Часть 1089 Баллада, которая не усыпляет
15 марта 2026 г., 12:32
Густав явился с лютней и серьёзным лицом.
— Я учёл прошлые ошибки, — объявил он. — Сегодня никто не заснёт.
— Это угроза? — уточнил Чарминг.
— Это эволюция.
Он сел напротив пледа, где лежала Элейна. Настроил струну мягче обычного. Без героических вдохов. Без “о регламенте”.
Первый аккорд был тёплым.
В замке, где камни помнят грозы,
Где своды знали тишину,
Раздался звук — не звон угрозы,
А смех, рассеявший броню.
Элейна моргнула.
Никто не заснул.
Шрек поднял бровь.
— Уже лучше.
Густав продолжил.
Не протокол и не регламент,
Не строй отчётных колоннад —
Всего лишь смех — и в этом момент
Сильней любого баррикад.
Осёл уважительно кивнул.
— Ни слова про овёс. Я одобряю.
Лилиан стояла рядом, скрестив руки. Элейна слушала, уставившись на струны.
Пусть пишут хроники серьёзно,
Пусть спорят залы до утра —
Но смех её ломает грозно
Всё то, что не сломать вчера.
На слове “смех” Элейна вдруг рассмеялась сама.
Чисто. Громко.
Густав сбился.
Замер.
Потом осторожно повторил строку — мягче.
Элейна снова засмеялась.
— Она редактирует, — серьёзно сказал Северин.
Серебряная Борода позволил себе улыбку.
— Значит, произведение прошло цензуру.
Густав опустил лютню.
— Никто не спит?
Шрек огляделся.
— Даже я бодр.
— Даже я, — добавил Осёл, для убедительности подпрыгнув.
Густав выдохнул.
— Хорошо. Значит, это не “Баллада о Порядке”.
Серебряная Борода с иронией заметил:
— Соседи будут разочарованы. Они только начали оправляться.
Фея тихо рассмеялась.
— Не волнуйся, Густав. У тебя всё ещё есть стратегический репертуар.
Лилиан добавила:
— Но этим — гордись.
Элейна потянулась к лютне.
Густав осторожно дал ей коснуться струны.
Раздался короткий, дрожащий звук.
Она удивилась.
Потом улыбнулась.
Густав просиял.
— Всё. Теперь это дуэт.
Шрек хлопнул его по плечу.
— Только не делай продолжение в шести строфах про оптимизацию младенческого графика.
Густав оскорбился:
— Это была недооценённая классика!
— Это было оружие массового сна, — спокойно поправила Лилиан.
Элейна снова рассмеялась.
И в этот раз смех разошёлся по залу без всякой акустики.
Замок не уснул.
Он слушал.
И это было новое достижение культурного фронта.
