Перед тем как станет тихо

      Я выскользнула из дома почти бесшумно — как тень. Родители, скорее всего, даже не заметят моего отсутствия до утра. Или сделают вид, что не заметили. В последнее время это стало нашей молчаливой договорённостью.       Такси пришлось ждать почти двадцать минут. Для такого «милого и спокойного» городка сервис здесь явно хромал. Я стояла под тусклым фонарём, кутаясь в лёгкую куртку и наблюдая, как ветер гоняет по асфальту сухие листья. В груди медленно нарастало раздражение, перемешанное с чем-то ещё — тревожным предвкушением. Вечер обещал быть шумным.       Когда машина наконец остановилась у дома Лидии, я невольно задержала дыхание. Особняк возвышался среди аккуратно подстриженных кустов и идеально выложенных дорожек. Территория выглядела почти сказочно: небольшой пруд отражал огни гирлянд, развешанных по деревьям, вода мерцала золотом, сад был ухожен до педантичности. Слишком красиво для того хаоса, который доносился изнутри.       Музыка била в стены так, будто дом пытался вытолкнуть её наружу. Бас отдавался где-то под рёбрами.       Интересно, Лидии не жалко?       Или ей просто всё равно?       Дверь оказалась приоткрыта. Никто не встретил меня, никто не спросил, кто я. Люди сновали туда-сюда, смеялись, спорили, целовались в углах. Запах алкоголя смешивался с парфюмом и чем-то сладким, приторным. Я почувствовала себя лишней. Надо найти себе развлечение.       — Эй, я тебя раньше не видел. Откуда ты такая, красавица? — ко мне подошёл парень с мутным взглядом и слишком широкой улыбкой. От него несло дешёвым виски. Он без спроса положил руку мне на талию. Моё тело среагировало быстрее, чем сознание. Захват, поворот, давление на запястье — и уже через секунду его рука оказалась выкрученной под неестественным углом.       — Найди другое развлечение, парень, — спокойно сказала я и похлопала его по плечу, прежде чем отпустить. Он отшатнулся, схватившись за плечо.       — Сучка! — выкрикнул он мне вслед, но в голосе было больше уязвлённой гордости, чем злости. Я только хмыкнула. Вот и пригодились тренировки.       — Воу, — раздалось сбоку. — Подходить близко, я так понимаю, опасно? Я повернулась. Он стоял, прислонившись к стене, наблюдая за сценой с явным интересом. Кожаная куртка, тёмная футболка, щетина. Лет двадцать пять? В его взгляде было слишком много осознанности для этой вечеринки. Не школьник точно.       — Правильно мыслишь, — я позволила себе лёгкую полуулыбку.       — Тогда, пожалуй, рискну.       Он протянул мне стакан. Я машинально взяла его, чувствуя холод в ладони. Запах — что-то крепкое, с цитрусовой ноткой. Он встал рядом, не нарушая личного пространства. Уже плюс.       — Можно вопрос? — я приподняла бровь, — он кивнул в ответ.       — Что ты тут делаешь? Ты не выглядишь как… — я замялась на долю секунды, — человек, который зависает на вечеринках с несовершеннолетними.       Он скривился, но без обиды. Скорее — с иронией.       — Считай, я приглядываю за толпой буйных и пьяных подростков, — ответ прозвучал быстро, отточенно. Как заготовка. Я прищурилась.       — Добровольно?       — Иногда. — Он сделал глоток. — Кто-то же должен следить, чтобы дом не сожгли. Или чтобы кто-нибудь не утонул в том пруду снаружи.       Я невольно вспомнила тёмную воду, отражающую огни. В его голосе мелькнула серьёзность.       — И как оно? — спросила я, делая вид, что изучаю толпу.       — Немного выпивки — и вполне сносно.       Он поднял стакан, приглашая чокнуться. Я не ответила на жест. Вместо этого поставила свой напиток на ближайший столик.       — Я не пью из чужих рук, — спокойно сказала я. Он усмехнулся.       — Разумно.       Музыка внезапно сменилась, толпа взорвалась криками. Где-то на втором этаже что-то разбилось. Я заметила, как его взгляд на секунду стал сосредоточенным — будто он проверял что-то, считывал обстановку.       — Не боишься, что могут привлечь за спаивание несовершеннолетних? — я склонила голову набок и кивнула в сторону импровизированного танцпола. — О боже… той, кажется, не больше четырнадцати.       Девчонка в блестящем топе смеялась слишком громко, запрокидывая голову, а в её руке плескался напиток явно не из лимонада. Свет гирлянд выхватывал её слишком юное лицо — и мне стало не по себе. Дерек проследил за моим взглядом, но выражение его лица почти не изменилось.       — Ты задаёшь слишком много вопросов, — спокойно ответил он и снова отпил из своего стакана.       — Ты сам ко мне подошёл, — легко парировала я. — И, если честно, ты гораздо более приятный собеседник, чем та компания блондинок у «бара».       