On the edge | На краю

      Очнувшись после тяжких ночных кошмаров, Лэйн ощутила, как пропитанная потом сорочка мерзко липла к её телу. Ещё вчерашним утром она и не догадывалась, какой сюрприз ей подготовили некоторые члены отряда. Стараясь вспомнить детали того ужасного допроса с использованием наркотического препарата, девушка изо всех сил вжалась в матрас, крепко зажмурив глаза. — Ненавижу! — От поселившейся в душе обиды хотелось кричать. Лэйн ощутила, как гремучая смесь боли и злости обволокли её нутро, не давая вздохнуть полной грудью. — У этих подлых людей нет ни совести, ни сострадания. Только опыты и научные эксперименты.       Резко повернувшись набок, она поглядела на мирно спящую на соседней кровати Анну. — Предательница! — сквозь зубы прошипела криптограф и, небрежно откинув комкастое одеяло, медленно поднялась с постели.       Поначалу тело отказывалось функционировать: то слабело, то заваливалось в сторону, не желая слушаться свою хозяйку. В горле стоял тошнотворный комок невысказанного разочарования. Девушка перестала различать, где именно в её существе заканчивалась моральная боль, и начиналась физическая. Она, словно субстанция, перемещалась внутри Лэйн, становясь её частью. Напоминая о том, что отныне её личные границы были лишь иллюзией. — Разве что не забрались под кожу, — мимолётно пронеслось в её голове. — Хотя, если будет нужно…       После такого чудовищного унижения девушка больше не собиралась оставаться в «Адаме». Одна только мысль о нахождении рядом с военными вызывала в Лэйн неистовое отвращение и отчаяние, а отчаиваться она не привыкла. Даже в такие непростые времена.       Одолжив без спроса рюкзак Анны, девушка наспех сложила в него тёплые вещи и пару пакетиков затяжного печенья, хранившегося в ящике её прикроватной тумбы. Лэйн аккуратно вытащила из-под кровати зимние ботинки и, захватив со стула пуховик, вышла на цыпочках из спальни, направляясь на крышу. Покидать поместье через парадный вход она посчитала весьма неразумным: ведь в гостиной мог сидеть кто-то из военных, а, возможно, и сам генерал. План побега в этом случае стал бы неосуществим. Другое дело — крыша.       Отыскав в предрассветных сумерках лестницу, криптограф неторопливо проследовала наверх. Старые прохудившиеся от времени ступеньки издавали протяжный скрип под её небольшим весом. Впереди замаячила едва приоткрытая металлическая дверь.       Лэйн ощутила, как от нетерпения и азарта на её лбу выступили капельки пота. Ещё немного, ещё совсем чуть-чуть — и она окажется на крыше, а там вниз по водосточной трубе и — свобода. Больше никаких приказов и вмешательств в её личное пространство.       Ступив на обледенелый покров, девушка решила сэкономить время и, не оглядываясь, зашагала в направлении парапета. — Только бы найти этот водосток. Только бы найти! — судорожно думала она, бегло заглядывая за преграду. — И желательно до того, как меня хватятся.       Вселенная соблаговолила ей, и уже через несколько минут Лэйн нашла то, что искала. Присев на корточки, она стала прикидывать, как бы безопаснее осуществить задуманное. Вдруг за её спиной раздался мужской голос: — На твоём месте я бы не стал этого делать. — Твёрдый, но без толики агрессии, он прозвучал доброжелательно.       Внутри Лэйн мигом всё похолодело. От неожиданности она выпустила рюкзак из рук и настороженно обернулась. Позади неё, развалившись в непринуждённой позе, сидел рыжеволосый солдат. Всё это время, откинувшись на спинку железного обшарпанного стула, мужчина с интересом наблюдал за беглянкой и её действиями. — Что? — нервно переспросила девушка, с трудом сохраняя спокойствие. — Я говорил о том, — терпеливо повторил он, — что, если был бы на твоём месте, то не стал бы этого делать.       