Роджер Дэвис и проклятье раздевалок

Роджер все время становился свидетелем чужой личной жизни, и не то, чтобы он этого как-то очень хотел. В первый раз он застукал отца в кабинете с его секретаршей — молоденькой практиканткой в лилово-розовой мантии, которая была задрана так, что ему открывался чудесный обзор на ее упругие ягодицы. Какой у нее был цвет волос, он не запомнил. В другой раз он застал Оливера Вуда с Маркусом Флинтом в раздевалке. Те надрачивали красные возбужденные члены, влажно блестящие от смазки, прижав их вместе, и страстно, почти агрессивно целовались, будто что-то доказывая друг другу. Разорвав поцелуй, от которого между ними протянулась нитка слюны, его заметил Флинт и злобно оскалился. Закрыв дверь, Роджер встряхнул головой, но увиденного было не развидеть. Не то, чтобы он никогда не видел членов — живя в мужской спальне и пользуясь душевой это происходит невольно, даже если вокруг нет желающих сверкать гениталиями. Хотя было у них одно исключение: Майкл Корнер любил ходить голышом и делал это с таким видом, что это граничило с эксгибиционизмом и какой-то формой утверждения, самолюбования и компенсации. Не то, чтобы ему было что компенсировать… Ну да ладно. После зимней тренировки, усталый и продрогший, он еле тащился по коридорам, мечтая о теплой ванне, и стоило ему открыть дверь, как раздался женский визг, эхом отраженный от стен ванной старост. Присмотревшись, он узнал Пенелопу Кристалл уже голую по пояс, с мягкими красивыми буферами, которые она тщетно прикрывала своими тонкими руками. Ее мужественно заслонил Перси Уизли, хотя его узкой спины явно не хватало, чтобы прикрыть все это великолепие. Тяжело вздохнув, Роджер поплелся в общие душевые. Где ему предстояло стягивать с себя затвердевшую от грязи форму под всеобщие смешки парней из команды. Когда он шел по коридору, из кладовки доносилось довольное попискивание и возня, явно принадлежащая Лаванде Браун, и низкий хохоток Рона Уизли. Он даже не стал останавливаться. Когда Майкл Корнер начал встречаться с Джинни Уизли, он только попросил предупреждать его, где ему ходить не надо. Желательно, заранее… К кладовке для метел он уже боялся подходить. Особенно после того, как застал своего ловца с Седриком Диггори. Ее красивые длинные стройные ноги были у него на плечах. Он потом весь вечер сидел, глядя в пустоту и размышляя не послать ли их ловца из команды на хуй, простите, не в столь буквальном смысле. Его останавливало это милое удивленное “Роджер?”, произнесенное Чжоу вверх тормашками, поскольку голова ее свешивалась со стола, на котором она лежала. Они за ним обычно обсуждали командную стратегию. Ну, раньше, до этого… Роджер наклонил голову, чтобы видеть мир в том же перевернутом виде, что и Чжоу, когда услышал смущенное “Оу” со стороны Седрика, до которого наконец дошло. Вся потрясающая картина расстановки сил на поле для квиддича, что видел он, Роджер. Однажды в теплый погожий день он шел по пустому коридору, где, кроме группки шушукающихся гриффиндорок, никого не было, когда прямо перед ним выпрыгнули из-под футболки упругие округлые сиськи. Они мягко залипательно качнулись, устраивая свой вес сообразно гравитации, и засияли нежно-розовыми сосками в косых лучах солнца. Нежная кожа с тонкими голубыми линиями вен светилась своей белизной. Он перевел взгляд выше. — Только попробуй кому-нибудь разболтать! — яростно воскликнула Джинни Уизли, и вихрем развернулась к компании девчонок, опуская футболку. — Ну что, довольны?! — Те захихикали еще громче, признавая баш в проигранном споре. “Даже в мыслях не было” — подумал Роджер, и поправив сумку, пошел дальше по коридору, вслед удаляющейся компании гриффиндорок, чей смех разносился вокруг, ударяясь о каменные стены. Устроившись работать в министерство, он рассчитывал на взрослый серьезный мир. Оплот бюрократии, нерушимую стену протокола и корпоративной этики. Пока — после вежливого стука — не застал своего начальника с Панси Паркинсон. Ее кружевное черное белье больше подчеркивало, чем скрывало ее стройные формы. Эта змея натурально зашипела. — Да ну ж мерлина мать… А ведь он тщательно выбирал себе в начальники порядочного семьянина. Возможно, судьба просто намекала ему, что пора уже заняться своей личной жизнью.