Бесконечно любить и ненавидеть

Рис был сварен и заправлен соусом, чайник кипел, оповещая о том, что кипяток готов и Райбару, выключив плиту, сделала Аяно и себе крепкого, будоражащего напитка, приводя свои и без того расшатанные нервы в порядок, хотя какой это мог быть порядок? Она уже и не знала, только смотрела как Аяно хоть чуточку оживала, пока сидела в телефоне, общаясь с Таро. Как это могло быть? Это ведь друг, парень Осаны, но пришлось проглотить все возражения. Это было пыткой, как бы Аяно не старалась ее загипнотизировать, но возможно, она это делала намеренно, но в тот момент Райбару пожалела, что способна еще мыслить сама, а не быть полностью безвольной. Она даже не заметила как ошпарила рот, язык и как щиплют теперь слезы, только боль. Чашка разбилась на осколки, ноги также были задеты, так что девушка подскочила и отошла поскорее к раковине, промывая ошпаренный рот ледяной водой. — Как успокоишься, то убери за собой. — Аяно поставила чашку, ожидая когда напиток остынет. Стук за стеной продолжался, возможно, Аой была голодна и пока Райбару была занята, она взяла сегодняшний завтрак для пленницы и отошла в сторону книжного шкафа отодвигая его. Спустившись вниз, она почувствовала резко бьющий в нос запах крови и приторный несвежего мяса. Аой висела обнаженной с огромным синяком, который виднелся за пределами сырых бинтов на животе и все ее и без того бледное лицо, жирные волосы и плечи были в подсыхающей крови, взгляд воспаленного глаза был направлен в никуда, ее грудь слабо вздымалась. Аяно заметила небольшую лужицу под ногами Аой и не обращая на это внимание, принялась кормить ее, видя как девушка слабо шевелит челюстью, чтобы все это пережевать. Тем временем телефон буквально гудит от сообщений от Таро, но Аяно продолжала кормить девушку, не забывая отвечать на сообщения. Аой скривилась, слеза покатилась по ее щеке, она не знала как это проглотить, языка не было и подняв еле как голову на Аяно, она приоткрыла рот, показывая слабо пережеванный рис, где немного глубже был виден кусок языка, который ей прижгли, лишь бы не лечить или лечить, но так, никак. — Проглотить не можешь? Сейчас. — Аяно давит, пропихивает ложкой пищу, чтобы та спустилась именно по пищеводу, но Аой закашлялась, благо ненадолго и так, потратив на завтрак примерно минут сорок, пленницу напоили теплой водой. Ее нужно было теперь мыть, так что по возвращению наверх Аяно увидела Райбару, которая ела уже без особого энтузиазма рис, открывая телефон и видя задание на дом и что скоро нужно будет отвечать по видео звонку. — Что будем делать? Нам только недавно поставили туда ноутбуки, хотя я думаю можно и без видео-чата, а надеть наушники и работать по возможности, — Райбару говорила тихо, надломлено и учуяв удушающую вонь с тела Аяно, ощутила как живот скрутило, а по телу прошлись мурашки, кожа на спине вспотела, и смотря широко распахнутыми глазами на Аяно, Райбару поняла, что тот стук вчера был явно не смехом, а все утреннее хоть каплю настроение из-за уроков было окончательно разрушено, — она разлагается? — Тихо, боясь и в тоже время будто ожидая ответа, Райбару поспешила в подвал, видя Аой в таком ужасном состоянии, морщась от мерзкого запаха заражения. — Нет. — Приблизившись к ней, Райбару едва коснулась ее щеки, глянула в этот потухший глаз, она уже даже в прошлый раз не удивилась, что там пустая глазница, а сейчас рассматривала ее и поняла, что дрожит. Аой не реагировала на Райбару, только подрагивала. Ее запястья были белоснежными, отличающимися от остального тела и Райбару постаралась снять ее оттуда, чтобы усадить хотя бы в кресло. Руки безжизненно повисли вдоль тела и пытаясь ими шевелить, Аой поняла, что еще пока может это сделать, ведь тело было все еще более менее выносливым и не ослаблялось так долго рвотным, но рана… Она забирала все и трясущимся запястьем Аой обняла Райбару, понимая, что сейчас силы явно не на ее стороне и нужно действовать не по привычке. Райбару смотрела на нее, прижав к груди и как можно осторожнее решила все же уложить на кровать со слабым матрасом, садясь рядом, чтобы той не было страшно хотя бы умирать в одиночестве. Аой в этот миг просто наблюдала, мысли как тягучая масса текли мимо нее и превращались в кашу из боли, воспоминаний о Мегами. Кажется, только