Реинкарнация безработного – Второй шанс

Я собрал всех в доме на небольшое семейное собрание. — Я просто хочу убедиться, что все в курсе. Завтра утром к нам приедет Орстед. — Я не доверяю этому парню, — надув губы, сказала Сильфиетта. — Я знаю, знаю, вы все это уже говорили. — Орстед..., — сказала Эрис с потрясённым выражением лица. — Ты о нём слышала? Я немного удивился. Эрис не было дома, когда Орстед заходил в первый и второй раз. — Да... Гислен и Гал, похоже, его боялись. Он правда такой страшный? — Он немного пугает, но, честно говоря, это его проклятие. — Его проклятие? — спросила Эрис. — Да. Я уже всем здесь рассказал, что на Орстеде лежит мощное проклятие, из-за которого все, кого он встречает, боятся его или ненавидят. Я уверен, что и вы не будете ему доверять, когда встретитесь. Даже если я предупрежу вас заранее, настолько сильно его проклятие. — Как же тогда ему можно доверять? — справедливо спросила Эрис. — Похоже, я невосприимчив к его проклятию. Насколько нам известно, я единственный, на кого оно не действует. Даже такие сильные люди, как Руиджерд и Бог Меча, боялись его. — Мне это не нравится, — продолжила Сильфиетта. — Учитывая твоё ослабленное состояние, стоит ли вообще его здесь держать? Что, если он воспользуется этой возможностью, чтобы напасть? — Именно из-за моего состояния я и пригласил его сюда. Он хочет посмотреть, сможет ли помочь мне справиться с этим. Не заблуждайтесь: если бы он был моим врагом, ему не пришлось бы ждать, чтобы напасть. Не зря его называют сильнейшим в мире. — Руди, прошёл всего один день! Нельзя сдаваться после одного дня. Я уверена, что мы с тобой вместе во всём разберёмся! — Я не сдамся. Мне жаль, что я заставил вас так подумать. Я действительно ценю вашу помощь, но было бы глупо не воспользоваться предложением Орстеда. — Тогда ты не против, если я тоже помогу. — Я тоже хочу с ним познакомиться! — воскликнула Эрис, прежде чем я успел ответить Сильфи. — Любой, кто может напугать Гислен и Гала... Я должна увидеть, какой он. — Если ты пообещаешь не нападать на него, я не против. Помни, что из-за его проклятия ты будешь бояться его и не доверять ему, как только увидишь. — Его проклятие практически такое же, как у Руиджерда, верно? Я смогла подружиться с Руиджердом, когда узнала его получше. — Знаешь, ты права. Может, вы, ребята, научитесь ладить с ним. С другой стороны, проклятие Орстеда почему-то действует сильнее. Просто постарайся быть непредвзятой, хорошо? — Тебе не о чём беспокоиться. Я не буду на него нападать. Обещаю. — Эм... Ничего, если я тоже с ним познакомлюсь? — нервно спросила Рокси. — Мне кажется, этот парень страшный, но если он твой друг, я бы хотела с ним познакомиться. Я огляделся по сторонам, и, похоже, все были заинтересованы во встрече с Орстедом. С другой стороны, меня начинала нервировать мысль о том, что на нашей встрече будет так много людей. Нет, наверное, лучше начать с малого и постепенно двигаться дальше. — Я не против, но, пожалуй, лучше ограничиться вами троими, потому что из-за своего проклятия Орстед не самый общительный человек. Я бы не хотел, чтобы его окружало слишком много людей. Я озвучил это до того, как кто-то ещё успел напрямую попросить о включении в совещание. К счастью, все, похоже, поняли и согласились. На следующее утро все в доме были на взводе. Я болтал с Эрис, и мы оба подпрыгнули от громкого стука в парадную дверь. — Это он? Он здесь?! — взволнованно спросила Эрис. — Нет, я так не думаю, — ответил я. — Он сказал, что телепортируется сюда с помощью свитка, который я ему дал. Он не стал бы стоять у входной двери. Мы с Эрис вместе открыли входную дверь и увидели знакомое лицо. — Гислен! — крикнула Эрис. — Рада видеть, что у тебя всё хорошо, — сказала Гислен с улыбкой. — Я удивлён видеть тебя здесь, — ответил я. — Я думал, ты вернулась в Святилище Меча. — Таков был план, но, узнав о случившемся, я решил вернуться в Шарию и дождаться вас с Эрис. Я только сегодня узнала, что вы вернулись. — Что ж, я бы с радостью пригласил тебя к себе, но сейчас не самое подходящее время. Понимаешь... Как раз в тот момент, когда я собирался рассказать