Я тебя вижу, и даже слишком хорошо

Со дня великой битвы прошло уже несколько месяцев. Паук не следил за временем — оно словно застыло, растворилось в бесконечных мыслях, которые кружили в голове день и ночь. Он часто уходил к рифу, забирался на один из камней, выступающих из воды, и просто сидел там. Обычно это случалось по вечерам, когда клан готовился ко сну или уже проваливался в глубокий сон после тяжёлого дня. Вокруг всё светилось: в воде мельтешили разноцветные неоновые рыбки, небо окрашивалось в немыслимые, незабываемые оттенки фиолетового и розового. Стало спокойнее. Не так, как до второго пришествия людей на Пандору, но... тише. Сердце понемногу успокаивалось после стольких трагедий и потерь, что обрушились на На'ви и людей. Что может быть лучше покоя? Паук не мог ответить на этот вопрос. Он видел, он помнил. Помнил, как отец... Куорич прыгнул со скалы прямо в огонь. Прямо туда, вниз. Эта сцена застыла в памяти раскалённым клеймом, нет-нет да тревожа душу по ночам, возвращаясь в тягучих снах. Они снились не часто, но оставляли после себя мерзкое послевкусие, от которого хотелось выть. Он плеснул рукой по воде, и в тот же миг стайка рыбок метнулась в стороны, расплываясь кто куда, разбивая идеальную гладь. Стало ещё темнее, но от этого не менее красиво. Паук помнил не только гибель отца. В памяти всплывала битва Джейка и Полковника. И тот самый миг, когда Джейк собирался убить его, Майлза. Это было страшно. Сердце тогда колотилось так бешено, что, казалось, вот-вот разорвёт грудную клетку. Он был готов к смерти. Готов был принять её, если бы это принесло гармонию — хотя бы для Салли. Для того, в ком он уже тогда, сам того не осознавая до конца, признал нечто большее, чем просто друга или наставника. Он полюбил. Не той детской любовью, не восхищением героем. А той, взрослой, отчаянной любовью, когда хочется прикоснуться, стать ближе настолько, чтобы чувствовать под пальцами, как под синей кожей бежит кровь, а по телу разбегаются мурашки от одного лишь взгляда. Он давно вырос. К сожалению, не ростом — тут природа обделила, — а душой. И душа эта хотела большего. Тело само тянулось навстречу мужчине, игнорируя голос разума. Но это было невозможно. Этого не случится никогда. Просто потому, что он не такой. Он всё тот же человечек с этими нелепыми ручками и ножками в розовых и бежевых оттенках. Низкий. Неказистый. Да плевать всем на то, что его приняла Эйва, даровав возможность дышать и нервный отросток, с помощью которого он может соединяться с деревом или зверем. Какая разница? Для На'ви он навсегда останется аватаром без аватара, чужаком в своём же теле. Паук поднял руки и провёл ладонями по лицу, будто пытаясь стереть ненавистный цвет кожи... или просто успокоиться. Стоило прекратить тешить себя пустыми мечтами. Забыть. Отпустить. Но может ли юное сердце перестать биться чаще при виде Джейка? Не может. Как и тысячи других горячих молодых сердец до него, готовых на всё, чтобы добиться объекта своей страсти. Даже на самые рискованные, безрассудные поступки. Перед глазами снова возник тот день. Он стоит на коленях, которые больно упираются в деревянный выступ. Джейк подносит кинжал к его горлу, что-то говорит, но руки у него дрожат. Мужчина сам боялся этого мгновения. Боялся убивать, не хотел этого делать. Но тогда ему, наверное, казалось это единственно верным решением. Прикусив губу до крови, Паук смирился, пока по щекам текли горячие солёные слёзы, делая только больнее. А потом — объятия. Сильные, тёплые, сокрушительные. Джейк прижал его к себе, и Паук не смог сдержать ответной дрожи. «Я тебя вижу» — только и услышал он сквозь шум в ушах. После тех событий они так и не поговорили по душам. А Пауку столько нужно было сказать! О своих чувствах. О том, что он переживает. Что боится. Что не может нормально спать или смотреть на Джейка, потому что эти чувства кажутся ему отвратительными, неправильными, постыдными. Он искренне хотел бы просто восхищаться этим мужчиной, как раньше. Но, смотря правде в глаза, понимал: это никакое не восхищение. Это чёртова влюблённость, явившаяся совсем не вовремя. От неё нужно избавиться. Навсегда. Похоронить глубоко в океане, на самой глубине, где никто и никогда не сможет её отыскать. Паук опустил руки, уставившись на свои бледные человеческие ладони. И вдруг с пугающей ясностью осознал: он не сможет себя переделать. Он такой, какой есть. Пусть светлокожий. Пусть человек. Маленький и неказистый. Но он весёлый. Он хочет помогать. Будет помогать и сражаться за тех, кого любит, до самого конца. Он ведь ловкий и быстрый, быстро учится. Верно? У него всё будет хорошо. Парень усмехнулся собственным мыслям, грустно и немного обречённо, и повернулся, чтобы посмотреть на горизонт. Вдали, на соседнем рифе, показался тёмный силуэт. Спину было трудно разобрать в сгущающихся сумерках, но по знакомым очертаниям широких плеч и осанке Паук узнал его мгновенно. Джейк. Парень помедлил. Стоит ли подплыть? Или лучше не тревожить мужчину своим присутствием? Прикусив губу и секунду поколебавшись, он всё же соскользнул в воду и поплыл к соседнему рифу. Может, это не самая плохая идея за последние месяцы? — Привет... — тихо сказал Паук, подплыв достаточно близко и ухватившись за камень. Джейк вздрогнул и резко обернулся, словно не ожидал, что в столь поздний час здесь может оказаться ещё кто-то живой. Он попытался выглядеть обычно, расслабленно, но жёлтые глаза выдали то, что таилось в глубине души. Всё ещё неутихающая боль от потери сына бушевала внутри мужчины, и Паук не мог этого не заметить. — Ты почему не спишь? — только и спросил Джейк, когда парень ловко забрался на камень и уселся в метре от него. — Просто не хочется, — пожал плечами Паук, глядя вдаль, где в воде плескались тулкуны. — А... ты? — Я, — Джейк запнулся, подбирая слова, — тоже не хочется. Паук кивнул, поджал губы и отвернулся. Повисла неловкость. Им двоим было неуютно вот так сидеть в тишине рядом друг с другом. Парень чувствовал эту невидимую стену между ними, хотя, возможно, именно она спасала его от необдуманных поступков или признаний. Будь их отношения ближе, проще, он бы, наверное, рассказал о своих чувствах. Но нет. Паук просто молчал, глядя на светящиеся волны. Джейк поджал ноги, уронив подбородок на колени, и уставился в ночную воду, провожая взглядом мелькающих рыб. Он скучал по сыну. Невыносимо, до рези в груди, до спазмов в горле. Ни один родитель не сможет смириться со смертью того, кого породил на этот свет, кого растил, учил, оберегал и даже ругал за промахи. Он бы разрыдался прямо сейчас, если бы... если бы рядом не сидел Паук. С этим парнем всегда было связано странное ощущение. Нет, не неприятное, а скорее тёплое, успокаивающее. Особенно когда Паук пытался помогать На'ви и влиться в племя, подражая их повадкам. Это