вчера она шла рядом с этой белокурой девушкой, общаясь по поводу своего обучения и тренировок, чтобы быть достойным телохранителем и обучаясь разным видам яда, они изучили простое лекарство, что есть в любой аптеке и им было бы крайне легко кого-то отравить из-за отсутствия запаха и цвета, но консистенция, попадая в жидкость, становилась гуще. Голос Мегами был жестким, холодным, но каждая тренировка которую проходила Аой в попытке быть лучшей, она доказала ей свою эффективность. Флешбек 1 Мегами проходит мимо, она еще мала, но уже знакомится с Аой и тем, что тело у синеволосой девочки было довольно крепким в столь юном возрасте, как и зрелые мысли. На пальцах мозоли от тетивы, это она знала крайне хорошо. Стрельба была тем, что концентрирует мысли на цели, а не на отвлекающем фоне, так что когда у Аой было слишком много душевных переживаний, она брала больше уроков стрельбы из лука, держа спину ровной и прямой, руки не дрожали и держали оружие, направленное к цели, а Мегами хвалила. Хвалила ее, пока они были одни. Аой не видела ее никогда плачущей, расстроенной, но… разочарованной уж точно. Но как же это было больно, когда Мегами смотрела своим ледяным взглядом на совсем юную девочку, не достигшей успеха, но это было куда страшнее. Но она не помнила одной вещи, связанной с Мегами и это порой не давало ей четких указаний на дальнейшее, но Аой понимала, что это явно важно. А вспомнить надо. Мегами отрабатывала удары, пока учитель крайне жестоко напирал и пресекал любые попытки слез. Тут нет места слабости, тут было только боль, смекалка и жажда победы. Один за другим махи ногой в мужчину и яростное выражение лица девушки, что Аой невольно залюбовалась, сжимая край своего платья и как только у Мегами пошла кровь из носа, то Аой ушла, с остервенением снимая осточертевшее нежное платье и вышвыривая его, поправила черные шорты в которых была и топике, а по возвращению увидела что Мегами не удалось победить своего учителя, лежа на полу и пытаясь прийти в себя, но даже это ей не дали, толкая и заставляя подняться. — Напряги пресс и встань в стойку, поднимайся, мы не закончили, — услышала она грубый голос мужчины и тот ждал, ждал когда Мегами поднимется, когда снова начнет атаковать, — это не успех, а позор, ты не можешь падать пока противник атакует, ты должна быть сильнее, гораздо сильнее, нет воли слезам, это отмазка и слабость, нельзя падать на пол, в противном случае смерть гарантирована и тогда ты не сможешь быть наследницей корпорации. — Мужчина собрал черные волосы в хост и увидел Аой краем глаза. — О, кажется у нас есть зрители, — мягко замечая как Мегами вздрагивает, трясясь на полу и стараясь подняться на ноги, но тут же махнул рукой своей ученице, тяжело вздыхая, — сорок скручиваний и двадцать раз и потом переходи на пятнадцать приседаний с гантелями. — Мегами что-то проворчала, но мужчина уже не обращал на нее внимание, переведя все на Аой и замечая ее вид, хмыкнул. — Тоже собираешься тренироваться? Что ты тут делаешь? — И прежде чем Аой могла сказать какую-то грубость, Мегами ее опередила. — Пусть остается. — Ослушаться просьбы было нельзя, тем более был повод у Мегами это сделать, но вот Аой совершенно не помнила ни начала дружбы, ни процесса, только пустота, будто там был блок, но на что он… Она только согласно кивнула и наклонила вихрастую голову на бок, было видно, что волосы были самостоятельно обрезаны и криво, но той было все равно. Мастер приблизился к ней и кивнул на свободное место, подальше от Мегами, благо место позволяло. — Раз уж ты здесь, то давай начнем и судя по твоему телу, ты уже знаешь некоторые тренировки, но тут мы работаем на износ и ты раз уж твои родители об этом позаботились, должна отдать всю себя, не важно кровь ли, слезы, мне нужен результат и важен процесс. — Поняла. — Она хотела было уже лечь для отжиманий, но мужчина средних лет только остановил ее жестом, поглядывая на Мегами и оставляя комментарии. — Аой, что за детский сад? Какие отжимания? Подъем и делай тридцать наклонов с гантелью, потом пятьдесят раз велосипед…— Он не просто тренировал, он гонял их как кобыл по полю, он и сам был весь мокрый, в крови Мегами, которая была в процессе еще, но теперь к ней добавилась и та девушка. Удары, скручивания, подтягивание, бег, владение