Наследие

      Я был прав – Arquebus предали нас. Как только 621 устранил одну из машин серии «Ибис», ВЗ-II Снэйл, выстрелил в моего подопечного ЭМИ снарядом, который вывел его Погрузчик 4 из строя, а меня, захватила спрятавшаяся группа МТ.       После операции «Стенолаз», в которой, 621 практически в одиночку захватил Стену, я вместе с ним узнал, что Arquebus хотели пожертвовать независимым наёмником, дабы расчистить себе путь. С того момента, задания от этой корпорации, я принимал с большой опаской.       Информацию по настоящим планам Arquebus, нам передал ВЗ-IV Рыжий по защищённому каналу, который также участвовал в той операции вместе с моим подопечным. И с которым, у 621 завязались дружеские отношения.       621… Шестьсот двадцать первый усовершенствованный человек четвёртого поколения. Человек, чьё имя исчезло, на замену которого, пришёл серийный номер.       Казалось бы, очередной усовершенствованный человек, которые нередко погибали, работая на меня. Кто-то жил дольше, кто-то меньше, как например 617, 619 и 620, но 621 отличался от всех их тем, что добровольно согласился на операцию.       Как оказалось, ему было по сути своей уже нечего терять, поэтому он и согласился на операцию.       Узнав это, я некоторое время стоял перед операционным столом, на котором, накрытый плёнкой, лежал 621. И тогда, я поклялся самому себе, что дам ему новый смысл жизни. Я дал себе слово, что 621 обретёт смысл жизни как свободный человек, а не как послушный пёс.       Для постороннего человека, эти действия могут показаться странными, но кто-кто, а я отлично знаю, какого это – лишиться всего…       Я родился на Рубиконе. В Исследовательском Институте. У меня была семья – любящая мать, пусть и очень занятой, но хоть как-то заботящийся обо мне отец. Профессор Нагай тоже был довольно добр ко мне, и нередко объяснял сложные для ребёнка вещи простым языком.       Но я лишился всего. Сначала мама погибла из-за несчастного случая во время одного из экспериментов с кораллом, потом отец, узнавший об изменениях в теле покойной жены после воздействия коралла, начал экспериментировать над людьми, из-за чего, сломал жизни многим людям, а также, бесповоротно сошёл с ума.       Я не особо помню события того временного промежутка, но знаю, что профессор Нагай присвоил себе открытие операции по усовершенствованию человека, дабы сжечь всю информацию по этой чудовищной процедуре в Пожарах Ибиса.       Я видел как Рубикон сгорал. Я был эвакуирован профессором Нагай и его ассистенткой Карлой, которая осталась на планете, дабы никакая информация о разработках моего отца не покинула Рубикон-3, но они не смогли…       Мой отец, чтоб он горел в аду, оказался предусмотрительным, и информация об операциях по усовершенствованию оказалась вне Рубикона. Сколько жизней погубила эта информация…       Сейчас же, сидя в допросной камере центра переобучения, меня волновал только один вопрос: смог ли сбежать 621? Я вместе с Карлой подстраховались, и она заранее отправила своих людей, дабы они скрытно отремонтировали одну старую, давно устаревшую АС, на которой, можно было бы сбежать отсюда.       Я не надеюсь сбежать. Я неплохой пилот, но 621 намного лучше. Если сбежит он – у Смотрителя будут шансы окончательно сжечь коралл на планете. — Ты знаешь, почему ты здесь сидишь? — грозно спросил следователь, угрожающе наклонившись ко мне, положив свои ладони на стол.       Я лишь посмотрел на него безразличным взглядом. — Нет. — Значит ты не знаешь, что твой пёс сбежал отсюда… — прошипел он.       Я удивился. — 621 сбежал отсюда? — неверяще спросил я. — Да… — сквозь зубы прошипел следователь, сев на свой стул напротив меня и скрестив руки на груди. — Он как-то привёл полуразвалившуюся АС в рабочее состояние, и перебив половину охраны, свалил отсюда вместе с главой УиР.       Я лишь закинул голову назад и рассмеялся смехом, в котором, сочеталась моя незавидная участь, и счастье за успешный побег 621.       Выйду я отсюда или нет, уже неважно, совсем скоро, судьбу Рубикона решит мой подопечный. Хотя нет. 621 больше не мой подопечный. Он – свободный человек, который сам решает, за что ему сражаться…

******

      Приказ корпорации. Наследие отца. Клятва самому себе…       Я проиграл, 621 победил меня. Он… защищает коралл...       Я знал, что шансов у меня немного, поэтому меня не удивляет то, что сейчас, я нахожусь в подбитой АС, стоя на одном колене, держа заряженную коралловую пушку, а 621, без особых повреждений, стоит в своём Погрузчике 4, держа прицел обоих «Тёрнеров» на моей, уже поверженной АС. — Смотри… 621…       Я отключил пушку и опустил руку.   — Ты… ты нашёл друга…       Я начал истерично смеяться – с момента взрыва коралла в сторожевом пункте Дельта, 621 говорил о голосе в своей голове, но я лишь отмахивался – у четвёртого поколения, бывали побочные эффекты и посильнее.       Сейчас же, испытав нечто подобное, я вижу… её… голос, что был с 621 всё это время. Вот почему 621 перешёл на сторону Фронта Освобождения, вот почему во время вылазок в Глубину, моя помощь практически не требовалась. А я, старый дурак, нет бы послушать своего подопечного, лишь отмахивался от его проблем... — УОЛТЕР! — крикнул 621, видя, что позади меня, Ксилема начала разрушаться. — Беги… — выдохнул я. — Отныне, ты свободен.       На долю секунды, между нами возникла пауза, которую, прервал голос коралла. — Ворон! — крикнула та, кто живёт в голове 621. — Ксилема разрушается! — Уходи… — произнёс я, принимая свою судьбу. — Ты нашёл за что и за кого сражаться. Я поклялся, что дам тебе смысл жизни, и пусть, ты сам нашёл его, я рад, что ты сделал свой собственный выбор. Теперь ты свободен… — Ксилема разрушается! — крикнул коралл. — Мы не успеем спасти Уолтера! — Спасибо за всё. Ворон…       Не говоря ни слова, мой бывший подопечный развернул свою АС, и включив ускорение, начал улетать с падающей Ксилемы.       Смотря в спину улетающей АС, я испытывал счастье от того, что моя клятва исполнена. Да, я не смог избавиться от коралла, но увидев, как 621 и коралл взаимодействовали друг с другом, я понимаю – коралл не враг человеку. Враг человека – он сам. Коралл же… другая раса. Другой вид разумной жизни, который, может жить в мире с человеком.       Жаль, что я понял это слишком поздно…