Тени прошлого

Прошла неделя, Нина не объявлялась. Всё шло своим чередом. Софья шла на поправку, а Владимир всё время был рядом, а Серёжа радовал собой каждый день. Не смотря на свой юный возраст, малыш понимал — он будет старшим братом и, в силу своего возраста, всячески старался помогать маме. Хотелось верить в то, что всё наладилось. Но как оказалось, это было всего лишь затишьем перед бурей. Сначала графу стали приходить странные записки, по типу обычных оскорблений. Такие вещи и раньше нередко приходили Владимиру. Были и те, что адресованные Софье. Но Воронцов ей их не показывал, всегда тщательно перечитывал её почту, не давал даже единого повода для волнения. Дальше пошли угрозы. Однажды утром Владимира срочно вызвали в штаб. Пока он собирал документы в кабинете, к нему зашла Софья, помешивая кофе. — Родной, доброе утро. — Лучезарно улыбнулась она. — Ты уже уходишь? — Доброе, любимая. К сожалению да. — Поцеловал в губы жену. — А что это у тебя? Кофе? Софья, тебе же доктор категорически запретил его. — В его голосе не было и капли злобы, только мягкая забота. — Владимир, конечно я помню, что мне нельзя бодрящих напитков. Это для тебя, сама заварила, решила удивить, сделать приятное. — Поставила чашку на стол. — Ты же даже позавтракать не успеешь, вот я и решила позаботиться о тебе. — Граф обошёл стол, подошёл вплотную к жене, взял её за щеки и втянул в нежный поцелуй. Она обняла её за шею. — Люблю тебя, моя хорошая. Ты как себя чувствуешь? Спину не тянет? Живот не болит? — Его руки опустились на поясницу, нежно поглаживая её пальцами. — Ты знаешь, нет, на удивление я себя чудесно чувствую. Единственное малыш уж очень часто возмущаться стал. — Пинается? — Ещё как! Такой маленький, а уже с характером. — Её это смешило. Она сияла от счастья. Настоящего, искреннего. О котором мечтала любая. Это было её счастье. Её личное женское счастье. — Ну так, мой характер. — Вообще то ты меня не пинаешь под рёбра. — А это специально так, он просто возмущается из-за того что ты волнуешься. — Поцеловал в нос и глянул на фамильные часы. — Так, у меня есть буквально десять минут. Опять что то в штабе произошло, ничего вообще не могут. — Отпил кофе и застонал от удовольствия. — Софья, ты просто чудо. — В ответ девушка просто смущённо улыбнулась. — Всё, любимая, мне нужно бежать. — Стал собирать документы, но одна бумажка выпала. Софья подняла её и машинально прочитала, после чего замерла. Она таращилась на лис бумаги, не в силах вымолвить и слова. На её глазах застыли слезы. — Софья? — И давно это происходит? Давно мне угрожают? — Он молча подошёл к жене. — Родная, посмотри мне пожалуйста в глаза. — Владимир поднял её за подбородок, заставив смотреть на него. Говорил чётко, обволакивающе, видел что ей страшно. — Тебе нечего бояться, я не дам вас с сыном в обиду. Никто не смеет приблизиться к вам. К тому-же я догадываюсь кто это пишет. Эти люди не способны что то сделать нам. Они думают что эти записки чем то напугают. — Почему ты сразу мне ничего не рассказал? Почему ты скрывал это от меня? — Вспомни в каком состоянии ты была всю эту неделю. Тебе категорически волноваться нельзя. Я пытался тебя огородить. Пожалуйста, пойми меня правильно. Эти письма очень бы расстроили тебе. Мне важно твоё состояние. Пообещай мне, что ты не будешь расстраиваться из-за этих записок. Ты обещаешь мне? — Обещаю. — Прозвучало это не совсем уверенно. Следом последовала кривая гримаса. — Опять пинается? — Положил руку на объемный живот. — Уже не просто пинается, а дерётся! Такое ощущение, что там живёт маленький слоник. — Он просто чувствует твоё волнение, вот и реагирует так. — Беги уже в штаб, а то опоздаешь. — Чмокнула в губы. — Не волнуйся о нас. — Люблю вас. — Послал ей воздушный поцелуй. Сердце его было не на месте, поэтому по пути на службу, он зашёл в лавку турецких сладостей, где находились Мириам с Асланом. Владимир любезно попросил подопечную приглядеть за подругой. Та конечно же согласилась. Граф направился дальше, думая по дороге, что делать с этими записками, но идей пока не было.