Главный персонаж одержим посторонним веществом

— Перестань плакать. — Ик, но… И Сынхён впился взглядом в дрожащие губы Джин Сухвана, который явно хотел что-то сказать. Глядя на этот трепет, он почувствовал, как в нем вспыхнуло мощное желание. Было ли дело в обострившихся от слез чувствах? От Джин Сухвана стал исходить сильный аромат феромонов. И Сынхён в конце концов не смог устоять перед порывом и прижался губами к уголку его глаза. — Уф… Джин Сухван рефлекторно зажмурился, когда почувствовал влажное прикосновение к своим глазам. «Он что… лижет мои глаза?» Пораженный Джин Сухван замер. Он был слишком шокирован, чтобы пошевелиться. Беспомощно терпя ласки языка И Сынхёна, Джин Сухван сквозь туман в голове начал сомневаться, реально происходящее или нет. Спустя мгновение покалывание в глазах прекратилось, и Джин Сухван наконец смог их открыть. — Вот и перестал плакать. Услышав этот игривый голос, Джин Сухван лишь ошеломленно уставился на И Сынхёна. Тот совсем не выглядел как человек, который только что вылизывал чужое лицо, словно собака. С запозданием лицо Джин Сухвана начало гореть. Раньше он был слишком потрясен, чтобы чувствовать смущение, но теперь ему стало невыносимо неловко. Взрослый мужчина, рыдающий в голос на глазах у другого… А потом И Сынхён, с-слизывающий его слезы… Лицо Джин Сухвана стало пунцовым. И Сынхён смотрел на него так, словно смаковал этот вид. — Так почему ты плакал? — вновь спросил он. — Что? Ну… И Сынхён спрашивал настойчиво, явно намереваясь докопаться до истины. Джин Сухван снова занервничал. Как ему объяснить причину своих слез? Если он скажет, что это на самом деле мир внутри книги, и что он воплотился в персонажа, обреченного на скорую смерть, и поэтому впал в тревогу, то насколько сильно И Сынхён изумится? У того и так сложилось о нем скверное впечатление, не хотелось, чтобы его еще и за сумасшедшего приняли. — В университете что-то случилось? — Нет. Джин Сухван попытался отвести взгляд и отодвинуться, но И Сынхён крепко держал его лицо, не давая пошевелиться. И все же тело Джин Сухвана принадлежало альфе. Если бы он захотел, он мог бы легко оттолкнуть его. Но Джин Сухван не хотел обходиться с И Сынхёном так грубо, поэтому, скрепя сердце, он быстро придумал оправдание. — Ничего не случилось. Просто выпил в одиночестве и немного захмелел… — … — Настроение было паршивое. Вот и все. И Сынхён долго всматривался в лицо Джин Сухвана, прежде чем спросить: — Правда? — Да. Боясь, что его ложь раскроют, Джин Сухван быстро закивал. К счастью, И Сынхён не стал давить дальше. Джин Сухван мысленно вздохнул с облегчением и немного отвел глаза. Но как долго мне еще так сидеть? Теперь, когда чувства вернулись в норму, положение «лицом к лицу» с И Сынхёном стало весьма неловким. К тому же И Сынхён почему-то все еще держал лицо Джин Сухвана и не отпускал. «Почему… он это делает?» Колеблясь и глядя на И Сынхёна, Джин Сухван вновь заговорил: — Эм… — Что? — Я уже в порядке. — И что? Ответ И Сынхёна, прозвучавший так, будто он не понимал, в чем проблема, заставил Джин Сухвана замолчать и лишь хлопать глазами. «И что? Неужели эта поза не кажется ему смущающей?» — подумал Сухван и с недоуменным выражением лица взмолился: — Ты мог бы… отпустить меня? Однако И Сынхён никак не отреагировал. Молча посмотрев сверху вниз на лицо Джин Сухвана, он сухо ответил: — Не хочу. — Что? — Я сказал, что не хочу. — …Почему? При этом вопросе Джин Сухвана красиво очерченные брови И Сынхёна дрогнули. Причина? Это было то, что сам И Сынхён хотел