Город криминала

— Так значит Алекс действительно сдал нас этой вшивой псине, — раздраженно сказал Кица, недовольно постукивая по столу пальцами. Я посмотрел на Дэма, который сидел слева от меня, и снова вспомнил, как утром он безбожно скинул меня с кровати под предлогом того, что я никак не хотел просыпаться. А я действительно не хотел – мне снился хороший сон, в котором мы с Дэмом были всего лишь студентами медицинского колледжа, и единственной нашей проблемой были горы домашки. В реальности мы же опаздывали на встречу с нашим боссом. Точнее, Кица был всего лишь сыном главы банды, на которую мы работали, но все приказы поступали именно от него. Одевшись во вчерашнюю одежду, я выглядел помятым, а Дэм, наоборот, был великолепен в своей голубой рубашке, на которой ни одной складочки почему-то не было. Очевидно, он попросил кого-то из персонала с утра ее погладить, до того, как я проснулся. Этот петух всегда старался выглядеть с иголочки. — Это много нам проблем доставит? — спросил Дэм, помешивая ложкой сахар в чашке кофе. — Думаю, нет. Впрочем, кто знает, как пройдут дальнейшие переговоры. Нас это не касается. Вы хорошо поработали, — сказал Кица, положив на стол томик романа Достоевского “Преступление и наказание”. — Здесь все, как мы и договаривались. Дэм кивнул, притянув книгу к себе. Я подумал, что Кица едва ли читал роман, но все равно вышло довольно иронично, и он это знал. “Дальнейшие переговоры” с этим мужчиной, скорее всего, подразумевали под собой поездку в лес и копание могил, но, как Кица и сказал, это уже были не наши заботы. Мы с Дэмом были переговорщиками, а не наемными убийцами. Пока Кица и Дэм болтали, я старался не привлекать к себе внимание и мысленно уговаривал себя хоть немного поесть. С самого пробуждения меня тошнило, и возможной причиной этому как раз было то, что я не ел больше суток. Официанты подали нам каждому по тарелке с омлетом и беконом, чашке черного кофе, а в центре стола стояла корзинка с ароматными булочками. Платил за все Кица, и было бы глупо не поесть на халяву, да еще и в таком красивом и дорогом месте. Я в интерьер не особо вписывался со своим помятым лицом, в черной простой водолазке и джинсах с дыркой на коленке, а вот Кица в сером костюме и Дэм в своей выглаженной рубашке и брюках отлично смотрелись. — Ладно, мы, наверное, пойдем. Дэм толкнул меня локтем в ребро, бросив обеспокоенный чем-то взгляд. Я так ничего и не поел, удалось только влить в себя кофе. Когда мы с Дэмом синхронно встали, Кица показушно покашлял в кулак. — У меня к Тэнэ еще есть разговор, так что он пусть останется. Я, почувствовав слабость в ногах, тут же вернулся на свое место. Дэм выглядел бледным и еще больше охваченным беспокойством, он наверняка хотел остаться, но понимал, что не имел на это права. Шепнув мне, что будет ждать снаружи, он пожал Кице на прощание руку и спешно ушел, один раз оглянувшись, чтобы посмотреть на меня. Дэм знал, что между мной и Кицей есть секреты, не предназначенные для его ушей, и все же он не хотел оставаться в стороне и каждый раз надеялся, что я ему расскажу содержание наших встреч. Я каждый раз ему в этом отказывал. — И почему я себя чувствую так, словно только что разлучил молодоженов, обещавших друг другу после свадьбы все делать вместе? — зло усмехнулся Кица, высокомерно глядя на меня. — Не знаю, что у вас там, но вам лучше с этим завязывать. Каждый, у кого хотя бы немного работают мозги, тут же поймет, как это использовать против вас. Я устало прикрыл глаза, силой воли пытаясь унять свою тошноту. — Все совсем не так, как кажется. — Вот как? Ну, мне-то все равно, если вас убьют, я даже искать ваши тела не стану. Но предупредить тебя мне захотелось. И сказать по поводу твоего отца – слышал, боссу не нравится, что он совсем ушел от дел. Если вы решили, что ты сойдешь в качестве мальчика для битья, а твой батя может сухим выйти из воды, то вам лучше подумать еще раз. Тошнота никуда не делась, и к ней присоединилось головокружение. Интересно, кого-нибудь когда-нибудь вырвало в этом ресторане, или я стану первым, кто таким образом осквернит это место роскоши и богатства? — Ч-что ты имеешь в виду? — сквозь зубы спросил я, изо всех сил борясь с чувством тошноты. — Босс хочет, чтобы твой отец возобновил поставки. Я постарался взять себя в руки и все-таки нашел силы сердито посмотреть на Кицу. Я чувствовал себя