Материнская Фигура

      Варанг. Она сделала себе имя сама. Клеймила его чужой болью. Мама погибла от голода. Тело некогда могущественной цскаих высохло и превратилось в труху. Варанг поклялась, что не повторит её судьбу. Путь слабости и покорности не для людей огня. Варанг нанесла пепел на лицо. Синий природный цвет постепенно блекнул. На её коже остатки Эйвы. Деревьев, животных, Нави. Сгорело все и все стало пеплом на коже великой Варанг. Все цсахиг лгуньи. Эйва придет. Эйва поможет. Ложь в каждом слове, пустые надежды. Огонь - это правда. Жгучая сила, способная открыть истину. Найти собственную энергию. Прежде чем вступить в её клан, Варанг проверяла намерения блуждающего. Насильственная связь и вся правда из души поднимается, как грязное илистое дно из пепла. Варанг обожала как мелкие людишки пытались спрятать свои пороки. И как они ломались и корчились под ней. Только Куоритч зашипел на нее сквозь боль. Сплошные пожары и крики детей в его воспоминаниях, а он даже уши не прижал. Нет стыда, нет страха. Сильное сердце, ведомое принципами и одной целью. Если он ненавидел, то навечно, если любил то навсегда. Он умен. Устроить капкан “дышащему” человеку и шантажом заставить предателя сдаться. Варанг хотела все сжечь. Пепл бы окрасил воду в серый цвет. Кровь и боль. Много скальпов украсили бы её дом. А черепа бы послужили хорошей посудой. Чужая сила стала бы её. Полковник приказал мангванг спрятаться по линии большого корня. - Мальца, хрен догонишь. Нужно сыграть на опережение. Паук заставил свернуть Кири в небольшой овраг. Она закрылась ветками деревьев. Мангванги промчались за Пауком вперед. Он дразнил их, сыпал оскорблениями. Под ногами свистела веревка. Не стрела или кинжал. Пацан нужен им живой. - Ублюдки, но что не успеваете?! - Паук ускорил шаг. Через мгновение мальчик бился ногами в воздухе. Полковник схватил его из-за ствола. Он умен и опытен. Страшная комбинация, для тех кто думал от него сбежать. Паук рисовал кинжалом в воздухе, без результата. Куоритч крепко держал его за локоть. - Тише, волчонок. Кто-то может пораниться, - звучало как забота и издевательство одновременно. Варанг подошла ближе. Так тихо, что казалось она совсем не касается земли. Паук шипел, скалился, бил ногами и головой, совсем как ребенок. В мощных синий руках полковника, он как тряпичная кукла. Мальчик дернул головой и из дред выпала маленькая косичка. Варанг раскрыла глаза и ухмыльнулась. Она поможет утихомирить парня. Небесный человек, - Варанг взяла свою косичку и соединила их куру. О, у Паука это первая связь. Мальчику хочется вылезти из собственной кожи, его мозги медленно перемешивают. Варанг шипит и приказывает человеческому сознанию заснуть. Паук обмяк, Куоритч закинул его на плечо. Теперь у великого воина Эйвы Торука Макто нет выбора. Они сожгут всю деревню до тла. Полковник решил инче. Варанг расстроилась когда клан сдался без боя. Сколько даров огню пропало впустую. Она летела подле полковника. Её ночная банши постоянно издавала обрывистые крики. В груди что-то немело. С чего бы это? Варанг не перед кем не показывала слабости. Толпа розовокожих сверкала маленькими молниями. Куоритч по-хозяйски держал её за руку. Ему не нужна была куру, чтобы заставить Варанг идти за собой. Куча демонов зашумела от восторга. Предатель в клетке. Запах металла и нефти так приятен. Острым взором цхахиК увидела, как пара крепких мужчин тащила Паука в сторону здания. Парень дрался, шипел, кусался. Какой сильный дух. В груди опять что-то заныло. Варанг слегка ослабила веревку, держащую её груди. Куоритч понял этот жест по своему. Он прижал уши, вильнул хвостом и просунул руку Варанг под ноги,по человеческим традициям взяв её на руки. Куоритч зашел в хижину. Рекомбинат смог добится разрешения, построить хижины на базе. Мангванги уже разложили добычу, все как любила Варанг. Полковник положил свою женщину на кучу шкур. Варанг вытащила острые кости из своей куры и сделала связь между ней и полковником. Секс горит более ярким пламенем, когда чувствуешь партнера. Куоритч был преисполнен. Он выполнил задание, отомстил за своих погибших подчиненных. Полковник держал свое слово и брал ответственность. - Надо съесть сердце предателя, - Варанг прошлась пальцами по груди Куоритча. Куоритч качнул головой. - Я старомоден. Настаиваю на расстреле, - полковник