Новый клан кагуя

Максим жил в мире, где даже гречка пригорала строго по расписанию — по средам. Его жизнь напоминала зацикленную гифку: подъем, душ, работа в отделе «мониторинга мониторинга», пельмени, сон. ​Он часто жаловался коллегам (и самому себе в зеркале), что его существование настолько пресное, что даже в симуляции его бы стерли ради экономии оперативной памяти. ​«Понимаешь, — ныл он единственному кактусу на подоконнике, — у людей случаются драмы, интриги, ну хотя бы колено в лифте защемляет. А у меня? У меня даже носки теряются парами. Моя жизнь — это инструкция к освежителю воздуха на эстонском языке: вроде буквы есть, а смысла ноль». ​В тот вечер Максим шел домой, старательно обходя трещины на асфальте. Ему отчаянно хотелось какого-то знака, крутого поворота сюжета или хотя бы того, чтобы в магазине закончилось его любимое молоко «Домик в тумане». ​«Господи, да пусть хоть что-нибудь произойдет вне плана! — подумал он, поправляя очки. — Пусть эта предсказуемая вселенная хоть раз меня удивит». ​ ​Максим стоял на переходе, меланхолично разглядывая трещину в асфальте. — Хоть бы метеорит упал, — пробормотал он под нос. — Всё интереснее, чем завтрашний отчет по дебиторской задолженности. ​Вселенная, до этого дремавшая, встрепенулась. Метеорита под рукой не оказалось, зато по соседней улице летел черный внедорожник. ​Удар был не просто «качественным» — он был анатомическим. * Звуковая дорожка: Сухой хруст костей Максима напомнил звук, с которым ломаются сухие спагетти в руках нетерпеливого повара. ​Физика процесса: Левая голень моментально превратилась в сложный пазл «3000 деталей», а таз решил, что ему больше не хочется быть единым целым. ​В полете Максим успел осознать две вещи. Первая: жизнь перестала быть скучной. Вторая: его тело теперь обладает гибкостью, которой позавидовал бы элитный гимнаст, если бы тот не боялся открытых переломов. ​Он рухнул на асфальт бесформенной грудой боли. Живой? На чистом упрямстве. В голове пульсировала единственная мысль: «Ну, по крайней мере, завтра на работу я точно не пойду...» ​Максим лежал на асфальте, чувствуя, как его кости превратились в набор для игры в «Микадо». Боль была такой острой, что он почти гордился собой: «Надо же, выжил под внедорожником. Скучная жизнь, говорите? Ну-ну...» ​Он уже начал составлять в голове эпичный пост для соцсетей (если, конечно, пальцы когда-нибудь снова смогут нажимать на кнопки), как вдруг земля под ним мелко задрожала. ​Сквозь кровавую пелену он увидел приближающийся синий силуэт. Тяжелое урчание дизеля заглушило звон в ушах. Это был он — почтовый фургон, летящий по маршруту с грацией разъяренного носорога. ​Раздался мягкий, чавкающий хруст. Максим почувствовал, как мир окончательно сплющился, превращаясь в двухмерную картинку. Но даже после этого его упрямое сознание еще теплилось, цепляясь за реальность последними искрами. Он все еще был здесь. Покалеченный, раздавленный, но технически — живой. ​Водитель фургона, резко ударив по тормозам, так сильно тряхнул машину, что задние двери, плохо запертые из-за спешки, распахнулись с победным лязгом. ​Из чрева кузова, плавно вращаясь в воздухе, вылетела увесистая коробка с пометкой «ОСТОРОЖНО, ХРУПКОЕ». Она описала идеальную параболу и с глухим звуком «бум» приземлилась точно на макушку Максима. ​Это была точка. Финальный штамп в его личном деле. Последнее, что он успел прочитать на борту фургона перед тем, как свет погас окончательно: ​«ВСЕ ЗАКАЗЫ БУДЕТ ДОСТАВЛЕНО. С ТОЧНОСТЬЮ ДО СЕКУНДЫ!» На часах было ровно 18:00:00. Доставка была осуществлена вовремя. ****** Патологоанатом, привыкший ко всему, вздохнул и поправил перчатки. На секционном столе лежал Максим — человек, чьё тело напоминало оригами, сложенное пьяным мастером. Рядом лежала та самая злополучная коробка, слегка помятая, но сохранившая целостность. ​Сверху на картоне красовалась наклейка с адресом Максима и ярким рекламным слоганом: «Почта будущего: мы меняем вашу реальность!» ​Доктор аккуратно вскрыл посылку скальпелем. Внутри, обложенный защитной пупырчатой пленкой, лежал небольшой глянцевый предмет. ​Это была книга. ​Яркая обложка с золотым тиснением издевательски блестела в свете ламп морга. Название гласило: ​«1000 и 1 способ сделать свою жизнь яркой и незабываемой. Практическое руководство по выходу из зоны комфорта». ​Из книги выпал рекламный буклет, на котором от руки курьера было размашисто написано: «Доставлено вовремя. Надеемся, этот заказ перевернет вашу жизнь!» ​Патологоанатом посмотрел на Максима. Тот молчал, но выражение его лица (точнее, того, что от него осталось) как бы намекало, что зона комфорта была покинута навсегда, бесповоротно и, что самое важное, — с точностью до секунды.