настолько плохо, что страх перед этим парнем ощущался лишь легким покалыванием в области сердца. — Но это невозможно. Из-за этого он и попал в долги перед…. Это просто нелогично! И по договору я расплачиваюсь. Ни о каком продолжении поставок и речи не было. — Но и о том, чтобы твой отец прекращал, разговора не было. В этом и проблема. Вы неправильно поняли условия договора. И твой отец снова попал в немилость. Это не укладывалось в голове. Члены банды обманули моего отца, чтобы…. Чтобы снова обмануть его? Звучит как схема, которая может продолжаться бесконечно, потому что жертва сама позволяет себя пускать по кругу, потому что всего навсего хочет жить. — Мне нужно идти. Кица махнул рукой, давая понять, что я свободен. Вскочив, я быстрым шагом добрался до гардероба и, забрав свое пальто, выбежал на улицу. Дэм, надев свои солнцезащитные очки, стоял у входа и курил. Я тоже полез в карман за пачкой сигарет, но нашел только свою старую мятую упаковку, которая была пуста. — Твою ж мать! —я схватился за голову. — Тэнэ, что тебе сказал этот придурок? Дэм подошел ко мне и потряс за плечи. Я бы не хотел, чтобы он видел меня таким, но ничего не мог с этим поделать. Я был абсолютно беспомощным, и даже папин пистолет, который был спрятан в моем пальто, не давал мне чувство неуязвимости. — Не важно, что ты мне скажешь, мы вместе сможем придумать, как это исправить. Судя по сбитому с толку лицу Дэма я понял, что он не ожидал, что я засмеюсь. Но мне вовсе не было весело. Смех получился злым, отчаянным, слегка сумасшедшим. Точно отражающим мое эмоциональное состояние сейчас. — Не думал, что ты запомнишь мои слова, сказанные тебе на нашем первом задании. Ты тогда поверил мне? Скажи, ха-ха, ты мне тогда поверил? — спросил я, прикрыв свой рот рукой, чтобы хоть как-то унять свой смех, от которого даже мне стало неловко. Расстроенное и недоуменное выражение лица Дэма причиняло мне боль, но я не мог остановиться, даже ради него. Словно смех копился во мне все те долгие месяцы, что я не мог позволить себе смеяться, и сейчас он нашел выход. Как же невовремя. — Тэнэ…. Я, правда, не понимаю, что случилось. Я беспокоюсь за тебя. Ты мне расскажешь? Я наклонился чуть вперед, схватившись за живот, который уже заболел от моего хохота. Подступающие к глазам слезы, в отличие от смеха, я смог сдержать. Придя в себя, я выпрямился, серьезно взглянув на Дэма. — Мне надо увидеться с отцом. — Я могу пойти с тобой? — Нет, — сказал я резче, чем планировал. Дэм не сразу нашел, что сказать, но он не выглядел обиженным на меня, и я был этому рад. — Это из-за того, что Кица сказал тебе? Он как-то связан с твоим отцом? — Возможно. Тебе…. Я не хочу об этом говорить. Я отвернулся, чтобы пойти в сторону квартиры отца, но Дэм вдруг поймал меня за запястье, задерживая меня возле себя. — Подожди. Ты забыл кое-что. Я с любопытством глянул на Дэма, который вдруг из кармана шубы достал несколько купюр. — Здесь триста долларов. Твоя доля из тех денег, что дал нам Кица, возьми, пожалуйста. Взглянув на деньги я понял, что не хочу их брать. — Оставь себе. Чем быстрее ты накопишь на поездку, тем скорее ты сможешь уехать отсюда. — Подожди, что? Почему ты говоришь так, словно я один собираюсь свалить? Ты передумал? — Нет, — я покачал головой. — Конечно, я имел в виду нас двоих. Просто будет безопаснее, если деньги будут у тебя. Да и ты упоминал, что документы скоро будут готовы. Разве нам хватает на вторую часть сделки? Оставь эти доллары себе. — Но тебе ведь нужны деньги не только на поездку. Слушай, я ничего не знаю о твоей ситуации, но, пожалуйста, возьми свои деньги и не переживай, что у нас может что-то пойти не так с нашим бюджетом. Дэм схватил мои руки и вложил в пальцы несколько купюр. Одна из черт, которая мне безумно нравилась в нем и невозможно раздражала одновременно – щедрость. Дэм привык к жизни на широкую ногу, даже если он не мог себе сейчас этого позволить. Отдать деньги горничной, даже если она этого не просила, отдать деньги мне – даже если я сам от них отказался. Наверное, это то, что я никогда в нем не пойму. Я никогда не мог позволить себе ничего красивого и дорогого. Поэтому моя любовь к Дэму и была изначально обречена на провал. — Позвони мне сегодня, а лучше приходи ко мне, когда освободишься. Договорились? Дэм хлопнул меня по-дружески по плечу, а я кивнул ему на прощание и поспешил домой.