Главный персонаж одержим посторонним веществом

— Я понял, так что пошли домой. — Да, хорошо. Сжатая рука болела. По пути домой Сухван то и дело поглядывал на напряженное лицо Сынхёна. «Раз он сказал, что заедет за мной, то, конечно, расстроился, решив, что я собрался гулять с кем-то другим». Сухван лихорадочно соображал, как поднять Сынхёну настроение, но ничего путного в голову не приходило. Пока он мучился в поисках решения, они добрались до дома. Сынхён все еще так сильно сжимал его руку, что было больно. «Что же делать? Как заставить его сменить гнев на милость?» Не замечая внутренних терзаний Сухвана, Сынхён на автомате ввел пароль на дверном замке. Когда дверь с электронным звуком открылась, он повернулся к Сухвану. — Заходи первым. — Что? Хорошо. Сухван, очнувшись, вошел внутрь. Когда он начал по привычке снимать обувь, то внезапно пошатнулся. — Ой! Посмотрев вниз, чтобы понять, в чем дело, он осознал, что одна его рука все еще находится в крепком захвате Сынхёна. Он неловко перевел взгляд на их сцепленные руки, а затем поднял голову. — Сынхён, ты не мог бы отпустить мою руку? Сынхён все еще смотрел на него с застывшим лицом. Только когда он слегка ослабил хватку, Сухван смог осторожно высвободиться и наконец снять обувь. — Я пойду переоденусь… — Хён. — Да? Сухван, собиравшийся поскорее юркнуть в гардеробную, резко замер. Он вопросительно посмотрел на Сынхёна. Почему-то взгляд того стал пугающе пристальным. — Ты часто пьешь с тем человеком? — С тем человеком? Сухван озадаченно склонил голову. Он замялся, соображая, о ком речь, а затем вспомнил их недавний разговор с Юнхёном. — Ты про заместителя управляющего? — осторожно уточнил он. — Да. — Ну… Сухван отвел глаза, пытаясь воскресить в памяти события месячной давности. Когда он только проявился в этом мире, Юнхён его недолюбливал, так что ладили они плохо. А к тому времени, как они начали сближаться, стажировка уже почти закончилась. В итоге он ни разу не ходил с ним выпивать. — Нет, я никогда не пил с господином Юнхёном. Он, наверное, предложил это просто на радостях, что увидел меня спустя долгое время. — … — Это правда. Ему стало обидно. Неужели в глазах Сынхёна он все еще выглядит тем бездельником, который готов пить каждый день? Сынхён ведь даже видел его слезы после пары банок пива. Хотя Сухван понимал, что это недоразумение, он все равно тревожно закусил губу. — Точно? — Да, точно. За все время стажировки я ни с кем из компании не пил. Сынхён все еще пытался унять бушующие внутри эмоции. Перед глазами то и дело всплывала сцена, где на плечах Сухвана находились руки того коллеги. Даже само его имя вызывало раздражение. Лицо Сынхёна резко исказилось. — Сынхён? — ... Только тогда Сынхён заметил, что Сухван испуганно на него поглядывает. Похоже, он снова напугал его своей мрачностью из-за этого назойливого альфы. «Это неправильно». Сынхён заставил себя расслабиться и улыбнулся. — Прости. Я просто разволновался. — Разволновался? — Да. Вы казались такими близкими с тем человеком… Я немного приревновал. — С заместителем управляющего? Меня? Сухван оторопел от слов Сынхёна. Он совсем этого не ожидал. Если бы Юнхён был омегой, он бы еще понял беспокойство Сынхёна, но тот был альфой, как и он сам. Он и представить не мог, чтобы альфа флиртовал с другим альфой. К тому же они оба одного пола. — Но ведь господин Юнхён — альфа. Как и сказал Сухван, случаи, когда альфа испытывал сексуальное влечение к другому альфе, были крайне редки. Даже среди членов семьи феромоны альф обычно конфликтовали. Некоторые чувствовали дискомфорт, просто находясь в одном помещении. Однако Сухван был рецессивным, поэтому плохо чувствовал феромоны, а его собственный запах был сладким, почти как у омеги. Если среди альф встречались такие девиантные личности, это могло стать большой проблемой. И не было никакой гарантии, что этот заместитель управляющего не один из них. — Даже альфе ты можешь понравиться, хён. — Да ну, не может быть. Глядя