справлялся с узлами на набедренной повязке Варанг. Пепл с её тела переходил на него. - В Салли всадят много пуль, а затем выкинут труп на улицу. Это будет уроком всем предателем. Куоритч удовлетворен его задание выполнено. Под ним ласкается роскошная женщина. Его ребенок здесь. Он продолжил целовать Варанг. - Как так вышло что Дышащий твой сын? - цсахик, гладила Куоритча по голове. Полковник перевернулся. Все его туловище покрывало серо-белая пелена пепла. - Он сын человека, воспоминания которого пересадили мне. Мы разного вида, - Куоритч потянулся к косичке Варанг. - И ты все равно считаешь его своим щенком? Ты ничем не обязан розовокожему Волна раздражения прокатилась по Куоритчу и задела Варанг. - Моя привязанность к мальчику, не делает меня слабее. Или ты считаешь иначе? - Куоритч опасно оскалился и прижал уши. Варанг сменила тактику и села к полковнику на колени. Ночь спрятала их движения. Утром Куоритч принес Мангвагам новые винтовки и огнемёты. Новый вождь начал обучать свой клан искусству огнестрельного боя. Ему не нравилось крайняя неопытность воинов нави с огнестрельным оружием. Варанг поддерживала желание партнера и гоняла своих бойцов до кровавого пота. Они изнывали от боли, но становились сильнее. Варанг жаждала новой охоты на кланы, ещё больше добычи. С её новой магией и соратником Эйва точно падет. Правда, полковника что-то отвлекало. Куоритч иногда уходил в глубь базы. Ничего не объяснял, но Варанг знала что он навещал мальчика. Цсахик скалилась при воспоминаниях о мелкой проблеме. Полковник будто не замечал её отрицательного настроя в сторону сына. Однако в один день Куоритч вернулся сердитым, почти злым. - Шрам! Стреляй по цели, а не по воздоху!!! Голос полковника гремел по тиру. Он раздавал подзатыльники и кричал. Варанг смогла разговорить его в хижине. Полковник угрюмо пил цванге. Навийское пойло клана Зевса. Клан ветра любил распивать его, теперь добыча принадлежала Варанг. - Яйцеголовые перебарщивают со своими экспериментами. У Майлза раны в горле и голова перебинтована. Он вырывается, лягается и все равно делает себе хуже. Эти идиоты не понимают как с ним обращаться. - Его дух не может выдержать этих стен, - сказала Варанг. Мальчик был частью сделки и Куоритча это бесило. Если они заберут Паука и сбегут на скалы в родные края, то RDA перестанет поставлять им оружие. - У меня есть план. Но нужно время, - полковник отхлебнул пойло. Его глаза опасно прищурились. - Что за план? - Варанг подползла ближе. Её хвост бил по коленям полковника. - Тебе понравится. Люди готовят удар, от которого Эйва не оправится. Вся земля покроется огнем, а затем пеплом. Солнце спрячется за пылью. У нас это называют ядерной зимой. Выживут не многие. - Выживут сильнейшие. - Моя семья и мои люди будут жить, - глаза Куоритча блестели от алкоголя. - Мы не будет терпеть такое отношение. Мальчик твой. Не их. Куоритч ухмыльнулся. Как же Варанг умело говорила именно то что нужно. Он допил и резко встал. - Я приведу его сюда. - В этом есть смысл? - Варанг по-кошачьи прогнула спину вниз. У Куоритча не было логичного ответа. Скорее в нем бушевали инстинкты и принципы. Хочу выгулять звереныша. Может хоть чуть угомониться, прежде свернет себе шею. Возможно ему не нравилось, что его ребенка просматривают как лягушку в лаборатории. Он просто встал и приволок человека к ним в хижину. Паук с перебинтованными локтями от уколов и сбитыми костяшками. Мальчик едва доставал до бедра полковника. Куоритч держал его за плечо. Паук ковылял, то и дело заваливаясь вперед. Варанг узнала состояние у своих подчиненных. Когда сама раскрывала их разум и заставляла говорить только правду. - Накачали его успокоительными. Вчера он выбил кому-то зуб Варанг шутливо оскалилась и поползла к краю хижины. Куоритч надавил на плечо парня и тот свалился на шкуры. Реальность перед ним то плыла, то сжималась в некий комок. Он понимал кто перед ним, но хотелось прищурить глаза и прижаться к синему пятну. Притвориться будто он в лесу, в родной деревне. Голос полковника приводил парня в чувства. Грубый человеческий акцент. Варанг видела его метания. Как он максимально отодвигался от нее. Таских не чувствовала притока гордости. Она вселяла ужас и ей это нравилась, но Паук был настолько ничтожным. Что его ужас был само разумеющимся явлением. Алые угли тлели в центре хижины. В