Последнее лето в Весне

Миша, как и следовало ожидать не «отливал», а стоял прислонившись спиной к дереву, деловито сложив руки на груди. —Чего хотел? Соколов недовольно чешет щиколотку, которую укусила крапива, смотря на рыжего. —Сорян за сегодняшнее. Я реально не по-человечески сделал влетев к вам в хату, — его тонкие пальцы нащупывают в кармане олимпийки пачку и подцепив от туда сигарету, закуривает, коротко чиркнув зажигалкой. —Больше так не делай. —А я ожидал другого. Илья внимательно наблюдал, как плавно выпускается облачко дыма изо рта и как медленно оно рассеивается, отравляя здешний воздух. Соколов поёжился от холода. —В следующий раз, — он подходит ближе, так, чтобы в темноте ночи смог разглядеть ясные глаза, — не строй ложных ожиданий. Миша усмехается, выпуская дым в строну и тушит бычок о кору дерева. —Как скажешь, принцесска, — парень уходит, не оборачиваясь, и Илья подождав минуту следует за ним. Возле огня становится теплее, но всё ещё недостаточно для того, чтобы не дрожать, поэтому Жека услужливо одалживает ему свою ветровку. Илья не отказывается, потому что дают – бери. К трём ночи они начинают расходиться, Ася снова предлагает проводить его и он легко соглашается на её компанию. Убрав с поляны мусор и забрав велосипеды, они сначала идут все вместе, а потом расходятся в противоположные стороны. Макар провожает Женю с Настей, а Арине по пути с Мишей, так что никто не остался в одиночестве. — Спокойной ночи? — предлагает она, когда они стоят у забора. —Ага, сладких снов, — Илья улыбается напоследок, и заходит в ограду. Продолев веранду, он как можно тише заходит в дом и идёт в свою комнату. По дому раздается тихий бабушкин храп, перебиваемый лишь холодильником и скрипучими половицами. Мурзик заинтересовано смотрит на него, но так ничего и не найдя, лишь ложится удобнее и засыпает. Илья падает на кровать и делает тоже самое. Просыпается он ближе к обеду и только потому что ему срочно нужно было в туалет. —Доброе... эээ... — Илья неловко замялся, —дня? Бабуля беззлобно смеётся и отправляет его мыться, но Соколов бежит на улицу и заходит в деревянный туалет, наконец чувствуя облегчение. К четырём часам к нему заходит Ася и на удивление Миша. —Пока, ба, — Соколов тащит за собой велик, что нашёл в сарае. Цепь еще не поржавела, так что пользоваться вполне можно. —Едем до площадки, которая возле школы, — говорит Аська и они послушно сворачивают следом за ней. —Измайлова куда так гонишь! — кричит Миша, а звонкий смех девушки разрезает воздух,— а ну Ильюха, не отставай от этой стервы! Крутят педалями с остервенением и уже ближе к школе они нагоняют Асю, а Миша успевает подрезать её, отчего та чуть не падает. —Сученыш! —Кто бы говорил! Они бросают велики в траву и бегут до качель. В лохах остаётся рыжий, которому приходится сесть на карусель и ждать своей очереди. — кажется у Жеки вчера не просто пиво было, — говорит Ася, — его сегодня такое похмелье взяло! —А ты откуда знаешь? — Илья щурится от солнце и делает себе козырек из ладони, чтобы посмотреть на подругу. —Мне Настя рассказала, я к ней сегодня утром заходила. —Ты не удивляйся, Ася как встанет в шесть утра, так ходит по деревне и заглядывает ко всем. Измайлова кидает в него небольшой камушек, который попадает тому в макушку. Он морщится и недовольно трет голову. —Не слушай его, я просто не люблю сидеть дома, особенно летом. —Я тоже, — соглашается Илья, — ненавижу сидеть, когда есть возможность побегать. Миша смотрит на него с лёгким прищуром. Его глаза блестят в дневном свете, как два драгоценных камня. Илье даже немного завидно, ведь его обычные карие, никогда так не смогут. —Ну всё освобождай качелю, — говорит он Сколову и тот возмущённо вскидывает брови. —Еще чуть-чуть. —Нет, давай, слезай, — парень угрожающе подходит, —иначе я применю своё самое мощное оружие! — Миша не дожидаясь, начинает щипать Илью за бока, отчего тот задергался. Он ужасно боялся щекотки! —Ай, ну всё-всё! Я встаю! — его тушка отчаянно пыталась выскользнуть из лап рыжего злодея и в итоге у неё получается, —ты отвратителен, — бурчит Илья. —Я могу считать это за комплимент? — самодовольный Миша садится на отвоеванные качели и отталкивается от земли ногами. —Если только ты мазохист. —Еще какой! — хохочет тот, взлетая вверх. К шести часам они возвращаются. Аська прощается с ними, ведь сегодня ей нужно было помочь с гусями, а Миша с Ильей заваливаются к последнему домой. На улице стоит невыносимая жара, такая ленивая, что не хотелось даже двигаться. —А где баб Люда? Они лежали распластавшись на полу кухни с открой дверью и форточкой. На Мише была майка-алкоголичка, а вот на Илье простая футболка, в которой было просто ужасно. —В магазин ушла. Миша мычит и после недолгой паузы приподнимается на локтях, смотря на Илью. —Что? — Соколов смотрит в ответ, слегка приподняв бровь. —У вас в городе все такие красивые? Илья чувствует, как его щеки покалывает от прилива крови к ним. —Только я, — пытается пошутить, но взгляд Миши пришурупивает его намертво. Пол скрип и в дом входит бабуля с пакетом в руках. Она нарушает неловкую тишину между ними и Илья подрывается, чтобы помочь ей. —О, Мишаня и ты тут! —Здравствуйте, баб Люда. Соколов боквым зрением наблюдает, как встает Миша и плюхается за стол. —Я вот как знала! Мороженку вам купила. Илюша, разбери пакет, пожалуйста, — бабушка прошаркала в зал, где включила телевизор. Из комнаты раздались тихие разговоры какой-то передачи. Илья кинул одно мороженое Мише, а второе взял себе. Он вышел на крыльцо, под палящий зной, где жужжали шмели и вовсю работали муравьи. Крыльцо стонет под весом рыжего, но тому всё равно на жалобные хрипения, поэтому садится рядом. Белая капля лакомства стала стремительно ползти вниз по запястью отчего Илья сморщился — теперь он будет липким и грязным. Но прежде чем, что-то сделать с этим, Миша перехватывает его руку и с вызовом смотрит. У Соколов участился пульс. Он не знал, что задумали голубые глаза на против, но что-то явно нехорошее. Илья вздрагивает, когда сухие губы касаются его локтя, а влажный язык проходит прямиком к основанию кисти. Первое, что приходит на ум: отдернуть руку, что он и делает, но очень слабо. Миша разжимает свою хватку. —В следующий раз, — его голос остро режет тишину, хоть и говорил он не громко, — будь аккуратнее. Илья наблюдает, как тот молча встает и идет к калитке. Оставшееся ванильное мороженое тает, оставляя большое белое пятно на дереве. Скоро набегут насекомые, чтобы растащить его по своим маленьким домишкам. В груди что-то неприятно скребёт после ухода Миши.