Совершенно разные, но такие похожие.

— Да идите вы все к черту! — повторял Осаму прям как мантру, себе под нос блокируя всех в телефоне. Лучшего друга, так называемых родителей, директора школы, в которой ранее работал. Всех, кого видел в контактах. Это была последняя капля! Достаточно натерпелся. Хватит с него, наконец-то окончательно решил мужчина. Почему он, один из лучших учителей по физике, в довольно престижной школе, решил все бросить и уволиться? Почему Дазай сидел на вокзале выжидал поезд чтобы приехать в Токио, а после в совершенно другую страну? Ответ прост, как сложить дважды два, достало всё и вся! Коллеги шушукаются за спиной про черт знает что, родители своим — неприемлемым поведением, Чуя — своей шляпой, которую он даже в помещении не может снять.  Из каких-то вещей ничего не брал. Выкинул все на свалку вместе с воспоминаниями.  Родители все его детство били по пустякам. Мог побурчать сидя за кухонным столом — отец ударил головой об стол да так, что он почти сознание потерял. Плохо написал иероглифы? Переписывай по несколько раз да ладно если просто переписать. Так давали еще под задницу за каждый неправильно написанный символ. Было не только физическое насилие, а также психологическое, которое было хуже в миллионы раз. Изнуряли детскую и некрепкую психику по полной программе. Различного рода манипуляции, угрозы, истерики, скандалы, они приветствовались в этой семейке. Однажды отец пришел с собутыльником и.. случилось, что случилось. Было очень страшно, обидно, чувствовал себя Осаму использованным, униженным. Хоть об этом не принято говорить, паренек мечтал дать огласку об этом, однако стыдился. Что ж про него говорить будут? Возможно, если б в тот момент не промолчал, а заговорил, было бы лучше. Но он молчал, как хороший сынок. Все равно уже ничего не скажешь про это. Женщина, которая по документам считается матерью у него почти не было. Она работала на заводах, магазинах, подработках. Осаму ее не винит в своем отсутствие, больше винит в бездействии в сторону происходящего в их семье. Могла бы сказать отцу, чтобы пить прекращал? Могла. Говорила? Нет. Можно было уйти от отца, но кто будет брать несовершенную девушку с прицепом? Вопрос не из легких. Родила мать его в пятнадцать. Можно обвинять отца в изнасиловании и так далее. Можно было, но всем, мягко говоря, насрать. Бабушка твердила одно «Раз спровоцировала мужика то теперь сама мучайся с детьми».  Хотя бы бабушка по отцовской линии была адекватной.. сразу отказалась от сына и все. Забыла про всех и ушла жить в свое удовольствие. Осаму её не винил, был бы на её месте вероятнее всего сделал абсолютно также.  Дедушка по маминой линии поддерживал свою супругу. Дочь, как можно было понять им была не сильно важна. А дедушка по папиной линии он совсе и не знал. Родители официально поженились, когда матери было двадцать один, а отцу сорок два. Старшему уже исполнилось шесть, младшему два годика. Шикарная полная семья, правда? Осаму был отличником, активным в различных конкурсах, репутация изумительная, можно называть примером многим ученикам. Родители же давали стимул в качестве синяков. Которые бывали на разных частях тела, учитывая иногда миловидное личико. Всему можно найти оправдание то упал, то ударился об что-то. В подростковом возрасте стал интересоваться иностранными языками. Старался изучить русский, хотел он в Россию, почему? Потому что она, такая могучая, огромной, интересное, её история завораживает. Проникся ей он после прочтения книг, которые любезно помог найти его лучший друг Накахара.  Осаму радовался за Чую, что у того все хорошо. Чуя, всегда поддерживал его, даже если, это было необычно. Однако ему ли говорит о странности поддержки? Дуэт двух подростков можно было назвать своеобразным. Объединяло их то, что у обоих было шило в одном месте.  