Не разрывая зрительного контакта с незнакомцем, Лэйн не спеша поднялась на ноги и повернулась к нему всем телом. — Кем бы ты ни был, — огрызнулась она, чувствуя, как замёрзшие пальцы непроизвольно сжимаются в кулаки, — тебе никогда не оказаться на моём месте. — Верно. Мне и на своём неплохо живётся. — Он говорил неспешно, лениво растягивая каждое предложение. — Но мой совет остаётся в силе: не стоит впадать в безумство и совершать действия, которые могут привести к непоправимым последствиям. — Ты что-то путаешь. Я не спрашивала твоего совета.       Слегка закатив глаза, военный наклонился вперёд и, опёршись локтями на колени, принялся объяснять: — Если полезешь по водосточной трубе, рискуешь совраться вниз. — Вынув из кармана чёрную стальную зажигалку, он большим пальцем крутанул колёсико, вызвав тем самым пару искр, и продолжил: — Её конструкция сама по себе довольно хлипкая, а зимой из-за образования льда внутри становится ещё более неустойчивой. В лучшем случае свалишься и получишь увечья, а в худшем — погибнешь.       Не очень-то вдохновившись его суждениями, Лэйн повела головой в сторону и недоверчиво фыркнула: — Хорошо тебе тут сидеть и выстраивать теории. Ничего не скажешь.       Снисходительно поглядев на девушку поверх пламени, солдат опустил крышку и вернул огниво в недра своей куртки. — Понимаю, что хочешь сбежать, и даже догадываюсь, по какому поводу, но не могу этого допустить. В городе небезопасно, и ты прекрасно об этом осведомлена. — Как и здесь, — наградив его презрительным взором, процедила криптограф. Она сама не знала, почему его слова всколыхнули в ней такую ярость. Но подсознательно понимала, что причиной этому могла стать их откровенная и неприкрытая правдивость. — Среди вас я ощущаю себя отверженной. Бесконечные перешёптывания, косые взгляды и недовольные лица. Я прекрасно умею читать между строк и осознаю, что моё общество вам не угодно. — С тех пор, как ты попала в «Адам», прошло не так много времени. Все к тебе присматриваются — и это обыкновенная история, — пожав плечами, спокойно ответил молодой человек. — Могу сказать, что в отряде находиться вполне себе безопасно, учитывая, что у нас есть отличный командир, чёткий план действий и боеприпасы. Никто из нас не желает тебе зла и не собирается как-либо навредить.       Его невозмутимое лицо выражало гармонию и уверенность в себе, а ещё — усталость от ночного дежурства, которую он старательно прятал под маской мнимой бодрости. Обладая достаточно высоким ростом и атлетическим телосложением, мужчина знал, что априори обаятелен и харизматичен. Однажды Лэйн уже видела его в компании других членов отряда, окружённого вниманием и смехом. Но совершенно не запомнила имени, а может и вовсе не слышала его. Возможно, у военного могло бы получиться переубедить её, попросить не делать глупостей. Однако девушка оставалась непреклонна в своём намерении и планировала во что бы то ни стало совершить побег из злополучного поместья. — Устроить допрос, предварительно введя мне в вену наркотический препарат, было высшим проявлением милосердия. — Горько усмехнувшись, она опустила глаза, не желая больше рассматривать незнакомца. — Не поверили, что моя причастность к исчезновению Ника — лишь их пустые предрассудки. Решили действовать исподтишка.       После услышанного лицо военного резко напряглось, а глаза сузились. На мгновение в них отразилось едва заметное беспокойство. Тем не менее, вслух он произнёс совсем не то, о чём подумал. — Если генерал принял такое решение — значит, оно было необходимо, — сухо констатировал он, смотря перед собой. — Даже при условии, что это была крайняя мера, Дмитрий точно рассчитал, чтобы всё прошло гладко и без вреда для твоего здоровья. — Боже, ты себя слышишь?! — возмущённо воскликнула Лэйн, параллельно делая шаг назад, по направлению к парапету. — Они забрались в мою голову! Нарушили мои личные границы! Не спросив разрешения, запустили свои мерзкие щупальца в мои мысли и мою память! Как насчёт того, чтобы кто-то, не получив твоего согласия, поступил с тобой точно также? Может, тогда ты поймёшь, что именно я имею в виду.       