Четверг? Нет, лучше пятница.

Мин Юнги не любил четверги. Не всякие, надо сказать, а именно… ладно, чего греха таить, не любил Юнги четверг и всё тут. У каждого же есть день недели, который он на дух не переносит, право дело! Можно, конечно, пошутить, что четверг Мина тоже не очень-то жаловал, но боюсь, это было бы излишне жестоко по отношению к одному из владельцев антикварной лавки. Данный день даже начинался так, что парень, не смотря в календарь, сразу понимал – сегодня четверг, особенно если это было осенью. Стабильно лил холодный дождь, причём ещё с самой ночи, а к утру он ещё и увеличивался. Часто так, что рук собственных не было видно, и дул промозглый ветер прямо в лицо. Во всём доме отключали электричество из-за надвигающейся грозы, и настроение падало ниже с каждой минутой. Ах да. И это всегда был рабочий день. Не потому, что у Юнги был жестокий начальник, не позволяющий взять отгул в непогоду, а потому что мужчина был излишне подвержен понятию «дисциплина». Мин открыл собственную антикварную лавку ещё в восемнадцать лет, и этим невероятно гордился. Гордиться и вправду было чем: небольшой магазинчик, без преувеличения, был одним из самых известных в городе Порто, что находится в Португалии. Опять же, хочется пошутить о том, что так же лавка была чуть ли ни единственной по теме антиквариата, по сравнению с крохотными подвалами с полной антисанитарией и скудным ассортиментом, но, как и ранее сказано, это было бы невежливо по отношению к владельцу. Поднять настроение Мин Юнги в четверг мог только один человек: не только совладелец, но и единственный друг мужчины – Чон Хосок. Хосок как раз таки четверги невероятно любил, и не важно какая была в этот день погода, что иногда Мин Юнги прилично подбешивало. Однако стоит отпустить прелюдию и приступить к самой сути повествования, ведь сегодня как раз четверг, хм... неизвестно какое число, владелец календаря замазал дату. Кровать была насквозь мокрой. Причём не только она, но и тумбочка, и пол, и подоконник. Почему? А потому что Юнги забыл закрыть окно, и дождь, как по команде начавшийся в 00:00, затопил всё пространство от стены вплоть до небольшого стола. Виноват ли в этом сам проживающий? Конечно, нет, ведь накануне, то бишь в среду, на улице стояла расчудесная погода, а к вечеру даже стало слегка душно, из-за чего Мин и открыл окно. – Ненавижу четверг, – хмыкает парень (ночевавший сегодня по счастливой случайности в другой комнате), переступая через внушительного размера лужу, дабы закрыть створки и прекратить подачу воды в дом несанкционированным образом. Утренний ритуал в виде чистки зубов, бритья и поиска чистой одежды занял у Юнги минут двадцать. Дождь к этому времени, казалось бы, даже поутих, но тоска, сдавливавшая сердце мужчины, осталась на месте, несмотря на улучшение погоды. Захватив зонтик, Мин вышел из дома и медленно побрёл по улице, озабоченно оглядывая лакированные туфли на своих ногах. – Только бы не испортились, ну. – Юнги! Дружище, чудесное утро сегодня! – Хосок налетел словно вихрь и подхватил Мина под руку. – Ты же знаешь, что сегодня отнюдь не доброе утро, – Юнги вздыхает, но руку не убирает, покорно позволяя тащить себя прямо к магазину. Ключ всегда хранился у Хосока, потому что Юнги несколько раз терял или оставлял свой экземпляр дома. – Сегодня будет хороший день, вот увидишь, – Хосок сочувствующе улыбается и открывает дверь. В нос ударил привычный запах старины и немножко кофе. Юнги прошёл внутрь, убрал зонт в подставку и снял пальто. Хосок двинулся следом, зажигая пару свечей и оглядывая небольшое помещение. На полках стояли красивые книги в старинных обложках, вазы и статуэтки, на стенах висели написанные маслом и пастелью картины. Самым главным сокровищем двух владельцев был тёмный уголок чуть дальше от входа. Там хранилась бижутерия. Юнги лично гонялся за некоторыми экспонатами и потом часами сидел и приводил их в товарный вид. Хосок почти сразу исчез в небольшом подсобном помещении, быстро сообщив второму владельцу, что собирается заняться документацией, и оставил Мина