знать больше всех на свете. Почему он чувствует такой сильный порыв? Почему он не может отпустить этого альфу? Ему казалось, что если копнуть чуть глубже, он сможет четко понять причину. Голова И Сынхёна начала медленно опускаться. — … Лицо И Сынхёна приближалось, и почему-то это зрелище казалось нереальным. Сначала нос защекотал резкий запах алкоголя. Но Джин Сухван с опозданием понял, что дело не только в нем. Дыхание, касавшееся его губ, несло в себе терпкий и сладкий аромат цитруса. С одним вдохом феромоны И Сынхёна заполнили легкие Джин Сухвана. — Уф… — Ха-а… Мозг, пропитавшийся феромонами, отказывался соображать. Внутри Джин Сухвана зашевелилось бесчисленное множество незнакомых ощущений. Его тело было телом альфы. Хотя он был рецессивным, он все же оставался крепким альфой, и Джин Сухван, уже ставший уязвимым к феромонам, не мог легко оттолкнуть омегу, находящегося прямо перед ним. — Ха-а… И Сынхён, глядя на дрожащего Джин Сухвана, высунул язык и лизнул его губы. Словно это стало каким-то триггером, феромоны, заблокированные внутри тела Джин Сухвана, начали вырываться наружу. И в этот момент ароматы феромонов обоих переплелись. *** Джин Сухван открыл глаза посреди жаркого удовольствия. В голове было туманно, и он не мог точно вспомнить, что произошло перед тем, как он уснул. Казалось, он на мгновение потерял сознание, а затем пришел в себя. — … И вдруг он услышал какой-то странный звук. Со еще затуманенным зрением Джин Сухван сосредоточился на доносящихся звуках. Это были влажные и непристойные звуки, которые сбивали его с толку. «Что это?..» Охваченный странным чувством, Джин Сухван посмотрел вниз. Первое, что он увидел, были взъерошенные светло-каштановые волосы. И снова раздался долгий, влажный звук. Как только он понял, что что-то не так, поясница Джин Сухвана выгнулась дугой. — Ха-а… Рассудок мгновенно прояснился. Джин Сухван снова посмотрел вниз растерянными глазами. Перед ним развернулось невероятное зрелище. — Почему, почему… Джин Сухван лежал на софе, а между его ног была голова… Это был И Сынхён. Услышав голос Джин Сухвана, он на мгновение поднял взгляд, а затем, словно напоказ, с силой втянул ртом его плоть. — Ммм… Казалось, вся кровь в теле хлынула вниз. Острое наслаждение пронзило мозг. Дрожа в бедрах, Джин Сухван смотрел на И Сынхёна испуганными глазами. То, что входило и выходило изо рта И Сынхёна, определенно было членом Джин Сухвана. Вид И Сынхёна с его органом во рту казался совершенно сюрреалистичным. — П-подожди… ха-а… Игнорируя слова Джин Сухвана, И Сынхён продолжил делать минет. Мягкие, горячие слизистые оболочки обволакивали и сжимали его напряженное естество. Интенсивное удовольствие постепенно вымывало все мысли из головы Джин Сухвана. — Нет, постой… уф… Умолял Джин Сухван, не в силах сдержать желание достичь оргазма. Он извивался всем телом, пытаясь вырваться, но крепкая хватка И Сынхёна не давала ему сдвинуться с места. Джин Сухван неосознанно сжал ноги, когда от удовольствия все перед глазами поплыло. Но безжалостный И Сынхён широко развел его ноги в стороны. Джин Сухвану ничего не оставалось, кроме как напрячь бедра и дрожать всем телом. — Ха-а… В конце концов, не в силах сопротивляться, Джин Сухван громко застонал и кончил. Вместе с чувством освобождения его накрыло наслаждение, от которого, казалось, плавился мозг. Его напряженное тело внезапно обмякло. Обессиленный, Джин Сухван растянулся на софе и уставился куда-то невидящим взглядом. За расплывчатой картинкой он видел банку пива, упавшую