Будто пропустив её слова мимо ушей, мужчина не спеша поднялся из кресла. Девушка не обратила на это движение никакого внимания и продолжила: — Я понимаю, что для многих людей законы не писаны, правила приличия чужды. Особенно, в нынешнем времени: и те, и другие потеряли свою актуальность. Но нельзя же настолько бессовестно вторгаться в чужую личную жизнь.       Снова шаг. На этот раз каблук её ботинка упёрся в ограждение, а это значило одно — она была близка к цели. Заметив это, солдат ловко выудил из закреплённой на правом бедре кобуры пистолет и, продемонстрировав его Лэйн, чётко скомандовал: — Отойди от края. — И не подумаю, — парировала та, сложив руки на груди в протестующем жесте. — Пожалуйста, прошу тебя, отойди, — держа оружие дулом вниз, вкрадчиво повторил он. — Нет! — Если не прекратишь упорствовать, я буду вынужден применить силу. — Да? И что ты сделаешь, застрелишь меня? — едко усмехнувшись, воскликнула девушка.       Их спор нарушили внезапно прогремевшие где-то вдали выстрелы. Рассеянно озираясь по сторонам, молодой человек на мгновение позабыл о беглянке, тем самым предоставив ей возможность совершить задуманное. Лэйн воспользовалась замешательством военного и, решительно схватив рюкзак, скинула его с крыши. Перемахнув через край, словно цирковой акробат, она нащупала ногой выступ в стене и, цепляясь замёрзшими пальцами за трубу, принялась стремительно спускаться.       Однако уже через пару секунд девушка услышала, как холодный, обжигающий кожу металл начал трещать по швам и расходиться. Противно лязгнув напоследок, нижняя часть жёлоба отвалилась и вперемешку с глыбами льда рухнула на сугробы, забрав вместе с собой надежду на спасение. Поняв, что попала в западню, Лэйн судорожно попыталась вскарабкаться, но коварная скользкая поверхность оставшегося фрагмента трубы задрожала, будто насмехаясь над её жалкими стараниями. — Помогите! — вскрикнула она, из последних сил цепляясь за жизнь изодранными в кровь руками.       Неожиданно перед ней возникло ошарашенное лицо солдата, который, услышав грохот, в два счёта оказался на краю. Перегнувшись через парапет, мужчина в последний миг сумел поймать за пуховик уже соскальзывающую девушку. Он взял её под руки и, продемонстрировав расторопность и физическую подготовку, лихо затащил обратно на крышу. Лэйн ощутила предельное натяжение ткани, а следом уловила звуки рвущегося материала, из которого была скроена её зимняя куртка. Крепко держа криптографа за талию, молодой человек неуклюже повалился вместе с ней на спину и, тяжело дыша, откинулся на припорошенное снегом покрытие. Совершенно не отдавая себе отчёта, она в панике схватила лежащий рядом с ними пистолет и направила на военного. — Это заместо… благодарности… за спасение? — одарив её разочарованной улыбкой, сквозь сбивчивое дыхание поинтересовался тот. — Ты… ты… — от пережитого страха девушка не могла внятно говорить, — меня…       Мужчина видел, как его оружие дрожало в трясущихся израненных руках Лэйн, как её прекрасные серые глаза наполнились слезами, лишая способности чётко видеть. Осознав, что перед ним, а, точнее, на нём, сидела хрупкая, беззащитная, до смерти перепуганная девушка, солдат поднял руки в капитулирующем жесте. — Лэйн, пожалуйста, посмотри на меня, — ласково проговорил он, впервые за всё время обращаясь к ней по имени. — Ну же, посмотри.       Она не реагировала, только шмыгала носом и вытирала грязным рукавом пуховика свои мокрые щёки. Молодой человек не желал оставаться под прицелом, а потому, аккуратно поднявшись на локтях, спокойно продолжил: — Я хочу тебе помочь. Прошу, дай мне шанс сделать это.       Закусив нижнюю губу, девушка всхлипнула и перевела на него заплаканный взгляд. — Понимаю, тебе ужасно одиноко среди нас. Мне жаль, что тебе пришлось испытать это чувство. Оно пугает и гложет, но… — Солдат медленно протянул ей руку. — Я буду рад помочь тебе влиться в наш коллектив и… стать человеком, в котором ты сможешь найти поддержку в дальнейшем.       