открываться в одиночестве. Тот нехотя оторвался от протирания взглядом дыры в люстре и сел за кассу. Мужчина действительно думал, что никто сегодня их не побеспокоит, особенно из-за ливня, который вновь разыгрался на улице, однако спустя двадцать минут с открытия магазина зазвенел дверной колокольчик, сообщающий о прибытии посетителей. Двое взрослых мужчин солидного вида вошли внутрь, отряхивая мокрые плащи от дождя и сворачивая чёрные зонты. На головах у мужчин были чёрные цилиндры, в руках – довольно интересного вида трости, а ноги… таких брюк, кажется, Мин и не видел никогда, настолько чёрными они выглядели. Ботинки казались очень похожими на те, что носил Юнги, но в разы дороже. В помещении сразу запахло дорогим, даже слегка удушающим парфюмом. – Добро пожаловать в Антикварный Дом, господа. Меня зовут Юнги, и я буду вашим консультантом сегодня, – парень вышел из-за стойки и, насколько мог, откровенно улыбнулся. Этот день нужно просто пережить. Продать пару вещей – что сложного? – Добрый день, Юнги, – оба мужчины сняли шляпы и слегка склонили головы, но вслух поприветствовал Мина только тот, что пониже. – Боюсь, одного Вас нам будет маловато. Не подскажете, имеется ли в магазине второй консультант? – Да, конечно, есть Хосок, мой совладелец. Однако вы ставите меня в неловкое положение, думая, что я недостаточно компетентен для вас, – буркнул Мин, в глубине души невероятно расстраиваясь. Видимо, всё же обида отразилась на его лице, так как светловолосый джентльмен спохватился и в извиняющемся жесте приложил руку, всё ещё облачённую в кожаную перчатку, к месту, где должно было располагаться сердце. – Ни в коем случае не имел намерения опечалить вас, прошу прощения, – в его глазах плескалась искренность, из-за чего Мин почувствовал себя ещё более отвратительно. Заставил человека считать себя виноватым. – Я просто хотел бы, чтобы вам было полегче, ведь Намджуну и мне нужны абсолютно разные вещи для коллекций. Чтобы вам не разрываться между нами, я попросил второго консультанта. – Я так же прошу прощения за непрофессиональное поведение, – Юнги поклонился и шмыгнул в подсобное помещение. – Хосок, там просят второго консультанта. Ты очень занят? – Нет, идём, – Чон, сидевший за столом, отложил тетрадь с карандашом и устало потёр глаза. – Надеюсь, это будет быстро. Стоило Хосоку появиться, второй джентльмен, именуемый Намджуном, мгновенно оживился и отвесил низкий поклон, приветствуя вновь прибывшего. Юнги фыркнул. Ни один день не обходился без проявления внимания от клиентов к Чону. Второму владельцу в какой-то момент стало даже смешно. Хосок кивнул в ответ прибывшим, но более холодно, чем того требовала ситуация, и направился к стойке за перчатками. Мин уже повернулся к самому высокому из мужчин, собираясь начать консультацию, но его внезапно прервали. – Нет, нет, – светловолосый джентльмен схватил Юнги за руку и мягко, но твёрдо удержал возле себя. – Намджуна сориентирует второй продавец, а вас я прошу уделить время мне. Не затруднит? Последний вопрос был задан явно из вежливости, которая буквально сквозила у мужчины изо всех щелей. Юнги кинул оторопевший взгляд на Хосока, который находился в не менее шоковом состоянии, и шагнул к полкам. – Конечно, никаких проблем, – пробормотал парень и озабоченно огляделся кругом. – Вы коллекционер какого-то толка? – Бижутерия, – мурчащий и такой бархатный голос мужчины прозвучал у Мина прямо над ухом, отчего его руки покрылись мурашками. – У нас достаточно обширная… – Юнги забыл абсолютно все слова из инструкций по украшениям, которые сам же составлял. Его сердце колотилось как бешенное, и при этом немножко тянуло куда-то вниз. Наконец он глубоко вдохнул и выдавил из себя жалкое: – Продукция, – и сразу же исправился. – точнее, коллекция. Есть ювелирные сплавы, камни, броши и кольца… Не тратя время, чтобы рассмотреть реакцию джентльмена, юноша скользнул к полкам с бижутерией и начал торопливо объяснять, что к чему относится и какой смысл может иметь вещь. Однако, в скором времени выяснилось, что очень нелегко проводить консультацию