тогда мы оставим вас, чтобы вы смогли... — тихо щасмкявшись, проговорила девочка чуть с покрасневшими щечками. — ... раздеться! Агни и принц Сома как ветром снесло, а граф все ещё стоял возле мольберта, что уже рисуя на нем. — Господин, вы хотите увидеть,что у мистера Себастьяна под одеждой?! — игриво ,задав вопрос, наблюдала ща реакцией Сиэля. Реакция очень удовлетворила ее: слишком красные щечки и ушки, а также прикольное чуть злобное лицо. Ещё одно достижение?! Оба подростка вышли из зала и стали ждать разрешения входа оборатно... Прошло минут десять точно, и это стало сильно действовать на терпение девушки. — Господин, вы предупреждайте меня, если что-то заболит. — сказала она, подходя к двери. Под словом "заболит" брюнетка имела виду правый глаз мальчишки. Скрыть что-либо от нее было не возможным и вообще не имело смысла. А откуда она и кто она такая - никто не знает. Что об ней известно - она здесь работала вторым дворецким. Сшить форму на нее помогла Нина, чтобы скрыть её недостатки в области небольшого живота (она не беременна!) Сейчас на ней красовалась юбка-солнышко по колено, белая рубашка с тричетверти рукавом, а поверх был фрак. Безусловно, странное сочетание, но ей очень подходил этот образ. На голове у нее всегда были два пышных рогалика. Она, конечно, не была настолько идеальна, как Себастьян, но и особо не уступала в нем: её этикет и лексикон было выработаны на 101% благодаря мужчине, а если за это брался демон, то все было выучено ей от корки до корки, хоть она и неплохо вела себя при первой встречи с графом. Вдруг глаз сильно запульсировал и Сиэль схватился за место руками, где сильно жгло. — Господин! — девушка, старше его на аосемь месяцев, подбежала к нему. — Прошу, уберите руки с лица. Тот как полагается выполнил поручение, и его глаз преобретал фиолетовое свечение, усиливающее очертание петаграммы. — Значит, можно заходить. — она указала на дверь, а сама чуть-чуть открыла её, заглядывая в зал одним глазком. Да зря... Она вмиг закрыла дверь и отошла на приличные шесть метров от двери. Лучше б она не видела этого. Свет комнаты выделял черный силуэт, а вскоре очертания стали более-менее различимы. Щечки юной особы покрылись обильным ркмянцем, когда она застала дворецкого абсолютно обнаженным, а тот ради приличия даже не прикрылся ни чем, да ещё и ухмыльяется на здоровье. — Что там? — спросил граф своим привычным тоном, обращаясь к девушке. — Советую чуть позже зайти в зал рисования! — на её лице появилась копия улыбки Себастьяна. Если б Сиэль только знал, что она заметила.