А теперь Дазай Накахару бросил. Скучать будет по ему? Да. Жалеет ли он своем поступке? Нет. Будет ли ждать смс от Накахары? Еще как будет. Напишет первым? Конечно, нет. Дазай вырос выучился на педагога физики. Правда у него есть особенность с бинтами, по крайней мере, это так кажется именно ему. Он не снимал бинты ни при ком, только когда один-одинешенька мог перестать быть подобием мумии. Но это только ненадолго, разве, что в душ, а потом вновь в бинты. Порой мог услышать шутку то, что бинты уже как вторая кожа. Жизнь была в принципе спокойная, до момента очередного напоминание родителей о себе. Это было довольно привычно, но именно этот раз стал последней каплей перед тем, чтобы все бросить окончательно. Несмотря на то что он давно задумывался все оборвать и уехать. В оправдание задержки сам себе твердил, что повода не было такого очевидного и явного. Мать и отец заявились с просьбой посидеть с новым членом их семьи, маленьким мальчиком. Который, к великому сожалению, еще не знал, в какой длинный змеиный клубок попал.  Ах да. Мать моментами была как ходячий инкубатор. Делала перерывы, когда была на калымах. Могла и несколько лет беременной подряд ходить, а потом нет. На Осаму скидывали маленьких спиногрызов. Он, считай, был самым первым дармоедом, только уже подрос и стал уже более-менее умным, поэтому с огромной радостью ему можно было доверить младших. Это было по мнению самых главных людей в жизни старшего ребенка, родителей. С учетом Дазая в семье было восемь детей.  Родители не просто вежливо попросили, а упрекнули  ладно если дома, когда никто ни духом ни слухом, кроме привыкших соседей к сие сценам. Но они заявились после рабочего дня на улице рядом со школой где работал Дазай.  Выставляя ситуацию, так что это он неблагодарный сын. Жил в роскоши и него только один раз в жизни попросили посидеть с младшими детьми. А он такой-сякой плохой отказался посидеть с ними.  Заявлялись они частенько еще денег выпрашивали, угрожали. Однажды они выполнили свои угрозы, отец выполнил сказанное. Избили, так еще пообещали повторить то, что сотворил папин собутыльник в его детстве. Как раз, это было недавно. Синяки на теле напоминали ему об этом. А он что? Не мог же поднять руку на тех, кто его вырастил? Конечно же, не мог! В момент с прошением посидеть с младшим, он отказал, без оправданий или других прелюдий. А потом, быстро уйдя из виду непрошеных глаз, шустрыми шагами добрался до квартиры. В этот же день собрал маленькую сумку, достал заначки, посчитал. Бесившись всё выкинул из квартиры, что хранило воспоминания, учитывая незначительные штучки. Оставил лишь некоторую мебель. Пусть родители приезжают делают с этим все, что им вздумается. Он больше не хочет думать ни о чем. Когда освободил квартиру от ненужного хлама, Осаму почувствовал облегчение.. Такая свобода действий, была просто невообразима, и хотелось большее.  На следующий день, еще раз все обдумав, Осаму зашел в школу подал, заявление на увольнение и ушел восвояси даже, не попрощавшись нормально. Отца и мать, как след простыл, но это было ненадолго. Дазай, зуб дает! Или как там еще в России говорят? Он выбрал рейс на вечер, чтобы уехать в атмосфере и еще время обдумать свои действия. На всякий пожарный. Забрал самое важное телефон, накопленные деньги, паспорт, базовую одежду, просто чтобы не выглядеть бомжом с улицы.  Сейчас он сидел со своей сумкой на вокзале и выключил телефон. Прежняя бесконечная усталость, унылое состояние, плохое самочувствие в миг пропало. Будто этого и не было. Осталось только облегчение, оно было везде.. в нервных окончаниях, органах,  под кожей, атомах рандом с ним, магнитном поле, действиях.  ——— Дазай приехал под вечер, устал, но все позади. Поездка в начале на поезде была относительно спокойная, тихая и обычная. Ранее не ездил на поезде, но попались хорошие соседи, поэтому и было легче. А на в дальнейшем в самолете были русские туристы, которые сидели рядом. Осаму умел говорить на русском — не идеально, не было практики, но понять мог, писать тоже, однако также плоховато.  