Ты так влюблена в своего Уварова?

Сидя в гостиной с чашками черного чая, молодые люди громко смеялись. Глаза девушки буквально искрились весельем. Каждый раз, выдавая очередную шутку, она откидывала голову назад, и ее длинные темные волосы падали на спину. Парень, сидящий рядом, лишь осуждающе качал головой на ее специфичное чувство юмора, но все же не выдерживал и поддавался настроению, в его карих глазах плескалось спокойствие и безмятежность. – Ну что, как там будни молодой журналистки? – с улыбкой спросил Антон свою спутницу. – Преддипломная практика проходит шикарно! Ты представляешь, я сама написала статью и ее опубликовали, а еще мне дали доступ к соц сетям, я думаю, что они оставят меня, и… – девушка оборвала саму себя на полуслове. С одной стороны, она была счастлива от возможности продолжить свой путь в журналистике в редакции известного столичного издания. С другой стороны, боялась сглазить удачу и страдала от того, что не была до конца уверена в собственных силах. Пожалуй, ей удавалось достаточно хорошо притворяться, ведь все, наоборот, были убеждены в том, что она высокомерная и пробивная. Ее броня спадала лишь перед лучшим другом. – Так, Сенька, ты опять в себе сомневаешься?! – возмущено воскликнул парень. – Если бы они не хотели взять тебя на постоянку, никто бы тебя ни к чему важному не допускал, ты достойный специалист, и все у тебя будет зашибись! – Уваров, если ты еще раз меня так назовешь, я тебя покусаю! Е-се-ни-я! Меня зовут Есения, – возмущено проговорила брюнетка, кинув подушку в собеседника, от удара которой тот ловко увернулся. – Но за то, что веришь в меня спасибо. А как там у тебя учеба? Что нового?  – Тебя волную я или кто-то другой? – иронично поднял бровь кареглазый, вызывая недовольство девушки. Когда пять лет назад в одиннадцатом классе Есения перевелась в школу-пансион «Логос», ей казалось, что ее жизнь закончена: все друзья оставались в Москве, а родители, которых не особо волновали чувства дочери, уезжали заграницу для рабочей поездки на долгий срок. Однако девушке удалось довольно быстро влиться в коллектив, завоевать внимание одноклассников, подружиться с соседкой по комнате, но главное – обрести лучшего друга в лице Антона Уварова.  Единственным минусом к моменту окончания школы и замечательного учебного года, минусом, который на протяжении месяцев портил ей жизнь, было существование у Антона брата близнеца – Вадима. Высокомерного парня, который чувствовал себя не только хозяином класса, но и всей школы. – Что за бред, кто меня может волновать? – не давая времени на ответ, будущая дипломированная журналистка поспешила продолжить. – Как эта твоя частная клиника? В отличие от Есении, которая выпускалась через месяц, и ее путь в редакцию, где она успешно проходила практику несколько месяцев, уже был проложен, Антону предстояло учиться еще несколько лет. Однако его и двоих одногруппников позвали на стажировку в престижную клинику. Несмотря на то, что студенты еще не имели образования, их научные и практические успехи были часто отмечены педагогами и, благодаря связям в научном мире, им удалось пробиться. – Сделаю вид, что ничего не понял. Клиника шикарная, аж завидую пациентам, когда дежурю по ночам. В отличие от меня, им не приходится утром ехать на пары, они круглые сутки отдыхают. А вообще нас с Вадимом особенно выделил и взял под свое крыло один хирург, так что, похоже, не у одной тебя будет классная карьера, - подмигнув сказал Уваров.  