было по-своему мило, напоминало о том хорошем, что ещё осталось в мире. О том, что не всё потеряно. Джейк медленно повернул голову, чтобы взглянуть на соседа. Паук от неловкости болтал ногой, опираясь на выставленные назад руки. Да пусть Джейк будет проклят за то, что тогда чуть не убил этого парня. Как он мог так поступить? Как мог решиться на это? Мальчик ни в чём не виноват. Никогда не был виноват. Он всего лишь хотел быть частью места, в котором вырос, а Джейк стоял напротив с ножом, готовый оборвать эту жизнь. Сердце мужчины болезненно сжалось, глаза защипало. Он быстро смахнул непрошеную влагу и постарался успокоиться. Не сейчас. — Прости меня, — раздался в тишине приглушённый, хрипловатый голос Паука. — За что? — удивлённо вскинулся Джейк, не понимая, к чему эти извинения. — За то... что умер Нетеам. Ведь... — Парень сделал глубокий вдох и повернулся, чтобы заглянуть прямо в жёлтые глаза мужчины. — Если бы меня не было на том судне, Лоак не пошёл бы меня спасать. А за ним не пошёл бы Нетеам. И... Говорить это было до боли сложно. Слова будто резали горло изнутри, но они уже лились неконтролируемым потоком, и Паук не мог их остановить. В глазах не было слёз — только твёрдая, обжигающая уверенность в собственной вине. — Если бы меня не было, наверняка всё сложилось бы иначе... лучше. Без меня и моего присутствия. Без него. Отца. Я мог не спасать его тогда, и всё бы закончилось! Но я предал вас. Я спас его! Я... чёртов демон... — Паук опустил голову и с силой провёл ногтями по камню, до боли в пальцах. — Не говори так, — тихо, но твёрдо шепнул Джейк. Он не мог поверить, что Паук всё это время носил в себе такую тяжесть. Что винил себя так сильно. Джейк никого не обвинял — ни Лоака, ни Паука. Они правда не виноваты. Жизнь бывает жестока и несправедлива даже к тем, кто меньше всего заслуживает ударов судьбы. Он подсел ближе и решительно прижал парня к себе, уронив подбородок ему на макушку. — Ты не виноват. Слышишь меня? Просто услышь мои слова, хорошо? — Джейк замялся, потом чуть отстранился и заглянул в глаза Майлза. — Я не виню никого из вас в смерти сына. Ты не можешь брать на себя вину только потому, что оказался там. Это могло случиться в любой другой момент, по любой другой причине. Просто... не нужно взваливать на себя грехи всего мира, понял? Не делай себя виновным во всех бедах. Паук чувствовал, как от этих слов сердце понемногу оттаивает, расправляется, словно лепесток под первыми лучами солнца. На щеку легла тёплая синяя ладонь, и он инстинктивно прижался к ней, накрыв своей рукой сверху. Пришлось зажмуриться, чтобы спрятать внезапную влажную поволоку в глазах. — Я не хочу, чтобы ты меня ненавидел. Я не хочу уходить, расставаться с тобой или с другими. Пожалуйста... я хочу быть нужным, — прошептал он едва слышно. — Ты нужен. И важен. Никто не собирается тебя выгонять. — Джейк помолчал, собираясь с мыслями. — И это я должен извиняться за то, что собирался сделать. Они уже сидели, развернувшись друг к другу, и Майлзу пришлось открыть глаза. Как же Джейк был красив в эту ночь! На его теле и лице играл свет от светящихся рыб в воде, переливаясь на синей коже и загораясь яркими искрами в зрачках. Завораживающее зрелище, от которого сердце парня снова забилось быстрее. — Я не держу на тебя зла, — Паук крепче сжал его ладонь на своей щеке. — Ты защищал свою семью... и я был готов умереть от твоей руки. — Ты никогда не умрёшь от моей руки. Понял? — Понял. Джейк долго всматривался в лицо напротив. И вдруг заметил то, чего раньше словно не видел — или не позволял себе замечать. На него смотрели уверенно и открыто, с какой-то особенной... любовью? Или это воображение, уставшее от горя, рисовало то, чего на самом деле нет? Но мог ли мужчина ошибиться? Такой взгляд он уже видел раньше, в других глазах, в другой жизни. В карих глазах Паука теплилась нежная забота и такая искренность, которую невозможно ни с чем перепутать. А рука парня всё ещё прижимала его ладонь к своей щеке, не позволяя отстраниться. — Извини, — Паук спохватился, осознав, что слишком долго засмотрелся на мужчину и удерживает его ладонь. Он отдёрнул руку, но тут же поймал себя на том, что не хочет отпускать. Совсем. Рука Джейка была тёплой и какой-то... родной. Пусть хотя бы это он мог позволить себе сейчас. Хотя бы так прикоснуться к объекту своей тайной симпатии. Даже если только сегодня, только в эту ночь. — Всё в порядке, — Джейк мягко улыбнулся и, к удивлению парня, не убрал руку, а напротив, сжал его пальцы в ответ. — Тебя что-то волнует? — Больше ничего такого, — Паук мотнул головой, чувствуя, как от этого простого жеста внутри разливается тепло. — Всё хорошо. Спасибо, что поговорил со мной. Это... это важно для меня. Понимание того, что ты просто рядом и жизнь идёт дальше. --- В течение следующих недель Паук наконец начал высыпаться. И не просто высыпаться — он словно ожил, стал активнее, подвижнее, словно с плеч свалился тяжёлый груз, который он нёс в одиночку слишком долго. Иногда уходил на охоту со старшими воинами, чтобы учиться, или плавал с ровесниками наперегонки среди зарослей. Это было восхитительно. Особенно нырять в прозрачную глубину или летать — ветер в волосах, свист в ушах и кровь, бегущая быстрее с каждым взмахом крыльев. Он чувствовал себя свободным. И мысленно благодарил за это Джейка. Свободным от страха. Но не от чувств. Не от любви к этому мужчине. Однако теперь он начал воспринимать свою влюблённость иначе. Старался находить в ней хорошее. Например, любовь делала его усерднее. О да, он хотел показать всем, а втайне — прежде всего Джейку, — что способен на многое. Что может быть лучшим, быстрее, ловчее. Пусть даже самому себе он в этом никогда не признавался. Иногда Паук улетал к учёным в горы на день-другой, просто чтобы занять себя чем-то ещё, отвлечься. Там, кстати, он раздобыл кое-что интересное: фильмы с Земли, которые учёные давно скачали на флешки. Им, привыкшим к технологиям и интернету, было тяжело без привычных развлечений, и кто-то притащил с собой целую библиотеку земного кино. Фильмы были разными: боевики, комедии, романтические драмы, трогательные истории о людях. Паук проводил за просмотром часы, впитывая человеческие шутки, традиции, манеру общаться. Ему хотелось лучше знать тот мир, откуда пришёл Джейк. Хотя бы так быть к нему ближе. Однажды вечером, после удачной охоты, они плыли назад к деревне. Вода приятно охлаждала разгорячённые тела, и Паук, сам не ожидая от себя, ляпнул шутку. Кажется, из какой-то очень старой комедии, которую он недавно смотрел у Норма. Фраза была дурацкой, нелепой, но он её почему-то запомнил. Джейк застыл в воде, приоткрыв рот, и удивлённо вскинул брови. А в следующую секунду расхохотался — громко, заразительно, хлопнув ладонью по воде так, что брызги полетели во все стороны. — И