со стола. Тяжело дыша и тупо глядя на нее, он наконец повернул голову. Только тогда чувства Джин Сухвана начали возвращаться к реальности. Он действительно кончил в рот И Сынхёну. Не в силах проглотить все семя, И Сынхён позволил белой жидкости, смешанной со слюной, стекать с его губ. И Сынхён сплюнул часть семени себе на ладонь и посмотрел на Джин Сухвана. — …Я же просил подождать. Сгорая от стыда, пробормотал Джин Сухван тихим голосом. Проснуться от того, что И Сынхён делает тебе минет, а потом кончить ему в рот. Даже осознавая реальность, он чувствовал дикое желание сбежать. Может, это сон? Ему это снится после выпивки? Но подобные мысли мгновенно улетучились, когда И Сынхён коснулся рукой того места, которого касаться не должен был. — Ч-что ты делаешь? И Сынхён начал прощупывать зад Джин Сухвана пальцами, испачканными в семени. Когда он мягко потер область плотно сжатой плоти, Джин Сухван забился в панике. — Прекрати! Только что испытав оргазм, его тело лишилось сил. Но все же, обладая выносливостью альфы, он начал отбиваться своими мускулистыми ногами в яростном сопротивлении. Цокнув языком, И Сынхён убрал пальцы и слегка отстранился. — Тебе правда это так не нравится? — Не нравится, мне это ужасно не нравится! Джин Сухван неистово замотал головой. Даже посреди всего этого хаоса, в этом вопросе ему нужно было быть предельно ясным. Даже если бы они занялись сексом, почему он должен быть снизу? Он же альфа! На самом деле, с того самого момента, как он впервые поцеловал Сынхёна, Сухван смутно ощущал нехорошее предчувствие. А все потому, что он странным образом чувствовал себя тем, кого притесняют и подминают под себя. «Но я же альфа! Я должен быть сверху!» Не в силах признать, что ситуация уже приняла странный оборот, Сухван цеплялся за свою совершенно бесполезную гордость. Глядя сверху вниз на такого Сухвана, И Сынхён разомкнул губы, блестящие от влаги. — Ты ведь обещал не трогать меня, не так ли? — Что? Сухван затуманенным разумом вспомнил обещание, данное некоторое время назад. Обещание, что он и пальцем не тронет даже волоска на голове И Сынхёна. Вспомнив об этом, Сухван широко раскрыл глаза. — Обещал… но почему ты об этом спрашиваешь? Сухван непонимающе часто заморгал. И Сынхён, смотря на него сверху вниз, улыбнулся, прищурив глаза. Его прекрасное лицо сияло даже в такой ситуации. Тупо глядя на него снизу вверх, Сухван чувствовал, как растет его беспокойство. — А это значит, что снизу должен быть ты, хён. — Что? Пока он глупо держал рот открытым, снизу почувствовалась невыносимая боль. И Сынхён внезапно вторгся пальцами в его тело. — Ха-а… — Я ничего не могу с этим поделать. Раз уж ты дал такое обещание… Говоря медленно, И Сынхён начал довольно грубо двигать пальцами внутри Джин Сухвана. Внутренние стеночки, сжимаясь, плотно обхватили его пальцы. — У меня нет другого выбора, кроме как трахнуть тебя, хён. — Ха-а… И Сынхён глубоко вошел пальцами внутрь, а потом вдруг вышел и… снова втолкнул их обратно. Длинные пальцы вновь проникли глубоко в тело Сухвана. — Ха-а… нет… Несмотря на протесты, И Сынхён ни на йоту не сдвинулся с места. Напротив, он развел бедра Сухвана одной рукой, чтобы обеспечить пальцам лучший доступ. Сухван покраснел, лежа с широко расставленными ногами. Когда внутрь проник еще один палец, Сухван, ослабленный алкоголем, постепенно потерял волю к сопротивлению. Он лишь дергался в такт движениям И Сынхёна и издавал стоны. Конечно, это не были стоны удовольствия. — Ха-а… уф… Тело альфы ничего не выделяет. Даже