Я кивнула в сторону громко смеющихся девушек, которые уже в третий раз за вечер бросали на нас оценивающие взгляды. Подозрительный парень в кожаной куртке казался мне куда безопаснее. И это, пожалуй, говорило обо мне больше, чем хотелось бы. В уголках его губ мелькнула тень усмешки.       — Дерек.       — Одри.       Наши взгляды встретились — и в этом коротком обмене именами было, поддержка и приятельство.       Но идиллия длилась недолго. Я заметила знакомые лица ещё до того, как они приблизились. Смех, слишком узнаваемые голоса, быстрые шаги — Элисон и Лидия. И они явно двигались в нашу сторону.       — Было приятно поболтать, Дерек, но мне пора сваливать, — я шагнула прочь, прежде чем он успел что-то сказать. Он тихо усмехнулся — я почувствовала это спиной — и проводил меня взглядом.       Вечеринка так себе. Однозначно. Ко мне даже подходили знакомиться. Пустые разговоры, натянутые комплименты, попытки впечатлить. Я вежливо улыбалась, кивала и исчезала в толпе прежде, чем разговор успевал стать неловким.       Мне не было сложно подойти первой. Во мне никогда не было много стеснения. Но желания — не возникало.       Я позволила себе немного потанцевать — просто чтобы раствориться в ритме, почувствовать вибрацию баса под рёбрами, выжечь лишние мысли. Пока не включили трек, который я ненавидела всей душой. Слишком громкий, слишком навязчивый. И я отступила. Элисон и Лидия появлялись рядом слишком часто. Смеялись, подсовывали мне пластиковые стаканы — то с алкоголем, то с соком, то с водой.       — Одри, ну расслабься!       — Да ладно тебе!       — Ты вообще сегодня ничего не пила!       Я устала отказываться. От алкоголя. От сока. От воды. От всего, что пытались в меня влить. Просто. Не. Хочу.       Мне не нравилось ощущение давления. Не нравилось, как в глазах Лидии иногда мелькало что-то слишком подозрительное. Будто она наблюдала.       Кухня казалась единственным островком здравого смысла во всём этом хаосе. Здесь не было оглушающего баса — только приглушённая вибрация через стены, дрожащие стеклянные дверцы шкафов и редкие взрывы смеха из гостиной.       Я сидела на стойке, болтая ногами, и смотрела, как приложение медленно ищет машину. Десять минут. Всего десять минут — и я уеду отсюда. Скрип дверцы шкафа заставил меня поднять взгляд. Стайлз.       Он буквально влетел в кухню, будто за ним кто-то гнался. Растрёпанные волосы, расширенные зрачки, дыхание сбивчивое. Он не просто нервничал — он был на пределе. Даже не заметил меня сначала. Открывал один шкафчик за другим, заглядывал внутрь, что-то бормотал себе под нос.       — Что-то потерял? — наконец спросила я. Он вздрогнул так резко, что ударился локтем о дверцу.       — Чёрт! — выдохнул он и резко обернулся. Наши взгляды встретились, и на секунду в его глазах промелькнул чистый испуг. Но почти сразу его сменило раздражение.       — Твою мать, Риверс! — прошипел он. — Ты что тут делаешь? И почему ты ещё не свалила?       Я медленно убрала телефон от лица. Значит, запомнил фамилию.       — Вообще-то как раз вызываю такси.       Он уже снова отвернулся, выдвигая ящики один за другим. Столовые приборы звякали, лопатки и венчики гремели по дереву.       — Отличная идея, — бросил он через плечо. — Поддерживаю. Очень поддерживаю.       В его руке внезапно блеснул нож. Он замер, глядя на отражение стали в свете лампы. Пальцы крепче сжали рукоятку, а после нож был брошен обратно. Он фыркнул и распахнул шкаф под раковиной. Пару секунд шуршания — и вот в его руках оказалась металлическая бита.       — Вот это уже лучше. — Он прокрутил биту в ладони с таким видом, будто только что нашёл решение всех жизненных проблем.       — Стайлз? — я скрестила руки на груди. — Ты собираешься разгонять толпу? Или объявить турнир по бейсболу прямо в гостиной?       — Никогда не знаешь, когда пригодится стратегическое преимущество, — важно заявил он, примеряясь к весу биты. — А ты, кстати, могла бы проявить чуть больше беспокойства. Я тут вооружаюсь, между прочим.       Я медленно окинула его взглядом с головы до ног.       — Поверь, ты с битой выглядишь не угрожающе. Скорее как человек, который заблудился по дороге на тренировку и случайно оказался на вечеринке.       — Это было грубо.       — Зато честно.       Он прищурился, будто решал, обидеться или восхититься. Стайлз покрутил биту и направился к выходу из кухни, но у самой двери обернулся.       — Риверс, мой тебе совет, сваливай отсюда и побыстрее.       Тон был всё ещё колким, но в нём проскользнуло что-то ещё — не приказ, не угроза. Скорее настойчивость, замаскированная под привычную грубость.       Я медленно выдохнула и перевела взгляд на телефон. Такси будет через восемь минут. Музыка в доме вдруг показалась громче. Где-то наверху раздался глухой удар, будто что-то тяжёлое упало на пол. Кожа на руках покрылась мурашками. Семь минут.

