Скрест: Многодушие

—Серьёзно? — рассмеялся Демоангел и хвосты обвили Даринет; оголился рот-решётка и показались большие чёрные глаза. Даринет задёргалась; дыхание участилось и из неё полились дымки красного и чёрного цвета. — Остановись, пожалуйста... — приобняла Оля Деймоса. Он обернулся За спиной Демоангела стояли Оля, Эрик и Соня с Гарри. — Моё умение видеть человека насквозь, мне помогло. — улыбнулся Гарри — ну что же, будем дружить. Деймос был удивлён такому повороту событий и тщательно пытался скрыть это. В его рот до сих пор лилась дымка. — Пожалуйста — прошептала Даринет и из неё пошла фиолетово-оранжевая дымка. - @! #h - сказал что-то непонятное Деймос и отпустил Даринет - Как, за что мне это? Живи пока. Мой срок на исходе. — Она кукла?.. — теребила браслет Соня. — Да — (Деймос) Вдруг из Даринет вышел ослепительный свет. — Время такая интересная вещь. — (Деймос) — Я буду скучать... — (Соня) — Я тоже — у Демоангела потекли слёзы: прозрачные как стекло. После он медленно стал исчезать. — На память— сказала Соня едва сдерживая слёзы и протянула Деймосу свёрток — там и Векторну... — Спасибо — произнёс Демоангел и теперь уже стал разлетаться на более существенный прах. Соня крепко обняла его. Деймос был холодный и он излучал мертвецкую прохладу, как будто обнимаешь лёд, который никогда не растает. Но Деймос почувствовал пламя в своей груди. Тепло растапливало "лёд" и "сердце". С Деймоса текла жижа и сыпался прах, но Соне было всё равно. Деймос уже исчез. Соня вытерла слёзы. — Можешь ничего не объяснять. — вошла Подчинённая — Мара мне всё уже рассказала. — и стала дымкой. Свет быстро потух. — Что это было? — тёрла глаза Оля — Нет слов, одни эмоции. - восхищался Гарри —Соня? Всё хорошо? — (Эрик) — Да, не волнуйся. — (Соня) — (смех) Дурочка, хоть меня подождала бы...— (Мара) — А, так это ты в "команде" с Демоангелом? —(Даринет) — (смех) о чём это ты? — и Мара исчезла. Пока Даринет отчитывала всех за всё на свете, Соня встала на колени над прахом и добавила его в кулон. — Я обещаю, нет, клянусь! Клянусь, что научусь пользоваться магией. — прошептала Соня и её браслет стал едва различимым силуэтом на коже— Сегодня же начну! __ ;) ____ — Я восхищаюсь магией. — (Гарри) — Как-нибудь научу тебя — улыбнулась Соня — Спасибо, а помнишь Автомат? — Я уничтожила игровой автомат; случайно, но мне кажется, что он ещё вернётся — (Соня) — Мы всегда рядом с тобой— Гарри обнял Соню, а та улыбнулась. Соня зашла в подъезд и открыла почтовый ящик. В нём лежала газета. Она достала её и полистала. Газета прошлого-позапрошлого выпуска. На третьей странице была большая фотография Скрестов, а на заднем фоне, в толпе, стояла девушка. Соня уже зашла в квартиру. Девушка была с каштановым каре с лёгкой золотинкой. Одета она была в широкие джинсы и белую рубашку. Глаза девушки смотрели в камеру, словно она заглядывала в душу, и были серыми. Знакомые серые глаза. На асфальте рядом с девушкой были нарисованы три символа: пентаграмма, старый телевизор и спираль-закорючка. Через минут двадцать у Сони зазвонил телефон. Соня посмотрела, кто ей названивает: вместо номера были нули, а на аватарке вместо привычной, стояла аватарка Меникса. Но как будто странная? Соня отложила телефон в сторону. —"Стоп. Меникс?! Но до него не дозвониться было. Почему?" —подумала Соня и всё же ответила на звонок. Она словно увидела чей-то силуэт, разбитый или скорее взорванный телефон, уйма чашки кофе. Стук сердца и помятая рубашка, а затем яркий свет. — как о таком человеке могли забыть? — прошептал ОН. Соня быстро накинула кофту и побежала в другой двор. Было холодно и темно. Заморосил дождь. Девушка забежала в подъезд и еле как поднялась на чердак. Там было совершено пусто не считая мебели, разбитого телефона, кружек кофе и мусора. — Меникс, ты здесь? В дальнем углу комнаты тускло светились два зелёно-голубых глаза. Знакомые волчьи взгляд. — Ты уже... — хотел что-то спросить он, но Соня крепко обняла его. — Я-я.. —лились слёзы по её щекам. — Эффект бабочки; с кем не бывает. — Я не хочу тебя потерять. — (Соня) — (ты уже потеряла...) Как сказал твой недавно встретивший смерть друг: "За большой утратой и болью, следует что-то светлое". Вряд ли свет появится сразу, но появится ведь? — улыбнулся Меникс. — Свет, даже самый яркий и тёплый, не поможет смириться с утратой. Сомневаюсь, что даже даст привыкнуть. — (Соня) Помятая в области груди рубашка, бледная кожа, светящиеся тускло глаза. Разве же это живой человек? Вместо сердца уже железка, а вместо просвечивающих через кожу вен — провода, но разве роботы, киборги умеют любить? Хотя, а кто запрещал?