где ты это откопал? — сквозь смех выдохнул мужчина, вытирая выступившие на глазах слёзы. Паук смущённо почесал подбородок, довольно улыбаясь произведённому эффекту. — В комедии. Там мужики отправились веселиться куда-то... Не помню названия. Но фильм прикольный. — «Мальчишник в Вегасе», — Джейк всё ещё посмеивался, качая головой. — Я помню этот фильм. Он очень старый, даже не знаю, где ты его достал. — Норм дал флешку. Там много всего, — Паук пожал плечами. — Он сказал, что любит смотреть старое кино. А я в земных годах не разбираюсь... да и вообще во всём земном. Ты смотрел? — Давно, — Джейк с интересом взглянул на парня. Его удивило, что Паук тратит время на такие древние фильмы, но в то же время было невероятно приятно услышать родной язык и шутку, которую он помнил ещё с прежней жизни. Он подплыл ближе и потрепал Паука по светлым, мокрым волосам, тепло улыбнувшись. — Так вот зачем ты к ним бегаешь? Развлекаешься? — Ну... — Паук замялся и отвёл взгляд, делая вид, что рассматривает рыбок под водой. — А ты бы не хотел? Ну, типа... — он запнулся, лихорадочно соображая, как бы так ловко, будто невзначай, предложить провести время вместе. — Посмотреть их снова? Вместе? Ведь никто не запрещает, да? Это просто фильм... Весёлый очень... Мужчина на минуту задумался, глядя в сторону берега. Нейтири всё ещё было тяжело. Не так, как в первые дни после гибели Нетеама, но она ясно дала понять — ей нужно время и пространство. Дети слишком заняты своими делами: Тук проводила много времени со старшей сестрой, а Лоак... ну, сын наконец стал смелее и большую часть времени крутился вокруг дочери Тоновари. Эх, молодёжь — такая милая, особенно когда эти двое смотрят друг на друга, смущаются, но всё равно не могут отойти. Цирея ему отлично подходила, и Джейк довольно улыбался про себя, когда замечал, как неловко сын отводит взгляд при нём. Просто прелесть. В остальном дел особых не было. И если честно, он бы с радостью посмотрел что-нибудь из земных фильмов. Да хоть глупую любовную мелодраму на пять часов с растянутым сюжетом и ужасной актёрской игрой — плевать, лишь бы отвлечься. — Да, думаю, это хорошая идея, — наконец ответил он, и тепло в груди стало чуть ощутимее. — Да? — глаза Паука вспыхнули такой неподдельной радостью, что у Джейка на миг перехватило дыхание. — Тогда мы можем слетать туда на днях! Ну... или когда будет время. Там есть свободный зал, который они обустроили специально для просмотров. Там круто: темно и через какую-то штуку фильм показывают прямо на стене! — Проектор, — усмехнулся Джейк. — Да, помню эту штуку. А много у Норма фильмов? — О, он говорил, что больше двух сотен! — тараторил парень, сияя. — Но я не считал, просто по картинке выбирал. — Хорошо, слетаем через день. Завтра ещё есть дела поважнее, чем просмотр старого кино. — Джейк усмехнулся и вновь потрепал парня по светлым волосам, задержав ладонь на секунду дольше положенного. Он почувствовал, как от этого простого жеста по телу разливается приятное тепло. Было странно и в то же время хорошо снова ощутить предвкушение перед просмотром, тот самый трепет, адреналин от звуков, музыки, сюжета. Если сюжет, конечно, окажется хорошим. Джейк вышел из воды и обернулся, прежде чем направиться к своей хижине. Паук с какой-то по-детски счастливой, даже глупой улыбкой поплыл к друзьям, и это зрелище показалось мужчине до боли милым. Хвост сам собой дёрнулся пару раз от безотчётного веселья, и Джейк поспешил скрыться в жилище. Остаток дня он провёл за привычными делами: чистил копья, осматривал оружие, наводил порядок. Но ни на миг не забывал о том, что будет послезавтра. С чего стоило начать? Может, включить старый ужастик про пришельцев — сейчас это было особенно актуально. Или что-то из классики? Джейк понятия не имел, что Паук уже успел посмотреть, а что нет. Да и неизвестно, вдруг парня какая-нибудь кинолента напугает до такой степени, что он больше к просмотрам не притронется? «Вряд ли, он ведь сильный», — мелькнула мысль, и Джейк понял, что автомат в руках уже начищен до блеска, а стрелы только и ждут своей очереди. Мысли то и дело возвращались к тому взгляду. Там, на рифе, когда они говорили. Паук смотрел на него с такой теплотой, такой нежностью и... любовью? У Джейка было достаточно времени, чтобы обдумать увиденное, но к однозначному выводу он так и не пришёл. Может, у него действительно разыгралось воображение, и в простом взгляде он увидел то, что сам хотел увидеть? А хотел ли он чего-то такого? Джейк искренне желал, чтобы Паук был в порядке. Чтобы он был счастлив и чувствовал себя нужным. Но от мысли, что парень видит в нём не просто наставника или друга, а нечто большее... хвост предательски дёрнулся, выдавая волнение. Он отложил стрелы и автомат в сторону, сложил руки домиком и уронил на них подбородок. Нужно просто остановиться и подумать. Хотя бы минуту. Почему он, взрослый мужчина, глава семьи, вдруг так остро реагирует на мысль о возможных чувствах этого парня? Нет, он не должен вообще об этом думать. Между ними слишком большая разница. В возрасте, в положении, в опыте — всё это должно вызывать только внутреннее отторжение. Даже если ему просто показалось, он не имеет права даже рассматривать подобное. Ни разу не имеет. Но при мысли о Пауке Джейк невольно улыбнулся, вспоминая, как тот пытается его впечатлить. На охоте, в стычках, в обычных делах. О, это было сложно не заметить: парень то и дело кидал быстрые взгляды, проверяя, смотрит ли на него Джейк. Переживает ли, оценивает ли. «Смешной», — подумал мужчина, и сердце сжалось в тёплый, почти болезненный комок. Наконец наступил день отлёта к учёным. Джейк с утра даже не застал детей в хижине, те с первыми лучами солнца разбежались по своим делам, а Лоак и вовсе не возвращался с ночной прогулки. Наверняка занят своей возлюбленной. Джейк невольно закатил глаза, но беззлобно, скорее с умилением. Он собрал пару вещей в дорогу, на всякий случай прихватив оружие, мало ли что случится в пути. Не хотелось бы, конечно, но кто знает, чего ждать от этих лесов. Нейтири проводила его спокойным взглядом, но с места не поднялась, перебирая какие-то вещи. Сегодня она хотела провести день с новой цахик. Джейк не стал её тревожить. Паук уже ждал около своей банши, которую приручил совсем недавно. Парню стоило немалых усилий покорить строптивое существо, но он справился. Правда, во время Икнимайи едва не свалился с него в полёте, до смерти перепугался сам и заставил изрядно понервничать Джейка, наблюдавшего за этим со стороны. Банши оказался чем-то похож на хозяина: наверное, характером, в них чувствовалось что-то общее. Паук трепетно относился к зверю, тщательно проверял седло, подолгу гладил по шее, разговаривал с ним. Заметив приближающегося Джейка, парень расплылся в улыбке до ушей. Он и сам с нетерпением