От лица автора:

Несколькими минутами ранее.

      Музыка гремела, свет мигал, толпа смеялась, ничего не подозревая. В дальнем углу гостиной, в тени лестницы, стояли те, кто смотрел на вечеринку совсем иначе. Дерек не сводил взгляда с удаляющейся фигуры Одри.       — Она определённо непростая… — тихо произнёс он.       — Ты про характер или сущность? — уточнил Стайлз, проследив за его взглядом.       — И то, и другое, — Дерек перевёл глаза на Скотта МакКолла. — Она не выпила. Ни глотка. Микстура Дитона не пригодилась. Стайлз раздражённо выдохнул.       — Ты не мог заставить её? Два взгляда — Дерека и Скотта — синхронно пригвоздили его к месту.       — Что? — он поднял руки. — Да ладно вам. В этом доме выпили все. Кроме неё. Это странно. Очень странно. Она первая в списке подозреваемых.       — Может, у неё аллергия на алкоголь, — спокойно сказала Элисон. — Или она просто не хотела пить?       — Да, — сухо добавила Лидия, — и на воду, и на сок, и на газировку. Она отказалась от всего.       — Вот! Спасибо. Нормальные люди на вечеринках пьют хоть что-то. Она — нет. Это подозрительно.       — Может, просто убьём её? — неожиданно вставил Айзек.       — Айзек! — Элисон тут же стукнула его по плечу.       — Что? Я предложил вариант, — невозмутимо пожал плечами он.       — Отличный вариант, — пробормотал Стайлз саркастично.       — Ладно. С этим потом. Кого ещё здесь нет? — Дерек раздражённо провёл рукой по лицу.       — Ну, половины школы, — начал Стайлз, оглядывая зал, — и…       — И Джексона, — закончила Лидия. На мгновение повисла тишина.       — Он пробовал яд. Это не он, — отрезал Дерек. Речь шла о Джексоне Уиттеморе — и никто из них не забыл, чем закончился тот эксперимент. Скотт нахмурился.       — Тогда где он?       Дерек внезапно замер. Его голова чуть наклонилась, будто он ловил звук, недоступный остальным. Музыка грохотала, люди смеялись, но поверх этого он услышал другое — скрежет, глухой удар, резкое движение. Он медленно поднял взгляд к потолку. Остальные проследили за ним.       На секунду, в пролёте второго этажа, мелькнула тёмная, вытянутая тень. Хвост исчез за поворотом коридора. Скотт побледнел.       — Чёрт…       — Все на выход! — рявкнул Дерек, перекрикивая музыку. Толпа сначала не поняла, решила, что это часть вечеринки. Но когда Скотт врезался в динамик, выключая музыку, а Стайлз начал буквально толкать людей к двери, паника всё же просочилась в атмосферу.       — Вы серьёзно?!       — Что происходит?!       — Эй, я только пришёл!       В ответ друзья услышали о себе много нового и далеко не лестного. Лидия, пробегая мимо перевёрнутого столика, скривилась:       — Если поцарапают паркет, я кого-нибудь убью.       Скотт уже мчался к лестнице. Паника пульсировала в висках, но инстинкт был быстрее. Он рванул на второй этаж, преследуя Кениму. Кенима двигалась резко, неестественно, почти бесшумно. Удар. Стена. Скрежет когтей по перилам.       Внизу Стайлз резко затормозил.       — Бита, — пробормотал он. Он оставил её на кухне «на всякий случай». И, конечно, этот случай настал. Он метнулся вниз, лавируя между выбегающими подростками. Сердце колотилось, мысли путались.       Только бы не она. В кухне он наткнулся на Одри. На долю секунды он испытал облегчение — короткое, почти болезненное. Это не она. Но тут же накатила новая волна тревоги. Если не Кенима… тогда кто?       Но сейчас не время. Сейчас нужно действовать. Одри не долго отвлекла парня, но он был уверен, что его присутствие при битве исключительно формальное. Он схватил биту и бросился обратно.       