Набросок его искренности

Чимин сидел на теплом подоконнике, поджав колени к груди. Из открытого на проветривание окна шел свежий, холодный февральский воздух. За окном уже пару часов было темно и улицу освещали только фары проезжающих мимо машин и редкие фонари. В комнате тепло горела одинокая настольная лампа, рядом с которой Чимин оставил недопитый мятный чай. На нем была большая теплая и пушистая кофта, натянутая на колени, клетчатые домашние штаны и теплые, вязанные носки. Под капюшоном прятались белоснежные, растрепанные и немного сухие из-за окрашивания волосы. В ушах были маленькие, совершенно не перекрывающие шум с улицы и из гостиной, наушники.

My girl Liddy used to always smoke

Cigarettes when she couldn't sleep

I wonder what she did when she got done

I guess she'd just flick them out in the street

Poor little Liddy, she wishes it was dark

But it's never really dark in L.A.

The light from the billboard always shines

But it changed 12 times since you went away

Погружаясь в музыку, Чимин чередовал разглядывание погрустневших от времени домов за окном, людей, кутавшихся в куртки и шарфы и быстро проходящих к своим подъездам и собственной оконной рамы. Рядом валялся потрепанный временем толстый блокнот. На серой обложке красовался белый бантик из кружевной ленточки. Его дополняли наклейки с черно-белыми лилиями и одна с черным котенком, потертые пластыри и декоративный черный скотч с белыми звездочками. Парень украшал блокнот по необходимости - когда появлялись совсем уж потертые места или дырки. Это был небольшой, но с хорошей плотной бумагой блокнот с резинкой, которая держала расшатанные из-за поломанного корешка страницы. Чимин только что закончил очередной эскиз и отложил блокнот в сторону. Скетч получился достаточно неплохой, это были два человеческих силуэта на фоне моря, нарисованные обычным простым карандашом. Парень не знал дополнит он его чем-то в будущем или нет, но сейчас был удовлетворен результатом. Сегодня с самого утра шел отвратительный снег с дождем, был сильный и холодный ветер, а потому хотелось сидеть и греться в теплой и горячо любимой кофте. После 7 уроков и дополнительного английского Чимин и вся его параллель поехали в город побольше, в крупную новую школу, в которой проходил тест на проф ориентацию и реклама вузов. Чимину, как он и ожидал, выпала наибольшая предрасположенность к творчеству, а на втором месте оказалось планирование. Такие же результаты стабильно держались все время, что парень проходил подобные тесты. Помогало ли это с выбором будущего? Однозначно нет. Следующей заиграла "Freaks" от Surf Curse. Чимин опустил голову на колени и прикрыл глаза, моментально проваливаясь в беспокойный, поверхностный сон. Разбудила его мама спустя полчаса, она зашла в комнату предупредить, что выезжает в аэропорт. Черён в роли матери была... странной? Чимин точно не знал. Он в целом не понимал имеет ли право как либо критиковать маму за ее стиль родительства. Женщина родила его в 17 с минимальной помощью со стороны родителей. И она дала ему всё, что могла. Он вырос почти ее копией по характеру, манере общения и точкам зрения на самые разные темы. Одним из главных принципов Черён был "живи моментом и не планируй надолго". И Чимин с этой позицией был согласен. Жить в моменте, проживать все эмоции сейчас и не загадывать на будущее - будь, что будет, - легче и спокойнее. Мама уезжала в аэропорт, чтобы забрать своего хорошего школьного друга. Они давно не общались, но мужчина приезжал к ним в городок по каким-то делам и мама решила предложить ему пожить у них. Чимин искренне не знал, что испытывает по этому поводу. Они с мамой жили в небольшой двушке, в старом доме, на 9 этаже. Квартирка была с хоть и не старым, но не самым лучшим ремонтом. Бюджета на хорошие материалы особо не было, поэтому всё, особенно двери, потрепалось. Чимин находил в этом свой уют и атмосферу, так как в целом ремонт был выполнен неплохо: серые обои в гостиной и комнате парня и нежно-зеленые в коридоре и на кухне. Пол сделанный из темных досок, белые деревянные оконные рамы и двери, но широкие и удобные для хранения всякого хлама или просто для отдыха подоконники. Чимин любил, когда дома был легкий творческий беспорядок, но в одном был уверен - до прихода гостя всё же стоит убраться. Как минимум в его комнате. Мама спала на кровати-диване, а Чимин спал на двуспальной кровати, которая осталась здесь еще от арендодателей. Мужчину, очевидно, положат к нему. Против Чимин не был, хотя поймал себя на мысли, что даже имени его не знает, не то что места работы или хоть какие-то предпочтение или хобби. Чимин успешно прибрался и закончил ровно в ту секунду, когда послышался звук ключей в двери. Парень вышел в коридор, по привычке кусая краешек нижней губы. В квартиру зашла мама, а следом за ней мужчина. Из под шапки выглядывали черные пряди. Темно-коричневые, почти черные глаза выглядели как будто только после сна. Мужчина был в дутой теплой черной куртке, в таких же черных толстых спортивных штанах. Он закатил в квартиру чемодан и скинул на пол рядом с ним рюкзак. Судя по размерам обеих сумок, вещей у мужчины с собой было много. Затем он повернулся к Чимину и протянул ему руку, легко, устало улыбаясь.  – Привет. Юнги  – Чимин, – представился парень, пожимая крепкую и холодную мужскую ладонь.  – Рад наконец познакомиться, – усмехнулся Юнги, снимая с себя шапку с шарфом. Волосы под шапкой смялись и растрепались и мужчина тут попытался придать им нормальную форму рукой. Безуспешно, к слову.  – Взаимно,  – отозвался Чимин, чуть кусая губы по привычке. Сразу началась не совсем понятная суета, мама начала организовывать поздний ужин, несмотря на то, что Юнги всеми силами от него открещивался. В итоге они сошлись на чае и бутербродах. Черён попросила сына показать гостю комнату и выделить ему место в шкафу для одежды и какую-то полку для необходимых мелочей. Чимин не стал возникать и сразу взял рюкзак мужчины, заходя в свою комнату. Юнги шел за парнем с чемоданом в руках. – Я если что могу оставить вещи в чемодане, – произнес мужчина, оглядывая комнату. Чимин мотнул головой и открыл шкаф. Вещей там и так было не слишком много, но парень освободил один из выдвижных ящиков, две полки и часть вешалок на штанге. Делить с кем-то шкаф с одеждой не казалось проблемой, а вот стол Чимину делить не хотелось. В его ящиках был творческий беспорядок и его совсем не хотелось разбирать.  – Можешь располагаться тут, вешалок мало, но можно взять еще парочку из шкафа мамы  – Нет-нет, спасибо большое, – отказался Юнги, принимаясь быстро раскладывать вещи. Чимин пару секунд постоял рядом, переминаясь с ноги на ногу и наблюдая за тем как мужчина раскладывает вещи по полкам. Парень сразу обратил внимание на очень аккуратный и структурированный чемодан. Точно также, очень аккуратно и четко Юнги раскладывал вещи в шкаф. Он делал это достаточно быстро, но явно со своей логикой и структурой. Теперь половина шкафа принадлежащая Чимину казалась еще беспорядочнее и грязнее. Быстро сообразив, что диалог Юнги не продолжает, парень вышел из комнату и направился на кухню к маме. Опираясь боком на косяк, Чимин чуть нахмурился, наблюдая за тем как мама режет колбасу на бутерброды.   – Он насколько у нас? – негромко спросил парень. Черён тут же окинула сына хмурым взглядом и цокнула.  – Прекращай. Он большую часть дня будет работать в гостиной, никто не планирует тебя доставать.  – Мне в любом случае хочется понимать сколько он будет у нас дома, – Чимин перевел взгляд на фонарь за окном, пару секунд формулируя фразу и наконец произнес. – Неделя или пара месяцев это очень разные вещи и хотелось бы знать, что из этого ближе.  – Он приехал, чтобы курировать проект вместе со своим другом, – объяснила мама то, что уже говорила раньше. Чимин уже хотел перебить и четче задать вопрос, но Черён продолжила. – Это новый городской парк и много работы. Что-то они уже сделали из Пусана, но основную работу они будут делать на месте. Сколько это займет неизвестно, но до конца учебного года он у нас точно. – Почему он не живет с другом, если приехал с ним? – нахмурился парень, наклоняя голову на бок и снова возвращая взгляд на маму.  – Повторяюсь: прекращай, – мама закончила заливать заварку кипятком и повернулась к Чимину всем корпусом. – Я хорошо знаю Юнги, он хороший человек и с ним не будет проблем. Не цепляйся за него, очень тебя прошу. Чимин ничего не ответил и вернулся к себе. Мужчина как раз закончил раскладывать вещи и направлялся на кухню. Он не спросил ничего и никак не прокомментировал возвращение в комнату и закрывание двери. Хоть что-то. Чимину было не совсем понятно почему мама так просто пускает старых знакомых к себе. В голове сидела мысль о том, что скорее всего между ними что-то было. Или есть. Поэтому и доверяет. Чимин решил не тратить время на копания в голове матери и снова засунул в уши наушники, устраиваясь на подоконнике. Спать там уже не хотелось, а вот закончить старый набросок очень даже. Ты открыл блокнот и взял в руки карандаш. На одной из страниц красовался рисунок недельной давности. Это был небольшой человеческий силуэт в углу. Силуэт сидел и плакал, закрывая лицо одной рукой. Второй рукой силуэт сжимал смятый лист бумаги. Возле ног силуэта были разбросаны такие же комки бумаги, пачка сигарет, лезвие и разбитая бутылка с пятном от жидкости вокруг. Чимин начал с исправления волос силуэта на более спутанные и длинные, а после широкими движениями наметил ангельские крылья. На их прорисовку ему потребовалось около получаса.