Соседи болтали о Японии, моментами переходя на тихие маты, что резало по ушам, так как он не привык слушать ругательства, особенно если они были, как связка слов между друг другом. Долетел, взял такси и поехал в съемную квартиру. Как хорошо, что он задумался, где будет ночевать, поэтому еще давно приглянулся ему вариант со съемной квартиркой. Да еще не сильно завышенная плата, ну что за чудо? Осматривал Осаму квартиру с её хозяином, отдав уже разменянные иен в росийских рубли и, попрощавшись, сразу ушел в спальню нового жилища. Развалившись на мягкой постели, робко потянулся. Вот так быстро решения он никогда не принимал, это было так непривычно. Таким образом Дазай избавился от груза в виде воспоминаний, родителей с их детьми, старым собой, бывшими коллегами, недо друзьями, лучшим другом, старой жизнью. Дазай закрыл глаза, медленно проваливаясь в сон. Уснул крепким сном, забывая обо всем на свете, кроме теплых моментов из его нескучной жизни и надеясь, что со временем наберет еще больше счастливых, теплых, светлых, моментов. ——— Проснулся Осаму под вечер следующего дня. Разлепив глаза, кое как сел. Весь в поту, что так обволакивает его тело, голова побаливает, все тело ломит и неприятно тянет еще поспать. В начале он аж подумал, что проспал на работу и теперь его отчитают. Поэтому быстро вскочил и потом запутавшись в ногах, рухнул с грохотом на пол.  Отойдя от сна, вспомнил довольно интересные и значительные изменения в его никудышней жизни. Он теперь совсем не в Японии.  Походив по квартире, он понял, что совсем спать не хочет. Поэтому он не спал. Первый полноценный день в другой стране он провел спокойно, в начале сходил в магазин, а далее спокойно пришел домой с мини-перекусом.  Теперь у него была первая разговорная практика с продавщицей. Также было довольно интересно разглядывать улицу, людей. Так сказать, небольшая прогулка. В этот же вечер он стал рассматривать предложения на работу, вдруг найдутся школа, где нужен будет учитель физики. Спустя время после поданных анкет на несколько школ отправился ужинать.  День прошел быстро, он даже не заметил, как тот пролетел без возможности вернуться обратно. Так спокойно, уютно, Осаму даже не беспокоился, что к нему могут прийти, что кто-то может постучать в дверь. А вот некому стучаться к нему. Телефон сегодня он почти не тревожил, подзарядил его, немного поудалял фото, посмотрел сообщения. Никто не написал, а кто теперь напишет? Всех же заблокировал.  Вспомнился ему его бывший лучший друг. Возможно, и нынешний, но это маловероятно, так как ему Осаму толком ничего не объяснил. Хотел разблокировать его и написать сообщение с изменениями, однако сумел одернуть себя. Поужинав быстро приготовленными макаронами, лег, просто глядя в потолок. Скучный, незамысловатый, белый потолок. Даже соседи тихие попались, точно чудесно. Через время телефон пропищал и завибрировал. На поданную анкету Осаму откликнулась школа, которая была относительно далеко от съемной квартиры. Это была проблема, но не сильная, работа ему нужна здесь и сейчас. На выходных высыпаться будет. Теперь нужно будет завтра приехать на собеседование и потом уже если дадут добро можно будет спокойно приниматься за работу. Оставшиеся вечер Осаму провел в раздумьях и уснул в позе, которой лежал. Нужно проснуться рано и все подготовить. Следующий день был насыщенный. Осаму проснулся довольно рано, чтобы все сложить и переодеться в приличную одежду. Пиджак, классические штаны, кроссовки, сногсшибательная улыбка, миловидное лицо и можно выдвигаться в путь. Рассматривал все начиная от невзрачных домов до машин. Дорога выдалась не такая долгая, как предполагал Осаму. Да и прошло все гладко. Его речь поняли даже не учитывая характерный акцент, и второй раз общался с носителями русского языка.  В школу его взяли, по зарплате договорились, что в начале будет снижена, а потом если все устроит то будут давать полную. Про знание языка ничего не сказали, но подшутили. И подсказали, что можно позаниматься с Федором Михайловичем, преподавателем русского языка и литературы. Теперь стоит лишь ждать понедельника и идти теперь на новую работу.  