после того, как он смазал неэластичные внутренние стеночки спермой, внутри все равно все оставалось узким. И Сынхён нахмурился. Он отнюдь не был сексуальным извращенцем, который возбуждался от того, что укладывал альфу под себя. Но было и правдой то, что его, как омегу, никогда не привлекали альфы. Запах феромонов, который альфы изредка выпускали, чтобы соблазнить его, вызывал лишь тошноту. И Сынхён уже давно смутно чувствовал, что отличается от типичных омег. Так что его нынешнее возбуждение не могло быть вызвано тем, что Сухван был альфой. Независимо от их биологических типов, за пределами отношений альфы и омеги, он просто хотел обладать Сухваном, который был прямо перед ним. — Ха-а… Когда он сильно нажал на определенную точку, стоны Сухвана изменились. Словно не зная, что может издавать такие звуки, Сухван в смущении прикрыл рот рукой. А потом он также закрыл покрасневшее лицо своей большой ладонью. — Уф… нет, там… нет, ммм… Он убрал руку со рта и яростно замотал головой. Однако отказывался он на словах, тогда как член Сухвана еще больше налился силой. Это было доказательством его возбуждения. И Сынхён настойчиво давил на определенное место. — Тебе нравится? — Ха-а… нет… уф… На головке его члена выступил предэякулят. Он больше не мог заставить себя сказать, что ему это не нравится, выглядя вот так. Лицо Сухвана исказилось от стыда. И Сынхён был настойчив. Вскоре три пальца уже свободно входили в нутро Сухвана. К своему изумлению, Сухван чувствовал, как его плоть постепенно расширяется. Ощущение того, как длинные, тонкие пальцы заполняют место, куда им не положено входить, и растягивают его, казалось непривычным и пугающим. Неосознанно Сухван уперся ступнями в софу, пытаясь отползти назад. И в этот момент феромоны И Сынхёна обрушились на него подобно волне. Когда возбужденный Сухван неосознанно выпустил свои феромоны, И Сынхён не сдержался и выпустил свои еще больше. Феромоны доминантного омеги были достаточно интенсивными, чтобы в мгновение ока затуманить разум. — Ха-а… Пока Сухван, подавленный феромонами, хватал ртом воздух, терзавшие его пальцы разом вышли. Возможно, из-за того, что все его тело было так напряжено, даже после того, как пальцы полностью покинули его, тело осталось зажатым. Сухван лежал на софе пластом, не в силах пошевелиться. «Теперь все закончилось…» — наивно подумал Сухван, глядя затуманенным взглядом со взмокшего от пота лица. Вскоре И Сынхён убрал руку, которой Джин Сухван закрывал лицо, и прижал ее к софе. Наклонившись, он смотрел на него сверху вниз. — Я сейчас войду. — … «Войду? Что? Куда?» Пока Сухван обдумывал его слова, он почувствовал резкую боль, и его глаза расширились. — Уф… — Ха-а… как тесно… Сначала вошла округлая головка, а затем толстый член постепенно проник глубже, раздвигая нежную плоть. Член, который плотно обхватывали узкие внутренние стеночки, причинял такую боль, будто вот-вот сломается. И Сынхён нахмурился. И Сухвану тоже было больно. Прижатый И Сынхёном, Сухван отчаянно мотал головой и кричал. — Ааа… Сынхён-а, уф… больно… Казалось, он больше не может этого выносить. Сухван сильно мотал головой. Несмотря на то что И Сынхён был омегой, его член был слишком велик, а Сухван не привык быть снизу. Понимая, что это уже слишком, он прикусил губу и от страха разрыдался. — Ха-а… это слишком больно. — … Прозрачные слезы потекли из уголков глаз Сухвана. И Сынхён перестал двигаться и посмотрел на капли, падающие на софу. По какой-то причине его сердце продолжало бешено колотиться. И Сынхён опустил