Гислен о предстоящем визите Орстеда, она внезапно приняла боевую стойку и схватилась за рукоять меча. Эрис, которая стояла рядом со мной безоружная, казалось, напряглась до предела. Я ничего не заметил, но по их реакции понял, что произошло. Прибыл Орстед. — Успокойся, Гислен! Я как раз собирался тебе сказать. Сегодня к нам заглянет Орстед. — Что!? Бог-Дракон заглянет к вам в гости!? — Э-э... да? — Ты ведёшь себя так, будто вы с ним друзья или что-то в этом роде..., — сказала Гислен, разинув рот. — Ну да. В каком-то смысле так и есть. — После всего того, что ты успел выкинуть, можно было бы и не удивляться, — со вздохом сказала Гислен, ослабляя хватку на рукояти. — Прости, Гислен, но я правда не хочу заставлять его ждать. Можешь зайти, если хочешь. С этими словами я направился в подвал, а Эрис и Гислен последовали за мной. Когда мы подошли к двери, раздался стук. Я открыл дверь и увидел Орстеда, стоящего на верхней ступеньке лестницы. — Добро пожаловать, Орстед. Спасибо, что приехал так быстро. — Ничего страшного, — ответил он. — Ты как раз вовремя. Телепортация в Шарию сэкономила мне кучу времени в моих путешествиях. Должен признать, твои навыки в создании этих кругов телепортации весьма кстати. Пока мы с ним мило беседовали, я заметил, что Эрис и Гислен отошли от нас метров на пять. Они обе выглядели невероятно напряжёнными, но по крайней мере не проявляли враждебности. — Эрис Бореас Грейрат и Гислен Дедорудия. Услышав свои имена, они ещё больше напряглись. — Я удивлён, что вижу вас здесь. Я думал, вы обе в Святой Земле Меча. Эрис, казалось, хотела ответить, но не могла подобрать слов, поэтому я ответил за них. — Они заглянули, чтобы отпраздновать мой пятнадцатый день рождения. А потом... что ж, многое произошло. — Твой пятнадцатый день рождения? — с любопытством спросил Орстед. — Что ж, полагаю, тебя можно поздравить. — Спасибо, — ответил я. — Пожалуйста, поднимайтесь наверх, — сказал я, жестом приглашая его следовать за мной. — Мы можем поговорить в моём кабинете, как в прошлый раз. Орстед последовал за мной наверх, в мой кабинет. Эрис и Гислен шли позади нас, держась на «безопасном» расстоянии. Когда мы пришли, нас уже ждали Рокси и Сильфиетта. — Мы встречаемся в группе? — спросил Орстед. — Если ты не против. — Это не проблема. Если ты им доверяешь, то и я могу им доверять. На лице Сильфиетты было решительное выражение. Похоже, она собралась с духом и настроилась на конструктивный разговор ради меня. А вот Рокси выглядела так, будто в любую минуту могла с криками выбежать из комнаты. Её костяшки побелели от того, как крепко она сжимала подлокотники кресла. Я накрыл её руку своей, чтобы успокоить. Ради всех остальных я хотел бы избежать неловкого молчания, поэтому сразу начал разговор. — Как я и писал в сообщении, я выяснил, что Гису Нукадия — апостол Хитогами. Я подробно рассказал обо всём, что произошло, начиная с письма, которое я получил от Гису в свой день рождения, и заканчивая тем, как меня предали и обманом заставили запереться в кристалле маны. Я также подробно описал своё неизвестное состояние, из-за которого я потерял контроль над своей маной, а также все испытания и эффекты, с которыми я столкнулся. Орстед терпеливо выслушал меня до конца. — Понятно, — сказал он, обдумывая информацию, которую я ему только что вывалил. — Тебе повезло, что вокруг столько людей, готовых рискнуть ради тебя жизнью. — Я действительно так считаю. Мои друзья и семья — моя самая большая опора. Орстед подпёр подбородок рукой и задумался. — Я обманывал себя, думая, что Гису никак не может быть одним из апостолов Хитогами. Значит, он всегда был его учеником, но отлично это скрывал. Ты молодец, Рудеус. Гису был козырем Хитогами, но теперь его время вышло. — Ты знаешь Гису? — Я знаю почти всех существ. — Точно. Ты вёл себя так, будто знаешь нас с Гислен, хотя мы никогда не встречались. — Мы ещё не встречались, но нам было суждено. — Что это вообще значит? Орстед нахмурился, словно этот вопрос его задел, и Эрис вздрогнула, подумав, что сказала что-то не то. — Хм... Полагаю, тебе стоит знать, — сказал он, многозначительно глядя на