Да жизнь у его точно поменяется, он сможет забыть о старых плохих воспоминаниях. Заменив не хорошее, пополнением в копилку новыми добрыми и радостными памятными моментами. Дазай, так думал, а вот что для его жизнь подготовила тот не знает и будет постепенно узнавать. ——— В понедельник в шесть утра Осаму уже был как штык. Резкая перемена в часовом поясе, для его не был проблемой, ну подумаешь всего лишь время поменялось. Привыкнет. Школа гораздо отличалась от школ в Японии, но освоится уже никуда не деться. За такой краткий срок уже смог познакомиться Николем Гоголем, он был один из завучей. Гоголь был добр, весел добродушно отнесся к новому учителю. Еще познакомился с Танизаки учителем младших классом, он был чем-то похож на Николая, но более тихий и замкнутый. Мельком заметил учителя русского Федора. Достоевский кратко поздоровался и сразу ушел с поля зрения.  Как прокомментировал Николай, Достоевский довольно замкнутый, молчаливый если его не трогать, но и довольно веселый и иногда может пошутить если с ним найти общий язык. Плюсом вид у его постоянно уставший и ясно, что мало спит. Точнее неизвестно спит ли вообще, зато очень грамотный, хорошо ведет уроки и не против помочь если нужно.  Осаму первый урок провел хорошо, класс ему попался довольно тихий и послушный. Класс сделал хорошее настроение ему на весь день, так как его слушали и записывали материал. Даже один из учеников когда Дазай путался подсказал ему несколько русских словечек.  За весь день учения детей Осаму вымотался. Некоторые классы были довольно шумные или даже подшучивали, но и были очень хорошие добрые детки. Это всего один день, а что дальше будет страшно. В середине рабочего дня, посидел в столовой, а еще поел сосиску в тесте. Там же встретил Федора, который заполнял журнал, а также жевал булочку с маком.  Осаму проигнорировал на тот раз встречу с ним да просто поглядел, хотя поболтать хотелось, скорее всего можно было пополнить словарный запас и узнать что-то новое. После рабочего дня он спросил у Николая, где может быть Федор. Конечно, Гоголь удивился такому напору именно на того кто, так холодно отнесся к тебе. Но все же сказал, что тот может задержаться в кабинете 269 или в раздевалке забирать свою куртку с сумкой у школьников. Новый учитель физики в начале проверил кабинет 269, но найдя лишь другого учителя ушел в раздевалку. Как раз ему тоже пора собираться во временное жилище. Сегодня было подозрительно тихо и школьники как пули улетели со школы, поэтому не было проблем спокойно собраться. В раздевалке был Федор он что-то искал в сумке, параллельно одевая куртку. — Да где ж.. — тихо пробубнил под нос брюнет. Осаму почти крадясь на ципочках подошел к Федору. — Привет — ровно встав, улыбнулся во все тридцать два зуба. Достоевский вздрогнул и рывком обернулся врезав Осаму ногой в ногу. — Ай я ай! — Моментально стал пищать Осаму, как только ему врезали. Достоевский стоя с глазами по пять копеек, неловко улыбнулся, да потом сразу заволновался.  — Простите-простите! Больше не пугайте так, пожалуйста.. — Учитель русского языка невинно хлопал глазам и пытался подобрать хоть какие-то слова, которые могли утешить. — Да ничего. — Прошипел преподаватель физики. — Извините, что напугал, не хотел. — Потерев свою ногу рукой сел на лавочку в раздевалке. Растерянность преподавателя по русскому никуда не ушла. Когда Осаму уже перестал трогать ногу и вновь встал, Федор, неловко улыбался да стоял как вкопанный. — Сегодня слишком тихо и спокойно. Не думаете? — Прервал тишину Осаму, пытаясь вывести на разговор парня рядом. На слова брюнет лишь пожал плечами. — И не согласиться нельзя, сегодня точно  тихо. Достоевский успокоившись, еще раз проверив сумку нашел то, что искал. А точней сигареты. Федор накинул на себя пальто. — Когда уйдем с территории школы, не хотите закурить? — Был не против если бы курил. Но не курю. Поэтому отказываю. Федор посмотрев еще минуты 5-6 попрощался и вновь извинился за ногу. А дальше ушел к выходу, он еще закупит по дороге и вернется в свою квартиру. Тем временем Осаму, еще только надевал свою куртку. А дальше ушел на улицу да на автобус чтобы добраться до своей квартирки.