на его беспечную улыбку, Сынхён понял, что Сухван совершенно не осознает, как выглядит в глазах окружающих. Он пристально посмотрел на него, а затем протянул руку. — Ты, кажется, совсем себя не знаешь. — Себя? — Да. В официальном костюме, который он надел впервые за долгое время, Сухван выглядел как идеальный альфа во всех смыслах. Высокий рост, широкие плечи, крепкое тело. Мужественное, красивое лицо. С такой внешностью он привлекал внимание не только омег, но и бет. Однако люди — это не только то, что видит глаз. Сынхён медленно развязал галстук Сухвана. Синяя ткань из качественного материала приятно ощущалась в руке. Он бросил галстук на пол, затем снял с него пиджак и принялся одну за другой расстегивать пуговицы на белой рубашке. — Сынхён, ты чего… ха-а… Сухван опешил, когда Сынхён вдруг начал раздевать его прямо в прихожей. Его движения были такими плавными и естественными, что Сухван, не в силах его остановить, просто завороженно наблюдал, как одежда одна за другой падает на пол. В конце концов руки Сынхёна коснулись обнаженной кожи. Странно, но он расстегнул лишь средние пуговицы и, просунув руку в просвет, сжал грудь Сухвана. Когда большая прохладная рука коснулась его тела, Сухван невольно втянулся. — Почему вдруг… ммм… Теперь его тело автоматически откликалось на каждое прикосновение к груди. Все потому, что Сынхён настойчиво ласкал и вылизывал ее постоянно. Наверное, нет ничего более бесполезного, чем трогать грудь мужчины, особенно альфы. Но Сынхён был буквально помешан на этом, да и Сухван был не против. Напротив, это ощущалось слишком хорошо, и в этом крылась проблема. — Посмотри на это. Альфа, которому так нравится подобное. — Уф… — Другие парни тоже могут положить на тебя глаз, хён, если увидят тебя таким. — Этого не… ха-а… Сынхён, массировавший его грудь, внезапно ущипнул и выкрутил пальцами сосок. Вместе с резкой болью пришел покалывающий отклик в нижней части тела. Сухван застонал, и его тело дернулось. — Тебе бы понравилось, если бы кто-то другой тоже так тебя трогал? — Нет, я… это только потому, что это ты… уф... Его раскрасневшееся лицо и отрицательные покачивания головой выглядели не слишком убедительно. Он даже не понимал, как это смотрится со стороны. Тот факт, что он настолько доверял другому альфе, что готов был полностью отдать свое тело в его распоряжение, неимоверно злил Сынхёна. Поддавшись злости, Сынхён прикусил грудь Сухвана. Белая кожа уже была усеяна отметинами, оставленными им ранее. Он снова укусил в то же место, оставляя более темный след. Во рту разлился сладковатый вкус. — Ха-а... Сынхён. — … — Там… так хорошо. Сухван теперь умел просить как следует. Он обхватил голову Сынхёна руками и со стоном прижался к нему своим возбужденным телом. То, как он терся своей уже наполовину вставшей плотью, выглядело весьма недвусмысленно. Как при виде такого другой альфа может не возбудиться? Это же бред. Если только он не импотент, у любого глаза на лоб полезут. Цокнув про себя языком, Сынхён выпустил изо рта маленький сосок, который только что посасывал, и поднял голову. — Не сближайся с тем человеком. — С кем? С заместителем управляющего? — Да. Сухван смотрел на него затуманенным взглядом. Еще совсем немного, и он бы разрядился, но Сынхён, отстранившись, выглядел слишком решительно. Сухван хотел, чтобы тот продолжил ласки. Он поспешно закивал. — Я понял, Сынхён. Скорее. — Ты точно понял, что я сказал? — Ммм... я же сказал, что да. Я не буду сближаться с господином Юнхёном, — прошептал он, шире распахивая ворот рубашки. Сынхён смотрел на Сухвана, который мелко дрожал, словно искушая его. — Пожалуйста, скорее, потрогай мою грудь. Ха-а... — Ха-а... Зрелище было головокружительным. В то же время тело Сынхёна мгновенно отозвалось на сладкие феромоны, коснувшиеся его носа. Сынхён нахмурился. «Мне определенно стоит повнимательнее следить за этим альфой», — подумал он про себя, продолжая ласкать Сухвана руками и языком так, как тот хотел.