Часть 923 Невыносимо отсутствует
13 марта 2026 г., 07:59
Проблема обнаружилась ночью.
Не скандалом.
Не вспышкой.
А бессонницей.
Фея лежала.
Переворачивалась.
Смотрела в потолок.
Втянула воздух.
Нахмурилась.
Ещё раз.
— Нет.
Лилиан, не открывая глаз:
— Что “нет”?
— Его нет.
Пауза.
— Кого?
— Запаха.
Северное крыло замерло.
Маркиз спал в своей комнате.
Дверь закрыта.
Тишина идеальная.
И это оказалось ошибкой.
Через двадцать минут Фея сидела на кровати.
Очень серьёзная.
— Я не могу.
— Что именно?
— Спать.
Лилиан открыла глаза.
— Потому что?
— Его нет.
Тишина.
Никакой ревности.
Никакой драмы.
Только физиология.
— Это временно, — спокойно сказала Лилиан.
— Мне всё равно.
— Ты хочешь, чтобы он…?
Фея кивнула.
Очень тихо.
Через пять минут в северном крыле постучали.
Не громко.
Маркиз открыл дверь.
Увидел Лилиан.
— Проблема?
— Да.
Он мгновенно напрягся.
— Политическая?
— Биологическая.
Когда он вошёл, Фея уже не скрывала.
— Ты слишком далеко.
— Я в соседней комнате.
— Это слишком далеко.
Он стоял неловко.
— Что требуется?
Фея посмотрела честно.
— Лечь ближе.
Тишина.
Шрек где-то вдалеке случайно уронил подушку.
Лилиан села на край кровати.
Спокойная.
— Это не вопрос романтики.
Это вопрос сна.
Маркиз кивнул.
Он выглядел человеком, который готов подписать любой акт, лишь бы это было официально.
Он лёг поверх одеяла.
Дистанция минимальная.
Фея подползла ближе.
Втянула воздух.
Выдохнула.
Расслабилась.
Глаза закрылись.
Через три минуты она спала.
Глубоко.
Тишина стала мягкой.
Лилиан смотрела на них обоих.
— Видишь? — прошептала она.
— Вижу, — так же тихо ответил он.
— Это не про тебя.
— Я понимаю.
— Это про устойчивость.
Он чуть улыбнулся.
— Тогда я рад быть устойчивым.
Утром двор заметил:
Маркиз вышел из северного крыла рано.
Спокойный.
Чуть тише обычного.
И Фея спустилась позже.
Отдохнувшая.
Сияющая.
Слухи не взорвались.
Они зашептали.
— Он остался.
— На ночь.
— Официально?
— Биологически.
Осёл уверенно заявил:
— Это ароматерапия.
Шрек кивнул.
— Легальная.
Маркиз попытался сменить рубашку.
Фея остановила его взглядом.
— Нет.
Он вздохнул.
Вернул старую.
И вот теперь ситуация стала тоньше.
Это не роман.
Не скандал.
Не демонстрация.
Это… потребность.
И все это понимают.
И никто не смеет назвать это вслух.