ждал этой поездки: ночью еле сомкнул глаза, а утром первым делом бросился собираться. В голове он снова и снова прокручивал сценарии возможных разговоров, стараясь выглядеть максимально непринуждённо и естественно. Не может же он вот так раскрыться из-за случайно брошенной фразы! Поэтому он отрепетировал и слова, и взгляды, и даже то, как будет смеяться. — Летим? — спросил Паук, когда Джейк приблизился. — Летим, — кивнул мужчина, и через минуту они уже взмыли в небо. Лететь сквозь облака оказалось чудесно. Даже волшебно. Под ними, в сотнях метрах внизу, простиралась лазурная вода, а где-то вдалеке слышались песни тулкунов. Паук не в силах усидеть на месте привстал, удерживаясь за банши, и заставил его взмыть выше. Он задумал трюк: резкое пике к воде, чтобы в последний миг взмыть обратно. Зверь понял его без слов, поднимаясь всё выше, оставляя Джейка внизу наблюдать за их кульбитами. А потом, сложив крылья, банши камнем рухнул вниз, стремительно приближаясь к воде. В последний момент крылья распахнулись, лапы едва коснулись поверхности, разбрызгивая сверкающие капли. — Кажется, вы друг друга хорошо понимаете, — заметил Джейк, подлетая ближе. Его банши громко заревела и махнула крылом так, что брызги полетели прямо на Паука. — Эй! — рассмеялся парень и тут же повторил манёвр, окатив Джейка в ответ. — Да, ему нравится такое. Он очень... активный. — Вы похожи в этом смысле, — Джейк усмехнулся и, толкнув банши вперёд, бросил через плечо: — Догоняй, маленький зверёк. Последние слова вырвались сами собой, но Паук только шире улыбнулся и пришпорил своего зверя. Животные кружили в небе, то взмывая ввысь, то пикируя вниз, пока не добрались до базы учёных в горах. Густой лес скрывал убежище от чужих глаз. Вокруг стояла странная тишина, нарушаемая лишь гудением приборов, оставленных снаружи. У входа даже стояла деревянная скамейка. Банши оставили чуть поодаль и наконец вошли внутрь. — Ого, вот это гости! — Норм с шутливым удивлением вышел из кабинета и приобнял мужчину. — Знал бы — приготовил торт. Хотя на тебя таких три нужно. — Очень смешно, — Джейк закатил глаза и легонько толкнул человека локтем. — Мы хотели фильм посмотреть! — наконец подал голос Паук, выглядывая из-за спины Джейка. — Зал ведь свободен? — Фильм? Посмотреть? Да ты шутишь? — Норм театрально схватился за сердце. — Джейк Салли впервые пришёл посмотреть то, что я предлагал все эти годы? То есть мои предложения ты игнорировал, а как этот, — он щипнул парня за нос, — прекрасный юноша предложил, так ты тут как тут! Я запомнил. — А ты разве предлагал? — покачал головой Джейк, следуя за учёным по коридору. Коридор оказался тесноват для них троих. Паук шёл рядом, то и дело случайно задевая рукой то хвост Джейка, то его бедро. Совершенно случайно. Но эта случайность оказалась до обидного приятной. — Раз сто предлагал! Да ну тебя, Салли, — Норм махнул рукой и распахнул дверь в зал. Комната оказалась просторной и тёмной — идеально для просмотра. На полу, напротив стены, громоздилась целая гора подушек: больших и маленьких, пёстрых и однотонных. Оранжевый матрас с каким-то рисунком, огромная подушка, набитая мелкими шариками... Выглядело даже уютно. Джейк перевёл взгляд направо, там стоял столик с вазой, стаканами и автоматом для воды. Но по запаху он понял: здесь пили не только воду. Наверняка люди либо научились делать алкоголь, либо позаимствовали его у На'ви. — Чем вы тут занимаетесь? — с усмешкой спросил Джейк. — Ну, хорошо проводим время, — Норм подмигнул. — Знаешь, не так-то просто вечно работать, нужно и отдыхать. Иногда устраиваем общие просмотры, а иногда... — он сделал многозначительную паузу, — более личные встречи. Парочкам нужно проводить время вместе. — Я уже понял, чем вы тут занимаетесь. Извращенцы, — Джейк рассмеялся и подошёл к столику, где в коробке лежала флешка. — Эй, не надо осуждать! Всё прилично, просто пары иногда смотрят тут фильмы, вот и всё. Но камеры мы всё-таки убрали. Они тут ни к чему, пусть люди чувствуют себя свободно. Салли покосился на Паука. Тот, кажется, не слушал их разговор, а уже устроился на матрасе и возился с пультом, подключая флешку к проектору. На противоположной стене загорелась заставка, а затем открылась библиотека фильмов. — Пить будешь? — спросил Норм в лоб. — А ты предлагаешь? Норм закатил глаза и через пару минут вернулся с большой деревянной бутылкой. Большой для человека, а для На'ви вполне обычной. Открыв пробку, Джейк узнал запах местного алкоголя, сладковатый, с фруктовыми нотками и лёгкой горчинкой. — Спасибо. Не жалко? — Скажешь тоже, у меня таких много. Ладно, я пошёл, работы полно. Хорошего просмотра! Учёный вышел, плотно закрыв за собой тяжёлую металлическую дверь. Та закрывалась герметично не просто так: в комнате можно было включить систему подачи воздуха снаружи и не сидеть всё время в масках. Джейк тут же нажал кнопку, уселся на подушки и поставил бутылку рядом. — Что хочешь посмотреть? — Паук наконец повернулся к нему. Свет был выключен, и их освещал лишь проектор, отбрасывающий на лица причудливые тени. — Даже не знаю. А что тут есть? — Джейк всматривался в список. Взгляд упал на знакомую картинку. «Король Лев». Кажется, это было хорошей идеей для начала. — Давай этот. Ему, правда, уже лет сто семьдесят, примерно. Но всё ещё хорошо смотрится. — «Король Лев»? Я ещё не смотрел. Давай! — Паук с удовольствием включил то, что предложил мужчина, и откинулся на подушки, закинув руки за голову. Он хотел смотреть именно то, что интересно Джейку. Узнать его вкусы, понаблюдать за реакцией. Самое главное, оставаться спокойным и непринуждённым. Не смотреть на мужчину слишком долго, слишком пристально. И особенно не скользить взглядом по телу, лежащему рядом. Это было самым сложным. Ведь Джейк лежал совсем близко, даже если их разделяло полметра. А места было предостаточно, глаза так и просились повернуться к открытому торсу, к расслабленным мышцам, к длинному хвосту, лениво постукивающему по матрасу. На экране мелькали яркие события. Вот рождается Симба, все поют, радуются, и анимация такая красочная, что Паук невольно улыбается, покачивая ногой в такт музыке. Его завораживало всё: необычные земные животные, их повадки, то, как их изображали. Красочные, непривычные, некоторые даже отдалённо напоминали обитателей Пандоры. А потом наступила сцена смерти Муфасы. Паук замер, затаив дыхание, когда могучего льва столкнули вниз, и он полетел в пропасть под отчаянный крик сына. Сердце сжалось, но он сдержался, лишь сильнее впился пальцами в матрас. Иногда он краем глаза поглядывал на Джейка. Тот смотрел с тёплой, почти ностальгической улыбкой, будто вспоминал, как сам впервые видел этот мультфильм много лет назад. Краски с проектора играли на его лице, подчёркивая красоту линий — скул, носа, губ. Он был таким