них запекалось мясо. Самая любимая еда Варанг - сердца щенков змееволка. Еда у людей пепла была в сильном дефиците. Паук развалился на шерсти, он медленно приходил в себя. Импровизированная подстилка была жесткой. - Ты с нами? - полковник встряхнул Паука за плечо - они сделают из тебя овоща если будет продолжать в том же духе       Паук оскалился и попытался сбросить с себя синюю руку. Варанг протянула ему миску с кровавым мясом. Все замерло на секунду. Отрезанные куру изображали темные пламя на стенах. Трофеи, символы. Варанг помнила мольбы Эйвы, когда её лезвие отсекло их от Великой Матери. Слабость, которую Варанг выжигала, появилась в её груди на мгновение. Она резко отдернула руку и сама вцепилась в мясо. Никто ничего не заметил. Паук все еще разморенный ковырял шерсть. Куоритч вроде что-то заметил, но не стал придавать значение. Он развалился рядом, был абсолютно спокоен в отличии от Варанг. Каким образом у нее вообще могла появится, не просто мысль, а желание накормить человеческого ребенка.       Вспышка осознания заставила остатки волос на голове пошевелиться. Она посмотрела на свою косу. Нави создавали цхахейлу для общения с Эйвой, связи с животными. Слабые обретали эмоциональную глубокую связь с планетой. Все кроме Варанг. Однако было ещё одно. Сакральный ритуал матерей с новорожденным детьми. Варанг недовольно махнуло головой. Ненависть к собственной физиологии вспыхнуло как пламя.       Первая связь Паука пробудила в жестокой цсахик инстинкты заложенные Эйвой. Вот почему она так странно себя чувствовала. Варанг потянулась к кинжалам. Ей нужно убить благословенного человека и съесть его сердце. Только так она вытравит слабость из своего духа. Желтые глаза Куоритча посмотрели с предупреждением.        Полковник явно будет против. Он вытянул длинные ноги к Паука, будто огораживания сына. - Если не будешь так яростно сопротивляться, то через месяц другой я вытащу тебя побегать в лесу. Ты знаешь, я держу слово. - Скаунг! Мне ничего от вас не нужно, кровопийцы - огрызнулся Паук, но Куоритч и Варанг нашли эту дерзость очаровательной. Варанг одернула сама себя. Пока нельзя его убивать, но и позволить расти этой слабости в груди нельзя. Мальчик притыкался, голова становилась тяжелее. В его крови много отравы, с которым мицелий не справлялся. Он махнул на Куоритча и Варанг и лег на шкуру. Легкий сон вскоре сковал мальчика. Варанг подошла ближе. Дышащий. Она поднесла руку к его шеи и почувствовала, как жилка бьется у нее под пальцами. Его сердце, окутанное корнями Эйвы, наверняка очень вкусное. - Что ты делаешь, искорка? - Куоритч наблюдал за цсахик. - Я хочу увидеть его. Варанг взяла горсть пепла и бросила в тлеющие угли посредине хижины. Пламя вспыхнуло моментально. Куоритч машинально прикрыл бок паука от огня - Варанг, смотреть можно жечь нельзя, - полковник старался быть лояльным к внезапным приступам восхваления огня у пепельной лидерши. Варанг не слушала. Она проводила руками над пламенем. Ей пальцы горели, голова закинута назад, глаза закрыты. Танец завораживал полковника, но он так же не отпускал спящего ребенка. - Sltan Sltan Sltan - Варанг помахала руками нагоняя жар огня на Паука, тот заворочался. Цсахиг удовлетворенно продолжила. Его согреет огонь через нее. Пламя воспитает нового члена клана пепла. Пламя говорит через нее. Она провел рукой с татуировкой глаза по всемму телу мальчика. Воля Эйвы станет прахом. Он частью их народа. Куоритч наблюдал за всем с долькой усмешки. Полковник сводил их вместе как хозяин двух разных питомцев. Небольшая прогулка подошла к концу. Рано или поздно Паук привыкнет к своей семье. Полковник не допускал другого варинта. Полковник отнес мальчика в руки лаборантов. Вернувшись Куоритч застал Варанг молящейся огню. Она зажигала небольшие факелы на своих пальцах. Окутывала всё дымом. Это была обычная рутина навийки, но в этот раз что-то поменялось. Её движения и слова на родном языке выглядели маниакально. Варанг произносила клятву и подбрасывала в костер различные порошки. Пламя вспыхивало разными цветами и гасло. - Я научу его Куоритч, - Варанг резко развернулась и положила руки на грудь Куоритча, - Твой сын станет великим воином огня! Полковник ухмыльнулся. Варанг привязалась к мальчику в своей излюбленной пламенной манере. Это не могло не радовать. А разве могло быть иначе?