луком. Учитель на потом мог спокойно ударить до следов на запястьях указкой, заставляя их держать лук и стрелы правильно, не обращал внимание на то, что обе девушки уже конкретно пахли и были мокрые настолько, что еще немного и упадут, но за это он только добавлял дополнительных заданий, чтобы теперь уже стрелы попадали точно в цель, а за каждый промах было еще больше скручиваний, бега, планок… — Мегами, это не чай на светском собрании, локоть еще выше, Аой, тебя тоже это касается и расслабь руку, сотрешь все в мясо. Я на вас сейчас утяжелители натяну, а хотя зачем потом? Надели, живо! — Вес ощущался, именно что ощущался, а никак иначе. Аой старалась не плакать, но она чувствовала, что сейчас упадет, но видя и без того замученную часами ранее подругу, прикусила язык и скользкая от пота ощутила как ей на плечи давят лямки, будто в рюкзаке были гири, руки трясутся, в глазу мутнеет, Мегами же держит стрелу, пока волосы прилипли к лицу, но это не должно быть ей преградой. Учитель ходил как хищник вокруг девочек, видя насколько те измучены и просто смеялся над ними, но что жалобы? Это нужно, так надо, а в противном случае их просто убьют в реальной жизни, а не за стенами тренировочного зала. Он намеренно толкал девушек, пинал по ногам, в их формирующийся пресс, а за ошибку сильнее бил не только по рукам, но и по ляшкам, потому что на руках места на обеих девушках за этот день убавилось в разы, говорить что-то было бесполезно. — На сегодня с вас достаточно, — Девушки стояли на трясущихся ногах, в глазах уже темно, а тело было одным сплошным спазмом, больше ничего, но обе смотрели друг на дружку и теплом. Возможно, это был редкий случай, когда это они могли сделать рядом с кем-то, но что Аой, что Мегами отдавались делу с полной самоотдачей, коей у них было полно, — завтра утром будет еще больше занятий, не опаздывать, а сейчас разойтись, можно сходить к медсестре. Вас надо будет еще усиленно готовить ибо этого недостаточно, вы обе дрожите как щенки, позорно для таких как вы обе, — и махнул рукой, — вольно. — Девушки чуть ли не грохнулись друг на друга, смотря на время… Только недавно было восемь утра. — Поднимайся. — Шепот Мегами за весь день смиренного молчания был подобен хлысту по нервам, Аой старалась подняться, но все тело было как одна сплошная отбивная с кровью, она видела как Мегами идет качаясь из стороны в сторону, но идет, а сама… а сама не смогла найти силы встать и на четвереньках шла на стертых коленях по лакированному полу в тренировочном зале, оставляя редкий след крови и только тогда, когда она схватилась за турник, то смогла встать, а учитель, наблюдавший все это время издалека, прикрыл глаза, не демонстрируя улыбки. Конец флешбека 1 Аой резко выдохнула, ощущая, что все еще жива, но чувствует тепло рук, сколько же времени прошло как она так унижалась? Но это уже не было столь детальной частью. Мегами в тот раз смотрела на нее с интересом, не более, но даже это было слаще похвалы. Возможно сейчас Аой бы стыдилась, сильно сожалея о том, что подставила, что не смогла даже себя защитить, не говоря уже о Мегами. Она глянула на свои руки, понимая, что она может уползти, она вытерпит боль, но сам факт того, что именно та психопатка может сделать, что того даже на тренировках не было — пугало. Стыдиться уже не было сил, нужно вывернуться и ползти прочь, благо она понимает где примерно выход, Райбару с непониманием смотрела как та падает на пол с кровати и ползет, оставляя слабый след крови на деревянном сухом полу, ползет и слабо дышит, стараясь подняться на обрубках ног, понимая, что боль неизбежна. Стоит, шатается под заворожённый вздох Райбару и вдруг ощущает, именно ощущает как трескается кость и резкая, жгучая боль как кипяток ошпарила обе ноги и выше, органы, которые были скрыты под слоем бинтов, шевелились отчетливее и Райбару подскочила к Аой, слыша этот ужасный хруст костей из еще совершенно незаживших ран, ловя несчастную пленницу под ее сиплые мычания и скулеж, видя окровавленный затылок. — Тише, не надо. — Райбару заметила как с забинтованных ран потекло и сердце забилось чаще от душераздирающего мычания Аой, от резкого того хруста костей, запаха. Как только она повернула несчастную к себе лицом, в нос ударил запах еще гаже, слаще, а плоть под пальцами