***

6:00. Будильник звонил тихо и прямо под ухом, чтобы не разбудить никого кроме Чимина. Тот встал, широко зевая и направился в ванную. Быстро умыть лицо холодной водой было необходимостью, чтобы проснуться. Затем парень выпил вишневый йогурт и тихо достал из своей комнаты коврик, располагаясь в коридоре. Он был небольшим и достаточно узким, но коврик помещался. Дальше начался любимый ритуал - легкая утренняя йога, чтобы проснуться и "прийти в тело". Где-то на середине, за спиной раздался ненавязчивый кашель. Чимин обернулся и увидел сонного и растрепанного Юнги. Тот немного озадачено смотрел на парня и коврик.  – Да? – Чимин старался звучать вежливо, но получалось откровенно так себе.  – Не думал, что ты занимаешься, – пояснил мужчина и зевнул, приходя в себя. – Я на кухню, тебе сделать кофе? Отказываться от такого было бы глупо, поэтому Чимин кивнул и пропустил мужчину на кухне, возвращаясь к тренировке. Парень занимался йогой уже чуть больше года и успел восхититься ей всей душой. Сосредоточение на теле, мышцах и балансах давали идеальную смесь умиротворения и удовлетворения, а главное - никаких мыслей в голове. Начинать с этого день и, по возможности, заканчивать было безумно важным и облегчающим ритуалом. После душа, Чимин зашел на кухню уже в незамысловатой школьной форме: в серой толстовке и темных джинсах. Завтрак парень предпочитал пропускать, кусок в горло по утрам не лез. Максимум бутерброд к кофе или что-то типо вафли с ягодами. Сегодня было первое. Мужчина же сделал себе яичницу с помидорами и сейчас сидел с удовольствием ее уплетал. – Не любишь завтрак? – уточнил Юнги, делая глоток кофе. – Угу, – немногословно отозвался Чимин, чуть хмурясь. Парень искренне не особо понимал как идти с Юнги на контакт. Вроде бы, тот ничего такого не сделал, но много говорить и обсуждать с ним не хотелось. Чимин принял решение подробнее обдумать эту мысль вечером и не париться сейчас. Тем более времени особо не было, на автобус нужно было бежать уже через 10 минут. Юнги, казалось, понял, что подросток не особо настроен на диалог и решил не давить, молча погружаясь в собственный завтрак и что-то в телефоне.

