Ангел

      Летний вечер, наполненный запахом уставшей травы и стрекотанием кузнечиков, пробивался через единственное окно в келью. Перед образом горела свеча. Высокий худой юноша, в черной рясе с темными волосами, собранными в хвост и с грустными глазами читал вечерню молитву. Он благодарил бога за этот день, за его милость, за то, что не ввергал его в искушения, благодарил за еду и за тепло, просил прощения за грехи. И в конце, как всегда, произносил свою детскую молитву:              –Боже не оставляй меня, боже возьми мою душу, боже пожалуйста – быстрым шепотом, это так глупо, монаху читать детские молитвы, поэтому он читал ее тихо и быстро, украдкой, стыдясь, потушить свечу снять рясу и забыться сном до заутренней молитвы, но его прервал стук в тяжелую деревяную дверь.              Вошел Игумен Сергий, сухонький старец с добрыми глазами и длинными седыми волосами он был настоятелем монастыря, молодой монах смутился: его застали за молитвой, он с уважением поклонился Игумену, поднял глаза и увидел за спиной Сергия…ангела. Перед ним стоял хрупкий парень, лет 17, одетый в белую ночную рубашку, светлые волосы падали на плечи, а внимательные голубые глаза смотрели прямо в душу. Белое, белое, белое он такой светлый. Нельзя так пристально смотреть. Это всего лишь оболочка, бог дал ему красивое тело, не надо смотреть на тело оно искушает надо смотреть на душу. Игумен прочистил горло:              – Это брат Петр, самый молодой монах, я думаю вы найдете общий язык. Это твоя келья. До пострига будешь жить с Петром. – Сергий перевел взгляд с ангела на Петра – Брат Петр направляй послушника, помогай ему, ему все ново и страшно, но «дал нам Бог духа не боязни, но силы и любви» бог с вами, доброй ночи – перекрестился на образ и ушел.              Ангел упорно смотрел в пол и робко переминался с ноги на ногу. Пол в келье был каменный и ледяной, а ангел был босым и в легкой рубашке, видимо, вскоре ему стало совсем невыносимо, и он поднял свои прозрачно-голубые напуганные глаза и сказал:              – Я Илюша – голосок был тихим и тонким почти по детски испуганным. Петя улыбнулся ему ободряюще.              – Ты не Илюша, ты послушник Илья, пойдем я постелю тебе ты замерз– руки быстро расправляли простыни, заправляли пододеяльник              – Брат Петр, вы самый молодой монах? – он смущался задавать вопросы, если такой молодой и в монастыре значит что-то произошло, трагедия или его ненавидели родственники?              – Да мне 25 лет. Тебе интересно почему я такой молодой в монастыре? Я здесь с детства мама ходила на паломничество сюда но по дороге захворала и слегла прям здесь мне тогда было лет пять, наверное, дитем неразумным я был, братия сначала хотела отправить меня в мир на воспитание, но потом приютили, а потом я постриг принял примерно в твоем возрасте. До этого меня не Петей звали, но это уже и не важно – Петя закончил заправлять кровать – а ты как послушником стал, если не хочешь говорить не надо я не хочу тебе в душу лезть, но может легче станет – последовала неловкая пауза, ангел залез на кровать с ногами и начал говорить еще тише, в его голосе были слышны слезы:              – Я незаконный сын я родился от служанки. В доме papa ко мне всегда относились как к существу второго сорта, но хотя бы грамоте научили… я правда благодарен, могло быть намного хуже. Потом умерла мама – по миловидному лицу начали катиться беззвучные слезы пухлая верхняя губа с потрескавшийся кожицей дрожала ангел выдохнул и продолжил – papa хотел отправить меня в кадетский корпус, но я отказался оружие в руки брать, ну он и сказал не хочешь держать оружие ты прям как монах, вот монахом и будешь, и сослал меня в монастырь, вот теперь я тут – и выдохнул, подрагивая как выдыхают дети после истерики.              Петру хотелось успокоить его, утешить, обнять, погладить по спине пока не уснет, поцеловать в лоб, но нет нельзя целовать, нельзя трогать, а лучше даже не смотреть. Петя никогда не испытывал подобных чувств, монашеская братия состояла из взрослых мужчин чаще даже стариков они не привлекали его. До этого момента он никогда не испытывал искушения, пока другие монахи отмаливали свои сальные мысли после того, как принимали причастие у прихожанок. Петя стоял в стороне и не понимал, Игумен Сергий его хвалил за смирение похоти в таком раннем возрасте, а Петя упорно не понимал, он не старался он не усмирял, он просто не знал чувства похоти. А теперь он понял и ему стало вдвойне мерзко. Перед ним плачущий мальчик, еще совсем ребенок ему всего 17 лет, он напуган, Илюша парень, мальчик, а ты Брат Петр чертов грешник думаешь как успокоишь его поцелуем ты не то, что недостоин похвалы Игумена, ты не достоен прощения «Бог наш Иисус Христос простил все согрешения наши и умер за грехи наши» так говорили на литургии, но разве они знали какая мерзость в голове у молодого монаха. Надо молиться. И Петя стал молиться про себя: «Господи избави мя от искушения. Господи просвяти мое сердце же помрачи лукавое похотение. Господи яко человек согреших Ты же яко Бог щедро помилуй мя видя немощь души моея. Господи пошли благодать Твою в помощь мне Господи помилуй мя грешного Господи помилуй мя грешного Господи помилуй мя грешного»              – Илюш ты прочитал вечернюю молитву? – голос монаха звучал сипло, ему было мерзко от себя, но он должен был поддержать Илью, даже если это вводит его в искушение, это только его проблема не Ильи, Ангел не заслужил быть брошенным, трясущимся и заплаканным.              – Брат Петр…Петь, я не знаю, как молиться, я читал отче наш с мамой, но этого мало наверное              –Я завтра дам тебе молитвенник, а пока давай прочитаем мою детскую молитву, только никому не говори, повторяй: Боже не оставляй меня, боже возьми мою душу, Боже пожалуйста помилуй меня              – Боже не оставляй меня, боже возьми мою душу, Боже пожалуйста помилуй меня. Петь, а я там поля с земляникой видел мы можем туда сходить? – Монастырь стоял на холме один из склонов которого каждый июнь был усыпан земляникой, а внизу под холмом была рощица, в которой прятался источник с самой чистой и прозрачной водой, а за рощицей были поля, бескрайние поля и маленькая деревенька              – Да можем после заутреней спрошу у настоятеля я думаю Сергий благословит, спи Илюш завтра долгий день       

«Заповедь новую даю вам, да любите друг друга

Как я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга.

По тому узнают все, что вы мои ученики,

Если будете иметь любовь между собою»