была мягкая, не настолько как у нее самой, а гораздо мягче и на это движение тело Аой ответило мелкой дрожью. Райбару поддерживала ее за спиной, ощущая и там мокрые бинты, Аой скулила и впервые за долгое время та плакала при ней, при живом человеке от боли, от сожалений, от воспоминаний о Мегами, она старалась схватиться за каждое, не только с тренировки, а о том как сама пошла и подала заявку на вступление, как впервые надела белую форму и нелепый бант на шею, насколько сильно ощущался ветерок между ног, как вновь надела юбку и обычные белые трусы, а не привычные боксеры и шорты. Насколько обнаженной и не защищенной себя чувствовала, но эта незащищенность очень быстро сменилась смирением и ожиданием. Она смотрелась для других комично в короткой белой юбке с красной тонкой полоской. Запах мегами заполнил ее из воспоминаний сюда и вдыхая ее едва уловимый аромат, она ощутила свое нагое тело, но не ощущала за него стыда. Грудью прижимаясь к скрытой футболкой груди Райбару, она поджала ноги, все еще смотря то на нее, то на путь к выходу. Так близко и так далеко, она зажмурилась, а тело пульсировало сильнее. Больно, впервые страшно. Райбару идет к выходу и стоило ей подняться на ступеньку, она услышала вздох. — Аой? Ты без сознания? — Она покачала ее, но реакции не было, тело пульсировало, она приподняла девушку, не смущаясь обнаженной бледной плоти и прижав к мягкой и липкой груди ухо, поняла, что пульс есть. Руки, держащие пленницу, холодеют и Райбару старается расшевелить тело, но подняв голову она заметила глаз Аой — ярко-синий, насыщенный цвет поблек, а зрачок расширялся, означая, что девушка просто потеряла сознание. Райбару ощутила как по щекам бегут слезы, как руки дрожат и почти роняют несчастную, она хотела ее в последний раз вытащить на поверхность. Слеза одна за другой капала на голое тело девушки, теплые и легкие. Тело Райбару сотрясли рыдания и она обняла крепче ее, утыкаясь в изгиб шеи, видя как голова откидывается назад, на шее пульс еще пока прослеживался. Задушенный всхлип вырвался из горла девушки, выпустив за собой душераздирающий вой и Райбару осела на ступени, обнимая Аой, пока рыдания распространялись по подвалу, пока Райбару сходила с ума. — Ты ведь просто попала под руку, да? Просто не в то время и не в то время. — Захлебывалась она словами, кашляла и ощущала как сама пропиталась всем этим ужасом, тем, что не помогла, но помощи от нее не было толку, она живо ощущала то, как ее грудная клетка будто разрывалась от рыданий, как голос уже хрипел и в этот миг открылась. Аяно, распахнула дверь, медленно моргнула, понимая что происходит и ни больше, ни меньше тратя времени, подала голос: — У нас проблемы, — она даже не дала напуганной и зареванной Райбару сообразить. — Нам нужно в Акадэми, но перед этим нужно избавиться от трупа. — И услышала только грубое от Райбару: — Аяно! Сука! — Райбару прижала тело к груди, не желая отдавать несчастную девушку, не желала воспринимать холодное «труп», а прижимала ставшую хрупкой Аой, надеясь что та еще будет жива, хотя это было совершенно напрасно. Она вывалила в эти слова столько невысказанной боли, особенно когда это чудовище еще и параллельно пишет явно что-то для Таро. — Райбару…— Предупреждающе, — у нас нет времени на страдание, если ты не возьмешь себя в руки, нам обеим будет плохо. — Она глянула Райбару в глаза, заставляя ее быть покорной и отбирая ношу, Аяно положила его на пол, расстелила черную пленку, которую все это время держала под подмышкой и поднимаясь опять наверх, принесла то, от чего Райбару чуть не потеряла сознание — бензопила. Ее не было дома у Аяно ранее, такой нет в их Акадэми, но есть в городе Бураза и ее не купить если ты младше двадцати одного года, но как? Как? — Аяно, не надо, пожалуйста. Она еще живая. — Молила Райбару Аяно, пока та располагала тело так, чтобы было удобнее. — Обязательно, ага, а ещё наверное завтра домой к себе приглашу Таро, — Аяно перечисляла, загибая пальцы и вдруг кивнула на Аой, — но если она живая, то для нее же хуже. Намного хуже. Нужно выкачать из нее максимум информации, но вот как... — Прикусила та губы. — Почему, Аяно? Почему именно она? — Она тряслась уже вся, оседая на пол от чего Аяно ее подвинула в сторону, но слушая уже ее бредни. — А кого? Больше некого. И