Наверху Скотт, Айзек и Дерек уже сцепились с существом. Кенима двигалась быстрее, чем они рассчитывали. Хвост мелькнул — и оба замерли. Яд. Мышцы предательски свело. Колени подогнулись.       — Чёрт… — выдохнул Скотт, падая на одно колено.       Дерек Хейл и Айзек попытались перехватить существо, но следующий удар отбросил их к стене. Кенима не задерживалась. Она искала. Но кого?       Стайлз влетел в коридор с битой, но опоздал на секунду. Существо уже скользнуло по перилам вниз, приземлилось почти бесшумно и устремилось дальше.       Они пытались противостоять, но существо, способное обездвижить одним ударом, оказалось сильнее — не потому, что они слабые, а потому что никто не ожидал нападения именно сейчас. Хвост мелькнул у задней двери. И исчез в неизвестном направлении.       А вопрос остался прежним.       Кто её настоящая жертва?       — Стайлз, Элисон и Лидия! Проследите за ним! Мы должны знать, кто его следующая жертва! Мы скоро исцелимся! — прокричал Скотт, с трудом поднимаясь на локтях. Яд всё ещё сковывал мышцы, но в голосе Скотта звучал привычный лидерский надлом — тот самый, когда страшно, больно, но отступать нельзя.       — На охоту без оборотней… — пробурчал Стайлз, перехватывая биту поудобнее. — Этот день становится всё хуже и хуже. Он развернулся и рванул к лестнице, догоняя девушек. Сейчас на нём — две жизни. И всё, чем он может их защитить, — металлическая бита и сарказм.       Они выбежали на улицу. Холодный ночной воздух ударил в лёгкие, разогнав остатки адреналина.       — Там! — Элисон указала на асфальт. Тёмные капли, почти чёрные в свете фонаря, тянулись цепочкой вдоль дороги.       — Ты её неплохо ранила, — быстро сказал Стайлз.       — Ну спасибо, — коротко ответила Элисон Арджент, но в голосе не было гордости — только напряжение. Они двинулись по следу. Чернильные капли вели их прочь от дома Лидии, через поворот, дальше — в сторону тихого жилого района.       Бэйкон-Хиллс ночью казался почти безмятежным. Ровные газоны, припаркованные машины, редкие светящиеся окна. Ничего не выдавало того, что по этим же тротуарам только что скользила двухметровая ящерица с ядом в хвосте.       След внезапно оборвался. Просто исчез.       — Он обрывается. Тут, — тихо сказала Лидия. Они стояли посреди обычной улицы в спальном районе Бэйкон-Хиллс. Ничего примечательного. Дом слева, дом справа, ещё десяток таких же впереди.       Стайлз потёр переносицу.       — У кого-нибудь есть супернюх? Нет? — его сарказм повис в воздухе и остался без ответа.       — Куда дальше? — спросила Элисон, сжимая лук так, будто могла выстрелить в саму неопределённость. Её бесило это чувство — беспомощность. Без Скотта, Айзека и Дерека они словно лишились половины себя. Сейчас они были просто людьми. Людьми против существа, которое парализует одним ударом.       — Так… — Стайлз оглядел улицу. — Кто живёт в этом районе? Нам нужна логика. Связи. Совпадения.       — Кто угодно, Стайлз, — устало ответила Лидия. — Мы не обязаны знать жертву.       Её голос был ровным, но пальцы дрожали. Она ненавидела это больше всего — отсутствие сигнала. Обычно она чувствовала приближение смерти. Тонкий надлом в воздухе. Шёпот под кожей. Сейчас — ничего. Пустота.       — Будем заходить в каждый дом? — предложила Элисон. — Проверять?       Стайлз повернулся к ней.       — И что мы скажем? Добрый вечер, у вас случайно никто не пропал? Или, может, за вами не охотилась двухметровая ящерица?       — Не смешно, — резко бросила Лидия.       — Я и не смеюсь, — тихо ответил он. Они замолчали. Тишина улицы давила сильнее, чем шум вечеринки.       — Кенима ушла, — наконец сказала Лидия. Имя повисло в воздухе, как приговор. Кенима была где-то рядом — но не здесь. Стайлз медленно осмотрел асфальт ещё раз.       — Подождите… — он присел на корточки. — А если след оборвался потому, что она вернулась в человеческий вид?       Элисон нахмурилась.       — Думаешь…       — Если Кенима — это кто-то из них, — он кивнул на дома, — то логично, что она живёт где-то здесь. Раненая. И сейчас спокойно заходит в собственную дверь. — Мысль повисла тяжёлым грузом.       — Может быть, — медленно сказала Лидия. — Но сегодня мы этого уже не узнаем.       Она повернулась к дороге, где в тени стоял знакомый джип.       — Возвращаемся.       — Просто так? — Стайлз не двинулся с места.       — Мы без оборотней, без плана и без конкретной цели, — резко сказала она. — И я не чувствую ничего. Ни одной близкой смерти. Это значит, что сейчас она не охотится.       — Ненавижу, когда ты права, — Стайлз сжал челюсть.       — Пора бы привыкнуть, — сухо ответила Лидия и направилась к машине.       Элисон задержалась на секунду, вглядываясь в тёмные окна домов. Где-то за занавеской мелькнул свет телевизора. Обычная жизнь.       — Если она действительно живёт здесь… — тихо сказала она.       — Тогда мы найдём её, — закончил Стайлз. — Просто не сегодня.       Он закинул биту на плечо и пошёл следом. Улица снова погрузилась в спокойствие. Но теперь каждый дом казался подозрительным. Каждое тёмное окно — возможной маской.       Стайлз остановился, руководствуюсь своим предчувствием. Всего на пару минут. Девушки уже почти дошли до джипа, а он всё стоял посреди улицы, щурясь в темноту. Что-то не давало ему просто развернуться и уехать. Интуиция? Паранойя? Или банальное упрямство.       — Идёшь? — окликнула Элисон.       — Да-да, секунду, — отмахнулся он, продолжая сканировать район. Тихий гул мотора заставил его повернуть голову.       По улице медленно проехала машина такси и остановилась у одного из домов. Не просто дома — одного из самых больших на этой улице. Аккуратный фасад, высокий забор, идеальный газон. Свет в окнах не горел.       Стайлз автоматически шагнул в тень дерева. Из машины вышла миниатюрная фигура. Девушка расплатилась, быстро огляделась по сторонам и направилась к участку. Он прищурился.       Одри.       Даже в полумраке он узнал её походку — уверенную, чуть пружинистую. Но дальше стало интереснее. Вместо того чтобы подойти к двери, она свернула к боку дома. Остановилась у старого дерева, ветви которого почти касались второго этажа.       Стайлз наблюдал, приподняв брови. Одри ловко ухватилась за нижнюю ветку, подтянулась — легко, будто делала это не впервые — и через секунду уже карабкалась вверх. Ни суеты, ни паники. Чёткие, продуманные движения.       Добравшись до нужной высоты, она тихо открыла окно и скользнула внутрь. Стекло мягко щёлкнуло, закрываясь. Тишина.       Стайлз ещё пару секунд смотрел на окно, будто ожидал, что туда влезет Кенима или кто-то зловеще зашипит. Ничего.       В его голове быстро сложилась простая, почти скучная картина: новенькая, строгие родители, побег через окно на вечеринку. Никакой мистики. Никаких ядовитых хвостов. И это… неожиданно его успокоило.       Он выдохнул, сам не заметив, что всё это время был напряжён. Ну вот. Ещё одно подтверждение — она не монстр-убийца. Не тайная Кенима. Не скрытый кошмар в человеческом обличье. Просто девушка, которая сбегает из дома на вечеринку и возвращается тем же путём.       — Ладно, Риверс, — тихо сказал он в пустоту. — Сегодня ты вне списка подозреваемых.       Он развернулся и направился к джипу, закидывая биту на плечо. И, возможно, ему стало немного легче. Совсем чуть-чуть. Она в безопасности, хотя еще не известно, что хуже Кенима или то, чем возможно является Одри.