Пистолет как-то неуверенно упёрся ему в грудь, а затем, мазнув по его куртке, выскользнул из рук Лэйн и ударился о ледяную поверхность крыши. Медленно выдохнув, мужчина поднял оружие и, проверив не снято ли оно с предохранителя, поспешил вернуть на место. — Ты всё это говорил… чтобы я вернула его тебе? — исподлобья следя за движениями, задала вопрос девушка. Она всё ещё оставалась сидеть верхом на мужском торсе, даже не подозревая, насколько комично смотрелось их положение. — Вовсе нет, — мгновенно отозвался молодой человек, — я не отказываюсь от того, что сказал ранее, и правда хочу стать твоим другом. Давай всё обсудим. — Я… — Предательские эмоции уже в который раз за это утро норовили взять над ней главенство. — Я очень устала…       Закрыв лицо руками, Лэйн вновь заплакала. Казалось, все слёзы, что копились в ней на протяжении трёх лет безызвестности, теперь нашли выход. Не желая медлить ни минуты, солдат деликатно переместил девушку к себе на колени и, наконец, приняв положение сидя, крепко обнял её за плечи.       Он выбрал молчание. Просто побыть рядом с той, кому это было нужно. С той, которую он ранее не замечал. А может, делал вид, что не замечает. Устремив взор на её раскрасневшиеся от холода кровоточащие кисти, мужчина взял их в свои здоровые, обтянутые кожаными перчатками ладони и принялся растирать, параллельно согревая горячим дыханием. В нём будто бы проснулось давно позабытое желание заботиться, дарить кому-то своё тепло. — Так лучше? — отчего-то шёпотом осведомился военный. — Да, гораздо… Спасибо, — немного успокоившись и придя в себя, ответила Лэйн.       Только сейчас девушка обратила внимание на то, что сидит в объятиях и на коленях у незнакомца. Она не знала его имени, не могла представить и то, каким образом этот человек оказался в отряде под руководством Дмитрия. Однако сердце подсказало, что ему можно было доверять. Лэйн тянуло разглядывать своего спасителя, дотрагиваться до его рыжих, забавно топорщащихся на макушке волос.       Мужчина уловил заинтересованность в её взгляде и, смущённо кашлянув, сказал: — Не хочу говорить плохо об Анне и Дмитрии… В своих делах они профессионалы, каких поискать, но… Их эксперимент явно вышел за рамки дозволенного. Понимаю, уже ничего не исправить. Просто хочу, чтобы ты знала, что я против подобного рода методов.       Не найдясь, что ему ответить, Лэйн вздохнула и слегка улыбнулась. Солнце, протягивая свои первые предрассветные лучи, нежно коснулось её щеки, подсвечивая морозный румянец. — Скоро подъём! Генерал созовёт парней делать утренний обход территории. А тебе пора возвращаться в комнату. Я сбегаю вниз и принесу тебе рюкзак.       Молча кивнув, девушка, хоть и против своей воли, но покорно поднялась с коленей солдата и, расправив разорванный в нескольких местах пуховик, направилась ко входу. Ей ужасно хотелось остаться вместе с ним здесь и наконец выяснить, как его зовут. Потянув за железную ручку, она вдруг повернулась и попросила: — Пообещай, что никому не расскажешь о моём… безумстве. — Ты хотела сказать, об утренней освежающей прогулке? — Подмигнув, молодой человек усмехнулся. — Нет, я никому не скажу. Даю слово. — Спасибо. — Не за что. Выпей чего-нибудь согревающего, а то совсем замёрзла.       Оставаясь сидеть на месте, он, не отрываясь, смотрел на Лэйн, которая покидала крышу, оставляя в его сердце после себя необъяснимое чувство. Он проводил её удаляющийся за дверью силуэт и выудил из кармана пачку сигарет. Чиркнув колёсиком зажигалки, мужчина затянулся и медленно выпустил струйку дыма, готовясь встретить новый зарождающийся на небосклоне день. Из мыслей его вытянул тихий обволакивающий голос: — Прости, но я совсем забыла узнать твоё имя. — Лестер, — задумчиво ответил военный, а после обернулся и радушно воскликнул: — Зови меня Лестер!