При упоминании имени его брата брюнетку будто ударило током, однако она сохранила спокойное выражение лица. – Я очень рада за тебя. Ты этого заслуживаешь. – Серьезно? Ты ничего не спросишь? – О чем ты? – Еся, прошло четыре года, может уже пора расслабиться? Ну, или забить. Ты не можешь быть влюблена в образ этого черного рыцаря вечно. – Антон перестань, пожалуйста. Я уже сто раз говорила, что все в прошлом. И мне не интересно, как дела у Вадима, – твердо проговорила девушка, блеснув голубыми глазами. Она почти никогда не злилась на Антона, но тема его близнеца вызвала у нее неконтролируемую реакцию, за которой последовала цепочка воспоминаний. Прошлое. Школа-пансион «Логос». Март одиннадцатого класса. Сидящая за третьей партой брюнетка то и дело аккуратно оглядывалась назад, чтобы посмотреть на привлекавшего всеобщее внимание Уварова, который с вызывающей улыбкой рассказывал однокласснице какую-то историю. У Есении от этой картины разрывалось сердце. Она чувствовала себя такой дурой: все ее старания, вся напускная уверенность, которую она носила железной маской, все казалось шло под откос. Когда в начале года девушка приехала в эту школу, первым, кого она встретила был Вадим Уваров.  Парень лениво курил на крыльце школы, будто его не волновали ни правила, ни возможное за такое поведение отчисление. Брошенная вечно спешившими родителями у ворот с большим чемоданом раздосадованная старшеклассница медленно поднималась по крыльцу.  Внезапно ее холодной руки коснулась чья-то теплая и большая ладонь. Подняв взгляд, она увидела красивого кареглазого шатена, от пронзительного взгляда которого ноги буквально подкосились, но девушка сохранила внешнее спокойствие. За столько лет жизни с безразличными родителями она уже просто привыкла не показывать свои чувства, ведь они никого не волновали. – Давай помогу, – парень легко взял ее чемодан и понес в школу. – Спасибо большое, я – Есения Котова, на одиннадцатый класс это «прекрасное «место мой новый дом – дружелюбно отшутилась голубоглазая, догоняя парня. – Вадим Уваров, приятно познакомиться с красивой новой одноклассницей, – он осмотрел ее с ног до головы с ухмылкой. Девушка увидела за спиной говорящего его точную копию и подняла одну бровь. Уже привыкший к подобной реакции парень закатил глаза, осознав, кто стоит за его спиной.  Соперничать с близнецом было для него также естественно как дышать. С детства все шло по одному сценарию: общие игрушки, общая комната в доме, затем и в «Логосе», общие друзья, а вместе с этим и постоянное сравнение. Неприязнь к брату подпитывалась не только учителями, которые выделяли Антона из-за его абсолютного спокойствия, но и родителями, уделявшими сыну с покладистым характером больше внимания. Конечно, никому не интересно было возиться с дерзким, взрывным, неудачным близнецом.  Для Вадима эта была единственная истина, дальше которой он не хотел смотреть. Парень не видел, что педагогам было проще взаимодействовать с его братом из-за его сдержанности, а у родителей просто не было свободного времени, чтобы самим звонить детям, поэтому Антон взял функцию связи на себя. – Привет, ты новенькая? Я – Антон, – с улыбкой одиннадцатиклассник протянул девушке руку. Едва коснувшись руки шатена, Есения почувствовала как рукопожатие разрывается. Причиной этому был Вадим, которому внезапно понадобилось уйти в библиотеку, пройдя между ними. – Я пошел – грубо буркнул он и, не глядя, под ошарашенным взглядом голубоглазой удалился. Несмотря на неловкое знакомство, старшеклассница быстро нашла общий язык с Антоном, и они стали буквально неразлучны. Общее чувство юмора и открытость объединили их. Со вторым Уваровым дело обстояло сложнее. Весь сентябрь Вадим избегал новую подругу брата, однако волею судьбы их дороги стали постоянно пересекаться. То они встречались поздно вечером на кухне, то случайно сталкивались в коридорах, и, если сначала просто игнорировали друг друга, то постепенно начали немного общаться. А после того, как одновременно пришли в спортзал после занятий, решили тренироваться вместе.  