голову. Он приник губами к глазам Сухвана. — …Прости, — прошептал он. — Но… — … — Думаю, я не смогу остановиться. — Уф… С этими словами И Сынхён толкнулся бедрами. Его длинный член одним махом глубоко вошел в Сухвана. Если до этого вошла лишь головка, то теперь половина члена внезапно погрузилась глубоко внутрь, полностью заполнив его. Крик вырвался из самой глубины Сухвана. И Сынхён, поцеловав Сухвана в глаза, спустился ниже. Он грубо впился в его губы, заставляя его замолчать. Сухван продолжал целоваться с И Сынхёном, слишком отвлеченный, чтобы обращать внимание на онемение внизу. — Ммм… — Ха-а… Когда слюна И Сынхёна потекла по его горлу, он снова начал возбуждаться. Это было странно. Хотя тело альфы было враждебно настроено к вторгающемуся члену, оно быстро таяло в ответ на феромоны. Казалось, оно само призывает его принять в омеге абсолютно все. И разум Сухвана тоже быстро расплавился. Сладкий цитрусовый аромат сначала уничтожил его обоняние, а потом окончательно пропитал его мозг медом. «Как хорошо», — мысленно восклицал Сухван, словно забыв о болезненных ощущениях в теле. Одновременно с тем, как он всасывал губы И Сынхёна, бедра Сухвана неосознанно задрожали. — Ммм… И Сынхён нахмурился и отстранился. — Ха-а… Сынхён-а… Между их губами подобно нити растянулась слюна. Кусая свои покрасневшие губы, И Сынхён уставился на лицо Сухвана, извергающего эротичные стоны. И Сынхён, который и так едва сдерживался, легко терял рассудок от малейшей стимуляции. — …Хён. Его низкий голос звучал как рык голодного зверя. С потемневшими глазами И Сынхён заговорил сквозь зубы: — Теперь я могу двигаться? — Подожди, уф… И Сынхён заставил Сухвана развести ноги еще шире и с силой толкнул бедра вперед. Внутренние стеночки, которые открывались легче, чем раньше, плотнее обхватили член И Сынхёна, проникший внутрь до самого основания. И Сынхён издал долгий, удовлетворенный вздох. — Ха-а… — Ха-а… Пот выступал и стекал по лицу Джин Сухвана, которое было повернуто набок. Капли пота, бегущие по лбу, стекали к глазам, из-за чего на первый взгляд казалось, будто он снова плачет. Увидев это, И Сынхён, словно завороженный, слизал его пот. Даже в капельках пота он почувствовал сладость. Это было безумно сладко. Только тогда странное чувство удовлетворения наполнило И Сынхёна. Сухван, принявший его всего, казался ему милее кого бы то ни было. Глубоко впившись в пухлые губы, И Сынхён улыбнулся, как насытившийся зверь. «Это мой… Мой альфа». Даже если это не были нормальные отношения, это не имело никакого значения. И Сынхён начал активно двигаться, толкая бедрами. — Уф… — Ха-а… хён… Тело Сухвана содрогалось от стремительных движений И Сынхёна. Звук ударов плоти о плоть наполнил гостиную. Между разведенными до предела ногами длинный, толстый член непрерывно входил и выходил, работая как поршень. Каждый раз, когда член, проникающий в него, ударял по простате, тело Сухвана содрогалось. Беспорядочно размахивая руками в воздухе, не зная, за что уцепиться, он схватил И Сынхёна за плечи. И Сынхён, лихорадочно двигавший бедрами, нахмурился. Казалось, все его нервы сосредоточены внизу. Нутро Сухвана, горячо обволакивающее его член, дарило безумное наслаждение. — Ха-а… мед… медленнее… Джин Сухван с силой вцепился пальцами в плечи И Сынхёна. Довольно острые ногти вонзились в кожу омеги. Но И Сынхён продолжал толчки, не обращая на это внимания. Мольбы Сухвана двигаться медленнее даже не доходили до его слуха. Он был сам не свой от удовольствия, которое обнаружил так неожиданно.