перестань рыдать. — Чудовище, как ты узнало о том, что нам надо в школу, мы на домашнем обучении! — Пыталась хоть как-то отвлечься Райбару, с опаской поглядывая на пилу. — В главной группе Акадэми написали, я давно туда не заглядывала, но там какой-то аж режим начался. Нам нужно всем прийти, Таро в ужасе, не хочет туда идти и я наверное предполагаю почему. — Врала она, сообщение пришло от инфо-чан раньше, чем сообщение об экстренной ситуации. Аяно сжала свой телефон и спрятала, там еще пока висел чат. Полчаса назад — «Ян-чан, ситуация критическая, я не в школе, я сбежала. Я в жопе. Полной» — «Ты всегда так, какая разница?» — «Мегами теперь активна, она знает, что Аой пропала. И ей нужно чтобы все пришли в спортзал в 8:30 через десять дней, там поведётся собрание. Явка обязательна даже те кто болен и отстранен, не считая лежачих, а иначе отчислят, а твоего сенпая может ждать участь и похуже отчисления, потому что он сломлен и эта диктатура может его убить морально, а я в таком кошмаре работать не могу. Ты на первом месте под подозрением, поэтому держи рот на замке, не приноси ничего запрещённого, но я верю в тебя» — «Еб твою мать... От меня-то ты что хочешь?» — «Мне нужно укрытие. Все компьютеры я вынесла до того как информация будет официальна и спрятала, но это ненадолго, они теперь знают, что я не легенда. Мне нужно спрятаться у тебя» — «У тебя вроде есть так называемые люди, разве нет?» — «Ян-чан, ты пока что на крючке и я иначе тебя сдам. Если меня утащат, я заберу с собой и тебя, и Райбару, и Таро. Всех до единого.» — «Угрожаешь, сучка?» — «Это факт, Ян-чан, ты не в милости, тебя первую на очереди пустят так сказать по кругу и это даже без моей помощи» — «От тебя я получу что-то? Мне нужно защитить сенпая от этой Мегами и наверное тебя, если ты не будешь держать язык в жопе, инфо-чан. Надо же, даже легенды порой мрут» — «У меня есть компроматы на Мегами, но и ты можешь со своей компанией помочь в этом, чтобы защитить Таро. Он в опасности. А мне всего лишь укрытие нужно, несколько дней и все. Я помогу, я помогу тебе защитить Таро, у нас осталось около десяти дней» — «Ясно. Подвал. Но там воняет» — «Аой?» — «Да» — «Похуй и знать не хочу, я и не в такой клоаке сидела, держи координаты и да, я еле как смогла найти обход. Мегами не ждет, она делает и все» — «Кстати, что на счет Куроко?» — «Ничего, она ходит как сама не своя, а что?» — «Она знает. Все. Но держит язык за зубами, но ее скорее всего придётся убить первой. Я жду тебя тут» — «Отключаюсь» Конец диалога. — Ух, ты предполагать умеешь, а я думала ты только умеешь жизни другим ломать и меня пытать таким образом! — Всплеснула руками Райбару, понимая, что ее жизнь идет по наклонной. — Не язви. Там теперь повсюду камеры, даже в столовых и разве что не в кабинках туалета, но там прослушки. Теперь невозможно сделать лишнее телодвижение, клуб оккультизма закрыт, стоят металлоискатели практически везде, — Райбару дрожит, просто слушает и дрожит, не перебивая и понимая, что хоть что-то сможет сдержать эту тварь, берет свой телефон и читает что там написано, параллельно слушая Аяно, — будут осмотры и проверки, телефоны теперь все, интернет подключен только на ноутбуки и есть возможность только звонить в экстренные службы. Патрули повсюду и они вполне имеют право тебя осмотреть. — Райбару трясется и медленно моргает. — Аяно, ты же понимаешь, что тебе пиздец? — Она скалится в подобии улыбки, но там ничего смешного не было, даже злорадства, — тебе пиздец, тварь. — Сжала она в руках покрепче бутылку молока. — Я больше о Таро волнуюсь и... — ... ты волноваться умеешь?! — Перебили. — Нет. Все? Я могу закончить? Отлично. Так вот, все очень плохо, но для него. — Что нам теперь делать, Аяно? Что нам делать? — К нам придет гость сейчас... Мы должны будем его впустить и это не обсуждается. — Проигнорировала она ее выпад. — Кто? — Не поняла Райбару и услышала скрип двери. Вздрагивая, она подпрыгнула и глянула вместе с Аяно на того, кто вошел внутрь — неизвестная личность в длинном просторном кимоно и черной маской на все лицо скрывая не только глаза за темной сеточкой, но даже волосы скрыты под капюшоном, а голос как по записи из старых кассет, не очень понятно девичий и юношеский, а может все вместе. — Я. Ян-чан, где ты меня поселишь?