в том случае, если человек смотрит в упор не на товар, который вы продаёте, а на вас. Юнги путался в словах, датах, руках, а когда переходил с места на место, то и в собственных ногах. Окончательно обозлившись, то ли на ситуацию, то ли на себя, он закрыл глаза, досчитал до 10 и медленно повернулся к мужчине. – Я думаю, вам всё же стоит дождаться более профессионального консультанта, нежели меня, раз вместо бижутерии вы предпочитаете рассматривать продавца. Прошу меня извинить, – Юнги кивнул мужчине и отвернулся, похлопывая себя по карманам в поисках сигар. Не найдя, он тихонько рыкнул и подошёл к витрине с вазами. – Хосок, я в подсобку, и одолжу у тебя покурить. – Вы уже всё? – Намджун впервые заговорил с Мином напрямую, но тому было уже плевать. – Видимо, я всё же не так хорош в консультации, как я думал, – хохотнул парень, не дождавшись, и вышел из помещения. – Извините его, – Чон поникнув поджал губы. – У Юнги сегодня крайне паршив… неудачный день. Я проконсультирую вас чуть позже, ожидайте, пожалуйста. И я сделаю вам кофе в качестве извинений. Какой предпочитаете? – Американо, – светловолосый мужчина присел на стул и снял с рук перчатки, аккуратным жестом уложив их рядом со шляпой. Хосок исчез за небольшой дверью, оставляя джентльменов одних. – Что же ты натворил такого, что твой Юнги терпение так быстро потерял, а, Чимин? –Намджун опустился рядом, повторяя движения за другом. – Кажется, я излишне напирал на него, – именуемый Чимином мужчина закинул ногу на ногу и с тоской посмотрел на дверь, за которой исчез консультант. – Дам ему ещё минут пять, и пойду извиняться. Как у тебя продвигается дело? – Прекрасно. Я уже выбрал себе подходящий товар, так что осталось только заплатить и позвать Хосока на ужин, – Намджун самодовольно улыбнулся и притопнул ногами в лакированных туфлях, демонстрируя хорошее настроение. – Ты тоже не затягивай. Чимин кивнул и вытянул под столом ноги, параллельно запрокидывая голову. Каждое его движение выдавало волнение. Пак не мог найти себе место. В комнату тихонько вошёл Хосок с двумя дымящимися маленькими чашечками и протянул их гостям. – Мы могли бы приостановить консультацию, дав вам насладиться напитками, а я пока поговорю с моим другом, либо же можем продолжить, – юноша устало потёр виски, благо приглушенный свет из-за грозы снаружи позволял ему некоторую вольность. – Давайте продолжим, а мой друг пойдёт и сам поговорит. Возможен такой вариант? – глаза Намджуна блеснули, и он аккуратно взял Хосока за локоть, мягко намекая, что всё уже решено. Чимин дождался лёгкого кивка со стороны продавца и выскользнул за дверь, прихватив с собой чашку. С той стороны оказался небольшой дворик с крышей, в глубине которого мужчина увидел сидящего на перилах парня. В тонких пальцах дымилась сигара, а взгляд Мина был направлен в пасмурное небо. – Мне жаль, если я задел Вас, – тихо произнёс Чимин, присаживаясь рядом и отставляя чашку с кофе. – Вы мне очень понравились, Юнги. Бесспорно, ваши товары прекрасны, но то, как Вы описываете их, как горите своим делом, это было слишком красиво для меня, и я не смог сдержаться. Мин молчал, только сигара задрожала в чужой руке. – Чем я могу искупить свою вину? – Перестаньте врать, сэр, – прошептал Юнги, выдыхая кольца дыма. – Я сплоховал, и я знаю это. Если Вам понравился Хосок, то знайте, Вы не первый, кто пытается через меня привлечь его внимание. Не нужно так делать. Не в четверг. Не сегодня. – Не знаю, обрадую я Вас или сделаю хуже, однако ваш коллега понравился моему другу. А мне понравились Вы, не Хосок. Собственно, поэтому я здесь, рядом, и жажду вашего ответа на мой вопрос. Вы пойдёте со мной на ужин сегодня вечером? Юнги медленно повернулся. Лицо было серым, взгляд тусклым, руки опущены вдоль тела. В пальцах всё ещё тлела сигара. Однако всё же, среди тоски, в глазах юноши что-то загорелось, и Чимин не мог позволить себе упустить это. – Сегодня неудачный день, сэр. Если ваши намерения действительно чисты, мы можем сходить завтра. – Тогда я сделаю пятницу Вашим любимым днём недели, Мин Юнги.