Часть 736 Операция «Тупой мир»
10 марта 2026 г., 20:41
Лилиан заметила первой.
Фея перестала улыбаться после попаданий.
Это был плохой знак.
Она крутила нож в пальцах.
Не бросала.
Просто… примерялась.
— Ей скучно, — тихо сказала Лилиан.
— Это чувствуется, — ответил маркиз, аккуратно отодвигая от себя серебряную чернильницу.
— Если ей станет интересно — будет хуже.
Маркиз медленно кивнул.
— Начинаем.
Фаза первая: Изъятие
Ножи исчезли.
С кухни.
С кабинетов.
С тренировочного двора.
Метательные звёздочки?
Никто не знает, откуда они вообще взялись — тоже исчезли.
Даже пресс-папье заменили на мягкие.
Статуи лишились копий.
Охрана временно перешла на… дубинки с закруглёнными концами.
Фея заметила к вечеру.
— Где мои ножи?
— Инвентаризация, — спокойно ответил маркиз.
— Всех?
— Абсолютно.
Она посмотрела на Лилиан.
— Ты?
— Я люблю жить.
Фаза вторая: Подмена
На тренировочной площадке вместо мишеней стояли… подушки.
Большие.
Пуховые.
Безобидные.
— Это что? — прищурилась Фея.
— Новый метод снятия напряжения, — невозмутимо сказал маркиз.
Она взяла подушку.
Сжала.
Пух взлетел.
— Это издевательство.
— Это профилактика.
Фаза третья: Контроль среды
Ложки деревянные.
Письма без сургучных печатей.
Бокалы толстостенные.
Декоративные пики сняты.
Шрек вернулся из болота и оглядел двор.
— Вы её разоружили?
— Мы её уважаем, — ответил маркиз.
Фея ходила по галерее.
Подозрительно спокойная.
Слишком спокойная.
— Вы думаете, я не найду, чем бросить?
Лилиан подошла ближе.
— Я думаю, ты умнее.
Пауза.
Фея наклонилась к ней.
— Ты правда думаешь, что меня останавливает отсутствие ножей?
Лилиан не моргнула.
— Нет. Меня останавливает отсутствие желания тебя хоронить.
Тишина.
Фея замерла.
Потом… улыбнулась.
Медленно.
— Это мило.
— Это стратегично.
И вот тогда случилось страшное.
Фея подняла взгляд.
На люстру.
На тяжёлую хрустальную люстру.
Маркиз побледнел.
— Она не метательная, — быстро сказал он.
— Но гравитация универсальна, — задумчиво ответила она.
Лилиан вздохнула.
Поздний вечер в Северном крыле.
Лилиан сидит на диване, окруженном исключительно мягкими подушками.
Фея парит под самым потолком, задумчиво изучая крепление центральной люстры.
— Ну как? — спрашивает Лилиан, не поднимая головы от книги в мягком переплете.
— На уровне сопромата, — отзывается Фея.
— Лили, ты знала, что этот хрусталь весит как три средних барона? Если он упадет...
— Если он упадет, Маркиз подаст в отставку посмертно. Спустись.
— Но это же так интересно!
Ты убрала ножи, и теперь я вижу векторы силы повсюду.
Колонны, арки, статуи...
Всё хочет упасть, Лили. Мир — это просто набор предметов, которые еще не бросили.
Маркиз заходит, осторожно прижимаясь к стене, подальше от центра зала.
В руках у него отчет на пергаменте, свернутом в мягкую трубку.
— Миледи, Осёл требует вернуть ему металлическую кормушку.
Говорит, что деревянная «не резонирует с его внутренним философом».
— Верните ему кормушку, — вздыхает Лилиан.
— Пусть хоть у кого-то будет что-то твердое в этом доме.
Маркиз делает пометку в «Журнале Архитектурного Надзора»: «Фаза изъятия завершена. Объект переключился на изучение гравитации крупных объектов. Рекомендовано: усилить крепления потолочных конструкций магической сваркой. Лилиан заказала шлем с усиленным верхом. Даже для сна».
Акустика зала ловит тихий звон хрусталя под потолком и транслирует его как предупреждение о начале новой, «тяжелой» фазы.