Так, отношения Вадима и Есении постепенно от холода и отстраненности перешли к чему-то волнующему. Если Антон был для новенькой исключительно другом, то к Вадиму ее тянуло со страшной силой, ей хотелось разгадать этого харизматичного мрачного парня. Даже не отдавая себе в этом отчета, она стала специально заходить в комнату к другу, чтобы пересечься с его братом, а если того не было, лишь разочарованно вдыхала аромат его парфюма. Несколько месяцев между Вадимом и Есенией было непонятное другим напряжение. Любой взгляд, улыбка, случайное касание руки или совместная работа заставляли воздух между ними густеть от электричества. Однако все внезапно оборвалось в феврале. Довольно прозаичной и жестокой оказалась правда: Вадим оказался бабником.  Соседка по комнате, от которой не укрылась влюбленность Есении, наконец уговорила ее признаться Уварову в чувствах. На следующий день, когда девушка уже была готова сделать это, она увидела своего черного рыцаря, который зажимал в углу их вульгарно смеющуюся на весь коридор одноклассницу. Брюнетка не показала ни своего присутствия, ни отвращения, просто вычеркнула Вадима из своей жизни, а он повел себя так, будто никаких их взаимодействий никогда не было. На совместную тренировку ни один из них больше не явился. С тех пор Уваров на глазах у всей школы заигрывал с одноклассницами и девочками из классов младше. Точно также и сейчас, с широкой улыбкой глядя на рядом сидящую девушку, он с каждой секундой все больше разбивал Есении сердце. – Сенька, если он тебе так нравится, могла бы просто признаться, – тихо произнес Антон, который уже устал от того, что подруга почти месяц ходит сама не своя, но ни о чем не рассказывает.  Ему было очевидно, что девушка влюблена в его брата. Точно также он видел, что Вадим неравнодушен к Есении. Шатен втайне надеялся, что рано или поздно они сойдутся, и, может быть, это наладит и его отношения с близнецом. Но все его мечты рухнули от показательнах выступлений брата, за которыми наблюдала вся школа. – Меня зовут Е-се-ни-я! И о чем ты говоришь? – сухо спросила девушка. – О моем прекрасном близнеце. Или хочешь сказать, что ты не на него пялишься? – Ты несешь какой-то бред. – Ну ладно, влюбилась и влюбилась, почему не поговорить то? – Антон все еще надеялся, что диалог поможет им разобраться в сложившейся ситуации, не просто же так Вадим внезапно стал клеить каждую на своем пути. – Пошел ты, Уваров. Вместе со своим братцем, – вспылив шатенка вскочила со своего стула и вылетела из класса, громко захлопнув за собой дверь. Одноклассники недоуменно переглядывались, в то время как Вадим, сжав кулаки сверлил спину брата немигающим взглядом. Это был первый и последний раз, когда Есения поссорилась с Антоном. Это был последний раз, когда Есения добровольно говорила о Вадиме. – Родители, кстати, когда прилетают? – поспешил вернуть диалог в безопасное русло кареглазый. Однако не успел он договорить, как хлопнула входная дверь, заставив Антона напрячься, а Есению непонимающе нахмуриться, ведь друг жил один. – Я вернулся, – прозвучал низкий голос из коридора. – Это же не может быть тот, о ком я думаю, правда? – спросила будущая журналистка, прищурившись, она моментально поняла, кто именно пришел, ее сердце забилось быстрее от страха и… предвкушения. Четыре года она видела его только на фото и то, лишь когда давала слабину, но сейчас они находились в одном помещении. После выпуска из школы родители купили братьям по квартире. Неделю назад жилье Вадима залили соседи сверху, и он был вынужден поселиться у брата на время ремонта. Зная, как подруга относится к близнецу, Антон решил не говорить о том, что на какое-то время у него появился сожитель, но, перед тем как позвать Есению в гости, убедился что брат должен быть на работе. – Ты же на дежурстве сегодня? – спросил шатен, понимая неизбежность предстоящего конфликта. Сначала он чувствовал, как за несколько месяцев в «Логосе» между Есей и Вадимом образовалась трепетная связь, а потом четыре года они не хотели и слышать друг о друге. – Отменили, – коротко отозвался Уваров, заходя в гостиную. Однако, не сделав и шага, парень замер на пороге, сверля глазами неподвижно сидящую на диване девушку. Ту, которую за эти годы он так и не смог забыть. Ту, чьи голубые глаза и длинные темные волосы он рассматривал на фотографиях