меня. — То, что Хитогами потратил такую ценную карту, чтобы напасть на тебя напрямую, доказывает, что он считает тебя угрозой. С моей стороны было бы неправильно продолжать относиться к тебе с подозрением. — Что ж... приятно это слышать. Не очень-то приятно слышать, что до этого момента он относился ко мне с подозрением, но, с другой стороны, по крайней мере, теперь он говорит, что доверяет мне. — Истина, лежащая в основе моих знаний, кроется в магии реинкарнации, которую изобрёл мой отец. — Магия реинкарнации!? Это слово меня по-настоящему заинтриговало. Теперь мне действительно хотелось узнать больше. — Да. Когда мы впервые встретились, ты рассказал мне о руинах драконьего народа, где ты обнаружил древнюю магию драконьего народа, которую Первый Бог-Дракон использовал для путешествий во времени. На самом деле... эта магия — та же, что наложил на меня мой отец. Магия перевоплощает твою душу в подходящее тело. Отец отправил меня на десять тысяч лет в будущее с единственной целью — отомстить за наш народ и убить Хитогами. Чего ты не знаешь об этой магии, так это того, что она устроена таким образом, чтобы повторять реинкарнацию до тех пор, пока не будет достигнута поставленная цель. «Повторить реинкарнацию? Вот что произойдёт, если я умру? Я не помню, чтобы ставил перед заклинанием такую цель». — Значит ли это... — Да, — перебил меня Орстед. — Я бесчисленное количество раз терпел неудачу в достижении своей цели. Каждый раз, когда я терпел неудачу, я перерождался в этом теле. — Полагаю, заявленная цель — убить Хитогами? — Да. Если я умру или не смогу убить Хитогами в течение двухсот лет после своего перерождения, я снова перерожусь зимой 330 года. — Сколько раз ты перевоплощался? — Я перестал считать после сотого раза. Когда он это сказал, раздалось несколько удивлённых возгласов. Это невероятно. Получается, ему не меньше 20 000 лет! — Вот почему я, знаю всех, хотя «никогда с ними не встречался». Во всех моих предыдущих циклах я так и не смог найти доказательств того, что Гису был апостолом. Даже когда я подозревал его в этом, он никогда не признавался, даже на пороге смерти. Вот почему я говорю, что он был козырем Хитогами. Должно быть, он был учеником в каждом цикле, работал за кулисами, но отлично это скрывал. — Теперь я понимаю, насколько это важная информация. Но она досталась мне дорогой ценой, если в итоге я лишусь своей магии... — Я бы хотел помочь тебе всем, чем смогу, — сказал Орстед. — Судя по твоему описанию, у тебя произошла мутация маны, и это мешает колдовать. Если бы ты только мог видеть свою ману этим демоническим глазом, тебе было бы гораздо проще разобраться. Это правда. На самом деле у меня была такая же мысль, когда я вчера был в тренировочном зале. Это действительно ужасно, но «Магический глаз», похоже, отфильтровывает всю твою собственную ману. Наверное, в обычной ситуации это было бы к лучшему, но в данной ситуации это было бы очень кстати. — Если дело в этом, может, я смогу помочь, — вызвалась Гислен. — Точно. У тебя ведь тоже есть Глаз Демона, да? — ответил Орстед. — Д-да... У меня такой же Глаз Демона, как у Рудеуса. — Тогда взгляни, — велел Орстед. — Расскажи нам, что ты видишь. — Д-да, сэр! Получив приказ от Орстеда, Гислен снова напряглась и тут же сняла повязку с глаза, чтобы выполнить его команду. После недолгого разговора мы все немного успокоились, но, несмотря на это, его проклятие продолжало действовать. Оно действительно было в десятки раз сильнее проклятия Руиджерда. Гислен сняла повязку с глаза и внимательно меня осмотрела. — Твоя мана определённо изменилась... — Что ты видишь? — Ну, я помню, как однажды видела твою ману без этой повязки на глазу. Это было в Роа, прямо перед Катастрофой маны. Я была в шоке, когда впервые увидела твою ману, но из-за атаки Аруманфи у меня не было времени об этом думать. Твоя мана была такой тёмной, почти чёрной. Как будто смотришь в ночное небо. По своему опыту использования Ока магической силы я знал, что чем концентрированнее становится мана, тем темнее она выглядит. Разные типы маны различаются по цвету, а её количество — по оттенку. — Твоя мана