расслабленным, иногда делал глоток из бутылки, и хвост его продолжал лениво постукивал по матрасу. Паук отводил взгляд, боясь засмотреться, и снова погружался в сюжет. А когда в финале Шрам наконец получил по заслугам, парень аж подпрыгнул на месте: — Да! Так ему и надо! Джейк покачал головой, пряча улыбку. — Ну как? — спросил он, когда поползли титры, поворачиваясь к парню. — Это просто... вау! — Паук от возбуждения размахивал руками, выплёскивая эмоции. — Я в восторге, это так классно, слов нет! А животные там правда такие? Ну, разговаривают, поют, танцуют? — Нет, это просто выдумка, — усмехнулся Джейк. — Но сами животные правда такие. Это мультфильм, его больше для детей делали. Природу хищников так открыто не показывали, чтоб не пугать. Никто из них не поёт и не говорит. — Что? — Паук надул губы и огорчённо поморщился. — Жаль... Я бы хотел на такое посмотреть. Джейк щёлкнул его по носу. — Ай! — Не жалуйся. Лучше выбери что-нибудь ещё. — Да? Мы ещё посмотрим? — в голосе парня зазвучала такая надежда, что у Джейка тепло кольнуло в груди. Он принялся листать библиотеку дальше, иногда советуясь с мужчиной. — А «Горбатая гора» хороший фильм? — Кха! Кха! — Джейк поперхнулся напитком и закашлялся. — Эм... нет, это не очень хороший фильм. Давай другой. Паук пожал плечами и продолжил листать. Он ощутил, как по бедру легонько ударился чужой хвост, совсем легко, но от этого по коже побежали мурашки. Ему нравилось чувствовать мужчину так близко, но это и отвлекало. До такой степени, что хотелось взять этот хвост в руку и держать, поглаживать, не отпуская до самого конца. Они посмотрели ещё несколько фильмов, ставших культовыми за историю кинематографа: «Форрест Гамп», «Терминатор», «Крёстный отец», «Матрица». Все они давно устарели, но по-прежнему вызывали восторг у новых поколений. Даже в 2154 году, когда Джейк покинул Землю, люди всё так же любили эти старые ленты. Время летело незаметно. Джейк и сам забыл о нём, погружаясь в воспоминания и следя за героями на стене. Иногда он посматривал на Майлза: тот смеялся над шутками, хоть и не все понимал, улыбался, вздрагивал в напряжённые моменты. А в какой-то момент парень, сам того не заметив, потянулся и взял в руку хвост Джейка. Мужчина не возражал. Это даже было приятно — чувствовать лёгкое касание чужих пальцев. Паук, увлечённый сюжетом, вертел хвост в руках, поглаживал, перебирал кисточку, не отрывая взгляда от экрана. Хвост иногда подёргивался от слишком ласковых прикосновений, и Джейк прикусывал губу, пытаясь скрыть собственную реакцию. А когда Майлз включил «Титаник», пальцы парня и вовсе забегали активнее: он то сжимал кончик хвоста, то поглаживал, то мягко теребил кисточку из стороны в сторону. Когда на экране началась постельная сцена, Паук покраснел так, что, казалось, превратился в спелый помидор. Он уставился в стену, делая вид, что она невероятно интересна, но из динамиков всё равно доносились томные вздохи и стоны. Уши горели огнём. И только тут до него дошло, ЧТО именно он всё это время держал в руках. О, святая Эйва! Как он мог так бесстыдно трогать мужчину за хвост? Тем более так откровенно поглаживать? Паук отдёрнул руки и замер, боясь дышать. Но в глубине души, там, где было особенно стыдно, он признавался себе: ему понравилось. Хвост оказался приятным на ощупь, тёплым и живым. Он был бы совсем не против продолжить гладить его. Может быть, даже провести языком, прикусить... Стоп! Хватит! Совсем с ума сошёл? Джейк отпил из бутылки и краем глаза заметил, как парень смущённо отвернулся к стене, хотя на экране не происходило ничего сверхоткровенного. Это было даже трогательно, Майлз усиленно делал вид, что рассматривает фактуру металлических панелей, и ждал, когда щекотливая сцена закончится. Джейк склонил голову набок, приглядываясь. Что именно смутило парня? Само действо? Звуки? Или он представил себя на месте героев? Мужчина не знал, но любопытство определённо всколыхнулось. — Всё, закончили, — с лёгкой усмешкой произнёс он, когда стоны стихли и на экране сменилась сцена. — А? — Паук резко обернулся, делая вид, что всё это время внимательно изучал стену. — Я говорю, сцена кончилась. Можешь смотреть дальше. Не стесняйся, это нормально. — Я не стесняюсь! — тут же вскинулся парень, но щёки предательски горели. — И вообще, просто не хотел на это смотреть. Чего я там не видел? Скучно просто. Он демонстративно сложил руки на груди и откинулся на подушки, вытягиваясь во весь рост. Вид у него был такой, будто он подобные сцены наблюдал сотни раз и они ему смертельно наскучили. — Да ты что? — Джейк приподнял бровь и протянул парню бутылку. — На-ка, глотни. Тебе уже можно. — Да! — Паук принял бутылку, всё ещё пытаясь сохранить невозмутимость. — Сцена неинтересная, чего там смотреть? Просто... просто они там... этим... занимаются. Он снова залился краской, запнулся на полуслове и, чтобы скрыть смущение, сделал большой глоток. Напиток обжёг горло, но помог хоть немного прийти в себя. Он вернул бутылку, стараясь не встречаться взглядом с Джейком. — Просто "этим", значит? — Джейк усмехнулся, но не отвернулся, а наоборот — подался ближе. — Что ж, хорошо. Ты у нас, выходит, знаток во всём, да? Майлз что-то неразборчиво буркнул. Чутьё бывшего морпеха подсказывало: в словах парня была и правда, и ложь. Вот только где именно таилась ложь, предстояло понять. Джейк откинул длинные волосы за спину и приблизился ещё, опираясь на руки и почти нависая над парнем. Тот замер, глядя снизу вверх, сглотнул, и через секунду отвёл взгляд в сторону. — Что? — тихо спросил Джейк, изучая реакцию. Это была почти шутка, но одновременно и возможность проверить свои догадки. — Ничего. Не надо на меня так смотреть! — буркнул Паук, и сглотнул снова, как-то прерывисто и неровно. Он облизнул пересохшие губы. Мужчина был так близко, что чувствовалось тепло его большого сильного тела, его запах, свежий, с нотками воды, трав и терпкого напитка, который они пили. О, боги! Грудь Джейка была прямо перед глазами, манящая, округлая, так и просившая прикосновений. А что, если бы этот великолепный мужчина сел сверху, позволив почувствовать вес своего тела? По коже парня пробежала горячая волна, отозвавшаяся в паху предательской тяжестью. — И как же я на тебя смотрю? — голос Джейка звучал низко, почти мурлыкающе. — Нечего стесняться, для твоего возраста нормально волноваться от такого. — Он тихо усмехнулся, и от движения длинная коса упала прямо на лицо Паука, щекоча шею. — Ты ведь молодой. — Я не стесняюсь! — выпалил парень, с вызовом сталкиваясь с ним взглядом. Карие глаза вспыхнули чем-то неожиданно твёрдым. Уверенностью? Правдой? Неужели он и правда уже видел подобное? Но где и когда? Может, случайно застал кого-то из племени за близостью? Вряд ли. На'ви обычно уходят подальше от любопытных глаз. Значит... оу. Парень