~~Дитя моего врага~~

Глаза Кокушибо расширились на долю секунды. По его взгляду нельзя было сразу сказать, что он чувствовал. Ничего не сказав, он сделал шаг к Мудзану, и бережно подхватил его на руки. Мудзан ахнул. Его ладони на округлом животе судорожно сжимали края его пиджака. Кокушибо молча нëс Мудзана по пустевшему коридору. — Кокушибо... — тихо окликнул Мудзан, подняв взгляд на суровое, шестиглазое лицо первой высшей луны, — Камадо Танджиро... А что если он узнает о ребёнке?.. Я... Я-.. АХ!.. — — господин Мудзан, ваша задача сейчас — родить наследника, а о Камадо позаботится Аказа. Он ничего не узнает о наследнике. Он умрет быстрее, чем узнает о своём дитя. — тихо, ледяным голосом заверил Кокушибо. Мудзан учащённо задышал, проведя рукой по животу, и получил лëгкий пинок, в ответ на поглаживание, из за схваток этот пинок показался очень болезненным. Вскоре, Кокушибо остановился перед одной из многочисленных дверей в самом дальнем конце крепости, и зашёл туда. За дверью оказалась небольшая комната, в углу столы с различными медицинскими приборами а прямо напротив двери, у стены, кушетка. Кокушибо бережно положил Мудзана на кушетку, а сам принялся готовить всë к процессу принятия родов. Через какое то время Мудзан лежал на кушетке с разведёнными в стороны ногами, он был укрыт тонким одеялом, а Кокушибо стоял напротив кушетки, поставив на столик на колёсиках, что стоял рядом, чашку с тëплой водой, и белоснежные полотенца. *** Тем временем в самом центре крепости бесконечности шла разъярённая битва. Пока столпы отбивались от демонов низших рангов, а так же высших, Гию и Танджиро со скоростью гепардов неслись по пустующему коридору в обрез битвы. Они искали Кибуцуджи Мудзана. Они были уверенны что он ослаб, и наврядли сможет отбиться от двоих сразу, тем более если он будет один. Они не подозревали что происходит в другом конце крепости в это время. Танджиро принюхивался к воздуху, пытаясь учуять тот самый, противно гнилой(по его мнению) демонический запах. Сколько бы не прошло времени, хоть час, хоть всего несколько минут, у Танджиро не получалось учуять знакомый ему запах Мудзана, который он помнил наизусть, из-за своей ненависти к нему. Куда бы они не сворачивали, никаких признаков присутствия Мудзана они не видели, не слышали, и не чувствовали. «Куда он мог деться?.. »— думал Танджиро, сжав сильнее рукоять своей катаны в руках. — Может быть, он вообще не в крепости? — предложил Гию, окидывая взглядом очередной из бесконечных коридоров. — Вряд ли, скоро рассвет, он не мог выйти из крепости на свой страх и риск прямиком на восходящее солнце... — сказал Танджиро, напряжённо оглядываясь. Вдруг от куда-то сверху, как будто бы из неоткуда, прямо на них кто-то выпрыгнул. Это была третья высшая луна, Аказа. Они отбивались, а Аказа всë набирал и набирал силу. Гию и Танджиро, уже насквозь мокрые от пота, махали своими катанами, что похоже, уже не имело толка. Они встали спиной к спине, Гию прохрипел, повернув голову к Танджиро: — Иди... Ищи Кибуцуджи... Я его задержу... Обо мне не беспокойся... — Именно так Танджиро и сделал. Когда Аказа был поуши занят атакой Гию, он с невероятной скоростью помчался дальше. Он тяжело дышал, но не сдавался. Вскоре он наконец учуял тонкий, демонический аромат, исходящий только от повелителя демонов, и помчался ещё быстрее, ориентируясь лишь по запаху. Он всë приближался и приближался к заветной двери. Запах становился всë сильнее и сильнее, от чего уже было трудно дышать. Внезапно, Танджиро ворвался в нужную ему дверь, из за которой струился ненавистный им запах. — КИБУЦУДЖИ МУДЗАН!!! — яростно крикнул Танджиро, снеся лбом дверь. Кокушибо, стоящий перед кушеткой резко обернулся, и, зло прорычав, достал из ножен свою катану. Когда Кокушибо слегка отошёл от кушетки, обнажив меч, Танджиро замер. Он, увидев на кушетке Мудзана, учащенно дышащего, и всего в поту, уронил катану на пол, сам того не заметив. Его взгляд зацепился за большой живот Мудзана. Увидев Танджиро, глаза Мудзана расширились в ужасе, его плечи задрожали. — К-Камадо!.. — процедил он, пытаясь звучать яростно, но в его голосе слышалась паника. А танджиро, тем временем, завис. Когда он резко вспомнил события прошлой битвы, и «кусочки пазла» сошлись, он едва не забыл как дышать. «это... МОЙ ребёнок?!.. »— подумал Танджиро. В этот момент Мудзан вскрикнул от боли, стиснув в руках простыни, и именно этот вскрик заставил Танджиро прийти в себя. Кокушибо, держа катану на готове, вновь законцентрировался на принятии родов. Тело Танджиро его не слушалось, оно вдруг само сорвалось с места, остановившись у изголовья кушетки. Он взял Мудзана за руку, стиснув в своих мозолистых от сражений руках бледную, изящную ладонь Мудзана. Мудзан с явным удивлением посмотрел на руки Танджиро, а потом поднял взгляд на его лицо. — К-камадо... Т-ты... — начал было Мудзан, явно растерянно. Танджиро в ответ ничего не сказал. — Тужьтесь, господин Мудзан! Выходит головка! — вдруг сказал Кокушибо, немного шире разведя в стороны колени Мудзана. Мудзан кивнул, и, задержав дыхание, напрягся изо всех сил. Роды шли полным ходом. Уже измученный Мудзан уже весь дрожал, на его глазах блестели слезинки боли, а голос хрипел. Щëки был сплошь покрыты румянцем. — Тужьтесь, Господин, тужьтесь! Ещë немного! — повторял Кокушибо. — Тужься, Мудзан! — внезапно добавил Танджиро, сжимая в руках ладонь Мудзана. Повелитель демонов, с силой сжав руку Танджиро, будто бы это единственный его якорь, с трудом сделал последнее усилие, а затем громко закричал: — АААААГХ!!! — Мудзан без сил откинулся на подушку. Гробовая тишина длилась ровно пол минуты, а затем... Раздался громкий, требовательный младенческий крик. нᴀᴨиᴄᴀнно ᴄ ᴧюбоʙью оᴛ ʟɪsʏᴀᴏsʜ! 💞