долгими ночами. – Я пойду, – твердо сказали они в унисон, посмотрев на Антона. Но в этот момент у добродушного по своей природе парня в голове что-то щелкнуло. Подлетев к брату, он втянул его в комнату и, выйдя, захлопнул дверь, подперев стулом. – Ты что творишь?! – вскрикнула Есения, подлетая к двери. – Слышь, быстро открой! – ударив по поверхности кулаком, проговорил Вадим. – Знаете что? Вы оба все эти годы делали мне голову. Меня больше не устраивает, что моя лучшая подруга и брат делают вид, что их не существует друг для друга. Поговорите наконец, а я пойду прогуляюсь, – сказал Антон, и запертые услышали, как входная дверь закрывается снаружи. Есения кипела от гнева. Она знала, что не простит другу эту выходку. Не для того она столько лет избегала Уварова, чтобы сейчас стоять в метре от него. Девушка готова была отдать ему все тогда, а он вытер об это ноги, показав, что для него она была лишь одной из многих. Крепко сжав кулаки, студентка огляделась в поисках своей сумки и телефона, но поняла, что все осталось в коридоре, и ситуация безвыходная. – Лучшая подружка, – хмыкнул за ее спиной Вадим, от голоса которого у девушки невольно побежали мурашки. – Что-то не так? – твердым голосом отозвалась брюнетка. Почему после стольких лет это первые слова, которые он говорит ей? – Ты так ему и не сказала, – иронично ухмыляясь протянул Уваров. – Ты вообще о чем? – недовольство сквозило в каждом слове. Прошлое. Школа-пансион «Логос». Февраль одиннадцатого класса. Вадим уверенным шагом шел по коридору крыла, в котором жили девочки. В его руках был букет нежно розовых тюльпанов, который он получил с помощью небольшой взятки: школьный повар согласился вместе с продуктами заказать цветы за неплохую надбавку к зарплате. Несмотря на то, что новенькая дружила с Антоном, Вадим чувствовал, что между ними что-то есть и наконец решил действовать. Если его брат тормозит, он все возьмет в свои руки, итак слишком долго ждал. Подойдя к заветной комнате он услышал голос Есении. – Кать, отвали от меня своими теориями заговора… Да блин! – за дверью послышался звук падения чего-то тяжелого. – Дорогая, ты так влюблена в своего Уварова, что уже на пути ничего не видишь? Ну еще бы, столько времени вместе проводить, – прыснула со смеху соседка. Взгляд Вадима почернел, его пальцы с силой сжали ни в чем не виноватые цветы. – Это не твое дело, – твердо заявила девушка. – Слушай, признайся уже ему пока не поздно. Я видела, как ты на него смотришь. Что плохого в том, чтобы быть счастливой? – вкрадчиво произнесла соседка. – Ты права. Я поговорю с ним. Завтра же, – с улыбкой и легким волнением в голосе проговорила старшеклассница. Развернувшись на пятках, Уваров поспешил удалиться. Плевать. Все то время, что она нравилась ему, она уже принадлежала Антону. Он встретил ее первым, но братец как всегда все испортил. Как всегда не тот близнец. Как всегда недостаточно хорош. – Вадим, какая красота! – проговорила одноклассница, встретившаяся на его пути, увидев букет в руках. Даже не глядя на нее, парень всучил цветы девушке и ушел. Не нужен ей? Тогда будет со всеми. Он докажет, что лучший. И, когда они закончат школу, больше никогда не увидит голубоглазую. – О том, что любишь Антона. После этой фразы в комнате наступила непрерывная тишина на две минуты. Две пары глаз стоящих напротив людей прожигали друг друга. – Ты неадекватный? С чего бы тебе вообще так думать? – Уж извини, однажды в одиннадцатом классе мне довелось подслушать твой разговор с соседкой о том, что тебе нравится Антон. Так ты ему ничего не сказала? – с нечитаемым лицом и натянутой улыбкой спросил Уваров. – Что за бред? Я не могла такое сказать. – Ну, я определенно знаю, что я услышал тогда. Есения нахмурилась, внезапно ее осенило, она вспомнила тот день, тот разговор, когда Катя уговорила ее признаться в чувствах Вадиму. Он слышал все. Но с чего он решил, что речь шла об Антоне? Именно этот вопрос голубоглазая и поспешила задать. – С чего ты взял, что речь шла об Антоне? – Есению разозлил этот диалог. После четырех лет они стоят и выясняют, что ему когда-то послышалось. – И вообще, какая разница, что я говорила? Тебя не учили, что подслушивать не хорошо? Да, и, если тебе это почему-то непонятно, я не влюблена в Антона и никогда не была. Он мой лучший друг.  – Там была фраза «так влюблена в Уварова», этого не достаточно? – грубо произнес парень, он не понимал, зачем его обманывают. – А у нас в школе же был один Уваров, да?! – повысила голос брюнетка, сразу поняв, какую оплошность допустила. Столько лет скрывать свои чувства, чтобы сейчас так глупо выдать. Но Вадим уже смотрел на нее, не веря своим ушам. – Подожди… Девушка предприняла бесполезную попытку открыть дверь, а затем со злостью начала колотить по ней. У голубоглазой начиналась истерика. – Антон! Твою мать, открой эту чертову дверь! – Еся, – Уваров потянул ее за руку, но девушка отскочила от него как ошпаренная. – Не смей меня трогать. И не смей меня так называть. – Я шел признаваться тебе в чувствах в тот день! Ты мне очень нравилась. Но услышал твой разговор с Катей. Я подумал, что ты влюблена в Антона, поэтому и вел себя так. – Так? Ты хочешь сказать, что вел себя как моральный урод? Что после того, как проводил со мной время, ты в один день перестал признавать мое существование и клеился ко всем подряд у меня на глазах? Это ты хочешь сказать?! – Что я должен был делать? Я думал ты выбрала Антона, – Вадим тоже начал закипать. Он находился в смятении, не знал, можно ли теперь что-то исправить. – Ты должен был поговорить со мной. А ты отвернулся от меня и, пока я четыре года ходила с разбитым сердцем, ты прекрасно жил без меня, – тихо заключила Есения. – Я постоянно думал о тебе. Я никогда не переставал. – Ну, знаешь, у тебя не очень хорошо получилось это показать. Вадим зажмурился, а потом достал из-под свитера цепочку, на которой виднелась подвеска. – Что ты задумал? – начала она, но оборвала себя на полуслове, увидев  аккуратную подвеску с буквой «Е». – Это же моя подвеска! Я потеряла ее в конце одиннадцатого класса, откуда? – Ты не потеряла ее, – перебил Уваров. Я стащил ее пока ты была в душе. Я понимал, что мы вот-вот разъедемся и больше никогда не увидимся. Я не мог отказаться от того, чтобы оставить у себя хотя бы часть тебя, когда сама ты принадлежала Антону. Я носил ее все это время, – его тихие слова порезали тишину. – Я никогда не принадлежала Антону. Не так, как ты думал, – на глаза навернулись слезы от того, насколько глупой и досадной оказалась ситуация. – Теперь я знаю. Я был малолетним идиотом. Вместо нормального разговора я устраивал шоу с другими у тебя на глазах. Прости меня. Мы потеряли столько времени, – Вадим аккуратно взял Есению за руку, на что она сжала его большую теплую ладонь. То самое прикосновение, которое он подарил ей в день знакомства. – Какой в этом смысл? Мы уже ничего не сможем исправить. Прошло столько лет… – Дай мне шанс. Я знаю, что ты ни с кем не встречаешься. У меня тоже не было серьезных отношений за это время. Может, судьба и пыталась нас разлучить, но мы можем попробовать. Однажды рискнув можно навсегда остаться счастливыми, – слова Вадима попадали в самое сердце.  Впервые за много лет голубоглазая смотрела на него не ослепленная своей обидой. Она увидела, что он возмужал, стал еще красивее и привлекательнее. Та химия, что была между ними раньше никуда не делась, от его глубоких карих глаз все еще подкашивались колени. Есения медленно и неуверенно кивнула, сделав шаг навстречу, а затем обвила шею шатена руками. В ответ Уваров притянул ее к себе за талию, уткнувшись носом в макушку. Сколько лет он мечтал снова почувствовать ее рядом, услышать ее запах. Спустя несколько минут, Есения заглянула в глаза Вадиму. Дальше все происходило настолько естественно, будто повторялось не единожды: их губы нашли друг друга и им, наконец, стало понятно одно – они все исправят.