смотрел это здесь. Наверняка на флешке у Норма были не только старые фильмы, но и... познавательный контент. Для взрослых. Бинго! — Значит... изучал материал с помощью проектора? — Джейк уже с трудом сдерживал улыбку, но не мог отказать себе в удовольствии поддразнить парня. — И как? Пригодились знания? Паук вспыхнул до корней волос, поджал губы и стрельнул в него таким взглядом, что любой другой на месте Джейка, наверное, отодвинулся бы. Но Джейк лишь улыбнулся шире, чувствуя, как хвост сам собой дёргается из стороны в сторону. — Ничего я... не пробовал и... — голос парня сорвался на шепот, руки всё ещё скрещены на груди в защитном жесте. Было до невозможности стыдно признаваться в этом. — Не пригодились... понятно? Обида кольнула где-то в груди. Ну посмотрел он несколько видео, где люди предавались плотским утехам во всевозможных позах, и что с того? Ничего подобного в реальности он не делал. Да и с кем бы, если тот, на кого реагирует каждая клетка тела, слишком недосягаем? Джейк был его лучом света, и Майлз, даже глядя на экранные стоны, представлял только его. А после всегда корил себя за это, считая свои мысли отвратительными и неправильными. Он не должен желать этого мужчину. Никогда. Даже в фантазиях, о которых никто не узнает. Ну, разве что Эйва, и от этой мысли легче не становилось. Джейк молчал, рассматривая лицо парня. Тот казался расстроенным, будто чувствовал себя обречённым на одиночество. Но как такой светлый, смелый, упорный мальчик может остаться один? Конечно же никак. Он наверняка заинтересует кого-нибудь своей харизмой. Может, уже заинтересовал. Джейк сглотнул внезапный ком в горле, непрошеные мысли заполняли разум, и это точно было не от выпитого. Они были неприличными, манящими, как запретный плод. Как те самые правила, которые так хочется нарушать. — И почему? — почти беззвучно спросил он, наклоняясь ближе, вглядываясь в карие глаза. — Я... — парень распахнул глаза и судорожно вдохнул. — Не знаю... наверно, так сложилось. Так бывает. — Как? — Ну... когда не всегда получаешь то, что хочешь. И может, просто смириться? Найти себе занятие, в которое можно уйти с головой. — Майлз тоже перешёл на шёпот, скользя взглядом по лицу мужчины и останавливаясь на губах. — И что ты хочешь? — Джейк был всё ближе. Волосы щекотали кожу юноши, но тот даже не шелохнулся, только следил за губами, рассматривал лицо напротив. Что-то и самого Джейка тянуло к нему, необъяснимо и сильно. — Это важно? — Может, важно. Скажу, когда расскажешь. О, это было опасно. Майлз ходил по краю обрыва, балансируя между правдой и спасительной ложью. Можно выдумать историю о ком-то другом, но понимал: не сработает. Джейк всегда чувствует ложь. Тогда что? Просто сказать правду? Что он до боли хочет Джейка? Что любит всей душой, всем сердцем и готов на всё, лишь бы доказать, что достоин? — Тебя, — выдохнул он так тихо, что человеческий слух не уловил бы. Но На'ви услышал отчётливо. Майлз не отвернулся, продолжал смотреть, ожидая реакции. Он был готов ко всему: к тому, что его отругают, накажут, проведут долгую воспитательную беседу о том, как это неправильно. Он принял бы любой исход. Главное — сказал. Теперь скрывать нечего. Но он совершенно не был готов к тому, что его губ коснутся чужие. Они были больше, плотнее, но мягче, чем он мог представить. Джейк упирался руками по обе стороны от его головы, плавно, почти невесомо целуя. И парень поддался. Опешивший от неожиданности, он взял волю в кулак и ответил. Язык скользнул по синим губам, раздвигая их, исследуя клыки и ровную дорожку зубов. Рука сама потянулась вверх, чтобы схватить мелькающий хвост и сжать. В ответ раздался тихий стон. Превосходно. Один только этот звук послал горячую волну по телу, разжигая плоть, что твердела с каждой секундой. Второй рукой он ухватился за бедро Джейка, перекидывая его через себя. Это было не так просто. Как же хотелось, чтобы мужчина сел сверху, придавил своим весом. — Не тяжело? — спросил Джейк, опускаясь на бёдра парня, боясь раздавить. — Нет, — мотнул головой Майлз, заворожённо глядя вверх. — Ты не тяжёлый. Совсем. Открывшееся зрелище заставило кровь прилить к щекам. Салли сидел на нём, упёршись коленями в матрас, длинная коса свисала с одного плеча, глаза прищурились, как у хищника. Он явно почувствовал, как в него упирается возбуждённая плоть Майлза, и только ухмыльнулся, качнув бёдрами сильнее. — Не делай так! — выдохнул парень хрипло. — Ты только... хуже делаешь. Он прикусил губу. Тело дрожало от приятных ощущений, но вместе с удовольствием приползал стыд. Он совершенно неопытен, сколько ни смотри те видео. И так не хотелось выглядеть неумелым перед Джейком. — И что же мне делать? — Джейк замер, но лишь для того, чтобы провести пальцем по телу парня. От подбородка к ключицам, по твёрдому прессу живота, к набедренной повязке. — Не знаю. Я ничего не знаю, — выдохнул Майлз, задыхаясь от возбуждения. — Это ужасно смущает. Он закрыл лицо руками, пряча пылающие щёки, но уши всё равно выдали его с головой. — Мне встать? — тихо спросил Джейк. — Мы можем закончить, ничего страшного. — Нет! — Майлз дёрнулся, вцепился в бёдра мужчины, не позволяя отстраниться. Эта тяжесть грела его не только физически, но и где-то глубоко внутри. — Не вставай. Мне... мне нравится, что ты сидишь на мне. Мне нравится тяжесть твоего тела. И ещё... Он запнулся, подбирая слова, борясь со стеснением. Но надо быть сильнее. Смелее. Он покажет. — Ты очень красивый в свете проектора. В этом полумраке. Особенно твоё лицо... оно тоже очень красивое. Вот. — Приятно знать, — мягко ответил мужчина, и в голосе его послышалась тёплая хрипотца. — Так может, сделаешь что-нибудь? Ему и правда было приятно. Джейк уже считал себя немного потрёпанным жизнью и бесконечными сражениями. Даже живот уже не такой, как раньше, стал чуть мягче, спокойнее. Но знать, что молодой парень находит его привлекательным, было до безумия приятно. В каком-то смысле даже льстило. — Прости, я не знаю что именно, — выдохнул Майлз. — Точнее, знаю, но это... это другое. Не видео, а реальность. Тут я... глуп. — Всё с чего-то начинается. Ты ведь уже представлял себе подобное? — Джейк наклонился ниже, вновь начиная едва заметно двигать бёдрами, и мурлыкающе прошептал прямо в губы: — Например, меня? — Да, — признался Майлз, и щёки его вспыхнули ещё ярче. — Прости за это. Я правда представлял тебя, когда смотрел те фильмы. Это неправильно и ужасно. — Давай я решу, что тут правильно? — мужчина лизнул мочку его уха, продолжая тихо мурлыкать. — И что же ты представлял? Майлз готов был задохнуться от всепоглощающих ощущений. Это тело на нём, трётся, шепчет, греет, притягивает, как мощный магнит. Это было невыносимо сладко. В голове не осталось ничего, кроме Джейка Салли и его совершенного, такого желанного тела. — М-м-м, — выдохнул