***

Чимин вернулся домой только к четырем и без какой-либо мотивации делать хоть что-то. Школа, а конкретнее безосновательно требовательные учителя выжали все соки и хотелось просто завалиться в постель, включить специальный плейлист для чтения и наконец начать читать вторую часть "Канашибари". Первую парень дочитал около недели назад и всё никак не мог собраться с силами, чтобы начать вторую. План сорвался как только Чимин зашел в квартиру. Мама выглянула из кухни и неестественно улыбнулась Чимину. – Кушать будешь? – Что не так? – нахмурился подросток, снимая с себя куртку. Он знал, что сегодня не мамина смена на работе, но даже в такие дни она никогда его не встречала. Поймав ответный хмурый взгляд, Чимин сдержал цоканье и отозвался. – Да, доем вчерашнюю лапшу.  – Пойдем тогда, мы с Юнги как раз чай пьем, – кивнула мама, возвращаясь на кухню и что-то щебеча мужчине.  – Когда ты последний раз пила чай?.. – всё ещё хмуро произнес парень себе под нос и исчез в ванной. Когда Чимин зашел на кухню, ему в глаза сразу бросился стол с кучей сладостей. Его мама сладкое особо не любила, а потому парень обычно покупал его себе и сразу после покупки съедал в комнате под какой-то сериал. Но с приездом Юнги на столе неожиданно появились печенье двух видов, несколько шоколадок и палочки "Pepero". Чимин приземлился на свой стул, подтягивая одну из ног на него и окинул взглядом Юнги. Тот потягивал какой-то ягодный чай и увлеченно рассказывал маме про какой-то проект и особенности различных каменных дорожек. Мама улыбалась и смотрела ровно на него, постоянно кивая. Чимин мысленно подметил, что теория об их специфических взаимоотношениях оказалась верной и взял одну из шоколадок. Парень слушал диалог краем уха, не особо интересуясь покрытием дворовых дорожек. Чуть больше его интересовало сколько же все таки здесь будет жить мужчина. И как идти с ним на контакт. В целом, если это только до конца учебного года, то достаточно бытовых диалогов. А вот если до конца лета или календарного года... Какие-то взаимоотношения нужно выстроить. Как минимум создать безопасный круг тем для диалогов. Тут Чимин искренне надеялся, что мужчина не из того типа людей, которые постоянно спрашивают про личную жизнь и девушек. Этого бы очень не хотелось. В остальном, особенно если теория о близких отношения Юнги с матерью верна, дружбу строить не надо, а вот создать свой собственный нормальный образ в его глазах стоит. Пока Чимин определялся, насколько нормален его обычный образ с точки зрения мужчины, у мамы зазвонил телефон и она, извинившись, вышла из кухни. Юнги сделал большой глоток чая и повернулся к Чимину. Тот заметил взгляд не сразу, только когда мужчина заговорил.  – Ты в следующем году в выпускной класс идешь, верно?  – Угу, – отозвался подросток, не пересекаясь взглядом с собеседником.  – Куда дальше планируешь?  Чимин пожал плечами и закинул в рот очередное печенье. Парень чуть нахмурился, пару секунд формулируя социально приемлемый и короткий ответ на вопрос. Долгий вариант занял бы около часа словесного потока о шансе поступить на бюджет в большой город, смысле и пользе высшего образования и о совмещении его с подработками. Это были бы рассуждения о карьере финансиста, о перспективах, стабильности и высокой зарплате. Последнее каждый раз особенно откликалось в душе. Пусть работа и профессия будет не самой приятной, но главное - хорошо оплачиваемой. Дожевывая печенье, Чимин окинул взглядом старую кухонную технику. Да. Зарплата.   – Скорее всего поступлю на финансиста. В голове Чимина ответ звучал вполне исчерпывающе. В голове Юнги он создал еще больше вопросов и тем для диалога.   – Звучит серьезно, – кивнул мужчина, будто одобряя. – Почему именно эта сфера? Ответить на этот вопрос, казалось бы, достаточно легко, но ответ “понятный карьерный путь и большая” чаще распалял интерес, чем закрывал диалог. Чимин снова пожал плечами и снова взял печенье, чтобы оттянуть ответ. Судя по всему, его напряжение заметил и Юнги, потому что тот усмехнулся и покачал головой.  – Тебя наверное задолбали такими вопросами уже, извини, – мужчина чуть помолчал и продолжил. – Нам как не крути довольно долго жить вместе, так что было бы неплохо найти общие темы для диалога. Чимин впервые посмотрел на собеседника, удивленный искренностью и заторможенно кивнул. Отсутствие необходимости обсуждать образование заметно расслабило подростка и подтолкнуло к диалогу.  – Да, действительно неплохо бы… Я люблю живопись и в целом искусство, – да, Чимин, очень конкретно, спасибо, что сказал. – Довольно широкая сфера, но тут явно будет о чем поговорить. Если конкретнее то... визуальное искусство, пожалуй, любимая сфера Юнги согласно кивнул и тоже расслабился, откидываясь на спинку стула. Он сделал очередной глоток чая и потянулся наливать, кажется, третью кружку.  – Живопись... Любимый художник?  – Тойен, – немного подумав, ответил Чимин. Парень всегда считал, что выбрать любимого художника достаточно сложно, но после знакомства с творчеством этого - моментально определился.  – Не слышал о нем, – отозвался мужчина и достал телефон, чтобы найти работы названного автора.  – О ней, – поправил Чимин и сделал глоток чая. – Это Чешская художница - сюрреалистка.  – Да, я нашел, – кивнул мужчина с интересом изучая работы. – Никогда не понимал сюрреализм в полной мере. Я люблю что-то более приземленное что ли. Последующие часа полтора Чимин провел рассуждая о различных стилях живописи, художниках, сюрреализме и рассказал Юнги всё, что смог вспомнить о Тойен. Мужчина слушал с неподдельным интересом и задавал много уточняющих вопросов, что приятно удивляло подростка. В ответ Юнги рассказал о своем любимом авторе, им оказался Клод Моне. Чимина это, почему-то, вообще не удивило. Стиль Клода Моне чем-то напоминал ему самого мужчину, хотя он не совсем мог объяснить чем. Черён к диалогу не присоединялась и на кухню зашла только один раз - забрать чай в гостиную. Парень и не ожидал присоединения мамы к беседе - она не особо любила и принимала рассуждения о чем-то нематериальном. Лёг спать Чимин около 00, оставляя гостя наедине с чтением какой-то статьи о Тойен, ее творчестве и биографии.