по-прежнему тёмная, но теперь она не синяя, а тёмно-красная. «Красная?» Мана человека обычно синяя. Мана демона — зелёная. У зверолюдов мана жёлтая... но я никогда раньше не видел никого с красной маной. — Кроме того, твоя мана бурлит вокруг тебя. Это больше похоже на бушующую бурю, чем на спокойное море. Оно бурлит? Что бы это могло значить? Обычно аура человека распространяется равномерно вокруг него, как будто он излучает окружающую ману. — Это странно, но это может объяснить, почему ты потерял контроль над своими заклинаниями, — добавил Орстед. — Скорее всего, ты произносишь заклинания так же правильно, как и всегда, но окружающая тебя вихревая мана искажает её, подобно тому, как мы используем ману возмущения, чтобы прервать чужое заклинание. — Что ж, это большая проблема. Как мне это исправить? — Я не знаю ни одного способа изменить твою природную ману. Мана — это часть личности. Мутация маны похожа на генетическую мутацию. Как правило, от неё нет лекарства. — Значит, это никак нельзя исправить? Я больше никогда не смогу колдовать? Это сделает меня практически бесполезным. — Это неправда! — крикнула Сильфиетта, наконец-то вступив в разговор. — Ты — это не только твоя магия. — Сильфиетта права, — согласилась Рокси. — Твоя магия всегда меня впечатляла, но не за это я тебя люблю. — Что? Все в комнате (кроме Орстеда) удивлённо посмотрели на неё, когда Рокси ни с того ни с сего призналась мне в любви. Лицо Рокси покраснело от смущения. — Я имела в виду, что, э-э-э... — Спасибо, Рокси, — сказал я с улыбкой. — И тебе спасибо, Сильфи. Вы обе правы. В жизни есть нечто большее, чем просто магия. — Не хочу прерывать этот трогательный момент, — сказал Орстед. — Но я никогда не говорил, что ты не сможешь использовать свою магию. — Что ты имеешь в виду? — Ответ прост. Мана, которую ты естественным образом излучаешь, вышла из-под контроля и мешает твоему колдовству. Всё, что тебе нужно сделать, это обуздать её. — Управлять ею? С твоих слов это звучит так просто. — Это будет непросто. Особенно для такого человека, как ты, но это определённо возможно. Накапливай ману и покрывай ею своё тело тонким слоем — воины называют это боевой аурой. Невозможно достичь уровня Святого или выше в любой из школ меча, не научившись управлять своей боевой аурой. Многие воины даже не осознают, что делают это. — О... Да, Бадигади как-то пытался научить меня использовать боевую ауру, но потом сказал, что у меня к этому нет способностей. — Хм? — Орстед приподнял бровь, не подозревая, что я дружу с Королём Демонов, но быстро переключился на другую тему. — Да, боевую ауру сложнее контролировать, когда у тебя больше маны, но она становится мощнее, когда её больше. Я подозреваю, что в твоем теле ещё больше маны, чем в моём, хотя у меня довольно большой запас. Если я смог овладеть этим навыком, то не вижу причин, по которым ты не смог бы сделать то же самое. Мысль о том, что мне придётся освоить боевую ауру, с которой у меня в прошлом никогда не было особых успехов, немного пугала, но в то же время я испытывал огромное облегчение от того, что наконец-то понял, что происходит, и что есть хоть и небольшая, но всё же вероятность вернуть свою магию. — Твои круги телепортации оказались очень удобными. Благодаря им у меня появилось немного свободного времени, чтобы обучать тебя. Возможно, работая вместе, мы сможем преодолеть это препятствие. — Я тоже могу помочь? — немного нервно спросила Сильфиетта. — Конечно, — ответил Орстед. Несмотря на его спокойное поведение и приветливую улыбку, все вели себя так, будто он на них злится. Я могу понять их чувства. Мне потребовалось время, чтобы привыкнуть к его мимике, и это при том, что я невосприимчив к его проклятияю. — Я тоже помогу, если ты не против, — предложила Гислен. — Моя способность следить за твоей маной может оказаться полезной. — Буду признателен. — Я с тобой потренируюсь! — добавила Эрис. — Не знаю, чем я могу помочь, но... Я сделаю всё, что в моих силах! — решительно заявила Рокси. — Что ж, тогда приступим, — сказал Орстед, вставая. — Я знаю хорошее место, где нам никто не помешает, — предложил я. — Идите за мной.