он, проваливаясь в этот жар. — Я представлял, как потрогаю тебя. Как ты сидишь на мне, а я касаюсь губами твоего тела, вожу руками по бокам... Рука сама упала на бедро Джейка, сжала его. Оно было именно таким, как нужно. Плотным, тёплым, и его хотелось съесть. — А потом живот, — продолжил он уже смелее. — Мне хочется его потрогать. Может... укусить. — Собрался поужинать? — Джейк тихо рассмеялся, и в глазах заплясали искорки. — Как же много у тебя желаний. Может, составишь список? — Не смейся надо мной! — надулся парень, но в голосе не было обиды, только смущение. — Я сказал правду, как ты хотел. — Тогда почему ничего не делаешь, если так хочется? — Джейк склонил голову набок. — Всё ещё думаешь, что неправильно? Я вот что скажу: можно. Он взял руку Майлза в свою и медленно приложил к своей груди, позволяя ощутить жар и мягкость того, о чём парень грезил так долго. Ладони сперва легли неуверенно, робко пробуя на ощупь, поглаживая, очерчивая контур. Но, поймав одобрительный стон мужчины, Майлз осмелел. Пальцы сжимали грудь, разминая её, зажимали соски, и от каждого прикосновения Джейк отзывался тихим рычанием. Парень не мог оторваться от этого зрелища и наконец приподнялся, чтобы коснуться губами синей кожи. Он вбирал в рот сосок, посасывая, и от собственной смелости у него перехватывало дыхание. Мягкая, гладкая кожа под губами вызвала стон, больше похожий на рычание голодного зверя. Рука Джейка притянула его голову ближе, поглаживая по затылку, поощряя и направляя. Было странно учить парня таким вещам, подталкивать к действиям. Но ему уже было плевать: каждое прикосновение разжигало в нём всё большее пламя. Внизу, под набедренной повязкой, уже всё горело, желая большего, чем простые поцелуи и ласки. Он не сдержал громкого стона, когда губы Майлза спустились к животу, покусывая мягкую кожу. — А ну-ка, приляг обратно, — ласково, но настойчиво Джейк толкнул парня обратно на матрас, привстав на коленях. Жёлтые глаза заиграли азартом. Он вновь взял руку Майлза и неспешно направил к себе. Парень сглотнул и замер в ожидании, всё внимание сосредоточив на том месте, куда вели его пальцы. Туда, между сильных бёдер мужчины. О, боги, он готов был прямо сейчас умереть от счастья. Но в то же время до ужаса боялся, что ничего не сможет сделать правильно. — Не хочешь помочь? — усмехнулся Джейк, приподняв бровь. — Немного неудобно это снимать, знаешь ли. Майлз будто очнулся. Сам потянулся к завязкам на бёдрах, распутывая тонкие нити, и трясущимися руками стянул мешающую ткань. Кажется, он так не переживал, даже когда шла битва. Нет, то, что происходило сейчас, было куда важнее каких-то сражений. Со стороны он, наверное, походил на удивлённое животное, что пялится на невиданный доселе плод. Он смотрел на Джейка. Точнее на то, что открылось его взгляду. Вертикальная линия, по обе стороны от которой темнели пухлые складки. Гладкие, манящие, такие привлекательные. Рот мгновенно наполнился слюной. Рука снова дрогнула, и Джейк перехватил инициативу. Он настойчиво направил ладонь парня к себе, прижимая к половым губам, и Майлз, словно под гипнозом, не мог отвести взгляда от этого зрелища. — Я не кусаюсь, — усмехнулся мужчина, но тут же прикрыл глаза, когда ладонь парня накрыла его, начиная робкое движение. — Ну, точнее, не этим местом, если ты боишься. Движения были аккуратными, будто его гладили — осторожно, нежно, но до мурашек приятно. Немного щекотно. Майлз ощупывал складки, тяжело дыша, прислушиваясь к каждому звуку, что срывался с губ Джейка. Он чувствовал, как под пальцами подрагивает синее тело, как кожа становится горячее, и как его пальцы медленно покрываются влагой. Удивлённо взглянул вверх, но Джейк зажмурился, отдавшись ощущениям, и парень продолжил. Пальцы раздвинули складки, хотя ему хотелось трогать их бесконечно. Одним пальцем он провёл прямо по центру, собирая выступившую влагу, и неуверенно ввёл внутрь, смутно представляя, что именно нужно делать. О, боги! Внутри было так жарко и скользко, что он едва не задохнулся от осознания: Джейк такой мокрый. Для него. — Этого мало, — прерывисто шепнул мужчина, открывая потемневшие глаза. Одного пальца совершенно недостаточно. — Хорошо. Я понял... Майлз сделает всё, чтобы Джейку было хорошо. Он должен. Введя второй палец, парень лихорадочно вспоминал, что там показывали в тех фильмах. Пальцы входили плавно, не встречая препятствий, и он начал осторожно сгибать их, поглаживая стенки изнутри. То выводил почти полностью, то снова погружал, повторяя движения. Это не осталось незамеченным: Джейк простонал громче и схватил его за запястье, направляя глубже, насаживаясь сам. — Просто продолжай. Ты не ошибаешься, но... — Джейк наклонился, не в силах больше удерживать себя в прежнем положении, и упал на парня, прижимая своим тяжёлым телом. — Но будь чуть сильнее. — Сильнее? — выдохнул Майлз, ощутив тяжесть иначе, полнее, ближе. Мужчина лёг так, чтобы позволить ему по-прежнему касаться самого сокровенного места. И он продолжил: вводил пальцы глубже, покручивал их внутри, надавливал на стенки с большим энтузиазмом. — Так? — Да! — выкрикнул Джейк и впился поцелуем в щёку парня, и прикусывая мочку уха. Внутри бушевала буря. Выделений становилось всё больше, и по комнате разносились совершенно неприличные, влажные звуки: липкие, ритмичные, сводящие с ума. Джейк вилял хвостом, который хлестал по матрасу, тяжело дышал в ухо Майлзу и сам насаживался на его пальцы, не желая останавливаться. Его заводила эта неопытность парня, его вопросы, его стеснение и этот голодный, восхищённый взгляд. Майлз готов был съесть его или выполнить любую просьбу. — Стой, я... — Джейк приподнялся, чтобы заглянуть в лицо парня. Карие глаза затянуло поволокой, но Майлз с диким желанием продолжал исследовать складки, большим пальцем лаская то, что снаружи. — Что-то не так? — испуганно спросил он. — Нет. Всё хорошо. Раздевайся, — скомандовал Джейк и, кажется, этим напугал парня ещё сильнее. Майлз снова вспыхнул и застыл. Снять с себя единственное, что прикрывает возбуждение? Он не был готов к этому приказу. Неуверенно вытащив пальцы из горячего тела мужчины, он медленно потянул завязки на бёдрах. Медлительность не понравилась Джейку, тот нетерпеливо рванул ткань, отбрасывая её в сторону как ненужную тряпку. — Ой, — Майлз вжался в матрас, моргая от неловкости. — Теперь всё честно. Не одному же мне быть голым? Верно? — широкая ладонь легла на его плоть, поглаживая от корня до головки. Разница в размерах тел была очевидна, но плоть в его руке совершенно не огорчала. Да, член человеческий, и Джейк не ожидал найти там что-то размером с... пулемёт. Он мысленно усмехнулся своему сравнению и посмотрел на Майлза. Тот вжался в подушку, наблюдая огромными глазами, как мужчина поглаживает его твёрдую плоть. — Ты маленький, — усмехнулся