Боясь её света

Знаешь, странно думать о себе прошлой. Если бы она могла сейчас стоять где-нибудь в углу комнаты и наблюдать за мной, она бы, наверное, только усмехнулась. Не поверила бы. Ни за что. Я ведь никогда не думала, что смогу так влюбиться. Не просто заинтересоваться, не просто зацепиться взглядом, а по-настоящему утонуть в человеке, который, казалось бы, был полной противоположностью меня. Она почти не говорила о себе. В то время как я могла вывернуть душу наизнанку первому встречному, если бы он просто задал правильный вопрос. Мне не было трудно, слова всегда находились. Сообщения, разговоры, бессонные ночи в переписке — всё это было моей стихией. А она нет. Она не любила лишних людей. Я могла говорить с кем угодно. Она не знала, что чувствует. Я, кажется, знала слишком хорошо. И всё же. Для меня тогда это казалось простым. Почти невинным. Написать. Спросить. Пошутить. Заинтересоваться. Я правда думала, что контролирую ситуацию. Что это просто ещё один человек, ещё одна история, которая тихо растворится где-нибудь между весной и летом. Знала ли я, во что это выльется? Нет. Конечно нет. Я помню те неловкие касания, случайные, как будто по ошибке. Помню, как мы делали вид, что ничего не происходит, хотя воздух между нами уже тогда был слишком густым, слишком тёплым. Сейчас всё это кажется почти детским. Носить друг другу сладости каждый день. Прятать улыбки. Запоминать, кто какой вкус шоколада любит. Тогда это казалось обычным. Сейчас — почти болезненно нежным воспоминанием. Всё так изменилось. Иногда я сама себя спрашиваю, как вообще это вышло? И каждый раз ответ один и тот же: чёртовы мозги. Я просто не могла не обратить на неё внимание. Нельзя было. Она была слишком особенной. Той самой. Из тех людей, рядом с которыми ты автоматически становишься тише, внимательнее, осторожнее со словами. А я ведь всегда была в другой роли. Той, на которую смотрят. Той, которая держит дистанцию. Той, которая не теряет голову первой. И сейчас, оглядываясь назад, думаю: ну и зачем? Зачем я тогда так легко позволила себе оказаться в позиции слабачки? Но это разговор на потом. Потому что правда в другом. Мне в ней нравилось практически всё. Я ловила каждое её движение, почти незаметно, чтобы она не поняла. Слушала, как она говорит, как вдруг начинает умничать, и в этот момент у неё едва заметно дёргалась нижняя челюсть. Я знала, где у неё расположены родинки. Знала, как она морщится, когда чем-то недовольна. Знала слишком много для человека, которому, по идее, должно было быть всё равно. Но к чему я всё это. В тот день, когда я отправила ей сообщение, я правда не понимала, во что это всё выльется. Я просто нажала «отправить». И, кажется, именно тогда всё и началось.