Джейк, начиная опускаться, обволакивая его своими складками. — Я не... маленький! — недовольно простонал Майлз, не сдержав громкого стона. По телу прокатился разряд, словно молния, погружая в горячую, тесную влажность. — Я не об этом, — выдохнул Джейк, полностью опустившись и замерев на мгновение. Внутри приятно растянулось от проникновения. Майлз был не огромным, но прекрасно ощущался ровно настолько, чтобы доставлять удовольствие. — Я о том, что боюсь тебя раздавить. Всё-таки я тяжелее. Он закусил губу и начал двигаться — медленно, то приподнимаясь, то опускаясь. — Мне очень нравится твоя тяжесть, — задыхаясь, промямлил парень, поглаживая бёдра мужчины. — Честно. Очень. Нравится. В голове билась только одна мысль: это лучший день в его жизни. Тело не слушалось, оно само толкалось навстречу теплу, навстречу Джейку. И видит Эйва, Майлз готов был воздвигнуть статую этому мужчине и молиться на него до конца своих дней. Он схватил руку Джейка и прижал к губам, целуя каждую костяшку, каждый палец. Пусть это выглядело нелепо — ему было всё равно. Джейк задвигался быстрее, насаживаясь до основания, не сводя взгляда с парня, следя за каждым его движением. Поцелуи в пальцы были такими нежными, такими откровенными, что он впервые за долгое время по-настоящему смутился и отвёл взгляд в сторону. — Ты всегда такой красивый, — выдохнул Майлз, уже почти не контролируя собственные слова. — Ты привлекаешь меня... всем своим существом. Я выдержу твоё тело. Даже... — слова лились сами, и он не мог их остановить. — Даже если бы ты сел мне на лицо. Чёрт. Он сказал это вслух. Но Джейк лишь игриво приподнял бровь, улыбаясь услышанному. — Даже так? — в голосе его звучало довольное мурлыканье. — Я тебе поверю. Но проверять не буду. Пока что. Он задвигался быстрее, подпрыгивая на члене, и почувствовал, как парень двигается навстречу, отвечая с той же жадной активностью. Джейк хотел кончить прямо сейчас. Излиться на тело Паука, сжать его своими стенками и не отпускать как можно дольше. И тут палец парня накрыл комок нервов прямо между складок, нажимая и начиная тереть в такт движениям. Перед глазами всё поплыло. Стимуляция с двух сторон оказалась такой, что не описать словами. Он был всё ближе, ещё ближе... — Сильнее! — выкрикнул Джейк, уже не сдерживаясь. — Сделай это сильнее, Майлз! Парень послушался: вошёл жёстче, растёр бугорок быстрее, подстраиваясь под ритм. Джейк сжал его плечо, и в следующее мгновение всё вокруг вспыхнуло ярким светом, разливаясь горячей волной удовольствия. Обессиленное тело вновь упало на Майлза. И парень обнял его, поглаживая по талии, иногда задевая корень хвоста. Несмотря на то что большую часть времени Майлз просто лежал, тоже тяжело дышал, но губы его расплылись в довольной, почти счастливой улыбке. Несколько минут они лежали в тишине, и только сейчас Майлз заметил, что на экране автоматически начался следующий фильм. — Ты мог бы лечь на спину? — спросил он, помедлив. Джейк приоткрыл глаза, всё ещё восстанавливая дыхание, приподнялся и, освободив парня, плюхнулся на подушки рядом, проведя рукой по лицу. Он был полностью доволен тем, что произошло. Сердце постепенно успокаивалось, а следом за адреналином приходила приятная усталость. — Я тут подумал... ну... — Паук устроился между его ног, раздвигая их чуть шире, чтобы протиснуться. Он улыбался, но смущённо мялся, не зная, как сказать. — И что ты собрался делать? — Джейк усмехнулся. — Решил отработать на мне все приёмы, которые видел? Зверёк. — Ну вот не надо так шутить! — возмутился парень, постукивая пальцами по коленям мужчины. — Я ничего не отрабатываю! Просто захотел... ну... эм... — Ну, раз так хочется, то ладно, — сдался Джейк, и отчего-то его самого это смутило. Вид снизу, когда между его ног устраивается светловолосая голова, оказался до неприличия возбуждающим. Майлз облизнулся и приник к половым губам, неспешно пробуя их на вкус. Джейк глубоко вздохнул и запустил пальцы в светлые волосы, что щекотали нежную кожу бёдер. Неумелые ласки сменялись более напористыми. Майлз брал в рот чувствительный бугорок, посасывая его всё сильнее, облизывал складки, раздвигал их пальцами. Иногда отвлекался, чтобы укусить за ляжку, и от этого, кажется, испытывал дикое удовольствие. Парень не терял времени, пользуясь моментом, чтобы испробовать всё. Или просто отчаянно хотел съесть Джейка живьём. — Ты как голодный зверёк, который никак не насытится, — тихо усмехнулся Джейк, но притянул парня ближе, принимая ласки. — Я не зверёк! — рыкнул Майлз и снова втянул в рот бугорок, при этом фиксируя ноги мужчины в раздвинутом положении, чтобы тот их не свёл. И откуда только силы взялись? От этого манёвра перед глазами снова заплясали огоньки. Слишком сильно для такого нежного места, слишком интенсивно, слишком приятно. Ноги Джейка задрожали, и он вцепился в светлые волосы в панике, что вот-вот закричит. Но Майлз продолжил с удвоенным усердием, вылизывая и посасывая, доводя до исступления, поняв наконец, как это работает. — Постой! Майлз! Притормози! — взмолился Джейк, выгибаясь так, что пальцы на ногах поджались. Внутри всё натянулось, как тетива лука. Чертов мальчишка сейчас доведёт его до края своим ртом. — Прошу, я не могу больше. Это слишком много для... меня... Никакие мольбы не помогли. Парень самозабвенно работал языком, не останавливаясь ни на миг. Язык выписывал узоры по складкам, приникал к бугорку, всасывал, теребил — и всё по кругу. Майлз слышал стоны, что срывались с губ Джейка, и они были такими сладкими, что можно было кончить только от них. Он хотел слышать больше. И хотел почувствовать на языке вкус кульминации этого мужчины. И она наступила через пару минут. Ровно столько смог выдержать Джейк, прежде чем излиться парню прямо на лицо, испачкав его прозрачной жидкостью. Майлз наконец отлип и облизнул губы, проводя по щеке рукой. — Ты... мелкий непослушный мальчишка, — выдохнул Джейк, прерывисто дыша и глядя в глаза напротив. — Я просил притормозить. — Но тебе ведь понравилось? — Майлз посмотрел на него таким взглядом, будто нашкодивший, но довольный щенок. — Разве я плохо сделал? — Ох... понравилось, — признал Джейк и ущипнул его за нос, не сдерживая улыбки. Повисла тишина, нарушаемая лишь тихим гулом проектора. — Теперь, наверное, лететь обратно надо, — нехотя протянул парень, придвигаясь ближе и кладя голову прямо на живот мужчине. — А то мы тут почти весь день провели. Скоро стемнеет. Если уже не стемнело. Уходить совершенно не хотелось. Приведя себя в порядок, они вышли из зала. Норм уже закончил с работой и, заметив их, сообщил, что снаружи начался сильный ливень. — Оставайтесь на ночь, — предложил он, пожав плечами. — Дождь сейчас сильный, лететь небезопасно. Джейк переглянулся с Пауком и кивнул. Почему бы и нет? Можно посмотреть ещё парочку фильмов.